«Способность к самоорганизации» как отличительная черта населения Украины?
Коллеги поделились интересными рассуждениями относительно менталитета жителей Украины:
Взаимоотношения государства и общества на Украине исторически строились на основе отсутствия абсолютизма и широкой децентрализации, что хорошо прослеживается на примере системы управления Запорожской Сечи. Кошевой атаман войска Запорожского избирался строго на один год на всеобщей войсковой (сечевой) раде (аналог древнерусского и новгородского веча) и обладал всей полнотой военной, административной и судебной власти в мирное и военное время. К тому же, несмотря на огромную власть, атаман отчитывался перед радой и мог быть смещен досрочно или даже казнен, если казаки были недовольны его действиями… Похожая ситуация во взаимоотношения власти и общества была и в Польше, откуда она могла быть частично заимствована Запорожской Сечью.
Не имея ничего против даже не «дозированной» передачи полномочий государства институтам Гражданского общества (о чём мы постоянно пишем), не можем согласиться с подоплёкой самого исторического примера.
Во-первых, об особом менталитете населения Украины можно было бы говорить, если бы Запорожская Сечь исчезла одно-два поколения назад. Но её нет уже два с половиной века. Левобережная Украина была присоединена к России почти 4 века назад. Кстати, после воссоединения с Россией крепостное право не распространялось на Малороссию. Однако именно это обстоятельство не устраивало местные элиты, мыслившие себя полными хозяевами на украинской земле и считавшие своё шляхетство неполноценным без наличия крепостных. Малороссийское дворянство как могло подавляло любую форму самоорганизации населения.
С середины XVIII в. гетманство и самоуправление полностью были ликвидированы и на Малороссию распространилась общероссийская управленческая и социально-экономическая система, в том числе крепостное право. Полторы сотни лет положение малороссийского крестьянина практически ничем не отличалось от великорусского. Несколько поколений выросли в крепостничестве и подчинении панам. Какая уж тут особая способность к самоорганизации.
Во-вторых, даже до момента присоединения к России Запорожская Сечь охватывала ничтожную часть населения, большая часть которого была крепостными у польской и ополяченной шляхты и магнатов. Эта часть подвергалась не только экономической эксплуатации, но и национальному и религиозному гнёту. Тут уж тоже было не до самоуправления. Аналогичная ситуация сложилась и на Правобережной Украине (Волыни), которая вошла в состав Российской империи по итогам разделов Польши. Галиция и Буковина отошли к Австрийской империи, полностью сохранив систему эксплуатации местных крестьян на протяжении ещё 80 лет. Ни о какой самоорганизации и свободомыслии там тоже говорить не приходится. Австрийцы периодически стравливали поляков и русин, но уж точно не были заинтересованы в самостоятельности последних.
В-третьих, в советский период население УССР активно перемещалось, и на момент распада Советского Союза на её территории проживала масса выходцев из других республик. Здесь уместнее говорить о менталитете, сформированном в годы СССР и 35 лет «независимости», но никак не о некоем «древнеукраинском» стереотипе поведения. С 1991 года власти Украины организовали «эффективное» управление, которое нельзя назвать государственным, на основе коррупции на системном уровне.
На это обратил внимание наш президент: «коррупция фактически узаконена» и там «самый высокий в мире уровень коррупции» (в ОП в 2024г).
Полагаем, в способности населения к самоорганизации действительно огромна роль государства: способствует оно этому или мешает. Но государства современного, а не того, которое исчезло несколько веков назад.