Что означает «мирная инициатива» Путина на самом деле?!
На фоне конференции в Швейцарии российский Президент выступил с мирной инициативой, в основе которой лежит требование к Киеву отказаться от намерений вступить в НАТО, нейтральный, внеблоковый, безъядерный статус Украины, её демилитаризация и денацификация. Базовые соглашения по мирному урегулированию украинского кризиса должны быть зафиксированы, предлагается отмена санкций против России. Главное условие – полный вывод украинских военных с территории Луганской и Донецкой республик, Херсонской и Запорожской областей, причём именно со всей территории этих регионов в пределах их административных границ, которые существовали на момент их вхождения в Украину.
У некоторой части патриотического сообщества условия Путина вызвали недоумение и даже уныние. Несмотря на то, что декларируется не заморозка, а завершение конфликта, создаётся впечатление, что всё с точностью до наоборот: русофобский проект «Украина» будет сохранён, а значит, останется и почва для будущего конфликта и все жертвы были напрасны или почти напрасны.
Однако, на наш взгляд, не всё так однозначно с предложениями Президента. Путин не мог не отреагировать на происходящее в Швейцарии и специально выдвинул нереализуемые предложения, чтобы перехватить инициативу у Запада. Во многом это удалось: швейцарский саммит закончился пшиком, дальше общих слов и ни к чему не обязывающих деклараций дело не пошло. России же важно выиграть время и расколоть антироссийский фронт, не дать втянуть в него страны, которые не принадлежат к Западной цивилизации. И это пока удаётся – ряд государств не подписали итоговую декларацию саммита, и пусть эти страны сегодня не на стороне России, но главное, что не против России. Предложение Путина даёт им пищу для размышления в качестве альтернативы западным предложениям.
Кроме того, на самом деле Запад и так не спешит принимать в НАТО киевский режим: Украина хороша как буфер, силами которого можно воевать с Россией, не ввязываясь в открытый конфликт. Демилитаризация суверенного государства без полного контроля над его органами власти и территорией в принципе невозможна. Да и как мы можем на практике запретить суверенному государству иметь вооружённые силы и заключать договоры с другими государствами? Даже если Украина не вступит в НАТО, она вполне может заключать «оборонительные союзы» с кем угодно и когда угодно. Кроме того, с чего бы Западу (киевский режим – это лишь марионетка, сам он решения не принимает) соглашаться на передачу России территорий, которые сегодня де-факто занимают ВСУ?
Одновременно Путин посылает сигнал Пекину, который очень заигрался в приверженность «территориальной целостности и суверенитету Украины»: об этом не может быть и речи, вопрос с новыми территориями РФ решён окончательно и в любом случае в ходе будущих мирных переговоров речь не должна идти о «территориальной целостности» Украины. Нам надо понимать, что пока ситуация на фронте кардинально не изменится в пользу России, бессмысленно для внешней (а не внутрироссийской) аудитории озвучивать тезис, что Украина должна полностью исчезнуть как русофобский проект – только успехи армии, заставят иностранные государства смириться с этой неизбежностью. Так, западные союзники согласились на передачу в зону советского контроля Восточной Европы только благодаря впечатляющим успехам Красной армии, понимая при этом, что эти территории войдут в советскую зону автоматически по мере занятия их советскими войсками и без согласия Лондона и Вашингтона.
Итак, российский президент стремился выиграть время, и, похоже, у Путина это получилось. По нашему мнению, не стоит всерьёз рассчитывать, что Россия готова идти на «кореизацию» конфликта: опасность этого сценария для будущего страны Президент понимает не хуже, чем рядовые граждане.