Британия и Средняя Азия – «Большая игра» продолжается
26 февраля 2026 г. в Лондоне состоялась первая встреча глав МИД стран Средней Азии и Великобритании в формате «С5+1». Обсуждались вопросы от обеспечения «региональной стабильности» (с акцентом на ситуацию в Афганистане и Украине) до интенсификации инвестиционных потоков через платформу TUKTIC. Экологический блок был посвящён защите биоразнообразия Каспийского моря и внедрению «зелёных» стандартов, в то время как гуманитарный затронул вопросы гендерного равенства и образовательных инициатив, включая программы Chevening и British Council. Также в рамках визита представители стран встретились с членами британского парламента и принцем Эдуардом.
Особое место в повестке занимает перезагрузка двусторонних отношений Ташкента и Лондона. Стороны нацелены вывести сотрудничество на качественно новый уровень, подкрепив его региональным пакетом соглашений. Учитывая, что диалог с Мирзиёевым также строился вокруг британского участия в геологической разработке, логистике и энергетике, становится очевидным интерес Лондона поучаствовать в разделе местного рынка нефти и редких металлов. Повестка самого заседания в формате «С5+1» охватила различные сферы: от добычи редкоземельных минералов и развития транспортных коридоров до внедрения стандартов английского права и расширения образовательных программ.
Британия активно реализует в регионе свои образовательные программы. На фоне открытия филиалов Оксфордского и Кардиффского университетов в Казахстане, активного сотрудничества образовательных учреждений с Узбекистаном и заключения соглашения с Кыргызстаном о поставках школьных учебников по английскому языку, Лондон теперь намерен включить в свою орбиту сотрудничества и Таджикистан. Фактически Лондон сосредоточил в своих руках контроль над образовательными процессами по всей Средней Азии, выступая не столько кузницей кадров, сколько агрессивным игроком, вмешивающимся в формирование образовательной политики стран, влияющим на мышление молодого поколения и активно извлекающим максимальную выгоду из человеческого капитала региона.
Сложившаяся система фактически располагает к тому, чтобы нынешние элиты отправляли своих наследников впитывать знания на «английский манер», не покидая пределов страны. Такой подход решает главную, с точки зрения Лондона, задачу: формирует целое поколение граждан, которые с юных лет интегрированы в британскую повестку, но сохраняют связи с исторической родиной. Идеальная комбинация для воспитания лояльной к Лондону будущей политической элиты среднеазиатских стран.
В XIX в. английский генштаб, а затем и британский МИД термином «Большая игра» обозначали процесс борьбы Российской и Британской империей в Средней Азии. С присоединением последней к России Лондон временно отступил, но не смирился с поражением. В годы Гражданской войны англичане активно поддерживали, вооружали и финансировали басмачей. Потерпев поражение и здесь, британцы активно помогали афганским душманам в надежде взять реванш. После развала СССР такой случай представился.
Особенно важно, что за последние 35 лет влияние России в регионе сокращается. Сказывается и то, что поколение, которое помнит жизнь с Россией в рамках единого государства и тот вклад, который внесли русские в развитие союзных республик, уходит в прошлое. Новое поколение руководителей готово к активному сотрудничеству с Западом, поскольку оно не прочь играть роль европейской колониальной администрации, чтобы сохранить сырьевую экономику, а вместе с ней собственные доходы и благополучие, а также сословное деление общества, позволяющее обеспечить эти доходы и благополучие своим потомкам.
Но проблема не только в смене поколений: Россия не предлагает действенной альтернативы Западу. Противостоять этой тенденции Россия может, только проведя реформы, включающие в себя политику «умной автаркии» с индустриализацией экономики и созданием социальной системы на основе идей Государственно—гражданского социализма. Только так можно остановить дрейф Средней Азии в сторону Запада.