Катасонов В. Ю.

Россия и Запад в ХХ веке: История экономического противостояния и сосуществования

Катасонов В.Ю. Россия и Запад в ХХ веке: История экономического противостояния и сосуществования / Отв. ред. О.А. Платонов. – М.: Институт русской цивилизации, 2015. – 736 с.

В книге выдающегося русского ученого Валентина Юрьевича Катасонова показана история экономических отношений России и Запада в XX веке. Автор доказывает, что начиная с XIX века западноевропейские страны и США навязывают России систему неравноправных для нее экономических и финансово-кредитных отношений, пытаются превратить нашу страну в колонию, сырьевой придаток западных стран. Подобную же систему отношений к России Запад сохраняет и сейчас. По мнению Катасонова, попытки Запада навечно превратить нашу страну в сырьевую колонию иллюзорны, Россия вернет свое могущество, вернет награбленное, и никакие «иезуитские соглашения» Запада ему не помогут.

Россия и Запад в ХХ веке
Валентин Катасонов

Не надейтесь, что единожды вос-
пользовавшись слабостью России, вы
будете получать дивиденды вечно.
Русские всегда приходят за своими
деньгами. И когда они придут – не
надейтесь на подписанные вами иезу-
итские соглашения, якобы вас оправ-
дывающие. Они не стоят той бумаги,
на которой написаны. Поэтому с рус-
скими стоит или играть честно, или
вообще не играть.
Отто фон Бисмарк
Предисловие
Вашему вниманию предлагается работа, посвящен-
ная финансово-экономической истории мира и России в
ХХ веке. Она состоит из двух частей. Каждая из них может
рассматриваться как вполне самостоятельное исследование.
Но при этом обе части органически дополняют друг дру-
га. Центральным событием первой части является между-
народная финансово-экономическая конференция в Генуе
в 1922 году. Во второй части таким событием является
международная финансово-экономическая конференция в
Бреттон-Вудсе (США) в 1944 году.
Оба указанных события интересны и поучительны
сами по себе. Но в определенном смысле они выступают
лишь поводом для описания общей экономической и по-
литической обстановки в мире, которая предшествовала
и сопутствовала обеим конференциям. А также для выяс-
6
Предисловие
нения того, насколько решения указанных конференций
удалось практически реализовать, насколько они оказали
влияние на финансовую, экономическую и политическую
ситуацию в мире и как они отразились на России (в то
время выступавшей под названием «Советский Союз»).
Представленная в книге панорама захватывает отчасти
историю XIX века и нашу новейшую историю XXI века.
Но 90 % всего материала посвящены описанию и анализу
событий XX века. Первая часть сфокусирована на перио-
де между двумя мировыми войнами. Вторая – на периоде
с конца Второй мировой войны до конца XX века. Пано-
рама ХХ века в книге представлена преимущественно как
мировая финансовая и экономическая история, политиче-
ские события ушедшего века являются лишь фоном, по-
зволяющим лучше понять финансовые и экономические
события и процессы.
В центре внимания даваемого нами описания миро-
вой финансовой и экономической истории ХХ века явля-
ется Россия. Наша страна была участницей конференций
как в Генуе, так и в Бреттон-Вудсе. Вопросы, обсуждав-
шиеся на обеих конференциях, напрямую затрагивали ин-
тересы нашего государства. На обеих конференциях Рос-
сия как социалистическое государство (в первом случае
как «РСФСР», во втором случае как «СССР») была среди
стран, которые принципиально от нас отличались по свое-
му социально-экономическому устройству (были капита-
листическими странами).
Особенности наших взаимоотношений с остальным
миром не сводились только к социально-экономическим
различиям. Правящие круги тех стран, среди которых
Россия тогда находилась (ведущие страны Запада), рассма-
тривали ее как цивилизацию, антагонистическую запад-
ной цивилизации. Впрочем, этот антагонизм существовал
на протяжении многих веков и проявлялся в войнах евро-
пейских государств против России, а также в различных
7
Предисловие
формах «невооруженной агрессии» (например, постоян-
ные попытки экспансии католицизма на восток). Итак, в
разные моменты истории Европа пыталась проводить по-
литику либо «ползучего поглощения» России как цивили-
зации («цивилизационной ассимиляции»), либо жесткого,
силового, буквально физического ее уничтожения. Обо-
стрение отношений между Западом и Россией произошло
в 1917 году, когда к цивилизационным противоречиям
добавились еще противоречия социально-экономического
порядка.
Сегодня, в XXI веке, Российская Федерация начи-
нает приходить в себя после бурных революционных со-
бытий 90-х годов прошлого века, излечиваться от чуждой
ей идеологии либерализма, избавляться от иллюзорных
представлений о том, что мы будем жить в «общеевропей-
ском доме». События на Украине помогают быстрее избав-
ляться от подобного рода иллюзий, раскрывают истинную
сущность западной цивилизации. Мы начинаем осозна-
вать себя самостоятельной цивилизацией. И именно это
вызывает лютую ненависть наших «партнеров» на Западе.
Осознание себя самостоятельной цивилизацией
– необхо-
димое, но еще недостаточное условие для того, чтобы вос-
становить сильно поврежденное (но, слава Богу, не уни-
чтоженное) здание русской цивилизации. «Русский дом»
включает в себя Православную Церковь, суверенное госу-
дарство, самобытную культуру, созидательную экономи-
ку, крепкую семью и многое другое.
Мы имеем уже более или менее сложившиеся пред-
ставления о том, что такое русская цивилизация («Рус-
ский дом») в плане Церкви, культуры или семьи. В мень-
шей степени нам понятно, каким может и должно быть
государство. И уж совсем размытое представление на
этот счет в отношении экономики. Что такое «русская
экономика», т. е. экономика как элемент русской цивили-
зации? Раз и навсегда готовой формулы и готовых чер-
8
Предисловие
тежей «русской экономики» не существует (и существо-
вать не может). Экономика подобна живому организму,
рецепты поддержания жизнеспособности и здоровья та-
кого организма можно давать с учетом возраста, истории
болезней, наследственных признаков, нагрузок, внешних
условий существования организма и многих других фак-
торов. Как это ни парадоксально звучит, но ближайшим
аналогом той модели экономики, которая могла бы стать
частью русской цивилизации в XXI веке, является та эко-
номика, которая существовала в СССР в период с конца
1920-х годов до середины 1950-х годов, т. е. примерно
на протяжении четверти века. Этот период охватывает
социалистическую
индустриализацию, Великую Отече-
ственную войну, послевоенное восстановление экономи-
ки, дальнейшее ее развитие в относительно мирных усло-
виях. Условно эту модель можно назвать «экономикой
Сталина», поскольку она создавалась и функционировала
в те годы, когда у руля власти в нашей стране находился
И. В. Сталин.
Организм «сталинской экономики» развивался и
функционировал в экстремальных условиях враждебной
внешней среды (международной обстановки). А именно в
условиях, когда Запад пытался экономически закабалить
нашу страну, превратить ее в свой сырьевой придаток,
колонию. Эти попытки проявлялись, с одной стороны, в
организации экономической, торговой и кредитной бло-
кады Советского государства. С другой стороны, Запад
постоянно требовал свободного, неограниченного до-
ступа своим монополиям на внутренний рынок СССР,
к нашим природным ресурсам, снятия всяких ограни-
чений на иностранные инвестиции в экономику страны
(включая банковский сектор), полной конвертации рубля,
демонтажа государственного сектора экономики, возвра-
щения национализированного имущества иностранным
хозяевами
т. д.
9
Предисловие
В наиболее обнаженном, концентрированном виде
экономическая позиция Запада в отношении нашей страны
проявилась на Генуэзской конференции 1922 года. Эта кон-
ференция стала очень важной страницей нашей истории.
Во-первых, мы сумели отбить наглые притязания на-
ших бывших союзников по Первой мировой войне, кото-
рые сводились к тому, чтобы Россия изменила свой эконо-
мический строй и стала жить по тем правилам, по каким
она жила до начала Первой мировой войны. То есть по
правилам западной цивилизации. Россия отстояла право
развиваться по иному пути (каким бы спорным он ни ка-
зался внешним наблюдателям).
Во-вторых, Россия отвергла вполне конкретные мате-
риальные притязания, касающиеся довоенных и военных
долгов. Более того, она заняла на конференции наступа-
тельную позицию и предъявила встречные требования,
касавшиеся компенсации ущербов от интервенции и эко-
номической блокады. Такие встречные требования со-
ветской делегации стали интереснейшим прецедентом в
истории – как российской, так и мировой.
В-третьих, руководство нашего государства извлек-
ло полезный урок из конференции. Исчезли иллюзии того,
что «заграница нам поможет». Более того, стало прихо-
дить понимание, что Запад нам может в качестве помощи
предложить лишь «долговую веревку», с помощью кото-
рой в дальнейшем он Россию и повесит. Хотя после кон-
ференции в Генуе в стране еще несколько лет проводилась
«новая экономическая политика» (НЭП), исподволь стал
готовиться переход к той самой модели, которую мы на-
звали «сталинская экономика».
На протяжении двух с половиной пятилеток (вплоть
до начала Великой Отечественной войны) в нашей стране
было построено без малого 10 тысяч предприятий. При
этом, что важно, Запад полностью торгово-экономической
и кредитной блокады СССР не снимал. Именно благода-
10
Предисловие
ря индустриализации мы сумели не только выстоять во
Второй мировой войне, но изменить ее ход и победить.
Без натяжки можно утверждать, что без индустриализа-
ции в СССР исход Второй мировой войны мог бы быть
совсем иным.
Но история не терпит сослагательного наклоне-
ния. И в 1944 году, когда уже исход войны был предре-
шен, в США была проведена Международная валютно-
финансовая конференция. Ее называют Бреттон-Вудской
конференцией, а те решения, которые были на ней при-
няты, воплотились в международный валютно-финансовый
порядок, который принято называть бреттон-вудской
системой (БВС). Формально она просуществовала до
1970-х годов, когда на смену БВС пришла ямайская валют-
ная система. Однако отдельные элементы БВС сохраняют-
ся до сегодняшнего дня. Например, на Бреттон-Вудской
конференции было принято решение о создании Между-
народного валютного фонда (МВФ), который до сих пор
продолжает функционировать. На Бреттон-Вудской кон-
ференции наша делегация не проявляла себя столь энер-
гично и активно, как в Генуе. Была иная ситуация. Реше-
ния конференции были предопределены, все они были
в интересах США, вернее, в интересах американского
доллара и хозяев «печатного станка», выпускавшего эти
доллары (Федеральная резервная система). В 1944 году
закладывался фундамент послевоенного мирового фи-
нансового порядка, в рамках которого существование и
дальнейшее развитие СССР было опасным для цивили-
зационной идентичности нашей страны. Если поведение
советской делегации на конференции в Бреттон-Вудсе не
сопровождалось никакими громкими заявлениями и про-
тестами, то поведение Сталина после этой конференции
для Запада оказалось в каком-то смысле сенсационным.
Запад был уверен, что СССР станет частью БВС, а Сталин
отказался ратифицировать документы Бреттон-Вудса.
11
Предисловие
Фактически СССР оказался за пределами послевоенной
мировой валютно-финансовой системы.
Однако изгоем его назвать было трудно, через неко-
торое время он начал выстраивать собственную систему
в рамках лагеря социалистических государств. Конечно,
после Второй мировой войны СССР сохранял на каком‑то
уровне свои торгово-экономические и финансовые отно-
шения и со странами Запада. История этих отношений
(как и отношений в период между двумя мировыми война-
ми) была сложной. Их можно назвать комбинацией «про-
тивостояния» (экономические, торговые и финансово-
кредитные блокады и санкции) и «сосуществования»
(начиная от торговли товарами и кончая более сложными
формами отношений – «компенсационные сделки», произ-
водственная кооперация, научно-технические связи).
Конечно, в решениях конференции в Бреттон-Вудсе
все формулировки носили достаточно благообразный
вид, в них постоянно встречались слова «прогресс», «вос-
становление экономики», «стимулирование торговли и
экономического развития», «сбалансированная между-
народная торговля», «валютная стабильность» и т. п. Од-
нако не только советская делегация, но и другие участ-
ники конференции (тот же Джон Кейнс, возглавлявший
английскую делегацию) прекрасно понимали, что скры-
вается за этими красивыми словами. Фактически начи-
налось формирование новой версии мирового порядка
«Pax Americana», которая должна была заменить устарев-
шую версию «Pax Britannica». За высокопарными фраза-
ми Бреттон-Вудса скрывались все те же старые принци-
пы международных экономических отношений, которые
можно описать с помощью слов «подчинение», «диктат»,
«контроль», «эксплуатация», «конкуренция», «торговая
война», «валютная война», «картельный сговор», «раздел
рынков», «демпинг», «долговая зависимость», «банкрот-
ство», «внешнее управление» и т. д. В 1944 году родилась
12
Предисловие
новая версия хорошо всем известного международно-
го финансово-экономического социал-дарвинизма. Она
предполагала деление мира на «избранных» (сегодня это
называется «золотым миллиардом») и «плебс», «рабов»,
«изгоев» (периферия мирового капитализма), обслужи-
вающих мировую верхушку.
Именно поэтому СССР начал выстраивать свою соб-
ственную международную систему торгово-экономических
и валютно-финансовых отношений с участием ряда стран,
вставших на путь социалистического строительства. Эта
система получила организационное оформление в виде
Совета экономической взаимопомощи (СЭВ), созданного в
1949 году. Название организации уже само говорит о том,
что пространство СЭВ свободно от норм и принципов меж-
дународного социал-дарвинизма. Здесь действуют прин-
ципы взаимовыгодного сотрудничества, международной
взаимопомощи, выравнивания уровней экономического
развития отдельных стран. Важными средствами практи-
ческой реализации этих принципов стали планирование
экономического развития и внешнеэкономических связей
отдельных стран, организация общей внешней защиты от
влияния мирового капиталистического хозяйства (в том
числе с помощью государственной монополии внешней
торговли, государственной валютной монополии), внедре-
ние во взаимных расчетах собственной наднациональной
денежной единицы (переводной рубль) и т. д.
Последние 20–25 лет нам усиленно навязывают ино-
странный опыт в самых разных сферах человеческой дея-
тельности и общественной жизни. Конечно, кое-что пред-
ставляет для нас интерес и может быть использовано. Но
во многих случаях зарубежный опыт в России не прижи-
вается, подобно тому, как не приживаются органы одно-
го человека, пересаженные другому. В области экономи-
ки нам предлагается опыт других стран – США, Европы,
«третьего мира». Но другие страны принадлежат к другим
13
Предисловие
цивилизациям. Велика вероятность отторжения чужерод-
ного опыта и даже нанесения себе такими экспериментами
серьезного ущерба.
У нас есть реальная и надежная альтернатива – свой
собственный опыт, о котором в лучшем случае современ-
ный человек, живущий в России, забывает. А в худшем
случае он о нем ничего не знает. Потому что этот опыт
сознательно замалчивается. Данная книга адресована, в
первую очередь, тем, кто об этом опыте ничего не знает
и кто хотел бы о нем узнать. Я думаю, что это был бы
более продуктивный подход к поиску оптимальных ре-
шений для выхода страны из нынешних экономических
тупиков (чем, скажем, конструирование умозрительных
экономических моделей). А чтобы этот опыт экономиче-
ского строительства в непростых условиях враждебного
капиталистического окружения было интереснее изучать,
я предлагаю начать знакомство с ним с таких знаковых
событий нашей истории, как конференции в Генуе и в
Бреттон-Вудсе. В них, как в каплях воды, отразились все
противоречия и драмы ХХ века.
Да, Россия (называвшаяся тогда «Советским Сою-
зом») в конце прошлого века ослабла, и наши «заклятые
друзья» с Запада этим немедленно воспользовались. Уже
более двадцати лет они грабят Россию и превращают ее
в свою колонию. Рассчитывая, что смогут получать свои
колониальные дивиденды вечно. Но, как говорил гер-
манский канцлер О. Бисмарк, эти надежды иллюзорны.
Россия вернет свое могущество, вернет награбленное, и
никакие «иезуитские соглашения» Запада при этом не
помогут. Удивительно прозорливым оказался «железный
канцлер»! Примерно через полвека после его слов Россия
порвала «иезуитские соглашения» о кабальных кредитах
и займах, подписанных до Первой мировой войны и во
время ее. Иностранные инвестиции были национализиро-
ваны, а иностранные банки закрыты. Стали заключаться
14
Предисловие
новые торговые и концессионные соглашения, которые
(в отличие от старых соглашений) предусматривали вза-
имную выгоду и уважение национального суверенитета
нашей страны. Давайте изучать нашу историю, богатую
опытом того, как мы рвали «иезуитские соглашения» и
выстраивали наши деловые отношения с «заклятыми
друзьями» на основе новых, честных правил игры. А с
теми, кто их не желал соблюдать, мы вообще предпочи-
тали не иметь дела.
15
Часть I
Генуэзская конференция.
Мировое хозяйство
между двумя войнами
…мы должны строить наше хозяйство
так, чтобы наша страна не превратилась
в придаток мировой капиталистической
системы, чтобы она не была включена
в общую систему капиталистического
развития как ее подсобное предприятие,
чтобы наше хозяйство развивалось не как
подсобное предприятие мирового капи-
тализма, а как самостоятельная экономи-
ческая единица, опирающаяся, главным
образом, на внутренний рынок, опираю-
щаяся на смычку нашей индустрии с кре-
стьянским хозяйством нашей страны.
И. Сталин, выступление
на XIV съезде ВКП (б)1.
Мы думали, что нас не любят потому,
что мы «красные», а нас не любят потому,
что мы русские.
Автор неизвестен.
Введение
Генуэзская конференция – яркое событие в отноше-
ниях нашей страны с Западом. Отношения между Россией1
Сталин И. В. Собр. соч. Том 7. С. 298.
16
В. Ю. Катасонов
и Западом на протяжении многих столетий носили ха-
рактер цивилизационного антагонизма, который иногда
имел скрытые формы, иногда явные и очень острые. После
Октябрьской революции 1917 года отношения между Рос-
сией и ее союзниками по Первой мировой войне приобрели
характер острого противостояния.
Одной из главных формальных причин такого обо-
стрения стало заявление новой власти в России об отказе
от погашения долгов царской власти и Временного пра-
вительства странам Запада. Ответ кредиторов последовал
незамедлительно. Уже в декабре 1917 года Запад объявил о
торговой и морской блокаде Советской России. Закончилась
Первая мировая война, Гражданская война в России, ино-
странная вооруженная интервенция против Советского го-
сударства, а накал экономического противостояния не сни-
жался. Россия оставалась в экономической блокаде, которая
дополнялась политической блокадой (отказ от признания
нового государства и установления с ним дипломатических
отношений). Первой серьезной попыткой нормализации по-
литических и торгово-экономических отношений между
Россией и Западом стала Международная конференция в
Генуе в апреле-мае 1922 года. До этого Советская Россия не
участвовала в многосторонних конференциях. Геную мож-
но сравнить с первым серьезным прорывом Россией блока-
ды, которая длилась более 4 лет.
Многие историки полагают, что по своей представи-
тельности и значимости Генуэзская конференция была со-
поставима с Парижской мирной конференцией 1919 года.
Между прочим, на Парижской конференции России не
было, а на Генуэзской конференции она не только присут-
ствовала, но и находилась в центре внимания.
В период между двумя мировыми войнами можно на-
считать всего лишь пять действительно масштабных меж-
дународных конференций по экономическим, торговым и
финансовым вопросам. Это:
17
Мировое хозяйство между двумя войнами
Брюссельская конференция по финансовым вопро-
сам и внешней торговле (1920 г.);
Генуэзская конференция по вопросам восстановле-
ния экономики Европы и уменьшению протекциониз-
ма (1922 г.);
Женевские конференции по проблемам протекцио-
низма и таможенного разоружения (1927 и 1930 гг.);
Лондонская конференция по вопросам стабилиза-
ции национальных валют и устранению ограничений
в торгово-политической области (1933 г.).
После Лондонской конференции в результате раз-
вившегося мирового экономического кризиса и стагнации
страны стали уходить в «глухую оборону». В междуна-
родной торговле усилились протекционистские тенден-
ции, золотой стандарт (даже в его усеченной слитковой и
девизной формах) был ликвидирован, мировая финансо-
вая система стала распадаться на валютные блоки и т. п.
Международное общение в форме экономических конфе-
ренций становилось бессмысленным. Что касается Лиги
Наций, которая просуществовала с 1920 по 1946 год, то ее
попытки заняться решением глобальных экономических и
финансовых вопросов успехом не увенчались.
Лишь через 22 года после Генуэзской конференции и
через 11 лет после Лондонской конференции была созвана
действительно масштабная экономическая конференция
в Бреттон-Вудсе (США). После указанной конференции
были созданы институты, призванные регулировать фи-
нансовые, торговые и экономические отношения в преде-
лах капиталистического мира (Международный валют-
ный фонд, Всемирный банк, Генеральное соглашение по
тарифам и торговле1).
1 Сегодня Генеральное соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ) преоб-
разовано во Всемирную торговую организацию (ВТО).
18
В. Ю. Катасонов
Некоторые экономисты полагают, что Генуэзскую кон-
ференцию по значимости можно сравнить лишь с междуна-
родной конференцией в Бреттон-Вудсе (лето 1944 г.). Если
Бреттон-Вудские решения заложили основы международ-
ной валютно-финансовой системы после Второй мировой
войны, то Генуэзские решения – основы международной
валютно-финансовой системы в период между Первой и
Второй мировыми войнами. Многие авторы международ-
ную валютно-финансовую систему 20–30-х годов прошло-
го века не без оснований называют Генуэзской. С нашей
точки зрения, здесь имеются натяжки, поскольку никаких
конкретных решений по новому мировому валютному по-
рядку в Генуе в 1922 году не принималось.
Между прочим, в учебниках часто можно прочитать,
что Генуэзской валютно-финансовой системе предшество-
вала так называемая Парижская система. Под Парижской
системой принято понимать классический международный
золотой стандарт, или как его еще называют золотомонет-
ным стандартом, который якобы был принят на Парижской
международной конференции 1867 года. С определенными
оговорками можно признать, что такой стандарт до нача-
ла Первой мировой войны существовал. Но никаких кон-
кретных решений о введении золотомонетного стандарта
на Парижской конференции 1867 года не принималось.
Это такой же «апокриф», как и «апокриф» о Генуэзской
валютно-финансовой системе1.
На конференции в Генуе имели место лишь дискус-
сии, которые опосредованно могли повлиять на приня-
тие решений отдельных государств позднее. Речь идет,
прежде всего, о решениях Великобритании и Франции о
частичном восстановлении золотого стандарта в виде зо-
лотослиткового стандарта2. Конечно, для советской деле-
1 Подробнее см. во второй части этой книги «Бреттон-Вудс и мировой фи-
нансовый порядок второй половины XX века».
2 Об этом стандарте мы скажем ниже.
19
Мировое хозяйство между двумя войнами
гации вопросы устройства мировой валютно-финансовой
системы не были самыми приоритетными, но тем не менее
ее позиция по этим вопросам была сформулирована доста-
точно полно и внятно.
Рассмотрим подробнее историю этой конференции,
которая оказала влияние (косвенное, опосредованное) на
многие экономические и политические события и в мире,
и в Советском Союзе в период между двумя мировыми
войнами. Опыт Генуи может оказаться весьма полезным
для сегодняшней России, когда отношения между нашей
страной и Западом вошли в фазу обострения.
Как сегодняшняя Россия может нормализовать свои
отношения с Западом? Как она может и должна исполь-
зовать эту нормализацию для решения своих стратегиче-
ских задач социально-экономического и политического
характера? Как Российская Федерация от обороны в сфере
экономической войны может перейти в наступление? Под-
сказку на эти и другие подобные вопросы мы можем найти
в собственном опыте 20-х годов прошлого столетия. Об-
суждаемая нами Генуэзская конференция оказала заметное
влияние на последующие отношения России с Западом. На
этой конференции наша страна впервые громко и уверенно
заявила о двух основных своих принципах взаимоотноше-
ний с Западом:
во-первых, о желании развивать взаимовыгодные и
всесторонние торгово-экономические отношения со все-
ми странами мира независимо от их социально-экономического
и политического строя;
во-вторых, о готовности противостоять любому эко-
номическому, политическом и военному давлению со сто-
роны Запада.
Рассмотрим подробнее детали событий, связанных с
подготовкой и проведением конференции, а также после-
дующих событий в мире вплоть до начала Второй миро-
20
В. Ю. Катасонов
вой войны1. А также попробуем понять, какие уроки мы
могли бы извлечь из тех далеких событий для выработки
эффективной политики современной России в отноше-
нии Запада.
Глава 1
Между Версалем и Генуей: обзор
важнейших событий
Парижская мирная конференция
и Версальский договор
Первая мировая война началась 28 июля 1914 года с
объявления войны Австро-Венгрией Сербии и закончи-
лась 11 ноября 1918 года, когда было заключено перемирие
между Антантой и Германией2. Основные контуры после-
военного устройства мира были определены Парижской
мирной конференцией3, главной целью которой была вы-
работка мирного договора. Такой договор был подписан
28 июня 1919 года в Версальском дворце во Франции, по-
этому он получил название Версальского мирного дого-
вора. Таким образом, ровно через пять лет после убийства
эрцгерцога Франца Фердинанда произошло официальное
завершение Первой мировой войны 1914–1918 годов. Сто-
1 Среди последующих событий основное внимание уделено тем, которые
связаны с тематикой Генуэзской конференции (репарации, долги по между-
народным кредитам и займам, иностранные инвестиции, торговля, валют-
ная система и т. д.).
2 Для России Первая мировая война началась 1 августа 1914 года, когда
Германия объявила войну России, и закончилась 3 марта 1918 года, когда в
Брест-Литовске был заключен мирный договор между РСФСР и Германией.
3 Конференция проходила с перерывами с 18 января 1919 г. по 21 января
1920 г. В ней участвовало 27 государств и пять доминионов Великобрита-
нии (Ньюфаундленд, Канада, Австралия, Новая Зеландия и Южно-Африканский
союз).
21
Мировое хозяйство между двумя войнами
ронами Версальского мирного договора были, с одной сто-
роны, страны-победительницы, с другой стороны – капи-
тулировавшая Германия. Позднее были подписаны мирные
договоры и с другими странами, воевавшими на стороне
Германии1. Версальский мирный договор вступил в силу
10 января 1920 года, после ратификации его Германией и
четырьмя главными союзными державами – Великобрита-
нией, Францией, Италией и Японией.
Версальский мирный договор состоит из 440 статей и
одного протокола. Договор делится на 15 частей, которые в
свою очередь делятся на отделы.
На Парижской мирной конференции было принято
решение о создании Лиги Наций; часто это выставляется в
качестве главного результата конференции. Устав Лиги На-
ций был включен в текст Версальского мирного договора
(раздел I). Подписание и ратификация договора означало,
что страна становилась членом Лиги Наций. Высшим ор-
ганом организации была определена Ассамблея. Высшим
исполнительным органом стал Совет Лиги, состоящий
из четырех постоянных и четырех непостоянных членов.
Постоянными членами были Великобритания, Франция,
Италия, Япония. Цели Лиги Наций включали в себя: разо-
ружение, предотвращение военных действий, обеспечение
коллективной безопасности, урегулирование споров между
странами путем дипломатических переговоров, а также
улучшение качества жизни на планете. Лига прекратила
свое существование в 1946 году, когда ей на смену пришла
Организация Объединенных Наций (ООН).
Если неформально оценивать Версальский мир-
ный договор, то его основной и не афишируемой целью
было закрепление передела мира в пользу государств-
1 С Австрией был подписан Сен-Жерменский договор (10 сентября 1919 г.),
Болгарией – Нёйиский договор (27 ноября 1919 г.), Венгрией – Трианонский
договор (4 июня 1920 г.), Османской империей – Севрский мирный договор
(10 августа 1920 г.). Позже Севрский мирный договор 1920 г. заменил Ло-
заннский мирный договор 1923 г.
22
В. Ю. Катасонов
победителей. Германия лишалась в общей сложности тер-
риторий площадью 67,7 тыс. квадратных километров с
населением 5,5 млн человек. Главным территориальным
«бенефициаром» договора оказывалась Польша, которая
приобретала в восточных частях Германии дополнитель-
ные территории в 43,6 тыс. кв. км с населением 2950 тыс.
человек. На втором месте по величине территориальных
«трофеев» оказалась Франция (14,5 тыс. кв. км; 1820 тыс.
человек). Согласно условиям мирного договора, Герма-
ния возвращала Франции Эльзас-Лотарингию (в границах
1870 г.). Саар переходил на 15 лет под управление Лиги
Наций, а по истечении 15 лет судьба Саара должна была
решиться путем плебисцита. Угольные шахты Саара были
переданы в собственность Франции. За счет Германии
приращивали свои территории также Бельгия, Дания,
Чехословакия, Литва. Германия лишалась всех своих ко-
лоний, которые позднее были поделены между главными
державами-победительницами на основе системы манда-
тов Лиги Наций1. Кроме того, Германия отказывалась от
всех концессий и привилегий в Китае.
Большое количество статей Версальского мирного
договора было посвящено военным вопросам, прежде все-
го демилитаризации Германии, включая демилитариза-
цию ее экономики.
Еще один блок вопросов – репарации, которые Герма-
ния должна была уплачивать государствам-победителям.
Об этих вопросах мы будем еще специального говорить
ниже. Отметим лишь, что в первое десятилетие после под-
писания Версальского мирного договора вопросы репара-
ций оказались наиболее «жгучими», их обсуждение про-
должалось непрерывно, первоначальные репарационные
условия не раз пересматривались.
1 Позднее основные мандаты были выданы главным странам Антанты –
Великобритании и Франции. Кое-что также перепало Португалии, Японии,
Австралии, Новой Зеландии.
23
Мировое хозяйство между двумя войнами
Хотя Россия не участвовала в работе Парижской мир-
ной конференции и Версальского договора не подписы-
вала, однако в указанном документе Россия упоминается.
Согласно статье 116, Германия признавала «независимость
всех территорий, входивших в состав бывшей Российской
Империи к 1 августа 1914 года», а также отмену Брестского
мира 1918 года и всех других договоров, заключенных ею с
большевистским правительством. Статья 117 Версальского
договора ставила под сомнение легитимность большевист-
ского режима в России и обязывала Германию признать все
договоры и соглашения союзных и объединившихся держав
с государствами, которые «образовались или образуются
на всей или на части территорий бывшей Российской Импе-
рии». Фактически Германии навязывалось соучастие (пусть
и не прямое) в интервенции и блокаде, которые организовы-
вались против России ее бывшими союзниками.
Версальский мирный договор лег в основу Версаль-
ской системы, в которую также включаются договоры
стран-победительниц с союзниками Германии по войне
(с Австрией, Венгрией, Болгарией, Османской империей).
Послевоенный мировой политический порядок нередко
называют Версальско-Вашингтонской системой. Версаль-
ская система была дополнена Вашингтонской системой. В
основу последней легли договоры, которые были подписа-
ны на Вашингтонской конференции, проходившей в 1921–
1922 гг. (Вашингтонские договоры). Основной из них – «До-
говор четырех», подписанный Великобританией, Францией
и Японией. Вслед за ним были также подписаны «Договор
пяти» и «Договор девяти». Вашингтонские договоры регу-
лировали межгосударственные отношения в Тихоокеанском
регионе. Если «контрольный пакет» в Версальской системе
захватили Великобритания и Франция, то в Вашингтонской
системе он принадлежал Соединенным Штатам. Опираясь
на Вашингтонские договоры, Вашингтон осуществлял эф-
фективный политический, военный и экономический кон-
24
В. Ю. Катасонов
троль в Тихоокеанском регионе. В частности, благодаря
зафиксированным в Вашингтонских договорах принципам
«открытых дверей» и «равных возможностей» в торговле и
развитии промышленности Соединенные Штаты получили
доступ ко всей территории Китая.
Следует обратить внимание на три важные особенно-
сти Версальского мирного договора.
Во-первых, Версальский мирный договор продемон-
стрировал истинные интересы главных организаторов
Парижской мирной конференции – прежде всего, Велико-
британии и Франции. Договор носил хищнический, не-
справедливый характер. Он был нацелен не на обеспечение
политических и экономических условий послевоенного вза-
имовыгодного сотрудничества государств и преодоление
последствий войны, а на получение односторонних выгод
странами Антанты в виде территорий, рынков и репараций.
Такой договор «программировал» не долгосрочный мир, а
войну, причем в недалеком будущем. Прочитав мирный до-
говор, французский маршал Фердинанд Фош заявил: «Это
не мир, это перемирие лет на двадцать». Француз оказался
прав с точностью до двух месяцев1.
Во-вторых, при всей значимости Версальского мирно-
го договора для послевоенного устройства мира он не был
всеохватывающим. Прежде всего, потому, что среди участ-
ников Парижской мирной конференции и среди подписан-
тов документа не было России. Примечательно, что договор
отказался подписывать Китай (из-за его постановлений,
1 Можно приводить еще много похожих оценок Версальского мирного дого-
вора. В. И. Ленин характеризовал Версальский договор как «…договор хищ-
ников и разбойников». Он писал: «Это неслыханный, грабительский мир,
который десятки миллионов людей, и в том числе самых цивилизованных,
ставит в положение рабов. Это не мир, а условия, продиктованные разбой-
никами с ножом в руках беззащитной жертве» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч.,
5 изд. Т. 41. С. 352–353). Ниже мы еще приведем оценки Версальского до-
говора известным английским экономистом Джоном Кейнсом, который был
членом делегации Великобритании на Парижской мирной конференции и
протестовал против грабительских условий договора.
25
Мировое хозяйство между двумя войнами
касавшихся передачи Шаньдуна Японии). Среди стран,
присоединившихся к мирному договору, не оказалось и
Соединенных Штатов. В связи с нежеланием США связы-
вать себя участием в Лиге Наций, в которой на тот момент
преобладало влияние Великобритании и Франции. Сенат
США отказался ратифицировать данный мирный договор1.
В противовес Версальскому договору США, как мы выше
отметили, организовали подписание Вашингтонских дого-
воров. Все это лишний раз демонстрирует, что Версальский
мирный договор не сумел преодолеть межимпериалистиче-
ских противоречий, которые существовали накануне Пер-
вой мировой войны и которые, по сути, к войне и привели.
В-третьих, Версальская мирная система не была все-
охватывающей не только по участникам, но и по спектру
вопросов. Многие крупные вопросы не регулировались
мирным договором, они оказывались также за преде-
лами полномочий и компетенции Лиги Наций. Прежде
всего, это вопросы финансовые и экономические: урегу-
лирование межгосударственных долгов, снятие барьеров
в международной торговле, преодоление послевоенного
экономического кризиса, восстановление разрушенной
экономики, возвращение к золотому стандарту и т. п.
Жизнь настоятельно диктовала странам необходимость
обсуждения этих сложнейших финансово-экономических
проблем, принятия на межгосударственном уровне соот-
ветствующих мер, последующей их практической реа-
лизации. Как ни парадоксально, но именно Версальский
мирный договор стал препятствием для урегулирования
многих финансово-экономических проблем. Особенно его
положения о репарациях.
В Версальском договоре рассматривались лишь не-
которые частные финансовые и экономические вопросы,
1 Позже, в августе 1921 года, дипломаты США заключили с Германией осо-
бый договор, практически идентичный Версальскому мирному договору,
однако не содержавший статей, касающихся Лиги Наций.
26
В. Ю. Катасонов
касающиеся Германии. Положения части IX (ст. 248–263)
предусматривали обязательство Германии передать союз-
никам золото и другие ценности, полученные ею в течение
войны от Турции, Австро-Венгрии (в качестве обеспечения
займов), а равно от России (по Брестскому мирному догово-
ру) и Румынии (в силу Бухарестского договора). Другие ста-
тьи этой части регулируют вопрос о долгах, падающих на
территории, отошедшие по данному договору от Германии.
Как правило, Германия была освобождена от уплаты та-
ких долгов1. Часть X (ст. 264–312) регулировала некоторые
аспекты экономической жизни Германии. Ей было запреще-
но устанавливать какие-либо ограничения на ввоз товаров
из союзных стран. В то же время ей предписывалось распро-
странить на торговлю и судоходство (рыболовство и кабо-
таж) союзных и объединившихся держав принцип наиболь-
шего благоприятствования. Германия должна отменить все
соглашения и договоры экономического характера, которые
она заключила во время войны с Австро-Венгрией, Болга-
рией, Турцией, а равно с Румынией и Россией. Ряд других
статей этой части регулирует вопросы частных контрактов,
судебных решений, промышленной собственности и т. д.
Парижская мирная конференция
и «русский вопрос»
Описание места и роли «русского вопроса» на Париж-
ской конференции предлагаем по статье из «Дипломатиче-
ского словаря»2. Несмотря на то, что Советская республика
1 За исключением долга, падавшего на Эльзас-Лотарингию. Здесь Фран-
ция припомнила Германии, как после Франко-прусской войны Бисмарк ан-
нексировал у Франции эту территорию, но при этом отказался принять на
себя часть французского долга, падавшего на Эльзас-Лотарингию.
2 Версальский мирный договор 1919 // Дипломатический словарь / Ред.:
Вышинский А. Я., Лозовский С. А. – М.: Государственное издательство по-
литической литературы, 1948.
27
Мировое хозяйство между двумя войнами
не была представлена на Парижской мирной конференции,
«русский вопрос» занимал в ее работе первостепенное ме-
сто и временами даже оттеснял на второй план ее основную
проблему – германскую. Парижская мирная конференция
открылась в момент, когда страны Антанты в осуществле-
ние англо-французского соглашения от 23 XII 1917 г. «О раз-
деле зон влияния в России» проводили активную военную
интервенцию в пределах Советского государства. В соот-
ветствии с этим соглашением Франция способствовала за-
хвату Бессарабии Румынией, начала интервенцию в Крыму
и на Украине, а Великобритания совместно с Францией и
США высадили свои войска (в марте 1918 г.) в Мурманске
и Архангельске. С конца мая 1918 года Англия и Франция
руководили восстанием чехословацких легионов, растянув-
шихся от Волги до Сибири и Дальнего Востока. В апреле
1918 года Япония начала интервенцию на Дальнем Востоке,
а в августе 1918 года к Японии присоединились Велико-
британия, США и Франция. Государства Антанты поддер-
живали контрреволюционные «правительства» Колчака за
Уралом, Деникина на юге России, Чайковского на севере и
Юденича на северо-западе. Равным образом они поддержи-
вали Финляндию, Эстонию, Латвию, Польшу, Литву и Ру-
мынию в их борьбе против Советского государства. Таково
было положение «русского вопроса» к моменту открытия
Парижской мирной конференции. Основные руководители
конференции и в частности «Большая четверка», ставив-
шие перед собой задачу переустройства мира и перекройку
карты Европы, отдавали себе отчет в том, что без решения
«русского вопроса» не удастся стабилизировать послево-
енное устройство мира. Так, например, накануне открытия
конференции, отвергая французский проект программы ее
работ, английская делегация заявила, что, по ее мнению,
следует заниматься проблемами в порядке их срочности.
«С этой точки зрения, – заявили англичане, – следует за-
няться сначала вопросом о России».
28
В. Ю. Катасонов
Хотя все члены «Большой четверки» считали, что
«русский вопрос» необходимо разрешить и притом в пер-
вую очередь, мнения о способах разрешения этой проблемы
у них резко расходились. Клемансо был наиболее последо-
вательным сторонником не только продолжения, но и все-
мерного усиления вооруженной интервенции в Советском
государстве. Он исключал какую бы то ни было возмож-
ность соглашения с Советским правительством и требовал
установления «санитарного кордона» вокруг Советской
республики.
Программу Клемансо поддерживал заменяв-
ший премьер-министра Италии Орландо министр ино-
странных дел Соннино (который в вопросе о вооруженной
интервенции был гораздо более настойчив, нежели Орлан-
до). С концепцией Клемансо боролся Ллойд-Джордж, кото-
рого поддерживал президент Вильсон. Уже в конце декабря
1918 года выявились резкие разногласия между Ллойд-
Джорджем, с одной стороны, и Клемансо – с другой. В этот
период Ллойд-Джордж был едва ли не единственным круп-
ным государственным деятелем Западной Европы, который
отдавал себе отчет в безнадежности военных методов борь-
бы с «коммунистической опасностью» и который выдвигал
идею переговоров с Советским правительством. В декабре
1918 года Ллойд-Джордж обратился к Клемансо с нотой,
предлагая пригласить делегатов Советского правительства
на Парижскую мирную конференцию. Клемансо резко от-
клонил это предложение. После ряда совещаний, по настоя-
нию Ллойд-Джорджа, поддержанного Вильсоном, и при
яростном сопротивлении Клемансо, которого поддерживал
Соннино, в январе 1919 года было решено созвать конферен-
цию на Принцевых островах, куда пригласить представи-
телей всех фактических правительств, образовавшихся на
территории бывшей Российской Империи. На это пригла-
шение Верховного Совета союзников Советское правитель-
ство ответило согласием. Вынужденный дать согласие на
созыв конференции Клемансо за спиной Ллойд-Джорджа и
29
Мировое хозяйство между двумя войнами
Вильсона, при посредстве французских представителей при
белогвардейских правительствах, предложил последним
отказаться от посылки своих делегатов на Принцевы остро-
ва. Срывая конференцию, Клемансо опирался в этом так-
же на консервативных членов английского правительства
и в частности на лорда Керзона и на Черчилля. Конферен-
ция на Принцевых островах не состоялась. В начале марта
1919 года Вильсон, по соглашению с Ллойд-Джорджем, по-
слал в Москву чиновника Государственного департамента
Буллита («миссия Буллита») для зондажа и обсуждения с
Советским правительством контуров возможного соглаше-
ния. Когда Буллит в середине марта вернулся из Москвы
с проектом соглашения, обстановка в «русском вопросе»
значительно изменилась. В коалиционном правительстве
Ллойд-Джорджа победила консервативная часть, настаи-
вавшая на продолжении и усилении вооруженной интер-
венции. В этих условиях Ллойд-Джордж не только отказал-
ся принять проект, привезенный Буллитом, но в публичном
парламентском заявлении отрицал свою причастность к его
поездке. Вскоре после этого начался так называемый пер-
вый поход Антанты против Советской республики.
На протяжении своей работы Парижская мирная кон-
ференция неоднократно занималась «русским вопросом».
Это имело место при обсуждении вопроса о восточных
границах Польши, о посылке в Польшу армии ген. Гал-
лера, об очищении германскими войсками территории
Прибалтики и т. д. При обсуждении «русского вопроса»
«Большая четверка» приглашала и заслушивала предста-
вителей так называемого политического совещания (в лице
бывшего министра иностранных дел России С. Д. Сазоно-
ва, бывшего посла Временного правительства в Париже
В. А. Маклакова
и бывшего председателя «Северного пра-
вительства» Н. В. Чайковского).
Однако Парижская конференция оказалась бессиль-
ной не только разрешить «русский вопрос», но даже на-
30
В. Ю. Катасонов
метить возможные пути этого разрешения. Все же в этом
вопросе Клемансо, несомненно, одержал победу над Ллойд-
Джорджем и Вильсоном и превратил конференцию в центральный
штаб вооруженной интервенции против Совет-
ской республики.
Парижская мирная конференция
и репарации
На Парижской конференции проблема репараций за-
няла весьма большое место в дискуссии между союзни-
ками и неоднократно грозила срывом переговоров. Фран-
цузский тезис по репарационному вопросу заключался в
следующем: Германия должна оплатить все убытки, нане-
сенные войной. Германия заранее должна принять на себя
безусловное обязательство оплатить репарации в той сум-
ме, которая будет установлена после конференции специ-
альной комиссией. Иначе говоря, Германии предлагалось
подписать пустой счет, в котором сумма будет проставле-
на позднее, причем без участия Германии. Англия и США
полагали, что не следует заставлять Германию подписы-
вать пустой счет. Исчисление суммы убытков – дело труд-
ное и спорное. Поэтому необходимо установить какую-то
глобальную (общую) сумму репараций и вписать ее в до-
говор. Основная борьба происходила между Клемансо и
Ллойд-Джорджем, последнего поддерживал Вильсон. По-
зиция Ллойд-Джорджа объяснялась не просто нежеланием
слишком ослаблять Германию, а тем, что такое ослабле-
ние будет означать усиление Франции. Еще большие опа-
сения вызывало то, что Германии в результате чрезмер-
ных репарационных обязательств придется наращивать
свой экспорт. «Чтобы она (Германия), – говорил Ллойд-
Джордж, – могла заплатить то, что мы хотим… необходи-
мо, чтобы она заняла на рынке еще более значительное
31
Мировое хозяйство между двумя войнами
место, чем то, какое она занимала до войны. В наших ли
это интересах?»1. Длительная борьба по репарационному
вопросу закончилась победой французской точки зрения.
Более того, председателем репарационной комиссии был
назначен представитель Франции. Создание специальной
репарационной комиссии во главе с французским предста-
вителем фактически давало возможность Парижу контро-
лировать экономику Германии.
Остановимся подробнее на Версальском мирном до-
говоре в той его части, которая касается репараций. Им по-
священ раздел VIII (ст. 231–247). Кстати, впервые участни-
ки Парижской конференции договорились о том, что они
не будут пользоваться термином «контрибуции». Мол, это
противоречит принципам цивилизованных стран. Ведь по
сути контрибуции – дань, которую побежденные страны
уплачивали победителям. А размеры дани определялись
степенью алчности победителя. В ХХ веке, по замыслу
участников Парижской конференции, все должно быть
по-новому, «цивилизованно». Победители теперь должны
ограничивать свои аппетиты и требовать от побежденных
стран лишь такие суммы, которые компенсируют понесен-
ные ущербы. В Париже на вооружение взяли термин «ре-
парации» – возмещения, восполнения, компенсации убыт-
ков, понесенных победителем. Каждая страна-участница
конференции старалась представить общему собранию
различные документы и цифры, определяющие макси-
мально полно ее репарационные претензии. Это и людские
потери, и разрушения жилого фонда, предприятий, дорог
и других объектов инфраструктуры, и военные расходы, и
упущенные доходы, и многое другое. Никакой общей ме-
тодологии оценок не было, поэтому каждая страна изобре-
тала свои методы подсчета, иногда напоминающие фанта-
зии или обыкновенное шарлатанство. Особенно старалась
делегация Франции, которая при каждом удобном случае
1 Цит. по: Версальский мирный договор 1919 // Дипломатический словарь.
32
В. Ю. Катасонов
напоминала, что именно она понесла самые большие эко-
номические потери в войне. И что же насчитали «цивили-
зованные» участники Парижской конференции?
В принципе можно было бы считать репарациями те
обширные территории германских колоний, которые по
Парижскому договору отходили победителям. Но алчные
победители нашли лукавый ход, согласно которому их ко-
лониальные приобретения не подпадали под категорию
«аннексии». Одна из основных задач создаваемой Лиги
Наций заключалась в том, чтобы передавать бывшие гер-
манские колонии в управление странам-победителям на
основе «мандатов». Систему мандатов Лиги Наций мож-
но сравнить с концессиями, только концессионерами вы-
ступали не частные компании, а государства, а объектами
концессий не рудники, месторождения или железные до-
роги, а целые страны.
Кроме того, победители секвестировали и арестовали
германские заграничные активы в размере 7 млрд долла-
ров, а также взяли в качестве «трофеев» большое количе-
ство германских патентов1. Эти «приобретения» в расчет
репараций также не принимались.
Было решено, что Версальский мирный договор не
будет фиксировать конкретной суммы репараций, посколь-
ку быстро разобраться в пестром многообразии репараци-
онных претензий союзников было просто невозможно. В
ст. 231 Версальского договора устанавливалось, что «союз-
ные и дружественные правительства объявляют, и Герма-
ния признает, что Германия и ее союзники ответственны
за все потери и убытки, причиненные союзным и друже-
ственным правительствам и их подданным в результате
войны, навязанной им благодаря нападению Германии и ее
союзников». Как отмечалось в ст. 232, Германия принимала
1 Павлов Н. В. Внешняя политика Веймарской республики (1919–1932) /
Н. В. Павлов // MGIMO.ru. 2011. Октябрь. – Интернет.
Режим доступа:: www.
mgimo.ru/study/faculty/mo/keuroam/docs/210929
33
Мировое хозяйство между двумя войнами
на себя обязательство «возместить весь ущерб, причинен-
ный гражданскому населению каждой из союзных и дру-
жественных держав и его имуществу нападением на земле,
на море и в воздухе в течение того периода времени, ког-
да каждая из этих держав находилась в состоянии войны с
Германией, и вообще возместить весь ущерб, определенный
в приложении I к настоящему разделу». Приложение это
весьма широко толкует понятие «ущерба, причиненного
гражданскому населению», включая сюда пенсии, которые
уплачиваются и будут уплачиваться участникам войны,
и всякие пособия семьям мобилизованных. Кроме того,
ст. 232 заключает в себе также обязательство Германии
взять на себя уплату долга, взятого во время войны Бель-
гией у ее союзников. Таким образом, Германии пришлось
подписывать договор с «завязанными глазами», заранее со-
глашаясь с любыми репарационными требованиями.
Определение конкретных сумм обязательств Гер-
мании по репарациям и их распределение по странам-
получательницам возлагалось на Репарационную комис-
сию, причем это должно быть сделано не позже 1 мая
1921 г. Репарационная комиссия была наделена широкими
полномочиями, состояла из 5 членов. При этом предста-
вители Соединенных Штатов, Англии, Франции и Ита-
лии были постоянными членами; пятый член менялся в
зависимости от повестки дня Комиссии. Представитель
Японии включался в Комиссию тогда, когда обсуждались
вопросы об ущербе на море или затрагивались интересы
Японии; представитель Югославии – при рассмотрении
вопросов, касающихся Австрии, Венгрии или Болгарии; во
всех остальных случаях пятым членом Комиссии являлся
делегат Бельгии. Впрочем, ждать окончательных решений
Репарационной комиссии по суммам выплат союзники не
намеревались. Версальский договор предусматривал пред-
варительные взносы деньгами и натурой в счет тех сумм,
которые будут установлены Репарационной комиссией.
34
В. Ю. Катасонов
Хотя никакой суммы репараций официально озву-
чено в Версальском дворце не было, однако в кулуарах
конференции гуляли астрономические цифры. Француз-
ская делегация не скрывала, что собирается содрать с
Германии семь шкур. Конечно, далеко не все участники
Парижской конференции были согласны с таким подходом
по вопросу репараций. Известный английский экономист
Джон Кейнс участвовал в конференции в качестве пред-
ставителя Британского казначейства. Этот англичанин в
знак протеста против неприемлемых, как ему казалось,
решений (в особенности, по репарациям) покинул конфе-
ренцию, сложив свои полномочия. По горячим следам он
написал книгу «Экономические последствия Версальского
договора» (1919)1. В ней он заявил, что принятые решения
не оставляют надежды на восстановление мирного хозяй-
ства и что бремя репараций сделает последующие поколе-
ния побежденных стран данниками победителей, между
тем хозяйственное возрождение Европы зависит от про-
цветания каждого народа. Кстати, Кейнс считал, что, бло-
кируя Россию (на тот момент торговая и морская блокада
против России продолжала действовать), страны Антанты
блокируют самих себя.
Кстати, статьей 116 Версальского договора оговари-
валось право России на предъявление Германии реститу-
ционных и репарационных требований. Россия не спеши-
ла клевать на эту «наживку», понимая, что для реализации
этого права бывшие союзники по Антанте потребуют от
нее взамен во много раз больше. Конечно, репарационные
претензии у России как страны, понесшей самые большие
потери в войне, были значительными. Но Москва искала
путей договориться с Берлином по вопросам взаимных
претензий напрямую. Тем более, что в августе 1921 года
1 Книга была переведена на русский язык и издана в РСФСР: Дж. М. Кейнс.
Экономические последствия Версальского мирного договора. Пер. с англ. –
М.: Гиз, 1922. Переиздание книги было в 1924 году. С тех пор эта работа
Кейнса у нас не переиздавалась.
35
Мировое хозяйство между двумя войнами
Вашингтон создал прецедент прямого (в обход Версаля)
мирного договора с Берлином.
Репарационные страсти
после Парижской конференции
До конца апреля 1921 года официальной фиксирован-
ной суммы репараций не было. Гуляли разные неофициаль-
ные суммы, которые были продуктом работы экспертов.
В 1918 году фигурировала цифра в 500 млрд, в 1919 – 375,
в 1920 – 269 млрд золотых марок.
Последняя из названных цифр фигурировала в раз-
ных публикациях и средствах массовой информации на
протяжении всего 1920 года. Чтобы читателю было более
понятна эта величина, отметим, что она эквивалентна при-
мерно 100 тысячам тонн золота. Между прочим, это на по-
рядок больше общего объема золота, которое находилось
в запасах центральных банков и казначейств всех стран
мира в начале Первой мировой войны. По данным одного
из наиболее авторитетных специалистов в области золо-
та Тимоти Грина, в 1915 году официальный золотой запас
Германии был равен 876 т. Золотые запасы других стран,
по его данным, были равны (в тоннах чистого металла):
США – 2568; Франция – 1457; Россия – 1250; Великобрита-
ния – 585; Италия – 397. Общий золотой запас всех стран,
которые публиковали отчетность по этому показателю, в
1915 году составил 9392 т 1.
Специалисты в области экономической истории
утверждают, что назначенные Германии в Париже репара-
ции в несколько раз превышали годовой валовой внутрен-
ний продукт (ВВП) тогдашней Германии. По некоторым
оценкам, накануне Первой мировой войны ВВП Германии
1 Катасонов В. Ю. Золото в экономике и политике России. – М.: Анкил,
2009. С. 75.
36
В. Ю. Катасонов
был равен примерно 50 млрд зол. марок1. Для сравнения:
после победы над Францией в Франко-прусской войне
«железный канцлер» Бисмарк назначил побежденной
Франции в 1871 году контрибуцию в 5 млрд франков, что
примерно эквивалентно 13 % ВВП тогдашней Франции2.
При тогдашнем золотом содержании франка контрибуция,
назначенная Бисмарком, была эквивалентна 1450 т желто-
го металла. Франция полвека не могла успокоиться, вспо-
миная эту контрибуцию и называя ее «грабительской». И
вот теперь Франция оказалась страной, которая более всех
других участников конференции ратовала за максималь-
ные репарации. Даже Великобритания на ее фоне вела
себя сдержанно. «Цивилизованные репарации» образца
1919 года оказались больше «грабительских контрибуций»
образца 1871 года в пересчете на золото в 69 раз!
Справедливости ради следует сказать, что сумма
269 млрд марок была неофициальной, вызывавшей горячие
споры. В Версальском договоре никакой конкретной суммы
репараций проставлено не было. Эту сумму до 1 мая 1921 года
должна была определить Репарационная комиссия.
Период времени между ратификацией Версальского
договора и Генуэзской конференцией – немногим более
двух лет. За это время было множество попыток союзных
держав придти к соглашению между собой и сговориться с
Германией по основным пунктам репарационного вопроса.
Набор вопросов был одним и тем же: 1) общий объем репа-
раций; 2) график погашения репарационных обязательств
и максимальные годовые объемы репараций; 3) формы ре-
параций (денежная, поставки товаров); 4) распределение
репараций среди стран-победительниц.
1 Попов Г. Г. Как плохие институты разрушают экономику. Пример Веймар-
ской Германии // Журнал институциональных исследований, том 5, № 2, 2013.
2 Катасонов В. Ю. Россия полностью выплатила США контрибуцию за
проигрыш в холодной войне (19.11.2013) // Интернет.
Режим доступа:: http://
www.nakanune.ru/news/2013/11/19/22331836/
37
Мировое хозяйство между двумя войнами
Не успели еще просохнуть чернила на Версальском
мирном договоре, а союзники опять вернулись к вопросу о
репарациях, одна конференция сменяла другую. Сначала
на конференции союзников в Сан-Ремо (апрель 1920 г.),
потом в Хите (май 1920 г.) и в Булони (июнь 1920 г.). На
последней из названных конференций была предложена
общая сумма репараций в 269 млн золотых марок. Репа-
рации должны были выплачиваться долями ежегодно за
42 года (позже сумма репараций была пересмотрена). На
всех конференциях сталкивались две точки зрения: не-
примиримо настроенной Франции и склонных к смягче-
нию требований – Англии и Италии.
Конференция в Спа (июнь 1920 г.). В отличие от
перечисленных выше конференций на конференции в
бельгийском городе Спа впервые приняли участие пред-
ставители Германии. Предложение о ее приглашении для
обсуждения вопросов репараций было принято по на-
стоянию Англии на конференции в Сан-Ремо. Союзники
потребовали объяснений, почему Германия не выплачи-
вает репараций; на момент начала конференции поступи-
ло всего 8 млрд марок, между тем как по договору она
должна предоставить 20 млрд. Представители Германии
поставили вопрос о необходимости считаться с реальной
платежеспособностью страны. 11 июля германский ми-
нистр иностранных дел Симонс представил конференции
свой меморандум. Он уверял, что требуемые с Германии
20 млрд марок репараций до 1 мая 1921 года фактически
уже уплачены. Он настаивал на том, что союзники долж-
ны принять во внимание финансовое и экономическое
положение Германии; в противном случае быстрый рост
задолженности и инфляция сведут к нулю способность
Германии выплачивать репарации.
Остро встал вопрос о поставках союзным государ-
ствам угля Германией в счет репараций. Согласно Вер-
38
В. Ю. Катасонов
сальскому договору, угольные поставки Германии долж-
ны были составлять 3,5 млн т в месяц, или 42 млн т в год.
Вскоре после конференции Репарационная комиссия сни-
зила норму поставок до 2,4 млн т в месяц. Фактически же
во втором квартале 1920 года среднемесячные поставки
равнялись 770 тыс. т, т. е. были в 3 раза ниже нормы. Гер-
манская делегация доказывала невозможность выполне-
ния поставок угля. 10 июля на конференции неожидан-
но выступил с дерзкой речью германский «король угля и
стали» Гуго Стиннес.
«Мы, реальные политики, – заявил Стиннес, – учи-
тываем трудность, почти невозможность убедить вас,
что нами приняты решительно все меры. Мы предвидим,
что ввиду этого вы выдвинете угрозы насилия, оккупа-
ции Рурской области или чего-нибудь подобного. И даже
если бы этот акт насилия был выполнен цветными войска-
ми, появление которых в качестве носителей обществен-
ной власти возбудило бы гнев в сердце каждого белого
и каждого немца, даже и в этом случае ни Франция, ни
Европа не получили бы никакой выгоды»1. Стиннес стал
прямо угрожать, что Германия не даст ни денег, ни угля
для поставок, ни других товаров для выполнения репа-
раций. Один из авторов «Истории дипломатии» проф.
И. И. Минц следующим образом объясняет выпад герман-
ского «короля угля и стали»: «Речь Стиннеса отнюдь не
была выражением его личной запальчивости, как пыта-
лись представить в Германии. То была обдуманная про-
вокация. Всем было известно, что Германия не достав-
ляла угля союзникам, между тем сотни тысяч тонн его
продавались немцами на сторону. Стиннес, представляв-
ший интересы тяжелой индустрии Германии, боялся, что
лотарингская сталелитейная промышленность, получив
1 Цит. по: История дипломатии. В 3 т. Т. 3. Дипломатия в период подготовки
Второй мировой войны (1919–1939 гг.). Под ред. акад. В. П. Потемкина. – М.-Л.:
Государственное издательство политической литературы, 1945. С. 93–94.
39
Мировое хозяйство между двумя войнами
немецкий уголь и кокс, явится опасным конкурентом
для германских промышленников. Чтобы помешать это-
му, он готов был пойти на риск оккупации Рура; он не
колебался нанести огромный ущерб всему германскому
народному хозяйству, лишь бы отстоять интересы своей
группы. Стиннес формально не согласовал своей речи с
германским правительством; но он был приглашен в со-
став немецкой делегации в качестве официального экс-
перта. Его доводы и цифры легли в основу возражений
германской делегации»1.
Союзники отказались обсуждать возражения Гер-
мании. Немцам пришлось капитулировать. 16 июля
1920 году германская делегация подписала протокол,
предложенный союзниками. Все «достижения» немцев
свелись к тому, что месячная норма поставок угля была
снижена с 2,4 млн до 2 млн т.
Пожалуй, наиболее значимым решением конферен-
ция было то, что на ней были окончательно зафиксирова-
ны доли в общем объеме германских репараций каждого
из союзников (%):
Франции – 52
Великобритании – 22
Италии – 10
Японии – 0,75
Бельгии – 8
Португалии – 0,75
Греции, Румынии и Югославии2 – 6,5.
Примечательно, что хотя американский Сенат и не
утвердил Версальского договора, за США было зарезерви-
ровано право получения своей доли репараций.
1 Там же. С. 94.
2 Эти три страны не были представлены на конференции в Спа.
40
В. Ю. Катасонов
Конференция в Брюсселе (декабрь 1920 г.). На ней
был выдвинут так называемый план Сейду, предвосхитив-
ший основные положения будущего плана Дауэса; план
этот предусматривал прогрессивно растущие годовые пла-
тежи Германии, поставки натурой, специальные гарантии
платежей со стороны Германии, финансовый контроль со-
юзников и предоставление международного займа; однако
план был отвергнут.
Конференция в Париже (январь 1921 г.). Состояв-
шаяся в Париже союзническая конференция глав прави-
тельств установила 29 января 1921 году общую сумму
репараций в размере 226 млрд золотых марок, которую
Германия должна была выплатить в течение 42 лет. Кроме
того, она обязана была выплачивать 12 % стоимости свое-
го экспорта. Ежегодные платежи определялись в 2 млрд
золотых марок в 1921–23 годах, в 4 млрд – 1923–25 гг. За-
тем годовые платежи выходили на уровень до 6 млрд. Од-
новременно союзники разрешили представить Германии
контрпредложения по репарационному плану, которые
предполагалось рассмотреть на Лондонской конференции
в марте 1921 года.
Постановления Парижской конференции вызвали в
Германии волну националистической кампании, продол-
жавшейся вплоть до следующей конференции, запланиро-
ванной на конец февраля в Лондоне. 1 февраля министр
иностранных дел Симонс выступил с официальным пра-
вительственным заявлением, в котором в резкой форме
отклонил решение союзников. Позиция кабинета была
поддержана партиями правительственной коалиции, от
их имени 2 февраля в рейхстаге выступил демократ Шиф-
фер. Прикрываясь заботой о немецком народе, он обви-
нил союзников в нарушении условий мирного договора и
в стремлении уничтожить немецкий народ. С правитель-
ственным заявлением согласились социал-демократы и
41
Мировое хозяйство между двумя войнами
находящиеся в оппозиции националисты. Один из лидеров
национальной партии заявил в рейхстаге, что его партию
удовлетворяет «решительный тон» выступления Симон-
са, и призвал кабинет отказаться от выполнения Версаль-
ского договора. В последующие недели по всей Германии
были инсценированы многочисленные марши и митинги
протеста против принятых в Париже постановлений. На
многочисленном митинге в Штутгарте 13 февраля Симонс
заявил: «…требования
союзников будут вечно висеть над
немецким народом, как призрак… мы, скорее, предпо-
чтем, чтобы нам навязали несправедливые решения, чем
согласимся подписать их». Свое выступление в Карлсруэ
15 февраля Симонс закончил словами: «Ни один из немец-
ких политических и государственных деятелей не может
допустить того, чтобы немецкий народ в течение 42 лет
нес тяготы репарационных платежей». 25 февраля Симонс
ознакомил членов кабинета с основными Германскими
контрпредложениями, подготовленными к Лондонской
конференции. Суть их сводилась к следующему. Германия
считает сумму в 226 млрд золотых марок необоснованной
и предлагает снизить ее до 50 млрд. Но так как из этой
суммы якобы уже выплачено 20 млрд, то оставшаяся часть
репараций равна 30 млрд золотых марок. Для погашения
этой суммы Германии должен быть предоставлен крупный
международный заем. Симонс предполагал, что Герман-
ские контрпредложения могут не найти единодушной под-
держки со стороны союзников и прежде всего Франции.
Но, как и прежде, он надеялся использовать противоречия
между союзниками и особую позицию США, проявлявших
значительный интерес к расширению экономического со-
трудничества с Германией. Еще в начале февраля 1921 году
американский представитель в Берлине Дрезел предупре-
ждал британского посла д’Абернона о том, что американ-
ское правительство будет серьезно критиковать всякий
план союзников, который «затруднит развитие американо-
42
В. Ю. Катасонов
германской торговли». Представленный Симонсом проект
не вызвал принципиальных возражений со стороны членов
правительства. Осторожно высказывался о предложениях
Симонса министр финансов Вирт. Он считал, что предло-
женная союзниками сумма репараций является чрезмерно
высокой и невыполнимой, но ее отклонение приведет Гер-
манию к катастрофе. 26 февраля с содержанием немецких
контрпредложений ознакомились лидеры политических
партий и парламентских фракций. Они одобрили подго-
товленные Симонсом предложения, хотя и понимали, что
германские условия выплаты репарации означают попытку
ревизии Версальского договора1.
Первая Лондонская конференция (февраль – март
1921 г.). Формально главными вопросами конференции
были политические, связанные с Турцией и Ближним Вос-
током. Но вопросы репараций опять всплыли. Присутство-
вавшая на конференции Германия подняла вопрос о том,
чтобы ограничить ее платежи общей суммой 50 млрд ма-
рок. Предложение было отвергнуто. Более того, союзники
вновь констатировали, что Германия не выполняет своих
репарационных обязательств. На этот раз Великобритания
и Франция добились более консолидированной позиции
по вопросу репараций. «Наметившееся франко-английское
сотрудничество на Ближнем Востоке позволило обеим
странам выступить с единой точкой зрения и по вопросу
о репарациях»2. 3 марта союзники выставили Германии
ультиматум: если она до 7 марта не признает репарацион-
ных обязательств, то союзники оккупируют города Дюс-
сельдорф, Дуйсбург и Рурорт на правом берегу Рейна3.
1 Дюльгер А. Репарационная политика Антанты и позиция правящих кру-
гов Германии (июнь 1920 – май 1921 гг.) // Интернет.
Режим доступа: http://
www.km.ru/referats/E0BBF4E96DB9428AA0BDB32795BF2948
2 История дипломатии. Т. 3. С. 100.
3 Ультиматум содержал и другие требования. В частности, требования выпол-
нения условий Версальского мира о разоружении и выдаче виновников войны.
43
Мировое хозяйство между двумя войнами
7 марта Симонс передал союзникам ответ, в котором со-
глашался на уплату пяти первых ежегодных взносов в
размере, предусмотренном парижским планом, но отказы-
вался от фиксации всей суммы репараций. Ллойд-Джордж
от имени союзников заявил, что германский ответ неудо-
влетворителен и указанные в ультиматуме санкции будут
немедленно применены.
8 марта оккупация состоялась. 10 марта 1921 года гер-
манское правительство обратилось к Лиге Наций с про-
тестом против расширения зоны оккупации германской
территории, но протест был оставлен без ответа. После
этого Берлин обратился за посреднической помощью к
Вашингтону. Однако США отклонили посредничество,
предложив Германии составить новую схему репараций и
начать переговоры с союзниками.
Вторая Лондонская конференция (апрель – май
1921 г.). Напомним, что до 1 мая 1921 года Репарационная ко-
миссия, согласно условиям Версальского мирного догово-
ра, должна была определить окончательную общую сумму
репарационных обязательств Германии. Так вот, 27 апреля
1921 года комиссия сообщила Германии, что ее долг по ре-
парациям определен в 132 млрд марок, не считая возложен-
ного на Германию бельгийского долга в 5,6 млрд марок.
В конце апреля 1921 года открылась 2-я Лондон-
ская конференция союзников, в работе которой Германия
участия не принимала. Конференция утвердила оконча-
тельный план репарационных платежей, который в виде
ультиматума 5 мая был передан германскому правитель-
ству. Союзники установили общий размер репараций (в
132 млрд золотых марок), а сумму годовых платежей Гер-
мании (деньгами и натурой) – в 4,6 млрд марок. Лондонская
конференция потребовал от Германии до 11 мая принять
план репараций. В противном случае союзники угрожали
12 мая расширить зону военной оккупации в Руре. 11 мар-
44
В. Ю. Катасонов
та за два часа до истечения ультиматума германское пра-
вительство Вирта приняло условия союзников.
В конце 1921 года министр иностранных дел Гер-
мании Вальтер Ратенау посетил Лондон и в течение трех
дней вел переговоры с английским премьером и с Банком
Англии на предмет получения кредитов. Берлин был го-
тов даже платить высокие проценты, если суммы креди-
тов будут значительными. Сторонами было составлено
письмо, основная идея которого сводилась к тому, что
Германия настолько придавлена репарациями, что она не
в состоянии пользоваться кредитами. Письмо представ-
ляло собой ответ Банка Англии Берлину, оно по согласо-
ванию сторон предназначалось для предания публичной
огласке1. Опираясь на указанное письмо, Берлин обратил-
ся в Репарационную комиссию, заявив, что предстоящие
15 января и 15 февраля 1922 года выплаты оказываются
под большим вопросом.
Каннская конференция (январь 1922 г.) ограничи-
ла платеж на 1922 год суммой в 2170 млн марок. Вскоре,
однако, Германии был предоставлен мораторий на весь
1922 год. Полагаем, что мораторий был продиктован тем,
чтобы хотя бы на время ослабить противоречия в стане
союзников по вопросу репараций и дать им возможность
сосредоточиться на «русском вопросе».
Отметим, что Генуэзская конференция проходила
как раз в то время, когда многие участники уже думали
о том, что же будет с их страной после истечения срока
моратория. Об этом, естественно, думали и делегаты из
Германии. А также делегаты из Франции, которые, на-
конец, ожидали получить необходимые вливания в свою
1 В письме был один секретный пункт, который не был обнародован. Банк
Англии настоятельно рекомендовал Германии не соглашаться на передачу
Франции остатков своего золотого запаса (чего Франция могла потребовать
в порядке санкций). Более того, Банк Англии изъявлял готовность взять под
защиту золотой запас Германии.
45
Мировое хозяйство между двумя войнами
экономику. Об этом думали и делегаты Великобритании,
понимая, что им в очередной раз придется погрузиться в
неприятные репарационные распри.
Об аннулировании Советской Россией
внешних долгов
Одним из первых декретов советской власти был декрет
Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета
(ВЦИК) от 21 января (3 февраля по новому стилю) 1918 года
об аннулировании всех государственных займов царского и
Временного правительств. Этот декрет (как и большинство
других декретов советской власти) был крайне лаконичен
(состоял из 10 статей). Статья 1 устанавливала, что обяза-
тельства, данные «правительствами российских помещиков
и российской буржуазии», аннулировались задним числом,
с 1 декабря 1917 года. Речь шла о обязательствах царского и
Временного правительств, которые возникали в результате
размещения облигационных займов или получения креди-
тов. Если для держателей ценных государственных бумаг
внутри страны были сделаны некоторые послабления и ис-
ключения1, то все внешние займы царского и Временного
правительств аннулировались без исключений (статья 3).
Общее руководство ликвидацией государственных займов
возлагалось на Высший совет народного хозяйства, а сама
процедура – на Государственный банк, который должен был
немедленно приступить к регистрации всех облигаций го-
сударственных займов, а также других процентных бумаг,
как подлежавших, так и не подлежавших аннулированию.
1 Исключение делалось для малоимущих владельцев государственных
бумаг на сумму не более 10 тыс. рублей – им предполагалось вручить
именные свидетельства нового займа РСФСР. Список малоимущих должны
были составить местные Советы, которые имели право аннулировать все
сбережения, «приобретенные нетрудовым путем, даже если эти сбереже-
ния не превышали сумму в 5 тыс. рублей».
46
В. Ю. Катасонов
Общая сумма обязательств царского и Временно-
го правительств на момент издания декрета составляла
60 млрд зол. рублей, причем 44 млрд руб. приходилось на
внутренний долг, а 16 млрд руб. – на внешний. Учитывая,
что держатели внутреннего долга получили возмещения
очень незначительные, потери российских заимодав-
цев, возникшие в результате декрета ВЦИК от 21 января
1918 года, были в 3 раза больше, чем потери зарубежных
кредиторов и заимодавцев. Конечно, это был серьезный
удар для российских граждан. Независимо от того, к ка-
ким сословиям и классам они принадлежали. В России по-
сле Октябрьской революции было множество социальных
волнений, протестов, бунтов. Некоторые из них потом
переросли в Гражданскую войну. Но, что примечательно,
почти никогда эти волнения, протесты и бунты не прохо-
дили под лозунгами «Верните нам наши долги!» Преоб-
ладали другие лозунги и требования.
Вскоре после этого большинство европейских госу-
дарств заявили протесты. Представители союзных и ней-
тральных стран объявили декрет от 21 января 1918 года (а
также последовавшие за ним декреты о национализации
иностранных предприятий) «как бы несуществующими».
Они заявили, что оставляют за собой право «настоятельно
потребовать удовлетворения и возмещения всего ущерба
и всех убытков»1. Особенно сильно пострадал от Декре-
та самый крупный из иностранных кредиторов царского
правительства – Франция, в которой на 1914 год насчиты-
валось до 1,6 млн держателей царских займов на сумму до
12 млрд франков золотом.
В большинстве наших учебников и даже монографий
по истории того периода времени говорится о том, что
большевики отвергали все протесты из-за границы по по-
1 Которниченко В. Н. К вопросу о национализации отечественной нефтя-
ной промышленности в 1918 г. // Экономическая история. Обозрение / Под
ред. Л. И. Бородкина. Вып. 10. – М., 2005. С. 87.
47
Мировое хозяйство между двумя войнами
воду декрета от 21 января и ни на какие компромиссы с
Западом не шли. Это не совсем так. Надо иметь в виду,
что советская власть в период Гражданской войны и ино-
странной интервенции часто висела буквально на во-
лоске. Большевики прекрасно понимали, что даже за так
называемой Гражданской войной стоит Запад, который
поощряет
внутренние раздоры и помогает их врагам («бе-
лое движение»). В такие критические моменты больше-
вики пытались выйти на руководителей союзных стран и
договариваться с ними о прекращении вмешательства во
внутренние дела нового государства. Козырной их кар-
той в этом случае был отказ от аннулирования внешних
долгов или, по крайней мере, согласие на переговоры по
данному вопросу. Как отмечается в авторитетном источ-
нике «История дипломатии», «Советское правительство…
согласилось даже признать, на определенных условиях,
иностранные долги, лишь бы прекратить интервенцию»1.
Прецедентом признания внешних долгов больше-
виками стал Брестский мирный договор с Германией
(3 марта 1918 г.). Брестский мир предусматривал также
признание Россией долгов перед другими центральными
державами и обязывал ее начать немедленно соответству-
ющие выплаты. Весь долг перед Германией определялся
довоенными займами и кредитами. Основная сумма дол-
га России перед Германией (без процентов) по кредитам
правительству, по гарантиям железнодорожных займов и
ипотечным кредитам составляла около 1 млрд зол. руб.
Конечно, признание Россией своих долгов по Брестскому
миру было «добровольно-принудительным». Примеча-
тельно, что Брестский мир был подписан всего через че-
тыре недели после издания декрета ВЦИК об аннулирова-
нии займов царского и Временного правительств.
В годы Гражданской войны и интервенции произо-
шло такое интересное событие. В самом начале 1919 года
1 История дипломатии. Т. 3. С. 55.
48
В. Ю. Катасонов
«Совет десяти» (орган Антанты) предложил провести
международное совещание по восстановлению мира в
России с приглашением на него из России представите-
лей противоборствующих сторон. В качестве места про-
ведения совещания предлагались Принцевы острова.
Советское правительство позитивно принято это пред-
ложение и согласилось участвовать в совещании. Более
того, правительство РСФСР, демонстрируя серьезность
своих намерений, 4 февраля 1919 года заявило, что го-
тово признать долги предшествующих правительств, на-
чать выплаты процентов по ним, а также предоставить
концессии иностранным государствам или частным ка-
питалистам1. Начало 1919 года было труднейшим момен-
том для Советского государства, когда страна оказалась
в кольце интервенции, а войска Колчака и Деникина на-
ступали. Запад сам отказался от своего первоначального
предложения по проведению совещания на Принцевых
островах. Видимо, Антанта также планировала такой сце-
нарий развития событий, когда Москва в «добровольно-
принудительном порядке» аннулирует свой декрет от
3 февраля 1918 года.
Можно также вспомнить «миссию Буллита». Вильям
Буллит, один из членов американской делегации на Па-
рижской мирной конференции (впоследствии посол США
в СССР) был направлен от имени Америки и Англии в
Советскую Россию в феврале 1919 года. Он должен был
провести зондаж на предмет возможных переговоров
указанных стран с Москвой. Буллит посетил Наркомат
иностранных дел, также беседовал с Лениным. Предсе-
датель Совнаркома в целом согласился с предложениями
Антанты по вопросу нормализации внутренней ситуации
в России, по поводу установления отношений с бывши-
ми союзниками, по торговле, по долгам и т. д. Антанта
предлагала после установления мира в России начать
1 История дипломатии. Т. 3. С. 60–61.
49
Мировое хозяйство между двумя войнами
переговоры по внешним долгам царского и Временного
правительств. Ленин по данному пункту внес встречные
предложения: а) распределить долги равномерно между
теми странами, которые образовались на территории Рос-
сийской Империи; б) зачесть в уплату долга то золото, ко-
торое было захвачено белочехами (часть так называемого
колчаковского золота); в) зачесть в уплату долга золото,
которое Советская Россия уплатила Германии по Брест-
скому миру (и которое после капитуляции Германии ока-
залось у Франции и Великобритании).
В целом реакция Москвы на предложения, приве-
зенные Вильямом Буллитом, была повторением тактики
эпохи Брестского мира. Тогда дело шло о том, чтобы вы-
рваться из войны и добиться передышки; сейчас – о срыве
интервенции и переходе к мирному строительству. Высту-
пая на митинге 13 марта, Ленин сравнивал политику, свя-
занную с принятием англо-американского предложения,
с Брестским миром»1. Однако после возвращении Буллита
в Европу английский премьер-министр Ллойд-Джордж и
американский президент Вудро Вильсон охладели к идее
переговоров с большевиками. Видимо, они сделали став-
ку на «силовой», а не «переговорный» способ решения
проблемы русских долгов.
Некоторые историки избыточную готовность Ленина
идти на все восемь условий Антанты, которые были озву-
чены Буллитом,2 объясняют хитростью вождя большеви-
ков. Они полагают, что Вильсон и Ллойд-Джордж расце-
нили ответы Ленина как проявление слабости Москвы и
решили «дожимать» ее военными методами. Вот пример
такой трактовки: «И когда Буллит возвращается в Париж,
Ллойд-Джордж и Вильсон решают, что в советском прави-
тельстве – полные идиоты и белогвардейцы скоро одержат
победу. Поэтому они вообще отказываются от каких-либо
1 Там же. С. 63.
2 Содержание условий см.: История дипломатии. Т. 3. С. 62.
50
В. Ю. Катасонов
переговоров с Лениным и запрещают Буллиту разглашать
сам факт их попытки вступить в переговоры с Лениным,
придав миссии Буллита статус секретной дипломатии.
Ллойд-Джордж на заседании парламента в Лондоне ци-
нично заявляет, что не имеет никакого отношения к мис-
сии Буллита в России»1.
Примерно через год военная ситуация в России стала
уверенно меняться в пользу большевиков. После Вильяма
Буллита никто из западных деятелей не получал больше
от Москвы предложений о признании прежних долгов (и,
тем более, об их оплате). 28 октября 1921 года в совет-
ской ноте, адресованной союзникам и содержащей пред-
ложение провести международную конференцию по вза-
имным межгосударственным требованиям, Москва вновь
заявила, что готова при определенных условиях признать
довоенные долги.
Глава 2
Подготовка к Генуе
Советская нота от 28 октября 1921 года –
старт подготовки конференции
Во многих работах о Генуэзской конференции напи-
сано, что она была инициирована Западом, прежде всего
Великобританией. Однако, на наш взгляд, это не совсем
точно. Первоначальный толчок дала Советская Россия.
Отсчет подготовки конференции следует вести от ноты
советского правительства от 28 октября 1921 года. В
этом документе, адресованном бывшим союзникам, совет-
ская власть впервые выразила готовность признать обяза-
1 Кременцова Е. Как Ленин «продал» Россию // Интернет.
Режим доступа:
http://www.eg.ru/daily/politics/31389/
51
Мировое хозяйство между двумя войнами
тельства по кредитам и займам царского времени. Однако
обсуждение этого вопроса предлагалось вести в более ши-
роком контексте учета взаимных требований и претензий.
Для такого обсуждения, как отмечалось в ноте, было целе-
сообразно провести международную конференцию с уча-
стием России и всех заинтересованных стран.
Какова была реакция Запада на подобное предло-
жение Москвы? Наибольший интерес проявила Велико-
британия, которая, как и другие европейские страны,
переживала экономический кризис, однако в особо тяже-
лой форме. Взимавшиеся с Германии репарации уходили
тут же за океан, в Соединенные Штаты, перед которыми
Великобритания имела гигантский долг. Оставшиеся кро-
хи репарации использовались для выплаты пособий без-
работным, коих в стране насчитывалось несколько мил-
лионов. Многие государственные и политические деятели
Великобритании с надеждой смотрели на Россию как по-
тенциальный рынок, с помощью которого может начать-
ся реальное восстановление английской экономики. Бо-
лее чем за год до Генуэзской конференции, на январской
конференции союзников в Париже английский премьер-
министр Ллойд Джордж1 признал, что без России Европе
будет крайне сложно выйти из затянувшегося социально-
экономического кризиса: «Брать от Германии товары, ко-
торые производятся в Англии и Франции (имеются в виду
поставки ряда товаров Германией в порядке погашения ею
репарационных обязательств – В.К.), значило бы только
перенести голод из одного места в другое. Должен быть
во чтобы то ни стало найден другой рынок для Герма-
нии; единственным доступным рынком является Россия,
1 Ллойд-Джордж (1863–1945) – британский политический деятель. Близкий
друг Уинстона Черчилля. В 1916–1922 гг. – премьер-министр. По окончании
Первой мировой войны возглавлял британскую делегацию на переговорах
с Германией, подписал Версальский мир. Вместе с министром иностранных
дел Джорджем Керзоном представлял Великобританию на Генуэзской кон-
ференции. В октябре 1922 г. ушел в отставку.
52
В. Ю. Катасонов
которая будет вывозить зерно, лен для Англии и Фран-
ции в обмен на мануфактурные изделия, получаемые из
Германии»1. Одним словом, тогдашнее руководство Вели-
кобритании было склонно к тому, чтобы втянуть Россию в
торгово-экономический обмен со странами Европы. Уже
16 марта 1921 года торгпредом Л. Б. Красиным от РСФСР
и министром торговли сэром Робертом Хорном от Вели-
кобритании было подписано англо-советское торговое
соглашение. Более того: английское правительство поощряло
подписание таких соглашений другими европей-
скими странами, полагая, что таким образом будет снято
излишнее давление на европейских товарных рынках2.
С учетом сказанного не вызывает удивление положитель-
ная реакция Великобритании на советское предложение.
В английских газетах стали появляться сообщения, что
премьер-министр Ллойд-Джордж вступил в переписку
с советским правительством на предмет уточнения пози-
ций Москвы по ноте от 28 октября 1921 года.
Франция заняла достаточно жесткую позицию в от-
ношении советских предложений. Париж считал, что с
русскими договориться не удастся. Мнение Парижа было
таково: лучше все усилия дипломатии стран Антанты
сконцентрировать на Германии, добиваясь, чтобы она не-
укоснительно выполняла условия Версальского мирного
договора. Такие приоритеты Парижа не трудно было объ-
яснить, поскольку основная часть репараций Германия
должна была уплачивать Франции как стране, наиболее
пострадавшей в Первой мировой войне. Следует признать,
1 Цит. по: Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспомина-
ния участников. – М.: Издательство Института международных отношений,
1963. С. 150.
2 Англо-советское торговое соглашение 1921 года положило начало целой
серии полуполитических, полуторговых соглашений, заключенных совет-
ским правительством в течение 1921–22 гг. с рядом стран Западной Европы:
6.V. 1921 – с Германией, 2. IX. 1921 – Норвегией, 7. XII. 1921 – Австрией, 26.
XII. 1921 – Италией, 1. II. 1922 – Швецией, 5. VII. 1922 – с Чехословакией.
53
Мировое хозяйство между двумя войнами
что значительная часть и тех репараций, которые получал
Париж, также уходила за океан, так как Франция наряду
с Великобританией после Первой мировой войны стала
крупнейшим должником Соединенных Штатов. Фран-
ция опасалась любой международной встречи с участи-
ем России, поскольку последняя при любой возможности
критиковала Версальский мирный договор, называя его
грабительским. Париж небезосновательно опасался, что
Россия в Генуе будет призывать другие страны к пересмо-
тру Версальского договора.
Еще более неприятным для Парижа был вариант, при
котором Советская Россия стала бы требовать своей доли
в общем «репарационном котле». Как известно, Франция
получала более половины всех денег из этого «котла». Она
на это имело все права, так как из западных стран Антан-
ты Франция пострадала больше всех. Но даже громадные
ущербы Франции бледнели на фоне еще более громадных
ущербов России. Хотя Россия не заявляла своих претен-
зий на свою долю в репарациях, Париж не исключал тако-
го «хода» со стороны Москвы.
Германия достаточно ревниво отнеслась к готовно-
сти Лондона начать диалог с Москвой. Берлин опасался,
что английские компании первыми захватят российский
рынок. А ведь Германия задыхалась в удавке репараций и
рассчитывала хотя бы частично ее ослабить за счет освое-
ния российского рынка. Россия еще пребывала в коль-
це торгово-экономической блокады, а среди западного
бизнеса уже начиналась незримая конкурентная борьба
за российский рынок. Впрочем, позиции Германии (как
проигравшей страны) были достаточно слабы как в эконо-
мическом, так и в дипломатическом отношении. Поэтому
Берлин отрабатывал запасной вариант. Если уж Лондон
обоснуется на российском рынке, то, по крайней мере, в
этом случае у Берлина будет больше оснований просить у
Лондона кредитов. Министр иностранных дел Германии
54
В. Ю. Катасонов
Вальтер Ратенау1 вел в 1921 году переговоры с прави-
тельством Великобритании и руководством Банка Англии
на предмет получения кредитов, однако безрезультатно.
Впрочем, Вальтеру Ратенау кое-чего удалось добиться в
Лондоне. Кредитов не дали, но Ллойд-Джордж дал понять,
что если Берлин не сможет выплатить очередные транши
репараций, то Лондон готов начать переговоры о реструк-
туризации репарационных обязательств Берлина. И даже
обещал в случае необходимости нейтрализовать Париж.
Последний, как всем было очевидно, ни на какие пересмотры
условий Версальского мирного договора не был готов.
Париж даже заявил, что любые сбои в выплатах репараций
будут иметь своим следствием оккупацию Францией тер-
ритории Рура. В любом случае Германия была заинтере-
сована в будущей конференции, рассчитывая, что там она
сумеет ослабить единство стран-победительниц и начать
расшатывать версальскую систему.
При такой раскладке сил английскому премьер-министру
Ллойд-Джорджу пришлось искать пути нейтрали-
зации жесткой позиции Франции в отношении будущей
конференции (как якобы ненужной и даже вредной). Он
предложил французскому премьер-министру Аристиду
Бриану2 заключение на десятилетний срок пакта о вза-
1 Вальтер Ратенау (1867–1922) – германский промышленник и финансист ев-
рейского происхождения, министр иностранных дел Германии с 1 февраля по
24 июня 1922 года. Наряду с канцлером Йозефом Виртом представлял Герма-
нию на Генуэзской конференции, был инициатором подписания Раппальского
договора с Советской Россией и лично поставил подпись под этим докумен-
том. Был убит боевиками из экстремистской организации «Консул», ненависть
которых вызывали подписанный Раппальский договор и его заверения в том,
что Германия будет строго соблюдать условия Версальского договора.
2 Аристид Бриан (1862–1932) – французский политический деятель Третьей
республики, неоднократно премьер-министр Франции, министр иностранных
дел, внутренних дел, военный и юстиции. Лауреат Нобелевской премии мира
1926 года за заключение Локарнских соглашений, гарантировавших послево-
енные границы в Западной Европе. Ушел в отставку с поста премьер-министра
накануне Генуэзской конференции (в январе 1922 г.). Позднее еще два раза
возвращался на этот пост (в 1925–1926 гг. и в 1929 г.).
55
Мировое хозяйство между двумя войнами
имной безопасности, который бы гарантировал Парижу
военную поддержку со стороны Лондона в случае любых
военных акций против Франции со стороны Германии.
Это позволило нейтрализовать французских национа-
листов, которые не желали никаких многосторонних
переговоров с участием Германии и России в рамках кон-
ференции, которая была предложена в ноте советского
правительства.
Запад блокируется. Каннская конференция
и Каннские условия
Заметной вехой на этапе подготовки Генуэзской кон-
ференции стала Каннская конференция стран, входящих
в Верховный совет Антанты. Между прочим, указанный
Совет принимал все ключевые решения по вопросам ор-
ганизации торгово-экономической блокады против Со-
ветской России1. Каннская конференция проходила в ян-
варе 1922 года. В Канне было признано, что преодоление
затянувшегося экономического кризиса в Европе возмож-
но лишь при условии полноправного и полномасштабного
вовлечения в торгово-экономические отношения России
и Германии. Решено было созвать в Генуе в феврале или
начале марта экономическо-финансовую конференцию.
Всем европейским государствам, в том числе Советской
1 Верховный совет Антанты («Совет пяти») – высший руководящий орган
стран-участниц Антанты. Был образован в конце Первой мировой войны и
просуществовал до середины 1920-х гг. Выполнял функции «мирового пра-
вительства», решая судьбы всего послевоенного мира, согласно воле по-
бедителей. Влияние Совета уменьшалось по мере укрепления Лиги Наций.
В Верховный совет Антанты на постоянной основе вошли пять государств –
Великобритания, Франция, США, Италия и Япония. В Совет назначались
премьер-министры первых четырех перечисленных держав, представитель
Японии, а также представители их Генштабов. Совет в декабре 1917 г. при-
нял решение об организации торговой и морской блокады против Совет-
ского государства, а в январе 1920 г. – о ее частичной отмене (Каннская
резолюция Верховного совета Антанты).
56
В. Ю. Катасонов
России, Германии, Австрии, Венгрии и Болгарии, пред-
лагалось прислать на нее своих представителей. При этом
Верховный совет зафиксировал шесть условий, признание
которых должно было содействовать успеху всего плана.
Вот эти условия, на которые в ходе Генуэзской конферен-
ции ее участники часто ссылались (так называемые Канн-
ские условия):
1. Невмешательство государств во внутренние дела
других государств (конкретно: ни одно государство не мо-
жет навязывать другому государству систему собственно-
сти, внутренней экономической жизни и управления).
2. Государство, предоставляющее кредит другому го-
сударству, должно быть уверено, что имущество и права
его граждан будут защищены.
3. Признание правительствами всех обязательств по
ранее полученным иностранным кредитам и займам, а так-
же иностранным инвестициям. Без такого признания пре-
доставление новых кредитов и займов исключается.
4. Организация финансово-денежного обращения,
обеспечивающего ведение торговли.
5. Воздержание от пропаганды, направленной к низ-
вержению существующего порядка в других странах.
6. Принятие странами взаимных обязательств воз-
держиваться от нападения на своих соседей.
В особом пункте заключительного документа Канн-
ской конференции было оговорено, что если советское
правительство потребует официального признания, то
союзные державы могут согласиться на это лишь при
принятии Россией вышеуказанных условий. Фактически
Каннская конференция была репетицией перед Генуей.
Репетицией, на которой европейские страны вырабатыва-
ли единую позицию в переговорах с Советской Россией.
Начиная с Каннской конференции на протяжении трех
месяцев до начала Генуэзской конференции шел непре-
рывный процесс формирования единого блока против Со-
57
Мировое хозяйство между двумя войнами
ветской России на основе Большой Антанты1 и Антанты в
широком понимании2.
Примечательно, что в Канн была приглашена Герма-
ния. Министр иностранных дел Вальтер Ратенау вел се-
кретные переговоры с делегациями Великобритании и Ита-
лии и сумел добиться от них предварительного согласия на
ослабление репарационного бремени. При выработке общей
платформы Запада на Каннской конференции Германию в
расчет не особенно принимали. Ее воспринимали скорее
как объект, а не субъект мировой и европейской политики.
Формирование западного блока:
центробежные и центростремительные процессы
После возвращения из Канна французский премьер-
министр Бриан попал под огонь острой критики национа-
листов как «соглашатель». Вскоре он был смещен, на сме-
ну ему пришел Раймон Пуанкаре3. Новый премьер ставил
условием проведения конференции в Генуе с участием
России не только признание ею старых долгов, но нача-
ло практических выплат под этим долгам. А также вос-
1 Большая Антанта – политический союз Великобритании и Франции. Еще
была Малая Антанта, в которую входили Чехословакия, Румыния и Югославия.
Антанта в первоначальном виде включала Великобританию, Фран-
цию и Россию (так называемый Тройственный союз, который сложился в
1904–1907 гг.). Россия после Октябрьской революции 1917 г. вышла из этого
политического союза.
2 Антанта в широком понимании – все страны, которые присоединись к
первоначальной Антанте для войны с Германией и ее союзниками. Наи-
более влиятельными новыми странами, составившими широкую Антанту,
были США, Италия и Япония.
3 Раймон Пуанкаре (1860–1934) – французский государственный деятель,
президент Франции (Третья республика, 1913–1920). Трижды занимал пост
премьер-министра (1912–1913, 1922–1924, 1926–1929 гг.). Хотя на Генуэз-
ской конференции не присутствовал (главой французской делегации был
министр юстиции и одновременно министр по делам Эльзаса и Лотарингии
Луи Барту), однако неформально осуществлял руководство французской
делегацией из Парижа.
58
В. Ю. Катасонов
становление в правах иностранных (в первую очередь
французских) держателей акций и других инвесторов.
Уже не приходится говорить, что Пуанкаре настаивал на
незыблемости репарационных обязательств Германии.
В любом случае Франция настаивала на том, чтобы пере-
нести начало конференции на три месяца. Париж опасал-
ся «особых» двухсторонних отношений между Лондоном
и Москвой. Кое-кто из французских политиков, если ве-
рить тогдашним газетам, предлагал не взирать спокойно
на британо-российское сближение, а опередить Лондон и
заключить франко-российское соглашение. Франция по-
старалась перехватить инициативу подготовки конферен-
ции у Великобритании.
Для этого в феврале месяце по ее инициативе в Па-
риже была проведена конференция кредиторов России.
Некоторые современные исследователи говорят, что тог-
дашняя конференция кредиторов стала прообразом Па-
рижского клуба кредиторов, который возник во второй
половине ХХ века1. На конференции были представлены
Ассоциация британских кредиторов, Главная комиссия
для защиты французских интересов, кредиторы из Бель-
гии, Дании, Японии, США. Конференция потребовала,
чтобы союзнические правительства добивались от Со-
ветской России признания всех долгов, а также принятия
шести Каннских условий как предварительной платфор-
мы для переговоров. Сложилась такая атмосфера, которая
сделала невозможным проявления какого-либо оппорту-
низма в отношении России со стороны правительства
Ллойд-Джорджа. Пуанкаре и Ллойд-Джордж по согласо-
ванию с правительством Италии перенесли начало конфе-
ренции в Генуе на 10 апреля.
1 Парижский клуб кредиторов был создан в 1956 году и представляет со-
бой неформальную организацию, состоящую на сегодняшний день из 19 по-
стоянных членов (государств). Занимается урегулированием долгов перед
государствами-кредиторами (в отличие от Лондонского клуба, который за-
нимается долгами перед частными кредиторами).
59
Мировое хозяйство между двумя войнами
Франция давно уже вынашивала план создания со-
юза Прибалтийских государств под главенством Польши
с целью использования этого союза для давления на Рос-
сию. Примечательно, что незадолго до Генуэзской кон-
ференции, 13 марта 1922 г., по приглашению польского
Министерства иностранных дел в Варшаве собрались
представители Польши, Латвии, Эстонии и Финлян-
дии (Литва не была приглашена). 17 марта Варшавская
конференция заключила политическое соглашение, из-
вестное под названием Варшавского договора. Под ру-
ководством Франции польско-балтийский блок должен
был помешать сближению Англии с Германией и Совет-
ской Россией.
Что касается Соединенных Штатов, то они получи-
ли приглашение от организаторов конференции. Но Ва-
шингтон от официального участия отказался, сославшись
на то, что конференция будет решать преимущественно
европейские вопросы, причем преимущественно поли-
тического, а не экономического характера. Это, конечно,
вызвало некоторое разочарование стран Большой Антан-
ты. Особенно Франции, которая явно рассчитывала на-
чать на конференции разговор о реструктуризации долга
европейских стран Большой Антанты перед США. Про-
блема была крайне острой. Так, годовой бюджет Фран-
ции составлял в начале 1920-х годов 25 млрд франков, из
них 2 млрд фр. шли на оборону, а 13 млрд – на выплату
долгов Соединенным Штатам. Таким образом, Франция
тратила 3/5 своего бюджета на ликвидацию последствий
военных расходов прошлых лет (они финансировались
за счет американских кредитов) и текущих военных рас-
ходов. Париж рассчитывал, что на конференции в союзе
с Лондоном и Римом ему удастся добиться смягчения
долгового бремени. Государственный секретарь США
Чарльз Юз в своем письме организаторам Генуэзской кон-
ференции, мягко отводя приглашение, между тем соли-
60
В. Ю. Катасонов
даризировался с Каннскими условиями. Вашингтон под-
держивал требование союзников о погашении Россией
своих обязательств по кредитам довоенного и военного
времени. И это понятно: Соединенные Штаты опасались,
что «дурной пример» Советской России может заразить
европейские страны. А ведь долг союзников Америке
превышал 10 млрд долл. (львиная доля его приходилась
на две страны – Францию и Великобританию).
Такова была непростая обстановка в стане западных
стран накануне Генуи. Последняя серьезная веха на пути
к Генуе – Лондонская встреча экономических и финансо-
вых экспертов.
Лондонский меморандум
как ультиматум России
Буквально накануне Генуэзской конференции (за три
недели до ее начала) бывшие союзники России по Первой
мировой войне (Великобритания, Франция, Италия, Бель-
гия и Япония) собрали совещание экспертов для выработки
общего пакета требований к нашей стране. Совещание про-
ходило в Лондоне с 20 по 28 марта 1922 года. Были подго-
товлены проекты резолюций по самым разным вопросам,
они были сведены в общий документ, который на Генуэз-
ской конференции фигурировал как Лондонский меморан-
дум. Меморандум включал 61 статью, которые были сгруп-
пированы в четыре части:
1. Восстановление России.
2. Условия, при которых иностранные предприятия и
иностранный капитал могут быть привлечены к делу вос-
становления России.
3. Меры, которые обеспечили бы быстрое восстанов-
ление России.
4. Восстановление Европы.
61
Мировое хозяйство между двумя войнами
Документ не только не был доведен до сведения прави-
тельства РСФСР до начала конференции, но даже сам факт
его подготовки держался в секрете. Запад планировал пред-
ставить Лондонский меморандум советской делегации не-
посредственно в Генуе, рассчитывая «додавить» Россию с
помощью эффекта внезапности.
Во вступлении к первой части Лондонского меморан-
дума было сделано лицемерное заявление, что Запад оза-
бочен судьбой русского народа и стремится к тому, чтобы
помочь России восстановить разрушенное войной хозяй-
ство. Второй тезис сводился к тому, что такому восста-
новлению может помочь западный капитал: «Хозяйствен-
ное восстановление России в значительной мере зависит
от поддержки, которую Россия получит от иностранных
предприятий и иностранного капитала». Третий тезис:
иностранный капитал в России должен получить надеж-
ную защиту со стороны государства, он также должен
иметь необходимую свободу операций, в том числе опе-
раций по ввозу и вывозу товаров.
Все условия Запада к России могут быть разделены на
две большие группы. Первая – условия, связанные с ликви-
дацией прошлого (этому посвящена вторая часть меморан-
дума). Вторая – условия, необходимые для будущего (тре-
тья часть меморандума).
Если говорить коротко, то условия по ликвидации по-
следствий прошлого сводятся к погашению Россией перед
иностранцами тех своих обязательств, которые возникли
как при прежних правительствах, так и нынешней власти
в России. Под прежними правительствами понимались,
прежде всего, царское правительство (до февраля 1917 г.)
и Временное правительство (февраль – октябрь 1917 г.).
Не очень понятно из Лондонского меморандума, понима-
лись ли под прежними властями «самостийные» прави-
тельства времен Гражданской войны типа правительства
Деникина или Колчака. У таких правительств, как извест-
62
В. Ю. Катасонов
но, также возникали финансовые обязательства перед За-
падом. В документе фигурирует понятие «обязательства
местных и региональных властей» на территории России,
что давало возможность самого широкого толкования.
Формулировки документа также давали возможность
самого широкого толкования убытков, понесенных ино-
странцами в России. Западные эксперты, таким образом,
заложили в документ возможность требовать от Совет-
ской России погашения и тех убытков, которые иностран-
ные инвесторы понесли в связи с Первой мировой войной
(которую, как известно, Россия не развязывала).
Для оценки величины обязательств Советской Рос-
сии перед иностранцами и определения порядка их пога-
шения Лондонский меморандум предусматривал создание
Комиссии русского долга. Хотя предусматривалось, что в
Комиссии будет представитель РСФСР, другими ее члена-
ми должны быть иностранцы. В дополнение к Комиссии
предлагалось создать смешанные третейские суды, ко-
торые также должны были заниматься урегулированием
долгов России. Слово «смешанные» камуфлировало тот
факт, что контроль в судах также был за иностранными
представителями. Это была откровенная попытка поста-
вить нашу страну под внешнее управление, лишить ее на-
ционального суверенитета.
После определения сумм долгов предлагалось все обя-
зательства РСФСР оформить в виде единых облигаций.
Вместе с тем эти бумаги должны были быть номинирова-
ны в разных валютах с учетом стран держателей долгов.
Облигации должны были быть обеспечены, как сказано в
документе, «всем достоянием Российского государства».
Проценты по облигациям и сроки их погашения должны
быть определены дополнительно. России позволялось осу-
ществлять досрочный выкуп долговых бумаг.
Что касается создания в России условий по привле-
чению иностранного капитала в будущем, то особый упор
63
Мировое хозяйство между двумя войнами
в Лондонском меморандуме был сделан на судопроизвод-
ство. Предусматривалась возможность разрешения споров
в иностранных судах. А договоры, контракты, иные юриди-
ческие документы, подписываемые иностранцами при ве-
дении деловых операций в России, могли предусматривать
использование законов других стран в судах. В меморанду-
ме оговаривалась недопустимость конфискаций, национа-
лизаций, реквизиций имущества иностранцев.
Хотя в меморандуме говорилось, что иностранным
инвесторам должны предоставляться равные с местны-
ми предпринимателями условия, однако на самом деле
первые должны были находиться в более привилегиро-
ванном положении. Например, предусматривался имму-
нитет иностранцев от исполнения решений судов. Самое
большое, что грозило иностранцу, – высылка из страны.
Фактически Лондонский меморандум предлагал России
в проведении своей экономической политики ориентиро-
ваться не на национальные интересы, а на интересы ино-
странных инвесторов. Например, статья 27 меморандума
гласила: «Налоги, пошлины и всякого рода повинности,
падающие на промышленность, торговлю или другие за-
нятия иностранцев, обосновавшихся в России, не должны
препятствовать извлечению нормальной прибыли на за-
траченный капитал». А статья 28 предусматривала соз-
дание на территории России «оазисов» для иностранцев:
«В некоторых портах должны быть установлены свобод-
ные зоны». В общем, часть третья меморандума содержит
такие условия, которые весьма напоминают современные
требования Запада к Российской Федерации по созданию
«инвестиционного климата» для иностранцев.
Меморандум содержал ряд «рекомендаций», которые
были вроде бы адресованы всем участникам Генуэзской
конференции (часть IV «Восстановление Европы»). Но
фактически они предназначались для России. Например,
говорилось о необходимости восстановления мировой
64
В. Ю. Катасонов
валютно-финансовой системы на основе золотого стан-
дарта. На начало 1922 года существовавший до войны в
европейских странах золотой стандарт еще нигде не был
восстановлен. Но попытки предпринимались. А вот за-
явления некоторых представителей Советской России по
финансово-денежным вопросам Запад настораживали.
В частности, были большие подозрения, что Россия со-
бирается вообще восстанавливать золотой стандарт. На-
помним, что в России он был введен в 1897 году («золотой
рубль С. Витте»), и действие его было приостановлено в
связи с началом Первой мировой войны. Статья 30 ме-
морандума предусматривала проведение в ближайшем
будущем совещания центральных банков всех заинтере-
сованных стран для обсуждения вопросов восстановле-
ния международных валютно-финансовых отношений.
А статья 36 предусматривала заключение европейскими
странами международной конвенции, предусматривавшей
введение золотого стандарта.
В меморандуме также говорилось о том, что для ско-
рейшего экономического восстановления Европы стра-
нам следует как можно скорее отказываться от ограни-
чений, которые они ввели на экспорт и импорт товаров
(ст. 46–48, 53). Специально про Россию ничего в этом
контексте не говорилось. Но между строк читалось, что
это требование было адресовано в первую очередь имен-
но РСФСР. Советские власти уже в 1918 году установили
государственную монополию внешней торговли. Запа-
дом эта монополия рассматривалась как грубейшее на-
рушение принципов экономической и торговой свободы.
Требование отмены государственной монополии внешней
торговли было, пожалуй, вторым по важности условием
Запада после требования признания Советской Россией
внешних долгов царского и Временного правительств.
Обратим внимание, что как раз накануне Генуэзской кон-
ференции, 13 марта 1922 года, СНК и ВЦИК РСФСР при-
65
Мировое хозяйство между двумя войнами
няли постановление «О Внешней торговле». По данному
постановлению, вся внешнеторговая деятельность РСФСР
должна была осуществляться только через зарубежные
советские торговые представительства, уполномоченны-
ми (торгпредами) Народного Комиссариата внешней Тор-
говли РСФСР (НКВТ). Советская Россия как бы заранее
предупреждала участников конференции, что от государ-
ственной монополии внешней торговли она отступаться
не будет. Фактически Лондонский меморандум по своему
духу и букве находился в вопиющем противоречии с пер-
вым условием Каннской конференции (признание за каж-
дой нацией полного суверенитета в установлении систем
собственности, хозяйства и управления в своей стране).
По сути, на Лондонской встрече России был подготов-
лен ультиматум.
Советская Россия: подготовка к Генуе
Теперь относительно Советской России накануне
конференции в Генуе. Москва не питала никаких иллю-
зий по поводу того, что Запад будет выкручивать России
руки. Главной целью, которую преследовала Россия своим
участием в конференции, было добиться признания стра-
ны Западом. А такое признание, в свою очередь, должно
было облегчить торговлю и получение кредитов. Если не
уничтожение, то, по крайней мере, ослабление торгово-
экономической блокады, которая уже продолжалась более
четырех лет. Почти в любом исследовании, относящемся
к тому времени российской истории, приводятся извест-
ные слова В. И. Ленина: «Мы с самого начала, – говорил
Ленин, – заявляли, что Геную приветствуем и на нее
идем; мы прекрасно понимали и нисколько не скрывали,
что идем на нее как купцы, потому что нам торговля с
капиталистическими странами… безусловно необходима,
66
В. Ю. Катасонов
и что мы идем туда для того, чтобы наиболее правильно
и наиболее выгодно обсудить политически подходящие
условия этой торговли, и только».
Ленин считал, что даже если конференция закон-
чится ничем или что даже если Россию выгонят с кон-
ференции, все равно в Геную ехать надо. Следует руко-
водствоваться правилом «вода камень точит». Даже если
не удастся добиться никаких торгово-экономических ре-
зультатов на конференции, политические и идеологиче-
ские дивиденды Россия получить в Генуе обязана! «Все
искусство в том, – писал Ленин Наркому иностранных дел
г. Чичерину 14 марта 1922 г., – чтобы и ее, и наши, купцов-
ские предложения сказать ясно и громко до разгона (если
“они” поведут к быстрому разгону)… Всех заинтригуем,
сказав: “Мы имеем широчайшую и полную программу”.
Если не дадут огласить, напечатаем с протестом. Везде
“маленькая оговорка”: “мы-де, коммунисты, имеем свою
коммунистическую программу (III Интернационал), но
считаем все же своим долгом, как купцы, поддержать
(пусть 1/10.000 шансов) пацифистов в другом, т. е. буржуаз-
ном лагере (считая в нем 2 и 2 1/2 Интернационалы)”. Будет
и ядовито, и по-“доброму” и поможет разложению врага.
При такой тактике мы выиграем и при неудаче Генуи. На
сделку, невыгодную нам, не пойдем»1.
Напомним, что формально на конференцию в Генуе
было приглашено лишь государство с официальным на-
званием «РСФСР». Между тем решения, которые должны
были приниматься на конференции, могли затрагивать ин-
тересы соседних братских государств. Они еще не успели
объединиться в единое союзное государство (это произо-
шло лишь в декабре 1922 года, когда был создан СССР).
С учетом этого обстоятельства 22 февраля 1922 года в
Москве было созвано совещание представителей Россий-
1 Ленин В. И. ПСС. Т. 45. С. 34.
67
Мировое хозяйство между двумя войнами
ской Социалистической Федеративной Советской Респу-
блики, Азербайджанской ССР, Армянской ССР, Белорус-
ской ССР, Бухарской Народной Советской Республики,
Грузинской ССР, Дальневосточной Республики (ДВР),
Украинской ССР и Хорезмской Советской Республики.
Представители восьми республик подписали протокол о
передаче РСФСР защиты интересов всех республик; ей
они поручили заключить и подписать на Генуэзской кон-
ференции от их имени все договоры и соглашения как с
государствами, представленными на конференции, так и
с иными государствами.
Подготовка России к конференции велась по несколь-
ким следующим направлениям.
1. Оценка сумм долгов, которые возникли в результа-
те получения кредитов и займов в период до начала Первой
мировой войны (царские долги) и в период Первой мировой
войны (военные долги).
2. Оценка сумм имущества, принадлежавшего ино-
странцам в России (акционерный капитал, неакционерные
формы собственности) до прихода к власти большевиков.
3. Оценка ущерба, который был причинен России в
результате интервенции и торгово-экономической блокады
со стороны бывших союзников.
4. Оценка потребностей Советской России в новых кре-
дитах и займах, подготовка концессионных предложений.
5. Прочие экономические вопросы (в том числе пред-
ложения по формированию послевоенной международной
валютно-финансовой системы).
6. Политические вопросы (мирный договор, статус
Лиги Наций, предложения о всеобщем разоружении и др.).
Решением Политбюро ЦК РКП(б) была создана комис-
сия по подготовке к Генуе во главе с наркомом иностранных
дел Г. В. Чичериным. В нее вошли также Г. М. Кржижанов-
ский (председатель Госплана), Н. Н. Крестинский (полпред
68
В. Ю. Катасонов
РСФСР в Германии1), Л. Б. Красин (торгпред и полпред
РСФСР в Великобритании2), М. М. Литвинов (заместитель
наркома иностранных дел), А. М. Лежава (заместитель нар-
кома внешней торговли), А. А. Иоффе (председатель и тур-
кестанского бюро ЦК РКП (б), и туркестанской комиссии
ВЦИК), Г. Я. Сокольников (заместитель наркома финансов)
и С. С. Пилявский (секретарь комиссии).
К конференции готовились очень тщательно. Напри-
мер, Г. Чичерин писал секретарю комиссии С. С. Пиляв-
скому: «Наша делегация должна будет иметь с собой па-
мятные записки по всем вопросам, и к ним должны быть
приложены материалы исторические, юридические и про-
чие. Необходимо, чтобы наши делегаты могли в любой мо-
мент положить на стол любой документ, требующийся для
обоснования нашей позиции». Н. Н. Крестинскому, пол-
преду в Берлине, он поручает приобрести необходимую
иностранную литературу по вопросам мировой политики,
истории и права и т. п.
Продумывались не только политические, юридиче-
ские и экономические вопросы, но также технические.
Например, советской делегации нужна была надежная и
оперативная связь с Москвой, особенно учитывая, что гла-
ва делегации (Ленин) находился за тысячи километров от
Генуи. Еще 16 января 1922 года Председатель Совнаркома
приказывал: «Тотчас найти лучших и вполне надежных
шифреров, поручив им подготовить к Генуе самые надеж-
ные шифры (с ключами, меняющимися каждый день) на
весь период Генуи».
1 Номинально был также наркомом финансов, но фактически руководство
Наркоматом финансов осуществлял Г. Я. Сокольников, который осенью
1921 г. был назначен членом коллегии НКФ, а в 1922 г. занял пост замести-
теля наркома финансов.
2 Был также наркомом внешней торговли, однако, текущими делами Нар-
комата внешней торговли фактически руководил заместитель наркома
А. М. Лежава.
69
Мировое хозяйство между двумя войнами
Глава 3
Информация для советской
делегации в Генуе
Подготовка встречных требований к Антанте
Оценка ущерба, который был причинен России в ре-
зультате интервенции и торгово-экономической блокады со
стороны бывших союзников, осуществлялась в рамках так
называемой Комиссии Громана. Полное ее название – Комис-
сия по исследованию и учету влияния на русское народное
хозяйство войны и блокады Советской России Антантой.
Была образована при Наркомате внешней торговли постанов-
лением Совета Труда и Обороны (СТО) 24 марта 1920 года.
Ее председателем был назначен В. Г. Громан1. Позднее ее
фактическим руководителем стал А. Г. Гойхбарг2.
Об этой комиссии мало что известно. Приведем неко-
торые любопытные факты3. Вокруг Комиссии велись раз-
ные интриги. 7 сентября 1920 года Совнарком постановил,
что к 5 октября вся работа комиссии должна быть заверше-
на и все материалы сданы в Наркомат внешней торговли.
5 октября 1920 года Совнарком принял к сведению сообще-
ние А. М. Лежавы4 о том, что Комиссия ликвидирована.
1 Громан Владимир Густавович (1874–1940) – статистик, член коллегии
ЦСУ РСФСР, член коллегии ЦСУ СССР, член президиума Госплана СССР.
В 1930 г. арестован по обвинению в меньшевизме. После ареста до конца
жизни находился в заключении.
2 Гойхбарг Александр Григорьевич (1883–1962) – юрист, член ВКП(б). В 1947 г.
был арестован за антисоветскую агитацию. С 1948 г. до конца жизни находил-
ся на принудительном лечении в учреждениях психиатрического профиля.
3 Эти факты, помимо всего, базируются на таких источниках, как пятое (пол-
ное) собрание сочинений В. И. Ленина (т. 52, 54; вместе с примечаниями).
4 Лежава Андрей Матвеевич (1870–1937) – советский государственный и
партийный деятель, член комиссии по подготовке к Генуэзской конферен-
ции, в 1921–1922 гг. заместитель наркома внешней торговли.
70
В. Ю. Катасонов
27 ноября того же года в депеше Г. В. Чичерина
Л. Б. Красину сообщается: «Восстановление Комиссии
Громана Внешторгом и нами (Наркоматом иностранных
дел. – В.К.) тормозится статистиком Поповым1, который
хочет участвовать. Совнарком его почему-то поддержал.
Трения продолжаются. Надеемся вскоре пустить Комис-
сию в ход»2. Это депеша из архива Ленина. Он ее читал.
Приведенный выше абзац подчеркнул, на полях очертил
тремя линиями, а также поставил два восклицательных и
два вопросительных знака.
Вот запись в журнале секретариата В. И. Ленина,
которая датируется 14 декабря 1920 года: Ленин чита-
ет шифрованную телеграмму председателя советской
торговой делегации в Лондоне Л. Б. Красина с просьбой
прислать результаты работы комиссии под председатель-
ством В. Г. Громана по исследованию и учету влияния на
все стороны народного хозяйства и общественной жизни
Советской страны империалистической войны и органи-
зованной Антантой вооруженной интервенции и блокады.
Ленин направляет телеграмму Красина А. Г. Гойхбаргу,
занимавшемуся проверкой и завершением работы комис-
сии Громана, с запиской, в которой просит прислать ему
проект ответной телеграммы Красину, предлагает при-
мерный план ответа3.
Видимо, в каком-то виде Комиссия продолжает су-
ществовать, но работает ни шатко ни валко. В письме
Л. Б. Красина В. И. Ленину от 8 ноября 1921 года он эмоцио-
нально пишет о срыве работы комиссии Громана. Вот фраза
из письма: «Из-за каких-то несчастных пайков остановили
эту работу на полпути. Комиссия Гойхбарга все скомкала
1 Скорее всего, речь идет о Павле Ильиче Попове (1872–1950), который в
те годы (1918–1923) был начальником Центрального статистического управ-
ления РСФСР.
2 Ленин В. И. ПСС. Т. 52. С. 351 (прим. 36).
3 ЦПА ИМЛ. Ф. 2, oп. 1, д. 16533.
71
Мировое хозяйство между двумя войнами
и сколько-нибудь убедительных данных не добыла, и те-
перь мы при переговорах окажемся с пустыми руками»1.
В. И. Ленин в письме от 19 ноября 1921 года пишет
Д. И. Курскому2: «Т. Курский. Красин очень боится, что ра-
бота комиссии Громана (размер наших убытков от интер-
венции) скомканы Гойхбаргом».
Д. И. Курский 21 ноября 1921 года сообщил Ленину,
что материалы комиссии по определению убытков сохране-
ны, находятся в НКИД и дорабатываются комиссией, соз-
данной постановлением СНК 1 ноября 1921 года Курский
предложил решением СНК назначить ответственным за
хранение материалов С. С. Пилявского3 и определить срок
завершения работ комиссии – 1 декабря 1921 года.
На письме Курского имеется следующая надпись Лени-
на: «Горбунову. Поставить завтра, 22/XI, в СНК. 21/XI. Ле-
нин». 22 ноября Совнарком заслушал доклад Д. И. Курского и
принял его предложение. Отметим, что работа комиссии про-
должалась и после указанной даты (1 декабря 1921 г.), т. к. ма-
териалы и документы продолжали поступать из разных мест.
На заключительном этапе к работе по оценкам ущер-
ба был подключен Институт экономических исследова-
ний при Наркомате финансов РСФСР. Об этом мы узнаем
из воспоминаний одного из участников Генуэзской кон-
ференции Н. Н. Любимова4 (в статусе эксперта), который
1 Подчеркнуто Лениным. Ленин также отчеркнул на полях это место двумя
чертами и написал: «вздор». – В.К.
2 Курский Дмитрий Иванович (1874–1932) – первый советский прокурор,
нарком юстиции (1918–1928).
3 Пилявский Станислав Станиславович (1883–1937). Перед Генуэзской конфе-
ренцией был помощником заместителя наркома иностранных дел М. М. Лит-
винова и секретарем комиссии по подготовке к Генуэзской конференции
4 Любимов Николай Николаевич (1894–1975) – советский экономист, Ге-
рой Социалистического Труда (1974). Перед Генуэзской конференцией был
сотрудником Наркомата финансов РСФСР, занимал пост заместителя ди-
ректора Института экономических исследований. В последние годы жизни
преподавал в Московском государственном институте международных от-
ношений МИД СССР.
72
В. Ю. Катасонов
принимал активное участие в оценке ущербов в последние
месяцы перед конференцией. Приведу фрагмент воспоми-
наний Н. Н. Любимова, имеющий отношение к работе по
подготовке документа «Претензии России к государствам,
ответственным за интервенцию и блокаду»: «Никогда не
забуду, как в течение трех месяцев почти ежедневно возле
моего дома раздавался звук автомобильного рожка: во дво-
ре, в видавшем виды «Кадиллаке» меня ожидал С. С. Пи-
лявский, помощник заместителя наркома иностранных дел
М. М. Литвинова. Пилявский весьма педантично относился
к своим обязанностям и, доставляя меня в НКИД (уже по-
сле переезда из «Метрополя» на Кузнецкий мост), переда-
вал ключ от сейфа, где я находил материалы, прибывавшие
со всех концов страны, об ущербе, причиненном народно-
му хозяйству иностранной интервенцией и блокадой. Эти
материалы необходимо было ежедневно (точнее еженощно)
систематизировать и обрабатывать. Поступавшие из ве-
домств или с «окраин» новые данные требовали постоянно-
го пересматривать все расчеты.
Ходом работы не раз устно и письменно интересовал-
ся Г. В. Чичерин. О. Ю. Шмидт, бывший в то время началь-
ником Главпрофобра и одновременно членом коллегии
НКФина, ведал Институтом экономических исследова-
ний. В этом институте мне было поручены руководство и
координация всех подготовительных работ к Генуе, про-
водившихся в Москве (и в широком плане также в Петрограде).
Когда я закончил всю работу по составлению
«Контрпретензий России к державам, ответственным за
интервенцию и блокаду», а также подведению баланса вза-
имных требований и долгов, О. Ю. Шмидт доставил меня
в Кремль – на заседание Малого Совнаркома. Для доклада
мне было предоставлено пять минут (председательствовал
недавно скончавшийся юрист А. Г. Гойхбарг).
Позднее О. Ю. Шмидт рассказывал нам, что В. И. Ле-
нин, которому Шмидт показал составленные мною табли-
73
Мировое хозяйство между двумя войнами
цы подсчетов, одобрил. Таким образом, «Баланс взаимных
требований…» был включен в состав важнейших мате-
риалов, комплектовавшихся для Генуи С. С. Пилявским и
Б. Е. Штейном. В Генуе он был активно использован и в осо-
бенности пригодился на совещаниях 14 и 15 апреля 1922 года
на вилле «Альбертис», где была частная резиденция главы
британской делегации премьера Ллойд-Джорджа.
Наконец, подготовительная работа закончена. Доку-
менты упакованы. Чемоданы наполнены. Пора в Геную»1.
Что касается основного документа «Претензии Рос-
сии к государствам…», то он был напечатан и представлен
всем участникам Генуэзской конференции. Во введении
отмечалось, что составителем этой работы являлся заме-
ститель директора Института экономических исследова-
ний при народном комиссариате финансов РСФСР проф.
Н. Н. Любимов. Ключевые положения этого документа мы
приведем ниже.
О довоенных и военных долгах
России перед «союзниками»
Советская Россия, как мы уже отмечали выше, крайне
тщательно провела инвентаризацию всех тех внешних обя-
зательств, которые возникли у России до начала Первой ми-
ровой войны и в ходе войны вплоть до 25 октября 1917 года,
когда к власти пришли большевики. Обязательства возни-
кали в результате получения царским правительством, а в
период между Февральской и Октябрьскими революциями
1917 года Временным правительством различных кредитов
и займов за рубежом. Учету подлежали гарантийные обяза-
тельства правительств того периода, а также обязательства
по кредитам и займам, которые получали власти городов,
1 Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция (Воспоминания
участников). С. 21–22.
74
В. Ю. Катасонов
государственные банки и т. п. Вся эта информация была
представлена на конференции, и советская делегация была
готова объяснять и обосновывать каждую позицию
общего обзора по внешним обязательствам, возникшим до
25 октября 1917 года. Кстати, почти никаких внешних обя-
зательств, созданных правительством Советской России,
не существовало, поскольку Советское государство с конца
1917 года находилось в блокаде, в том числе кредитной.
Ниже приводим сводную таблицу внешних долговых
обязательств, составленную на основе тех данных, которые
были представлены на конференции.
Табл. 1. Внешние долговые обязательства
России (без обязательств перед Германией)
накануне Первой мировой войны1
Вид обязательств Млн руб.
1. Довоенный долг правительства (включая сум-
му для выкупа железнодорожных линий у частных
компаний)
4.200
2. Железнодорожные займы, гарантированные го-
сударством 975
3. Закладные листы государственных земельных
банков 180
4. Займы городских управлений 340
5. Промежуточный итог по п. 1–4 (основная сумма
довоенного долга) 5.695
6. Просроченные проценты и погашение по дово-
енному долгу правительства (за 4 года – с 1 декабря
1917 г. по 1 декабря 1921 г.)
727
7. Просроченные проценты и погашение по гаран-
тированным государством займам железных дорог,
государственных земельных банков и городских
управлений (за тот же период)
293
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. – М.: Политическая литература, 1961. С. 296.
75
Мировое хозяйство между двумя войнами
8. Промежуточный итог по п. 1–7 (сумма довоенно-
го долга вместе с процентами). 6.715
9. Сумма капиталов в форме акций и облигаций
финансовых, торговых и промышленных предпри-
ятий
1.955
10. Промежуточный итог по п. 1–9 (общая сумма
государственных и частных долгов и капиталов в
акционерной форме)
8.670
11. Сумма капиталов и стоимость имущества в не-
акционерной форме 980*
Общий итог 9.650
* Как отмечается в документе «Претензии Советского государства…», «эта
сумма за отсутствием данных установлена в размере 50 % капиталов, раз-
мещенных в акциях, но процент, конечно, слишком завышен».
Из общей суммы довоенного долга правительства
Российской Империи (4.200 млн руб.) львиная доля при-
ходилась на Францию – более 3 млрд руб. (свыше 70 %).
Другими крупными кредиторами России были Голлан-
дия (450 млн руб.) и Великобритания (250 млн руб.)1.
Другими кредиторами правительства Российской Импе-
рии были Швейцария, Бельгия, Италия. Обязательства
по железнодорожным займам, гарантированным рос-
сийским государством (975 млн руб.), были распределе-
ны между кредиторами трех стран (млн руб.): Франции
(600), Великобритании (250), Голландии (125). Впрочем,
по большинству других позиций внешних долговых обя-
зательств России доля Франции как кредитора была са-
мой большой. Мы сильно не ошибемся, если скажем, что
в целом на Францию в общей сумме довоенных долгов
приходилось около 2/3.
Внешние долги России по кредитам военного време-
ни (табл. 2) сопоставимы с общей суммой долга по дово-
енным кредитам и займам.
1 Там же. С. 301.
76
В. Ю. Катасонов
Табл. 2. Внешние долговые обязательства России,
возникшие во время Первой мировой войны1
Вид обязательств Млн. руб.
Сумма военных займов 7 223
Просроченные проценты и погашение по этим
займам за 4 года*
1 623
Итого 8 846
* Исходя из процента, указанного в текстах финансовых соглашений,
или там, где он не указан, из 6 %.
Если основным кредитором России до начала войны
была Франция, то в годы войны кредиты России выдавала в
основном Великобритания (табл. 3). Ее доля в общем объеме
военных кредитов России составила более 70 %. Кредитная
активность Франции резко спала, поскольку она в связи с
военными расходами сама стала испытывать финансовые
дефициты и прибегать к займам и кредитам США.
Табл. 3. Кредиты, полученные Россией в годы
Первой мировой войны от стран-союзниц2
Страна-
кредитор
В валюте
кредитора,
млн единиц
Млн руб.
Доля в общем
объеме
военных
кредитов, %
Великобритания 538,65 (фунт. ст.) 5.100 70,6
Франция 3.573,0 (франки) 1.340,00 18,6
США 240,7 (долл.) 466,75 6,5
Япония 240,8 (иены) 233,70 3,2
Италия 221,0 (лиры) 82,87 1,1
Итого — 7.223,32 100
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 300.
2 Там же. С. 303.
77
Мировое хозяйство между двумя войнами
Примечательно, что Соединенные Штаты в годы вой-
ны очень щедро кредитовали Великобританию, Францию
и Италию, а вот Россию Америка откровенно игнориро-
вала. Надо иметь в виду, что даже во время Первой миро-
вой войны Вашингтон фактически сохранял кредитную
блокаду России, которая фактически была организована
еще в начале ХХ века. Тогда американские банкиры на-
чали финансировать подготовку Японии к войне с Россией
и стали отказывать в кредитах нашей стране. Позднее по
инициативе еврейского банкира Якова Шиффа началось
дипломатическое и экономическое давление Вашингтона
на Петербург с целью «предоставить свободу» российским
евреям. Кончилось это давление денонсацией в 1911 году
торгового договора между Россией и США от 1832 года.
Это было фактически объявление экономической войны
России. Конечно, ни о каких американских кредитах Рос-
сии речь идти не могла. Лишь когда в России в феврале
1917 года произошла буржуазная революция и к власти
пришло Временное правительство, Вашингтон снял свою
блокаду. Ряду европейских стран Вашингтон предостав-
лял так называемые займы свободы. Весной 1917 года
было принято решение о представлении такого же «займа
свободы» России, хотя сумма займа оказалась очень не-
большой. По данным западного экономиста и статистика
Гарвея Фиска, в 1923 году отдельные страны имели сле-
дующие суммы задолженности перед США по кредитам и
займам военного времени (млн долл., включая обязатель-
ства по процентам)1:
Великобритания – 4.600;
Франция – 3.990;
Италия – 2.015;
Россия – 242.
1 Гарвей Фиск. Межсоюзнические долги. Исследование государственных
финансов за военные и послевоенные годы. Пер. с англ. – М.: Финансовое
издательство НКФ СССР, 1925. С. 141.
78
В. Ю. Катасонов
Общая задолженность всех стран перед Соединенны-
ми Штатами по кредитам и займам военного времени, по
оценкам г. Фиска, составила на 1923 год 11,8 млрд долл.
Таким образом, на Великобританию пришлось 39,0 % всех
иностранных долговых обязательств военного времени
перед США, на Францию – 33,8 %, на Италию – 17,1 %, а
на Россию – всего 2,1 %. Из приведенных цифр следует,
что проблема долгов России Америку волновала крайне
мало. Главными инициаторами кампании давления на
Москву с целью признания ею долгов царского и Вре-
менных правительств были Франция и Великобритания,
т. е. союзники России по Антанте. Францию больше вол-
новали довоенные долги, а Великобританию – долги по
военным кредитам.
Общая сумма внешних долговых обязательств Со-
ветской России перед странами широкой Антанты на
начало 1922 года, по оценкам, которые представила на
конференции советская делегация, составила 18,5 млрд
зол. рублей (табл. 4).
Табл. 4. Общие внешние долговые обязательства России
на начало 1922 года (без обязательств перед Германией)1
Вид обязательств Млн руб.
Обязательства, которые возникли до начала
Первой мировой войны
9.650
Обязательства, которые возникли в ходе
Первой мировой войны
8.846
Итого 18.496
Особых споров цифры наших долгов не вызывали.
По крайней мере, никто представленные цифры под со-
мнение не ставил.
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 300.
79
Мировое хозяйство между двумя войнами
Национализированное имущество
иностранного капитала
Сразу же после прихода к власти большевики нача-
ли реализацию программы национализации предприятий
и организаций, принадлежащих частному капиталу. При
этом особого различия между отечественным и иностран-
ным капиталом не делалось.
Важнейшим мероприятием стала национализация
банков, которая началась с овладения Государственным
Банком России и установления контроля над частными бан-
ками. Декретом ВЦИК от 14 (27) декабря 1917 года частные
коммерческие банки были национализированы. Установле-
на государственная монополия на банковское дело. Декре-
том СНК от 23 января (5 февраля) 1918 года их капиталы
полностью и безвозмездно передавались Государственному
Банку. Слияние национализированных частных банков с
Государственным Банком в единый Народный банк РСФСР
было завершено к 1920 году. 14 (27) ноября 1917 года ВЦИК
и СНК также издали Положение о рабочем контроле, кото-
рый являлся подготовительным мероприятием к национа-
лизации промышленности, прошедшей несколько этапов.
Всего с ноября 1917 до марта 1918 года (первый этап),
по данным промышленной и профессиональной переписи
1918 года, национализировано 836 промышленных пред-
приятий (преимущественно небольших). Это были выбо-
рочные национализации, проводившиеся по инициативе
местных Советов. В этот период, получивший название
«Красногвардейской атаки на капитал», темпы отчуждения
фабрик и заводов обгоняли темпы налаживания управле-
ния национализированными предприятиями.
На втором этапе национализации (март – июнь 1918 г.)
происходило обобществление целых отраслей промыш-
ленности. Работа была поставлена на плановую основу,
ею руководил Всероссийский Совет Народного Хозяйства
80
В. Ю. Катасонов
(ВСНХ). 2 мая 1918 года СНК принял декрет о национали-
зации сахарной промышленности, 20 июня – нефтяной. В
мае 1918 года Конференция представителей национализи-
рованных машиностроительных заводов, в работе которой
участвовал Ленин, приняла решение о национализации за-
водов транспортного машиностроения. Всего за этот пери-
од национализировано 1222 предприятия разных отраслей
промышленности. Процесс национализации перекинулся
на транспорт. В январе 1918 года была завершена нацио-
нализация морского и речного транспорта; осенью 1918 –
были национализированы частные железные дороги.
Третий, завершающий этап национализации, про-
должался с июня 1918 года (декрет от 28 июня) по июнь
1919 года. К осени 1918 года в руках государства было со-
средоточено 9542 предприятия. Вся крупная капитали-
стическая собственность на средства производства была
национализирована методом безвозмездной конфискации.
К государству в обязательном порядке переходили все круп-
ные и средние предприятия промышленности (с капиталом
свыше 1 млн руб.), национализация мелких предприятий
осуществлялась по инициативе «снизу».
Советская делегация на конференции столкнулась с
требованиями провести реституцию иностранной собствен-
ности (возвращение национализированного имущества их
законным собственникам) либо произвести «справедливое»
возмещение утраченного имущества. Большевики были го-
товы обсуждать этот вопрос. Подспорьем для них явилась
Каннская конференция 1922 года. В одной из своих резолю-
ций она признавала недопустимость навязывания системы
собственности внутренней экономической жизни и управ-
ления, наметила положение об уважении государственного
суверенитета, а также признала право каждого государства
на национализацию собственности иностранцев.
Советская Россия вынуждена была занять конструк-
тивную позицию по вопросам иностранной собствен-
81
Мировое хозяйство между двумя войнами
ности, поскольку очень нуждалась в привлечении ино-
странного капитала. Интерес к иностранному капиталу
правительство большевиков проявило сразу после захвата
власти. Уже через два месяца В. И. Ленин сделал первое
предложение о концессиях американскому представите-
лю в России. Иностранные капиталовложения стали при-
влекаться в народное хозяйство после принятия Декрета
СНК РСФСР «Общие экономические и юридические усло-
вия концессий» от 23 октября 1920 года. Иностранный ка-
питал в России выступал в трех организационных формах:
чистые концессии, смешанные общества и приобретение
иностранцами акций советских предприятий. Наиболее
распространенными были первые две формы. В чистых
концессиях капитал был полностью иностранным; сме-
шанные представляли собой акционерные общества, где
государству принадлежала определенная часть. На прак-
тике же оба вида концессионных предприятий использо-
вали советский капитал.
Большевики, готовясь к конференции, пытались опре-
делить «цену вопроса» по иностранному имуществу, кото-
рое подверглось в России национализации. Ими была под-
готовлена сводная информация, которая была представлена
на конференции (табл. 5).
Табл. 5. Акционерный капитал и облигации
финансовых, торговых и промышленных
предприятий Российской Империи в иностранной
собственности (на 1 января 1917 года)1
Страна Количество
предприятий
Капитал,
млн руб.
Франция 159 648,2
Великобритания 139 501,6
Бельгия 99 314,7
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 302.
82
В. Ю. Катасонов
Прочие страны
(кроме Германии и Австрии)
74 223,4
Промежуточный итог 471 1.687,9
Германия 120 318,2
Австрия 12 6,6
Итого 603 2012,8
В приведенной выше таблице содержатся оценки из-
вестного русского экономиста П. Оля, который в начале
1920-х годов считался главным экспертом по иностран-
ному капиталу в российской экономике. Документ «Пре-
тензии Советского государства к странам, ответственным
за интервенцию и блокаду», представленный на конфе-
ренции (о нем мы будем ниже еще говорить), содержал не-
сколько иные оценки присутствия иностранного капитала
в российской экономике. Сумма иностранных капиталов
(без капитала Германии и Австрии) в форме акций и об-
лигаций финансовых, торговых и промышленных пред-
приятий на момент начала Первой войны была оценена в
1.955 млн руб. А с учетом германского и австрийского ка-
питала общая сумма иностранного капитала была оценена
в 2.243,0 млн руб. Можно заметить, что французский капи-
тал доминировал: на него пришлось 38,4 % всех капиталов
«союзнических» стран в России. Франция в то время была
тесно ассоциирована с Бельгией. Часто до революции рос-
сийская статистика даже не разделяла французский и бель-
гийский капиталы, отражая их единой позицией «франко-
бельгийский капитал». Так вот, на франко-бельгийский
капитал по состоянию на 1 января 1917 года приходилось
57,1 % всех капиталов «союзнических» стран в России.
Впрочем, задача оценки происхождения инвестиций
из той или иной страны, как отмечается в «Претензиях»,
требует тщательного подхода. Надо выявить действи-
тельно тех держателей бумаг, которые купили их еще до
войны, а не приобрели позднее. Например, часть россий-
83
Мировое хозяйство между двумя войнами
ских долговых бумаг могла перепродаваться иностранцам
(французам, англичанам, итальянцам и т. д.) нашей эми-
грацией в годы войны или уже после ее окончания. Не ис-
ключались также перемещения российских бумаг в годы
войны из Германии и Австрии в нейтральные страны (Гол-
ландия, Швейцария, скандинавские страны). Новая власть
в России не скрывала, что в случае погашения своих обя-
зательств по российским бумагам будет использовать
дифференцированный подход.
Если приплюсовать к внешним долгам России по
кредитам и займам царского и Временного правительств
(18,5 млрд долл.) стоимость национализированного иму-
щества союзных государств (1,7 млрд долл.), то общая
сумма внешних обязательств нашего государства на мо-
мент проведения Генуэзской конференции округленно со-
ставляла 20 млрд долл.
Баланс обязательств и требований России
по отношению к Германии. Упущенные репарации
Советская Россия провела учет своих обязательств не
только перед «союзными» государствами, но также перед
теми государствами, с которыми она воевала в Первой ми-
ровой войне («Центральные державы»). К последним отно-
сятся Османская империя, Италия (до 1915 г.) и Болгария (до
1915 г.). Не будет большим преувеличением предположение,
что 95 или даже 99 % всех обязательств России перед «Цен-
тральными державами» приходилось на Германию. В доку-
ментах советской делегации на конференции наши долго-
вые обязательства перед Германией по довоенным займам
и кредитам были оценены в 1,35 млрд руб. А суммарные
обязательства, включая национализированные капиталы и
иное имущество, принадлежавшее немецким физическим и
юридическим лицам, – 1,83 млрд руб. (табл. 6)
84
В. Ю. Катасонов
Табл. 6. Долговые обязательства России
перед Германией на начало 1922 года1
Вид обязательств Млн руб.
Довоенный долг правительства 400
Государственные гарантии по железнодорожным
займам 525
Государственные ипотечные долги 50–75
Займы городских управлений 100
Проценты со всех видов долгов 247
Основная сумма долга по кредитам и займам
и проценты 1.347
Германские капиталы в виде акций 318*
Иное немецкое имущество на территории России 160
Итого 1.825
* Имеется также другая оценка этой позиции – 441,6 млн руб. (она приво-
дится в документе «Претензии Советского государства к странам, ответ-
ственным за интервенцию и блокаду»).
Поскольку Германия проиграла Первую мировую
войну, то Россия могла просто отказаться от погашения
своих обязательств по довоенным кредитам, займам и
инвестициям. Победители не обязаны платить по сво-
им долгам побежденным, никаких особых аргументов
и обоснований для таких отказов придумывать не надо.
Таковы законы войны. Но нередко победители не платят
своих долгов, ссылаясь на то, что это является своеобраз-
ной компенсацией понесенных ими ущербов и издержек,
связанных с войной.
В принципе Россия могла посчитать такие ущербы и
издержки и «повесить» их на Германию. Кое-какие рас-
четы были сделаны, соответствующие цифры мы можем
найти в материалах советской делегации на Генуэзской
конференции (табл. 7).
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 301.
85
Мировое хозяйство между двумя войнами
Табл.7. Оценки возможных репарационных требований
России по итогам Первой мировой войны1
Вид требований Млн руб.
Оценка ущерба, исходя из числа убитых и умерших
от ран и болезней, пропавших без вести, раненых 16.100
Расходы по Военному и Морскому ведомствам по
прямому финансированию войны 1914–1917 гг. 19.400
Разрушенное и потерянное в ходе войны
имущество Оценки нет
Итого 35.500
Прокомментируем табл. 7. Основанием для расчета ре-
парационных требований является статья 116 Версальского
мирного договора. На Германию были возложены репара-
ции общей суммой 132 млрд зол. марок. Предусмотрено, что
из указанной суммы 80 млрд марок должно приходиться
на выплату пенсий и пособий в странах-победительницах,
а 52 млрд марок – на покрытие претензий, связанных с
материально-имущественными ущербами.
Людские потери. Сумма 80 млрд марок должна была
распределяться пропорционально потерям в людях, по-
несенным каждым государством. Убитых и умерших от
ран и болезней, пропавших без вести, раненых по всем
странам коалиции, воевавшей против Германии, насчи-
тывалось 17 млн человек, из них на Россию приходилось
7,5 млн человек (44 %). Это давало России право претендо-
вать на сумму в 35 млрд золотых марок.
Россия сверх того могла бы предъявить претензию за
имущественный ущерб в зоне военных действий, но театры
военных действий лежат почти исключительно в областях,
отошедших к Польше, Латвии, Литве. Поэтому за Россией
сохранялось право регресса на основании статей 116 и
232 Версальского договора к тем государствам, заключение
1 Там же. С. 300.
86
В. Ю. Катасонов
мирных договоров с которыми происходило в крайне не-
благоприятной международной обстановке.
Версальский договор предусматривал также возмож-
ность покрытия военных расходов стран в период войны.
Тем более, что значительная часть тех военных расходов
обеспечивались кредитами, обслуживание и погашение ко-
торых должно было происходить после окончания войны.
Таким образом, в общей сумме репараций, зафиксирован-
ной Лондонским соглашением 1921 года, размер доли Рос-
сии определяется в 35 млрд марок (16,1 млрд зол. руб.) плюс
сумма, величину которой еще предстояло определить.
Ниже приводим данные о военных расходах Россий-
ской Империи, понесенных в годы войны, которые мог-
ли бы и должны были бы учитываться при определении ре-
параций, уплачиваемых Германией победителям (табл. 8).
Табл. 8. Военные расходы Российской Империи
в годы Первой мировой войны* (млн руб.)1
Годы Номинальные объемы В золотых довоенных
рублях**
1914 1.656,9 1.600
1915 8.620,5 6.900
1916 14.572,8 5.800
1917 25.560,7 5.100
Итого 19.400
* Расходы по Военному и Морскому ведомствам.
** В расчеты заложено следующее обесценение рубля (по отношению к зо-
лотому рублю на начало 1914 года, %): в 1914 г. – 3,5; 1915 г. – 20; 1916 г. – 40;
1917 г. – 80.
Прокомментируем табл. 8. В документе «Претензии
Советского государства…» отмечается, что прямые во-
енные расходы проходили не только по ведомствам Воен-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 304.
87
Мировое хозяйство между двумя войнами
ному и Морскому, но и по некоторым другим. Например,
по линии Министерства внутренних дел – на обеспечение
семей военнослужащих, по линии Министерства путей
сообщения – для обеспечения перевозок оружия, боепри-
пасов и т. д. В документе «Претензии Советского государ-
ства…» также отмечается, что расходы Военного и Морско-
го ведомств в значительной степени обеспечивались за счет
внешних и внутренних кредитов и займов. То есть послед-
ствия военных расходов будут ощущаться еще очень долго
(обслуживание и погашение военных долгов). Следователь-
но, эти расходы должны были бы компенсироваться репа-
рациями. Дополнительно сообщим, что относительное бре-
мя военных расходов в России было крайне высоким. Все
общегосударственные расходы во время войны в России
составляли (по расчету на довоенные рубли в процентах к
национальному доходу): в 1914 г. – 29,6 %, в 1915 г. – 57,2 %,
в 1916 г. – 54,3 %, в 1917 г. – 27,6 %1.
Брестский мир: дополнительные потери России
Чтобы иметь полную картину баланса взаимных
требований и обязательств России и Германии на момент
проведения Генуэзской конференции, также надо принять
в расчет те ущербы, которая Советская Россия понесла в
результате так называемого Брестского мира. Этот сепа-
ратный международный мирный договор, подписанный
3 марта 1918 года в Брест-Литовске представителями Со-
ветской России, с одной стороны, и представителями Центральных
держав (Германии, Австро-Венгрии, Османской
империи и Болгарского царства) – с другой2, ознаменовал
1 Статья «Финансовая политика дореволюционной России и СССР» // Фи-
нансовая энциклопедия. 1927.
2 В своем окончательном варианте договор состоял из 14 статей, различ-
ных приложений, 2 заключительных протоколов и 4 дополнительных дого-
воров (между Россией и каждым из государств Четверного союза).
88
В. Ю. Катасонов
выход России из Первой мировой войны. Ратифициро-
ван Чрезвычайным IV Всероссийским Съездом Советов
15 марта 2/3 голосов и германским императором Вильгель-
мом II – 26 марта 1918 года. Аннулирован ВЦИК РСФСР
в ноябре того же года. Брестский мир – в высшей степе-
ни неравноправный для России, унизительный и «похаб-
ный» (В. Ленин).
Не будем подробно описывать все статьи Брестского
договора. Большинство из них – военного и политического
характера. Но были и статьи территориального характера,
речь шла об аннексиях российских территорий. От России
отторгались привислинские губернии, Украина, губернии
с преобладающим белорусским населением, Эстляндская,
Курляндская и Лифляндская губернии, Великое княжество
Финляндское. Большинство этих территорий должны были
превратиться в германские протектораты либо войти в со-
став Германии. На Кавказе Россия уступала Карсскую об-
ласть и Батумскую область. Также Россия обязывалась при-
знать независимость Украины в лице правительства УНР
(Украинской Народной Республики)1.
Такие аннексии создавали громадный экономический
ущерб для РСФСР. От Советской России была отторгну-
та территория площадью 780 тыс. кв. км. с населением
56 миллионов человек (треть населения Российской Им-
перии). На эту территорию до революции приходилось
(% от всей России):
обрабатываемой сельскохозяйственной земли – 27,
железнодорожной сети – 26,
текстильной промышленности – 33,
выплавки железа и стали – 73,
добычи каменного угля – 89,
производства сахара – 90.
1 Фактически отторжение Украины произошло еще до Брестского мира:
Центральные державы подписали сепаратный мирный договор с делегацией
Центральной Рады 27 января (9 февраля) 1918 года.
89
Мировое хозяйство между двумя войнами
На отторгнутой территории располагалось 918 тек-
стильных фабрик, 574 пивоваренных завода, 133 табачных
фабрики, 1685 винокуренных заводов, 244 химических пред-
приятия, 615 целлюлозных фабрик, 1073 машиностроитель-
ных завода и проживало 40 % промышленных рабочих
В приложении к Договору гарантировался особый
экономический статус Германии в Советской России.
Граждане и корпорации Центральных держав выводились
из-под действия большевистских декретов о национали-
зации, а лица, уже утратившие имущество, восстанавли-
вались в правах. Таким образом, германским гражданам
разрешалось заниматься в России частным предпринима-
тельством на фоне происходившего в то время всеобще-
го огосударствления экономики. Такое положение дел на
какое-то время создало для русских владельцев предприя-
тий или ценных бумаг возможность уйти от национализа-
ции, продав свои активы немцам.
Брестский договор восстанавливал крайне невыгод-
ные для России таможенные тарифы 1904 года с Германией.
Кроме того, при отказе большевиков от царских
долгов (произошедшем в январе 1918 года) Россия вынуж-
дена была подтвердить все долги Центральным державам
и возобновить по ним выплаты.
После заключения Брестского мира ситуация в Рос-
сии стала еще более тяжелой – началась Гражданская
война и интервенция Антанты. В то же время были на-
лицо все признаки поражения второго рейха в войне. И,
тем не менее, Германии удалось навязать советскому пра-
вительству, дополнительные соглашения к Брестскому
мирному договору. 27 августа 1918 года в Берлине в обста-
новке строжайшей секретности были заключены русско-
германский добавочный договор к Брестскому миру и
русско-германское финансовое соглашение.
По финансовому соглашению Советская Россия обя-
зывалась выплатить Германии, в качестве компенсаций
90
В. Ю. Катасонов
ущерба и расходов на содержание российских военноплен-
ных, огромную контрибуцию – 6 млрд марок (2,75 млрд рублей).
Частично контрибуция должны была быть выплачена
в кратчайшие сроки золотом – 245,5 т чистого металла. В
сентябре 1918 года в Германию было отправлено два «зо-
лотых эшелона», в которых находилось 93,5 тонны чистого
золота на сумму свыше 120 млн золотых рублей. До сле-
дующей отправки дело не дошло. Почти все поступившее
в Германию российское золото было впоследствии переда-
но во Францию в качестве контрибуции по Версальскому
мирному договору.
13 ноября, после победы союзников в войне, Брест-
ский договор был аннулирован ВЦИК1. Однако восполь-
зоваться плодами общей победы и занять место среди по-
бедителей Россия уже не могла.
Оценка ущербов, причиненных России
иностранной интервенцией и блокадой
После революционного переворота, произошедшего
в Петрограде 25 октября 1917 года, и обнародования боль-
шевиками декрета «О мире» Россия фактически вышла из
Первой мировой войны. Это вызвало крайне негативную
реакцию среди союзников по Антанте. 3 декабря 1917 года
собралась специальная конференция с участием США,
Англии, Франции и союзных им стран, на которой было
принято решение о разграничении зон интересов на тер-
риториях бывшей Российской Империи и установлении
контактов с национально-демократическими правитель-
ствами. Зоной влияния Англии были назначены Кавказ
и казачьи области, Франции – Украина и Крым. Фактиче-
ски этим решением был дан «зеленый свет» интервенции
1 За два дня до этого (11 ноября) отказ Германии от условий Брестского
мира был зафиксирован Компьенским перемирием (раздел B, п. XV) между
Антантой и Германией.
91
Мировое хозяйство между двумя войнами
в России. Она началась 1 января 1918 года, когда Япония
ввела во Владивостокский порт свои военные корабли под
предлогом защиты своих подданных. Не будем описы-
вать все детали интервенции. К 1920 году большая часть
интервентов покинула территорию РСФСР. На Дальнем
Востоке они продержались до 1922 года. К моменту про-
ведения конференции в Генуе иностранная интервенция
в России за небольшими исключениями почти полностью
завершилась1. Что касается торговой блокады, то фор-
мально она была снята Верховным Советом Антанты в
начале 1920 года. Но неформально многие препоны для
развития торговли с Россией сохранялись. Именно эти со-
бытия и стали отправной точкой для расчетов ущербов.
Мы выше уже говорили о том, что к конференции в
Генуе был подготовлен документ «Претензии Советского
государства к странам, ответственным за интервенцию
и блокаду». Он был издан и распространен в начале мая
среди участников конференции. В основу этого докумен-
та легли материалы уже упоминавшейся выше «комиссии
Громана». В вводной части «Претензий Советского госу-
дарства…» отмечается: «Эта работа (комиссии Громана. –
В.К.) была использована в настоящем труде как зародыш
другой, в равной степени недостаточной, но несравнен-
но более полной работы по определению материального
ущерба по отраслям, входящим в компетенцию различ-
ных комиссариатов. Были проделаны многочисленные
статистические работы по Высшему Совету Народного
Хозяйства, по Народным Комиссариатам: Путей сообще-
ния, Военному и Морскому, Финансов, Продовольствия,
Социального обеспечения н другим; были направлены
специальные уполномоченные для учета ущерба Сибири,
Кавказа, северных губерний (Архангельской, Мурман-
1 Последними освобожденными от интервентов районами СССР ста-
ли остров Врангеля (1924) и Северный Сахалин (1925).
92
В. Ю. Катасонов
ской и др.), Туркестана; учтен разгром г. Ярославля в июле
1918 года; всеми доступными способами подведен итог
ущербу на Дальнем Востоке (Владивосток). Местными
органами были присланы материалы по специально раз-
работанной программе или по собственной инициативе,
без всякого требования. Так было собрано значительное
количество документов, которые даже не могли быть все
использованы в этой работе, так как они ежедневно попол-
няются, уточняются и совершенствуются. Очевидно, что
документы эти были не одинакового качества и точности.
Поэтому пришлось их классифицировать, освободить от
чисто субъективных оценок и сделать их максимально
объективными. Короче говоря, было произведено научное
исследование, свободное – в максимально доступной сте-
пени – от какого бы то ни было предвзятого мнения».
Во введении также указывалось: «Настоящая рабо-
та является исследованием научного характера, которое
систематизирует и группирует многочисленные данные
относительно ущерба, причиненного национальному бо-
гатству России иностранной интервенцией, блокадой
сухопутных и морских границ и, наконец, финансовой и
материальной поддержкой внутренней контрреволюции,
иными словами, прямым или косвенным участием ино-
странных держав в Гражданской войне 1918–1920 годов.
…Большинство материалов не было, к сожалению, исполь-
зовано в настоящей работе: накануне отъезда российской
делегации на конференцию и во время ее пребывания в
Генуе в Комиссариат по иностранным делам поступили
дополнительные либо даже совершенно новые данные
относительно убытков, понесенных Украиной, Сибирью,
Крымом, беломорскими и другими губерниями, равно как
и целые монографии, посвященные таким отраслям про-
мышленности, как металлургическая, угледобывающая
и текстильная. Обработка этих новых материалов, допол-
няющих уже имеющиеся сведения, еще более увеличит
93
Мировое хозяйство между двумя войнами
цифру в 39 млрд золотых рублей. Настоящая работа имеет
в виду подготовку путей к взаимному пониманию России
и Запада, показав общественному мнению различных на-
правлений во всех странах, как пострадал русский народ
от иностранных правительств за то, что он пожелал от-
крыть новую собственную эру исторического развития,
вне традиционных политических и экономических путей,
в направлении социализма»1.
Итак, в документе была упомянута денежная оценка
ущерба в 39 млрд руб. Из чего складывается эта суммар-
ная величина? В табл. 9 мы приводим основные элементы
общего ущерба, приведенные в «Претензиях Советского
государства…».
Табл. 9. Оценки ущербов от интервенции
и блокады Советской России в 1918–1922 гг.*2
Категория ущерба и ее состав** Млн зол. руб.***
Первая. Золото, вышедшее из российского
золотого фонда временно, по особым рас-
поряжениям в связи с финансовыми согла-
шениями с Англией в 1915–1916 гг., а также
золото, принадлежащее к этому фонду, но
вышедшее из него незаконно (увоз золотого
запаса из г. Казани в 1918 г.). В эту же кате-
горию отнесен наиболее точно учтенный
ущерб от прямых разрушений материальных
богатств России (предприятия, продоволь-
ственные склады, бомбардировка и пожар
г. Ярославля и т. п.). Все относящиеся сюда
цифры основаны на зарегистрированных
фактах, документах и статистическом учете
отдельных видов ущерба.
12 213,16
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 739.
2 Там же. С. 293–294.
94
В. Ю. Катасонов
Вторая. Убытки, наличие которых отрицать
совершенно невозможно, но точный количе-
ственный учет которых в настоящее время
затруднен (ущерб от повреждения транспорт-
ной системы, бюджетные расходы ближай-
ших лет по содержанию жертв гражданской
войны и т. п.).
11 271,59
Третья. Ущерб, наличие которого оспаривать
также невозможно, но выражение которого в
денежной форме еще более затруднительно
(убытки от сокращения производства в про-
мышленности и сельском хозяйстве и т. д.).
15 560,22
Четвертая. Убытки, не менее неопровержи-
мые, но учет которых или является невозмож-
ным (попавшие в руки белых армий кассы
городов, предприятий, полевых казначейств;
суммы, израсходованные после 7 ноября
1917 г. представителями бывшего Временного
правительства за границей и т. д.), или же их
исчисление рискует оказаться слишком субъ-
ективным (например, стоимость убыли ско-
та, продуктов животноводства, сокращения
урожаев и пр.) и вследствие этого явилось бы
неубедительным.
исчисление
невозможно
Итого 39 044,97
* Период оканчивается в начале 1922 года.
** Определение категорий ущерба воспроизводится буквально по перво-
источнику: «Претензии Советского государства к странам, ответственным
за интервенцию и блокаду».
*** 1 зол. рубль = 0,7742 г чистого золота.
Учитывая золотое содержание рубля (0,7742 г чисто-
го металла), получаем, что в золотом эквиваленте ущерб
России от интервенции и блокады составил (округленно)
30230 тонн. Если еще больше округлить, то 30 000 (трид-
цать тысяч) тонн чистого золота. Отметим, что в 1913 году,
95
Мировое хозяйство между двумя войнами
когда Российская Империя достигла максимума своего
экономического развития, ее национальное богатство
оценивалось в 150 млрд руб. А годовой национальный до-
ход Российской Империи в предвоенные годы оценивался
в 12–15 млрд руб.
К 1922 году в результате Первой мировой войны,
двух революций (Февральской и Октябрьской 1917 г.),
Гражданской войны, интервенции и блокады со стороны
бывших союзников Россия потеряла примерно 2/3 своего
национального богатства. Авторы документа «Претензии
Советского государства к странам, ответственным за ин-
тервенцию и блокаду» не списывали все потери националь-
ного богатства исключительно на интервенцию и блокаду
и специально оговорили этот момент. На интервенцию и
блокаду было «расписано» примерно 40 % всех потерь за
период 1914–1922 годов. Таким образом, как отмечается в
документе, на интервенцию и блокаду пришлось не менее
1/4 потерь всего национального богатства России, которым
она располагала на начало Первой мировой войны1.
Ущерб России от блокады. Помимо материальных
ущербов, вызванных военными действиями, в документе
«Претензии Советского государства…» были посчитаны
ущербы, которые вызваны такими действиями, которые
можно назвать «экономической войной». В период 1918–
1922 годов эта война выражалась в торгово-экономической
и морской блокаде, которая была установлена Антантой
в конце 1917 года. Уже не приходится говорить о блока-
де кредитной. Обратимся к «Претензиям Советского го-
сударства…» для понимания того, как осуществлялась
оценка этого вида ущерба:
«Можно много – и совершенно бесцельно – спорить на
тему о том, увеличился ли бы объем внешней торговли Рос-
1 Соответственно на потери от Первой мировой войны и гражданской войны
авторы документа относили 5/12 (41,7 %) национального богатства Рос-
сийской Империи в 1913 г.
96
В. Ю. Катасонов
сии в 1918 году и следующих годах, если бы в 1917 году не
произошло пролетарской революции. Нельзя, однако, оспа-
ривать то положение, что интервенция, Гражданская война
и особенно военная блокада «по всем правилам междуна-
родного права» до февраля 1920 года, золотая блокада (от-
каз от признания за советским правительством права рас-
поряжаться золотым фондом бывшей Российской Империи)
ослабили как экспорт, так и импорт России. Блокада надол-
го и радикально расстроила торговый и финансовый баланс
России, и без того пострадавший под влиянием других важ-
ных отрицательных факторов (империалистическая война,
военная перестройка промышленности и пр.).
Вот некоторые соображения, которые дают пред-
ставление об ущербе, нанесенном русской внешней тор-
говле: в 1917 году Россия ввезла товаров, считая по до-
военным ценам, на сумму 809 млн руб., в том числе из
Англии на 240,9 млн руб., из Америки на 197,6 млн руб.,
из остальных стран на 370,5 млн руб. Общий рост экс-
порта из Америки, Англии и нейтральных стран в 1918
и 1919 годах убеждает нас в том, что за эти два года Рос-
сия могла бы получить (при частичном хотя бы кредите)
не менее удвоенной суммы ввоза 1917 года (из остальных
стран), т. е. на сумму 741 млн руб. Нейтральные страны
и Финляндия прекратили ввоз в Россию под влиянием и
под угрозами стран Антанты. Таким образом, весь ущерб
от прекращения торговли с нейтральными странами и
Финляндией относится на счет Антанты. Ущерб 1920 и
1921 годов равным образом не мог бы быть менее суммы
ввоза в 1917 году, на деле же, по причине золотой блокады,
этот ущерб гораздо больше. Общая оценка ущерба, причи-
ненного России блокадой стран Антанты, не может быть
менее 1,4 млрд руб., не считая дезорганизации внутренне-
го производства, лишенного импорта. По заказам, сделан-
ным за границей на сумму в 5 млн руб., Россия получила
товаров лишь на 2 млн руб. Из остальных 3 млн руб. 70 %
97
Мировое хозяйство между двумя войнами
приходится на оборудование»1. Таким образом, в общей
сумме счета, предъявленного Советской Россией Западу
на конференции в Генуе (39 млрд зол. руб.) на ущерб от
блокады пришлось примерно 3,6 %.
Заключая тему оценок ущербов от интервенции и
блокады Советской России, следует особо подчеркнуть,
что авторы «Претензий Советского государства…» в свои
расчеты включили значительную часть ущербов от Граж-
данской войны. При этом они исходили из того посыла, что
Гражданская война в России не могла бы начаться или, по
крайней мере, иметь значительные масштабы, без поддерж-
ки со стороны иностранных интервентов. Поэтому ущербы,
причиненные Гражданской войной, своей конечной причи-
ной имеют военную интервенцию и/или иные формы вме-
шательства Запада во внутренние дела России.
Глава 4
Генуя: Россия против Антанты
Ход конференции (общий обзор)
Конференция в Генуе проходила в период с 10 апреля
по 20 мая 1922 года при участии представителей 34 стран
(29 государств и 5 британских доминионов). Среди запад-
ных делегаций тон задавали делегации Великобритании
(глава – премьер Ллойд-Джордж), Франции (глава – министр
юстиции и одновременно министр по делам Лотарингии и
Эльзаса Луи Барту), Италии (как принимающей страны).
Руководителем делегации РСФСР был назначен пред-
седатель Совнаркома РСФСР Владимир Ленин; однако по
причинам здоровья и безопасности он в Геную не приехал.
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 356–357.
98
В. Ю. Катасонов
Заместителем председателя делегации был определен нар-
ком иностранных дел Георгий Чичерин. Он имел все те же
полномочия, что и председатель. В состав делегации Рос-
сии также входили: Леонид Красин, Максим Литвинов,
Вацлав Воровский, Ян Рудзутак, Адольф Иоффе, Христи-
ан Раковский, Нариман Нариманов, Александр Шляпни-
ков, Борис Штейн и другие1.
Интерес к ней во всем мире был огромный. Гостини-
цы и частные дома старинного итальянского города запол-
нили прибывшие из разных стран журналисты, банков-
ские деятели, представители промышленных монополий и
торговых фирм, всякого рода агенты, посредники, развед-
чики, русские белые эмигранты. Итальянское правитель-
ство увеличило генуэзский гарнизон, усилило полицию,
прислав в Геную дополнительно 500 тайных агентов.
Первый день работы конференции проходил в режи-
ме пленарного заседания. Выступили главы (или замести-
тели глав) делегаций с установочными речами. Первым
на конференции выступил ее председатель – итальянский
премьер-министр Факта. В своей декларации он требо-
вал, чтобы все участники конференции полностью присо-
единились к каннским резолюциям Верховного совета Ан-
танты. После председателя конференции выступали: глава
английской делегации премьер-министр Ллойд-Джордж,
от имени Франции говорил Луи Барту. Примечательно,
что француз предостерег участников конференции от
того, чтобы обсуждать на конференции существующие
договоры. Вероятно, он боялся, что на конференции может
начаться перекройка Версальского мирного договора (пре-
жде всего, пересмотр репарационных платежей в сторону
ослабления финансового бремени Германии).
В центре внимания первого пленарного заседания было
выступление представителя Советской России (его высту-
1 Состав советской делегации был определен решением ВЦИК еще в янва-
ре 1922 г., когда Советская Россия заявила о своей готовности участвовать
в конференции.
99
Мировое хозяйство между двумя войнами
пление было седьмым). В декларации, которую огласил
Г. В. Чичерин1, содержалась развернутая конкретная програм-
ма установления прочного, длительного мира между всеми
государствами и укрепления международной безопасности.
Советское правительство признавало необходимым экономи-
ческое сотрудничество с капиталистическими странами «на
основе взаимности, равноправия и полного и безоговороч-
ного признания». Наверное, впервые на столь высоком уров-
не прозвучал сформулированный Советским государством
принцип мирного сосуществования государств с различ-
ными социально-экономическими устройствами. Чичерин
указывал, что экономическое восстановление России, самой
крупной из европейских стран, располагающей богатейшими
природными ресурсами, «является непременным условием
всеобщего экономического восстановления» и что Советская
Россия со своей стороны создала все необходимые юридиче-
ские гарантии для успешного делового сотрудничества с бур-
жуазными странами. Чичерин также заявил, что Советская
Россия признает в принципе Каннские условия, но сохраняет
за собой право вносить в них свои коррективы.
Было подчеркнуто, что экономические вопросы неот-
делимы от политических проблем, поэтому «всякие усилия,
направленные к восстановлению мирового хозяйства, бу-
дут тщетны до тех пор, пока над Европой и над миром будет
висеть угроза новых войн…». Г. В. Чичерин сообщил, что
советское правительство намерено предложить программу
установления всеобщего мира – сокращения вооружений и
вооруженных сил, а также полное запрещение наиболее вар-
варских форм ведения войны. Советская декларация упо-
минала и о необходимости пересмотра устава Лиги Наций
«с целью превращения ее в настоящий союз народов, без го-
сподства одних над другими». В связи с предложениями о
кабальных для Советской России соглашениях, выдвинуты-
ми Францией и другими западными державами, Г. В. Чиче-
1 История дипломатии. Т. 3. С. 170–171.
100
В. Ю. Катасонов
рин заявил, что советская делегация решительно отклоняет
всякую возможность неравноправных сделок. Выступление
Чичерина вызвало неприятие со стороны французской де-
легации, которая протестовала против предложений о все-
общем разоружении. Впрочем, критические выпады Барту
в адрес Чичерина по поводу предложений последнего о
разоружении не были поддержаны другими делегациями,
поскольку тогда в Европе доминировали идеи пацифизма. В
то же время многие западные участники конференции были
разочарованы выступлением Чичерина по другой причине:
они не услышали готовности России оплачивать довоенные
и военные долги. Американский наблюдатель Чайлд, при
всей своей ненависти к Советской республике, вынужден
был признать в своем донесении Государственному депар-
таменту, что при открытии сессии Генуэзской конференции
самым ярким, самым сильным выступлением была речь
Чичерина. «В этой речи, – сообщал он, – очень сильно про-
звучало заявление о том, что Советская Россия предлагает
мир и требует разоружения»1.
Основная часть работы конференции проходила в че-
тырех комиссиях: политической, экономической, финансо-
вой и транспортной. В первой из них рассматривался так
называемый «русский вопрос»; для этого была образована
специальная подкомиссия.
Уже на второй день работы конференции (11 апреля)
советской делегации вручили меморандум, разработанный
экспертами в Лондоне (Лондонский меморандум). Он требо-
вал, чтобы советское правительство взяло на себя все финан-
совые обязательства царского и Временного правительств
и вообще всех «бывших доныне» властей, признало свою
материальную ответственность за все убытки, понесенные
иностранцами от действий Советского правительства и его
предшественников, и возвратило им национализированные
предприятия. В меморандуме содержались и другие домо-
1 Зарницкий С., Сергеев А. Чичерин. – М., 1975. С. 185–186.
101
Мировое хозяйство между двумя войнами
гательства: отмена монополии внешней торговли, т. е. лик-
видация барьера, который ограждал Советскую Россию от
экономической экспансии иностранного капитала; уста-
новление для иностранцев исключительного режима, по-
добного капитуляционному; контроль держав Антанты над
советскими финансами. Советская делегация потребовала
приостановки работы конференции на два дня для того, что-
бы ознакомиться с Лондонским меморандумом (хотя он уже
был подготовлен за 12 дней до начала конференции).
Во время этой паузы Ллойд-Джордж, пытаясь скло-
нить советскую делегацию к уступкам, пригласил 14 апре-
ля Г. В. Чичерина, Л. Б. Красина и М. М. Литвинова в свою
резиденцию на виллу Альбертис для неофициальных бесед.
Здесь Ллойд-Джордж, а также Барту и представители Бель-
гии и Италии потребовали безоговорочного принятия всех
условий Лондонского меморандума. Советские дипломаты
в категорической форме отклонили те пункты меморан-
дума, которые нарушали суверенитет Советской России,
и со своей стороны выдвинули контрпретензии к странам
Антанты за ущерб, нанесенный интервенцией и блокадой.
Через несколько дней советская делегация представила ме-
морандум от 20 апреля, в котором она дала развернутый
обзор своей позиции по широкому кругу вопросов. По сути
это был ответ на Лондонский меморандум экспертов.
Политику прямого нажима на советское правитель-
ство с целью принудить его к сдаче командных экономи-
ческих позиций иностранному капиталу поддерживали
Соединенные Штаты Америки. Активность неофициаль-
ных представителей американского правительства и круп-
нейших монополий в Генуе была велика. Присутствовав-
ший на Генуэзской конференции в качестве наблюдателя
посол Соединенных Штатов в Италии Чайлд отмечал в
своем дневнике, что делегаты конференции, не исключая
представителей великих европейских держав, постоянно
поддерживали с ним тесный контакт.
102
В. Ю. Катасонов
После неудачной попытки Запада навязать России
условия Лондонского меморандума был подготовлен (втай-
не от российской делегации) и представлен Г. Чичерину
меморандум 2 мая. Примечательно, что меморандуму 2 мая
предшествовало два проекта документа – английский и
французский. Первый – более компромиссный, второй – бо-
лее жесткий и ультимативный по отношению к Советскому
государству. С большим трудом удалось согласовать еди-
ный вариант, но, примечательно, что, в конце концов, фран-
цузская делегация его не подписала. Так что фактически
этот меморандум был английским. Ввиду отказа Франции
подписать меморандум заговорили даже о распаде Антан-
ты. Стали даже поговаривать, что Франция может досрочно
покинуть конференцию, а Великобритания может пойти на
сепаратные договоренности с Россией. Американскому по-
слу Чайлду пришлось принять участие в примирении ан-
гличан и французов на конференции. Это ему удалось сде-
лать, но с большим трудом1.
После изучения меморандума 2 мая советская делега-
ция, в свою очередь, представила на конференции меморан-
дум 11 мая. Все эти обмены меморандумами показали, что
Россия, с одной стороны, а Запад, с другой стороны, оста-
лись почти на исходных позициях. Компромиссных реше-
ний найдено не было.
Подробнее ключевые вопросы Генуэзской конферен-
ции рассмотрим ниже.
Советская Россия: главное – восстановление
экономики, а не оплата долгов мировым банкирам
Советская делегация постоянно стремилась переве-
сти обсуждения на конференции в конструктивное русло.
Поскольку делегаты большинства стран предпочитали
1 История дипломатии. Т. 3. С. 188.
103
Мировое хозяйство между двумя войнами
говорить о долгах Советской России и пытались заста-
вить ее не только признать долги, но и начать их выплачи-
вать. Это был откровенно мародерский подход, который
нашел свое отражение в Лондонском меморандуме экс-
пертов, представленном на конференции в самом начале
ее работы. Это был точно такой же мародерский подход,
который страны-победительницы продемонстрировали
на Парижской мирной конференции, где принимались ре-
шения по обложению Германии репарациями. Германия,
отягощенная непосильной данью, переживала самую на-
стоящую социально-экономическую катастрофу. Еще на
Парижской мирной конференции английский экономист
Джон Кейнс говорил, что назначенные Германии Версаль-
ским договором репарации, по крайней мере, в четыре
раза превышают ее реальные возможности. Он полагал,
что такие репарации Германию уничтожат или же приве-
дут к социально-политическому взрыву в центре Европы.
К сожалению, этой простой и понятной логикой делегаты
западных стран почему-то не руководствовались. Особен-
но делегаты Франции, которая была главным «бенефициа-
ром» германских репараций и которая была главным дер-
жателем внешнего долга России.
В своем меморандуме от 20 апреля советская делега-
ция констатировала, что интересы банкиров-кредиторов
оказались выше интересов государств и трудящихся
и что алчность мировых ростовщиков ведет к банкрот-
ствам, нищете и социальным протестам1: «В результате
войны хозяйство во всех странах Европы пребывает в
состоянии глубокого упадка, и все находящиеся к руках
имущих слоев населения ценные бумаги довоенного и во-
енного времени (акции, свидетельства государственных
1 Здесь и далее цитирование меморандума советской делегации на Гену-
эзской конференции от 20 апреля приводится по следующему источнику:
«Материалы Генуэзской конференции…». – М., 1922. С. 127–139. Данный до-
кумент также имеется в источнике: Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы
внешней политики СССР. 1922 год. С. 231–243 (документ № 126).
104
В. Ю. Катасонов
займов и т. д.) ни в какой мере не соответствуют размерам
реального национального дохода, и в то же время госу-
дарственные обязательства не соответствуют размерам
бюджетов. Отсюда усиливается все более и более ясно со-
знаваемая необходимость поставить все ценные бумаги и
обязательства в соответствие с размерами производства и
национальным доходом. Эта необходимость находит свое
выражение как в постепенном приближении к государ-
ственному банкротству ряда стран, вынужденных отказы-
ваться от уплаты военных долгов, так и в ряде банкротств
отдельных банков, частных фирм и в непрерывном паде-
нии стоимости всяких акций и ценных бумаг. И в то вре-
мя как правительства отказываются от платежей или же
фактически их не платят, частные предприятия и банки
объявляют себя банкротами, а массы трудового населе-
ния расплачиваются за потрясения, вызванные войной,
огромным понижением уровня своего существования. Во
всем мире оказывается незатронутой бедствиями войны,
согласно меморандуму экспертов, лишь одна категория
лиц – кредиторы России, которые одни должны получить
по всем счетам с процентами, как если бы русская рево-
люция застраховала их от всяких рисков и всяких ущер-
бов, которые понесли во всем мире народные массы и ка-
питалистические круги».
Советская делегация гнула свою конструктивную
линию, нацеленную на восстановление разрушенной эко-
номики, а не на удовлетворение алчных аппетитов миро-
вых ростовщиков.
Во-первых, вопрос о признании Советской Россией
государственных и частных долгов не следует увязывать
с вопросом о дальнейшем торгово-экономическом сотруд-
ничестве. Поскольку дальнейшее сотрудничество может
и должно осуществляться под гарантии советского пра-
вительства, которые при необходимости оно готово вы-
давать. Само по себе признание или непризнание долгов,
105
Мировое хозяйство между двумя войнами
возникших до прихода к власти большевиков, не может
повлиять на приток капиталов в Советскую Россию. Та-
кой приток исключительно зависит от гарантий совет-
ского правительства. Советская делегация занимала сле-
дующую позицию: надо заключать торговые и кредитные
соглашения с Западом, а вопрос о взаимных требованиях
прошлых лет следует решать параллельно. Второй во-
прос крайне запутанный, он потребует времени, не стоит
стремиться на конференции расставить все точки над «i».
Данная позиция советской делегации была четко сформу-
лирована в ее меморандуме от 11 мая.
Во-вторых, она выступала за отмену политических и
иных искусственных барьеров в международной торгов-
ле. Торговая и морская блокада, объявленная Верховным
советом Антанты в декабре 1917 года – яркий тому при-
мер. В 1920 году эта блокада была снята, но лишь частич-
но. Они активно пользовались таким инструментом, как
антидемпинговые пошлины и даже полные запреты на
ввоз товаров при подозрении в использовании демпинга
и других «нерыночных» инструментов. Таким «нерыноч-
ным» инструментом они рассматривали установленную в
Советской России государственную монополию внешней
торговли, заявляя, что будут торговать лишь с негосу-
дарственными организациями. Так что де-факто блокада
сохранялась. Впрочем, и между собой страны Антанты в
сфере международной торговли не очень ладили, защищая
свои внутренние рынки таможенными пошлинами и ря-
дом нетарифных барьеров. Советская делегация была за
снижение таможенных пошлин в европейской торговле и
признание Западом государственной монополии внешней
торговли. Тем более, что формально делегации других
стран признавали Каннские условия, в которых признава-
лось право государств на определение своего социально-
экономического устройства, включая формы собственно-
сти предприятий и организаций. Как видим, Советская
106
В. Ю. Катасонов
Россия более девяти десятков лет назад находилась в
той же ситуации, в какой сегодня находится Российская
Федерация (создание препон для внешней торговли в виде
разного рода формальных и неформальных санкций).
О послевоенном финансовом кризисе
и путях его преодоления
Мировая война 1914–1918 годов произвела в странах
Антанты, германского блока и в нейтральных странах
ряд глубоких изменений и потрясений в их финансовой
жизни. Среди них можно назвать: уменьшение и пере-
мещение золотых запасов, переход к исключительно бу-
мажным деньгам, злоупотребление «печатным станком»,
инфляция и значительное падение покупательной способ-
ности денежных знаков, дефициты бюджетов и усиление
налогового бремени, чрезвычайное увеличение государ-
ственной задолженности, дефицитность торговых и пла-
тежных балансов и т. п. Чтобы как-то смягчить социально-
экономические проблемы, правительства наращивали
свои государственные расходы. Государственные расходы
в некоторых странах вышли на уровень от 20 до 40 % всего
национального дохода. В наихудшем положении оказалась
Франция, расходовавшая большие суммы на восстанов-
ление своих разоренных войной провинций. Фактически
всю Европу охватил финансовый кризис.
Одним из проявлений финансового кризиса был стре-
мительный рост внешней задолженности европейских го-
сударств. Внешний долг воевавших европейских стран,
достигавший в переводе на доллары в 1913 году 17 млрд
долларов, возрос к 1920 году до 155 млрд долларов, что, при-
нимая во внимание падение валюты в европейских странах,
представляло огромное, почти непосильное финансовое
бремя. Крупнейшим чистым кредитором были Соединен-
107
Мировое хозяйство между двумя войнами
ные Штаты Америки, их кредитные требования к европей-
ским странам в 1920 году равнялись 11 млрд долларов. Долг
других стран Великобритании был равен 1,75 млрд фунтов
стерлингов, но он в значительной степени уравновешивал-
ся долгами Великобритании перед США.
С целью изучения причин вышеуказанного финансо-
вого кризиса и выработки возможных мероприятий к пре-
дотвращению и смягчению его последствий Совет Лиги
Наций принял в феврале 1920 года решение созвать между-
народную конференцию. Заседания конференции откры-
лись в столице Бельгии – Брюсселе – в помещении Палаты
депутатов 24 сентября и закончились 8 октября 1920 года.
На конференцию были приглашены тридцать девять стран,
включая Германию и ее европейских союзников по Первой
мировой войне1. Советская Россия на Брюссельскую конфе-
ренцию приглашена не была. Работа конференции велась
в четырех комиссиях: 1) государственных финансов, 2) по
вопросам валютного и денежного обращения, 3) междуна-
родной торговли и 4) кредитной.
На конференции было высказано много пожеланий,
зафиксированных в резолюциях: бездефицитного сба-
лансирования государственных бюджетов; всемерного
сокращения государственных расходов и соблюдения
строгой экономии; ограничения расходов на вооружение;
ассигнования особых кредитов на восстановление; выда-
чи субсидий на закупку продовольствия и восстановле-
ния транспорта; консолидации текущего долга; введения
ряда новых налогов; прекращения дальнейшего выпуска
бумажных денег; принятия мер к усилению золотых за-
1 Этими странами были: Австралия, Австрия, Аргентина, Армения, Брази-
лия, Бельгия, Болгария, Великобритания, Венгрия, Гватемала, Германия,
Греция, Дания, Индия, Италия, Испания, Канада, Китай, Латвия, Литва,
Люксембург, Нидерланды, Новая Зеландия, Норвегия, Перу, Польша, Пор-
тугалия, Румыния, Соединенные Штаты Северной Америки, Уругвай, Фин-
ляндия, Франция, Чехословакия, Швеция, Швейцария, Эстония, Югославия,
Южно-Африканский Союз и Япония, которые выделили 86 экспертов – чле-
нов конференции.
108
В. Ю. Катасонов
пасов и постепенного перехода к золотому обращению;
отказа от искусственных мер к стабилизации стоимости
золота; основания центральных эмиссионных банков (в
тех странах, где таковых не было); отмены контроля над
валютными операциями; оказания международной помо-
щи слабым в экономическом и финансовом отношениях
государствам и т. п. Однако никаких юридических обя-
зательств страны-участницы Брюссельской конференции
на себя не приняли, практической реализации ее рекомен-
даций в последующем не было.
На Генуэзской конференции, кроме «русского вопро-
са», вторым по важности был вопрос стабилизации денеж-
ных систем и восстановлении международной валютно-
финансовой системы. Делегация Советской России активно
участвовала в обсуждении данного вопроса. На Генуэзской
конференции обсуждался вопрос о восстановлении золото-
го стандарта на уровне отдельных стран и в международ-
ных масштабах. Напомним, что такой стандарт сложился
в мире к концу XIX – началу XX веков; в России золотой
стандарт был введен в 1897 году в результате денежной ре-
формы С. Ю. Витте. Уже в первые дни начавшейся миро-
вой войны страны приостановили действие золотого стан-
дарта, прекратив свободный размен бумажных денежных
знаков на металл. Страны рассчитывали, что это времен-
ная мера, что сразу же после войны золотой стандарт будет
восстановлен. Однако европейские страны лишились зна-
чительной части своих запасов, они перекочевали за оке-
ан в Соединенные Штаты. Поэтому на момент проведения
Генуэзской конференции золотого стандарта не было ни в
одной стране, за исключением Соединенных Штатов, где
доллар имел крепкое металлическое обеспечение. В Европе
в разной степени происходило обесценение национальных
валют, возможности их использования для обслуживания
взаимной торговли были ограничены. Необходимость вос-
становления международной валютной системы понимали
109
Мировое хозяйство между двумя войнами
все европейские страны. Справедливости ради следует ска-
зать, что вопросы международных валютно-финансовых
отношений волновали не только Советскую Россию, но и
все другие страны. Основная инициатива в обсуждении
этих вопросов на конференции принадлежала Великобри-
тании и Франции. Первая из них стремилась восстановить
былое величие британского фунта стерлингов, который до
войны был главной международной валютой. А Франция
рассчитывала использовать ослабление Великобритании и
германские репарации для того, чтобы вывести свой франк
на первое место среди других валют в Европе.
Честно говоря, Советская Россия в 1922 году еще не
имела четкого понимания, как будет организована ее де-
нежная система (денежная реформа в СССР начала прово-
диться в 1923 году и в ходе нее были очень острые споры
и даже политические конфликты в связи с выбором при-
емлемой модели денежной системы). Судя по всему, на
момент Генуэзской конференции идеальной денежной си-
стемой российской делегации виделась система золотого
стандарта. А для этого нужно было золото. Золото, кото-
рого у России уже почти не было1.
О международном кредите и кредитных
заявках Советской России
Советская делегация также активно выступала за
всемерное развитие международного кредита. Такой кре-
дит был нужен для решения двух основных задач: 1) вос-
становления национальных денежных систем посредством
наращивания золотых запасов (золотые кредиты); 2) вос-
становления промышленности, сельского хозяйства, дру-
гих отраслей реального сектора экономики.
1 О золотых резервах дореволюционной России, СССР и Российской Фе-
дерации см.: Катасонов В. Ю. Золото в экономике и политике России. – М.:
Анкил, 2009. С. 48–162.
110
В. Ю. Катасонов
Приведем выдержку из документа советской деле-
гации, в котором изложена суть ее позиции по валютно-
финансовому оздоровлению мировой экономики с помо-
щью кредитов: «Оздоровление [денежного] обращения
в странах с расстроенной экономической жизнью может
быть достигнуто в более или менее близком будущем
лишь при содействии экономически более сильных стран.
Это содействие должно было бы осуществиться в двух на-
правлениях: во-первых, в форме кредитов, предназначен-
ных на восстановление транспорта, сельского хозяйства и
промышленности разоренных стран, ввиду того, что пол-
ное расстройство их хозяйства свело бы на нет все меры,
направленные к устранению инфляции и укреплению ва-
люты; во-вторых, и притом одновременное в форме осо-
бых кредитов странам с расстроенным денежным обраще-
нием для оздоровления последнего; эти кредиты должны
предоставляться в золоте и в устойчивой валюте, которые
необходимы для установления нормальных отношений.
Если нельзя себе представить нормализацию денежного
обращения разоренных стран без восстановления их эко-
номической жизни, то столь же невозможно и сократить
процесс восстановления этой экономической жизни и нор-
мальных международных торговых связей без финансово-
го содействия экономически более сильных стран. Специ-
альные кредиты для оздоровления денежного обращения
были бы желательны не только в форме займа на свобод-
ном рынке, гарантированного иностранными правитель-
ствами, но также и в форме кредитов, открываемых цен-
тральным банкам стран, которые нуждаются в том, чтобы
иметь в своем распоряжении золото и устойчивую валюту
для упорядочения своего [денежного] обращения. Было бы
желательно, чтобы центральные банки стран, богатых зо-
лотом, как, например, Соединенные Штаты, предоставили
известную часть своего золотого запаса в распоряжение
центральных банков стран, которым предстоит присту-
111
Мировое хозяйство между двумя войнами
пить к стабилизации своей валюты, делая это непосред-
ственно или гарантируя специальные кредиты для нужд
этих стран. Для проведения этой меры представится не-
обходимым, чтобы правительства стран, богатых золотом,
взяли па себя осуществление этой операции через посред-
ство соответствующих банковских учреждений…»1.
Данная позиция Советской России находила под-
держку у других делегаций. Но все прекрасно понимали,
что реально крупные кредиты могли поступить только от
одной страны – Соединенных Штатов, которые вышли
обогащенными из войны.
От общих принципов восстановления послевоенной
экономики советская делегация переходила к конкретным
просьбам о предоставлении Советской России кредитов и
займов. Как для восстановления денежного хозяйства, так и
для развития промышленности и сельского хозяйства.
Выражалась прямая заинтересованность в золотых
кредитах, которые бы были предоставлены Государствен-
ному банку РСФСР. Вот фрагмент из документа, обосно-
вывающего потребность в таком кредите: «Российская
делегация считает особо необходимым подчеркнуть на-
стоятельную нужду в займе для укрепления валюты
своей страны. Размеры внутренней торговли России зна-
чительно колеблются в связи с очередным урожаем и ко-
личеством рыночных сделок, меняющихся в зависимости
от времени года. Кроме того, внешняя торговля России
переживает период своей наибольшей активности вес-
ной и летом, иначе говоря, в то время, когда валютный
рынок наиболее ограничен и когда курсы обнаруживают
максимальную тенденцию к понижению. В этих условиях
даже при отсутствии какой-либо эмиссии стабилизация
денежного обращения невозможна без применения ряда
1 «Замечания советских делегатов в Финансовой комиссии Генуэзской кон-
ференции по валютно-финансовому разделу доклада экспертов Союзных
держав» (13 апреля 1922 г.) // «Материалы Генуэзской конференции…». – М.,
1922. С. 376–377.
112
В. Ю. Катасонов
особых мер, направленных на ее поддержание, для чего
требуются значительные оборотные запасы в золоте и в
устойчивой валюте. Вот почему заем России для нужд ее
валютной политики на изложенных выше основаниях бу-
дет особенно необходим в момент, когда она приступит к
денежной реформе»1.
Предложения советской делегации о предоставлении
Советской России займов и кредитов на развитие промыш-
ленности, сельского хозяйства и транспорта были изложе-
ны в письме на имя председателя Финансовой комиссии
Генуэзской конференции от 3 мая 1922 года.2 Согласно дан-
ным, приведенным в этом документе, общая сумма креди-
тов для нужд восстановления народного хозяйства совет-
ских республик3 ориентировочно определялась в размере
8797 млн руб. золотом. Полученные кредиты предполага-
лось вложить в течение 3–5 лет (млн руб. золотом):
в сельское хозяйство – 2797;
в промышленность – 1000;
в транспорт – 5000.
При условии ограничения программы восстановле-
ния строгим минимумом и максимального использования
внутренних ресурсов допускалось сокращение иностран-
ных кредитов до 1 млрд руб. по сельскому хозяйству и до
1 млрд руб. по транспорту. Сумма кредитов по промыш-
ленности сохранялась без изменений. Таким образом,
сумма испрашиваемых Россией кредитов варьировала от
8,8 до 3 млрд руб. Сумма запрашиваемых кредитов была
1 «Замечания советских делегатов в Финансовой комиссии Генуэзской кон-
ференции по валютно-финансовому разделу доклада экспертов Союзных
держав» (13 апреля 1922 г.) // Материалы Генуэзской конференции… С. 378.
2 В основу предложений был положен доклад об экономическом и фи-
нансовом положении России, представленный советской делегацией на
заседании комиссии по кредитам 26 апреля 1922 г. // Громыко А. А., Хво-
стов В. М. Документы внешней политики СССР. 1922 год. С. 739 (прим. 81).
3 Делегация РСФСР на конференции выступала от имени и в интересах
других республик, что было оформлено специальными соглашениями.
113
Мировое хозяйство между двумя войнами
сопоставима с величиной долгов по кредитам царского и
Временного правительств.
В качестве гарантий кредиторам указывались: об-
щий доход и специальные статьи бюджета (таможенные
доходы, производство платины, экспорт товаров), а также
доля, причитающаяся советскому правительству от дохо-
дов концессий, которые оно могло бы предоставить ино-
странному капиталу.
Мы уже отмечали, что наибольшими кредитными
возможностями в послевоенном мире обладала Америка.
Но советская делегация не питала особых надежд на аме-
риканские кредиты по чисто политическим причинам. Она
рассчитывала на кредиты британские, хотя возможности
Туманного Альбиона были намного меньше.
Член делегации Великобритании известный эконо-
мист Джон Кейнс по вопросу о предоставлении кредитов
России высказывался так: частные банкиры денег не да-
дут. Поэтому нужен правительственный кредит. Англия
заинтересована в восстановлении поставок из России тра-
диционных товаров – зерна, леса, льна. А под этот экспорт
можно было бы выдать России государственный кредит
на 50 млн ф. ст. для закупок английских товаров. Увы, это
были несбыточные планы английского экономиста.
Член делегации РСФСР на конференции М. Литвинов
8 мая 1922 года из Генуи в Наркомат иностранных дел на-
правил очередное письмо. В нем Литвинов, ссылаясь на ин-
формацию от немцев, сообщал: «Ллойд-Джордж (премьер-
министр Великобритании. – В.К.) в присутствии Шанцера
(министр иностранных дел Италии. – В.К.) тоже говорил о
кредитах, согласившись на этот раз предоставлять кредиты
непосредственно советскому правительству для оплаты его
заказов за границей. Суммы он не называл, заявил лишь,
что если будем настаивать на миллиарде рублей в год в те-
чение трех лет, то разговаривать больше не о чем, ибо таких
сумм в Европе-де не существует. Намекал на 25 млн фунтов
114
В. Ю. Катасонов
[стерлингов]»1. Впрочем, на конференции не удалось до-
биться получения даже таких незначительных кредитов.
В уже упоминавшемся выше меморандуме стран Ан-
танты от 2 мая говорилось о каком-то международном ев-
ропейском консорциуме с капиталом в 20 млн ф. ст. Для Ев-
ропы это мизерная сумма. Да и то, не говорится о том, что
консорциум создан, страны лишь планируют его создать.
А если он и будет создан, то совсем не факт, что из него
что-то может перепасть России. Вот фрагмент меморанду-
ма: «Несколько государств Европы пришли к решению соз-
дать международный консорциум с основным капиталом
в 20 млн ф. ст. Назначение консорциума – финансирование
предприятий, имеющих целью восстановление и развитие
жизни Европы и испытывающих затруднения в вопросе о
самостоятельном нахождении необходимых средств». В
общем, все неконкретно, обтекаемо.
Формула западных стран по вопросу кредитов была
проста: сначала Россия должна признать свои долги, а за-
тем уж они готовы обсуждать вопрос о предоставлении
новых кредитов.
Позиция советской делегации по вопросу
финансовых требований союзников
Выше мы уже отметили, что первым принципом со-
ветской делегации был приоритет задач восстановления
экономики по отношению к решению вопроса взаимных
требований стран.
Еще одним важным нашим принципом при решении
вопросов взаимных требований был принцип экономиче-
ской реальности и разумной достаточности. Делегация
РСФСР заявляла, что она не может принимать любые обя-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 359.
115
Мировое хозяйство между двумя войнами
зательства по долгам царского и Временного правительств.
Имеется в виду, что она не будет принимать те обязатель-
ства, которые она заведомо не сможет выполнять по чисто
экономическим причинам. Здесь явно был намек на то, что
Версальский мирный договор возложил на Германию непо-
сильные, нереальные обязательства по репарациям. И что
Россия, не участвуя в подготовке и подписании Версальско-
го мирного договора, тем не менее, с ним не согласна. Кста-
ти, такая позиция советской делегации очень способствова-
ла сближению РСФСР и Германии на конференции.
Еще раз вспомним меморандум советской делегации
от 20 апреля (ответ на Лондонский меморандум экспертов,
подготовленный Западом)1. В нем обосновывалась несооб-
разность западных требований к России с возможностями
ее разрушенной экономики: «В меморандуме (Лондонском
меморандуме. – В.К.) не упоминается возможная цифра
долгов России, вытекающая из всех обязательств по ста-
рым долгам и частным претензиям. Но, согласно подсче-
там в иностранной экономической печати, сумма долгов
по всем перечисленным в меморандуме категориям долж-
на равняться приблизительно 18,5 млрд зол. руб. За вы-
четом военных долгов сумма довоенных долгов и частных
претензий с процентами по 1 декабря 1921 года выража-
ется в цифре около 11 млрд, а с процентами по 1 ноября
1927 г. около 12 млрд. Если допустить на минуту, что со-
ветское правительство согласилось бы платить по этим
долгам полностью и в положенный срок, то первый взнос
с процентами и с погашением капитала потребовал бы
сумму около 1,2 млрд. Царское правительство с огромным
напряжением платежных сил населения в состоянии было
на основе довоенной продукции в хозяйстве и довоенных
размеров внешней торговли, имевшей превышение вы-
воза над ввозом в последние 5 лет перед войной в среднем
366 млн в год, выплачивать проценты и погашения около
1 Там же. С. 231–243 (документ № 126).
116
В. Ю. Катасонов
400 млн руб. в год. Чтобы иметь возможность выплачивать
указанную сумму в 1,2 млрд в год, Россия должна была бы
не только достигнуть довоенной продукции, но и превы-
сить таковую в 3 раза. Так как ежегодный национальный
доход России равнялся перед войной 101 руб. на душу на-
селения, а в настоящее время составляет около 30 руб.,
т. е. уменьшился более чем в 3 раза, то меморандум экс-
пертов, по-видимому, предполагает, что за 5 лет наш на-
циональный доход должен возрасти в 9 раз. Насколько
неосуществимо это предположение, видно из того, что на-
циональный доход Англии, Франции, Германии и России
на душу населения с 1894 по 1913 год возрос в среднем
на 60 %, или увеличивался на 3 % ежегодно. Российская
делегация вполне согласна с тем, что при советском строе
производительные силы России будут развиваться гораздо
быстрее, чем в капиталистических странах Запада и при
царском режиме в России, и готова допустить, что этот до-
ход будет увеличиваться в 2 раза быстрее. Но делегация,
как это ни лестно было бы для советской власти, считает
все же неосновательным предположение, что рост еже-
годного дохода населения с 1922 по 1927 год будет идти
в 60 раз быстрее в сравнении с довоенным ростом. Про-
изводство в России глубоко расстроено. Чистый годовой
национальный доход страны упал с 12 млрд до войны до
4 млрд по самым оптимистическим подсчетам. Если наш
национальный доход будет расти в 2 раза быстрее, чем до
войны, и удвоится за 16 лет, то стране нужно будет 25 лет,
чтобы вернуться к довоенному уровню. А так как в пер-
вую очередь и с максимальной аккуратностью страна
должна будет платить и проценты, и погашения по новым
займам, которые помогут ей хозяйственно подняться, и
эти платежи должны начаться гораздо раньше указанного
выше срока, то для уплаты по другим обязательствам у
России в течение самого длительного срока, который мы
можем предвидеть, не останется никаких ресурсов. Этот
117
Мировое хозяйство между двумя войнами
вывод могла бы подтвердить любая беспристрастная и до-
бросовестная комиссия экспертов-экономистов, которая
имела бы возможность ознакомиться с состоянием нашего
народного хозяйства.
Насколько чудовищно велики предъявляемые нам к
уплате требования, видно из следующих данных: царское
правительство платило ежегодно перед войной по своим
долгам сумму, равную 3,3 % всего ежегодного националь-
ного дохода и около 13 % всего государственного бюджета.
Меморандум экспертов считает возможным требовать от
России уплаты ежегодно через 5 лет такой суммы, которая
будет равна 20 % всего национального дохода, который,
как можно предполагать, возрастет на 30 %, и около 80 %
всего нынешнего государственного бюджета России, не
говоря уже о том, что уплата должна производиться стра-
нам, ежегодный национальный доход которых на душу на-
селения в 7–8 раз больше национального дохода на душу
населения в России».
Далее в меморандуме от 20 апреля отмечается, что
отказ от принципа разумной достаточности при решении
вопросов взаимных требований грозит экономическим
крахом не только России, но и любой другой стане. В этой
части меморандума Советская Россия явно имела в виду в
первую очередь Германию. Цитирую: «Если бы Советское
Правительство обязалось платить из национального до-
хода разоренной страны хотя бы часть тех сумм, которые
вытекают из перечисленных в лондонском меморандуме
обязательств, то это не только бы привело к системати-
ческому недопотреблению и хроническому вырождению
ее населения, но и серьезнейшим образом задержало бы
весь процесс восстановления ее хозяйства. Россия тогда
не могла бы в максимально краткий срок вновь занять в
мировом хозяйстве роль первого поставщика хлеба и сы-
рья для Европы и вновь сделаться огромным рынком для
западной промышленности и, восстанавливая свое хозяй-
118
В. Ю. Катасонов
ство, служить важным элементом восстановления всего
мирового хозяйства. Если получение новых кредитов на
восстановление хозяйства России будет обусловлено упла-
той по старым обязательствам и весь положительный ре-
зультат новых займов и связанного с ним более быстрого
темпа восстановления хозяйства пойдет на уплату ста-
рых долгов, то для русского народа теряют всякий смысл
новые кредиты, и ему придется продолжать начатое и,
естественно, медленно идущее восстановление хозяйства
страны собственными силами, не надеясь на помощь ино-
странного капитала. Между тем не только русский народ,
но и все народы Европы и Америки и даже подавляющее
большинство промышленных и торговых кругов этих
стран заинтересованы, в первую очередь, даже не в воз-
награждении небольшой группы старых кредиторов, а в
восстановлении экономических связей с Россией и в не-
медленном привлечении в Россию иностранного капита-
ла на таких условиях, которые, обеспечивая достаточные
выгоды этому капиталу, в то же время способствовали бы
развитию всего народного хозяйства России».
«План Кейнса»
В контексте проблемы «разумной достаточности»
уместно вспомнить известного английского экономиста
Джона М. Кейнса, который в те времена занимал важные
посты в казначействе Великобритании. Будучи членом
делегации Великобритании на Парижской мирной конфе-
ренции (1919 г.), Джон Кейнс выступил против возложе-
ния чрезмерных репараций на Германию. Он полагал, что
назначенные Германии репарации как минимум в два раза
(а скорее – в четыре раза) превышали ее экономические
возможности. Этот известный экономист был сторонни-
ком взаимного списания межсоюзнических долгов, что,
119
Мировое хозяйство между двумя войнами
по его мнению, позволило бы преодолеть затянувшийся
социально-экономический кризис в Европе. Он еще за-
долго до Генуи выступал за списание России долгов по
военным кредитам. В. Ленин внимательно следил за вы-
ступлениями Кейнса и как-то назвал его «прославленным
критиком Версальского договора». В 1920 году он писал
по поводу этого англичанина: «Недавно, когда Красин
имел случай беседовать с Ллойд-Джорджем как предста-
витель Российского советского правительства на тему о
долговых договорах, он наглядно объяснил ученым и по-
литикам, вождям английского правительства, что если
они рассчитывают долги получить, то они в странном за-
блуждении находятся. И заблуждение это вскрыл уже ан-
глийский дипломат Кейнс. Дело, конечно, не только в том,
что русское революционное правительство не хочет пла-
тить долгов. Какое угодно правительство не могло бы за-
платить, потому что эти долги есть ростовщический зачет
на то, что уже 20 раз оплачено, и этот же самый буржуа
Кейнс, нисколько не сочувствующий русскому револю-
ционному движению, говорит: “Понятно, что этих долгов
считать нельзя”»1.
Дж. Кейнс был членом английской делегации на Ге-
нуэзской конференции, но при этом расходился во взгля-
дах по многим пунктам «русского вопроса» с руководи-
телем делегации Ллойд-Джорджем. Его особая позиция
привлекала к себе внимание журналистов и политиков,
она была изложена известным англичанином в двух ста-
тьях, которые были опубликованы в английских, итальян-
ских, французских и других европейских газетах в начале
работы конференции (18 и 19 апреля). Статьи охватывали
широкий спектр вопросов послевоенного экономического
и финансового восстановления Европы, но большая часть
их была специально посвящена «русскому вопросу». Пер-
1 Ленин В. И. II конгресс Коммунистического Интернационала 19 июля –
7 августа 1920 г. // Полн. собр. соч. Т. 41. С. 220.
120
В. Ю. Катасонов
вая статья Кейнса, называвшаяся «Переговоры с Россией»,
носила больше информационный характер, сообщала о со-
бытиях на конференции. В ней отмечалось, что союзники
выставили требования к России на сумму 2–2,5 млрд ф. ст.,
а Россия неожиданно выдвинула встречные требования на
5 млрд ф. ст. – компенсации за интервенцию. Сообщалось,
что Ллойд-Джордж был еще готов на списание военных
долгов России, но никак не мог согласиться со столь гро-
мадными российскими требованиями к бывшим союзни-
кам. Кейнс в этой статье соглашался с нашим наркомом
иностранных дел Чичериным, который считал, что уточ-
нение сумм встречных требований стран следует пору-
чить специальной комиссии международных экспертов.
Особенно интересна вторая статья, которую неко-
торые газеты назвали «планом Кейнса». Прежде всего,
Кейнс обратил внимание на только что заключенный в
Рапалло договор между Германией и Россией. Решение
сторон начисто стереть взаимные долги (они же – пре-
тензии), по мнению Кейнса, «само по себе разумно, но
по своим методам неправильно и, в общем, вносит новое
осложнение в долговую проблему». И в то же время оно
является «предупреждением»1. Насчет «осложнения» и
«предупреждения»: шансы многостороннего урегули-
рования долгов в Европе (к чему призывал Кейнс) дей-
ствительно снижались, договор в Рапалло мог послужить
примером, которому могли последовать и другие страны,
пойдя на заключение сепаратных (двухсторонних) со-
глашений. Но Россия, заключая соглашение с Германией,
действовала по принципу «лучше синица в руке, чем жу-
равль в небе». Кейнс же был максималистом и мечтал
поймать «журавля», т. е. добиться заключения многосто-
роннего соглашенияпо
долгам.
1 Здесь и далее цитаты из статей Дж. Кейнса приводятся по следующему
источнику: Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспоми-
нания участников. – М.: Издательство Института международных отноше-
ний, 1963. С. 142–148.
121
Мировое хозяйство между двумя войнами
В Генуе глава английской делегации Ллойд-Джордж
на разные лады повторял одну и ту же формулу решения
«русского вопроса»: «Мы от России не требуем немедлен-
ных выплат по долгам. Мы хотим от нее лишь признания
долгов». А начать выплаты она может, скажем, через пять
лет (в 1927 г.), когда окончательно встанет на ноги. Конечно,
Чичерину было не трудно согласиться с такой формулой,
поскольку за пять лет много воды утечет. Но нарком ино-
странных дел РСФСР на это не пошел. И Кейнс, исходя,
прежде всего, из моральных соображений, поддержал по-
зицию советской делегации: «Не думает ли Ллойд-Джордж,
что ценой ничего не стоящих обещаний Чичерин ухватит-
ся за минутные выгоды и преимущества, от которых через
пять лет можно было бы отбояриться. Если такова психоло-
гия всех политиков, то народы рассуждают проще, и с этим
надо считаться. Навязать России заведомо невыполнимое
обязательство значит обесчестить себя».
Суть «плана Кейнса» по решению «русского вопро-
са» сформулирована в следующем абзаце его статьи: «Во-
енные долги надо просто списать против русских контр-
претензий. Признание де-юре, пятилетняя передышка
(мораторий) в платеже процентов и долга, замена всех
прежних долгов новыми 2,5-процентными обязатель-
ствами». Начиная с шестого года, Россия выплачивала бы
по указанным бумагам примерно по 20 млн ф. ст., что, с
одной стороны, вполне посильно для должника; с другой
стороны, выгодно для держателей бумаг. В данном случае
англичанин как раз следовал принципу «лучше синица в
руках, чем журавль в небе».
Что касается претензий иностранных инвесторов
по поводу национализированного имущества, то Кейнс
предлагал вариант участия бывших собственников в при-
былях соответствующих предприятий. Этот вариант не-
сколько напоминал предложение советской стороны о
преимущественном предоставлении бывшим иностран-
122
В. Ю. Катасонов
ным собственникам в концессию национализирован-
ных предприятий. Через какое-то время отчисления от
прибыли, по мнению Кейнса, могли бы быть замещены
бывшим владельцам предприятий 5-процентными об-
лигациями. Кейнс считал, что его «план» в равной мере
учитывает интересы как России, так и западных стран.
«Если же кредиторы России заломят больше, то, конечно,
не получат ничего». «План Кейнса» базировался на прин-
ципах «разумной
достаточности», «поэтапности», «рав-
ной взаимной выгоды». К сожалению, глава делегации
Великобритании Ллойд-Джордж не разделял в полной
мере принципов известного английского экономиста. Тем
более были неприемлемыми предложения Кейнса для де-
легации Франции, которая не желала ограничиться лишь
признанием Россией своих долгов. Нетерпеливый Париж
требовал от Москвы «деньги на бочку».
Основания для отказа от уплаты
долгов по довоенным кредитам
Отказываясь от полного или частичного погашения
внешних обязательств, которые возникли до Октябрьской
революции 1917 года, советская делегация апеллировала к
исторической и юридической стороне вопроса. В частности,
в меморандуме советской делегации от 11 мая1 делались
ссылки на исторические прецеденты, связанные с буржу-
азными революциями: «Российская делегация должна за-
метить, что совокупность претензий, в них формулирован-
ных, обусловливается изменениями, вызванными Русской
революцией. Не Российской делегации защищать великий
акт русского народа перед собранием стран, история кото-
рых свидетельствует не об одной революции. Но Российская
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 366.
123
Мировое хозяйство между двумя войнами
делегация вынуждена напомнить о том основном принципе
права, что революции, составляющие насильственный раз-
рыв с прошлым, несут с собой новые правовые условия внутренних
и внешних отношений государств. Правительства и
режимы, вышедшие из революции, не обязаны соблюдать
обязательства свергнутых правительств. Французский кон-
вент, законным наследником которого заявляет себя Фран-
ция, провозгласил 22 сентября 1792 года, что “суверенитет
народов не связан договорами тиранов”. Соответственно
этому заявлению революционная Франция не только разорвала
политические договоры старого режима с заграницей,
но отказалась также от уплаты своих государственных дол-
гов. Лишь из побуждений политического оппортунизма она
согласилась на уплату трети этих долгов. Это и есть та “кон-
солидированная треть”, проценты с которой стали уплачи-
ваться регулярно лишь в начале XIX века.
Этой практике, претворенной в правовую доктрину
выдающимися юристами, почти всегда следовали прави-
тельства, вышедшие из революции или освободительной
войны. Соединенные Штаты отвергли договоры своих пред-
шественников – Англии и Испании. С другой стороны,
державы-победительницы во время войны и в особенности
при заключении мирных договоров не остановились перед
захватом имуществ, принадлежавших подданным побеж-
денных стран и находившихся на их территориях и даже на
территории других государств. В соответствии с прецеден-
тами, Россию нельзя принудить принять на себя какого бы
то ни было рода ответственность по отношению к иностран-
ным державам или их подданным за аннулирование публич-
ных долгов и национализацию частного имущества».
Советская делегация также апеллировала к юриди-
ческому понятию «форс-мажор», снимающему частично
или полностью ответственность сторон договоров за вы-
полнение своих обязательств: «Другой правовой вопрос:
ответственно ли Российское Правительство за имущество,
124
В. Ю. Катасонов
права и интересы иностранных подданных, потерпевших
ущерб вследствие гражданской войны, сверх того ущер-
ба, который был причинен действиями самого Прави-
тельства, т. е. аннулированием долгов и национализацией
имуществ? И здесь юридическая доктрина всецело выска-
зывается в пользу Российского Правительства. Революции
и все большие народные движения, уподобляемые force
majeure1, не дают поэтому тем, кто от них пострадал, ни-
какого права на возмещение убытков».
Наконец, советская делегация напомнила о таком прин-
ципе, как равные права зарубежных держателей долговых
и иных требований перед отечественными гражданами и
юридическими лицами: «Когда иностранные подданные при
поддержке своих правительств потребовали от царского пра-
вительства возмещения убытков, причиненных им революци-
онными событиями 1905–1906 годов, царское правительство
эти пожелания отклонило на основании того, что оно, не да-
вая своим собственным подданным возмещения в подобных
случаях, не могло оказывать преимущества иностранцам».
Здесь был явный намек на то, что если советская
власть признала бы свои обязательства перед иностран-
цами, то ему бы пришлось признавать аналогичные обя-
зательства перед своими физическими и юридическими
лицами. А эти обязательства, судя по всему, были намно-
го больше. И тут вступал в действие принцип реальности:
признав все свои внешние и внутренние обязательства,
Советская Россия тут же рухнула бы под натиском оби-
женных кредиторов и инвесторов.
Об отказе от военных долгов
Особая аргументация советской делегацией выдви-
галась для отказов от погашения военных долгов. Эта
1 …force majeure – «непреодолимая сила» (фр.) – сноска в документе. – В.К.
125
Мировое хозяйство между двумя войнами
аргументация была сформулирована в меморандуме от
20 апреля. Привожу фрагмент раздела меморандума под
названием «Военные долги»1:
«К сожалению, эксперты Союзных держав, уклоня-
ясь от провозглашенных в их меморандуме принципов
справедливости и восстановления без эксплуатации, от-
казываются от принятия этой точки зрения и предлага-
ют компенсировать претензии России за причиненные ей
разрушения особой категорией своих претензий – “воен-
ными долгами“ Российского Правительства (ст. 5 и 6 ме-
морандума). Это желание погасить бесспорные претензии
русского народа к иностранным правительствам, нанес-
шим ему непосредственные убытки военной интервен-
цией, противопоставляя им то, что условились называть
«военными долгами», т. е. ту категорию межсоюзных обя-
зательств, о полном взаимном аннулировании которой
самими же союзниками поднят вопрос, представляется
Российской делегации по меньшей мере странным. Она
вынуждена самым категорическим образом отклонить
вообще предъявление ей счета по этим долгам как недо-
пустимую попытку взвалить на плечи разоренной России
значительную долю военных расходов Союзных держав.
То, что именуется военными долгами России, представля-
ет собой в действительности запасы военного снабжения,
изготовлявшегося на заводах Союзных стран и посылав-
шегося на русский фронт для обеспечения успеха союз-
ных армий. Русский народ принес в жертву общесоюзным
военным интересам больше жизней, чем все остальные
союзники вместе; он понес огромный имущественный
ущерб и в результате войны потерял крупные и важные
для его государственного развития территории. И после
того, как остальные союзники получили по мирным до-
говорам громадные приращения территорий, крупные
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 231–243. (документ № 126).
126
В. Ю. Катасонов
контрибуции, с русского народа хотят взыскать издерж-
ки по операции, оказавшейся столь прибыльной для дру-
гих держав. Российская делегация призывает всех членов
конференции оценить всю непоследовательность и необо-
снованность подобного требования»1.
Советская делегация на конференции достаточно
уверенно отстаивала свое право не платить долги по во-
енным кредитам, поскольку на тот момент времени в Ев-
ропе мало кто это делал. Как отмечается в авторитетном
и фундаментальном советском историческом исследова-
нии «История дипломатии», накануне конференции «по
вопросу о военных займах не предвиделось особых раз-
ногласий. Во-первых, ни одна из стран Европы фактиче-
ски не платила своих долгов; во-вторых, параграфом 116
Версальского мира было формально оговорено право Со-
ветской России на значительную долю из той контрибу-
ции в 132 млрд золотых марок, которую Антанта навя-
зала Германии. Никто, видимо, не захотел бы особенно
настаивать на уплате русских военных долгов»2. Не хо-
тели настаивать даже Великобритания и Франция, кото-
рые сами имели очень большие долги по военным креди-
там перед Соединенными Штатами и также искали пути
уклониться от уплаты военных долгов. После подписания
Версальского мирного договора в странах Европы воз-
никло сильное движение за аннулирование военных дол-
гов. Это движение возглавила Франция, стремившаяся
создать единый фронт должников Соединенных Штатов
и мотивировавшая их отказ от погашения военной за-
долженности тем, что во время войны страны Антанты и
их союзники боролись против общего врага. Правитель-
ство Великобритании занимало более осторожную пози-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 232–233. (документ № 126).
2 История дипломатии. Т. 3. Дипломатия в период подготовки Второй миро-
вой войны (1919–1939 гг.). Под ред. акад. В. П. Потемкина. – М.-Л.: Государ-
ственное издательство политической литературы, 1945. С. 164.
127
Мировое хозяйство между двумя войнами
цию, боясь, что отказ от выплаты долгов может ослабить
фунт стерлингов на международном финансовом рынке.
В течение 1920–1921 годов. Великобритания неоднократ-
но пыталась добиться согласия на полное или частичное
аннулирование военной задолженности, мотивируя свои
предложения необходимостью оздоровления финансовой
системы стран Европейского континента с целью ликви-
дации экономического и финансового кризиса. В ответ на
это США согласились на временную отсрочку погашения
военных долгов, заявив, что позднее американское прави-
тельство вернется к этому вопросу1.
Советское государство также обратило внимание сво-
их кредиторов на прецедент, который был создан на Париж-
ской мирной конференции 1919 года. Во время войны 1914–
1918 годов Германия помогала Австро-Венгрии, Болгарии и
Турции. Общая сумма займов, предоставленных Германией
ее союзникам, оценивается в сумму около 2 600 млн руб.
золотом. По Версальскому миру Германия отказалась от
претензий к своим бывшим союзникам. Неужели Велико-
британия и Франция не могут отказаться от своих претен-
зий перед бывшим союзником Россией?
Прецеденты аннулирования государственных
кредитных обязательств
И в наше время, и в те годы, когда большевики заявили
об отказе от обязательств по займам и кредитам военного
1 См.: Аболмасов В. В. Проблема военных долгов Великобритании и ее
влияние на англо-американские отношения в 1920-е гг. //Российский науч-
ный журнал № 1, 2010. Примечательно, что в то самое время, когда прохо-
дила Генуэзская конференция, в США работала учрежденная в феврале
1922 г. комиссия по военным долгам, которую возглавил министр финан-
сов Э. Меллон. Уже после окончания Генуэзской конференции комиссия
Меллона вынесла неприятный для европейских стран вердикт: союзники
должны начать выполнять свои обязательства перед США по военным
долгам в полном объеме.
128
В. Ю. Катасонов
и довоенного времени, многие полагают и полагали, что
такое решение было беспрецедентным. Однако изучение
литературы по финансовой истории показывает, что такое
в истории бывало не раз. Думаю, что многие эти прецеден-
ты были хорошо известны членам советской делегации на
конференции в Генуе. Предлагаю читателю отрывок из уже
хорошо забытой «Финансовой энциклопедии» 1927 года,
где приводится множество таких примеров:
«В истории государственного долга много приме-
ров аннулирования государственных кредитных обяза-
тельств. Во Франции при Генрихе IV его министр Сюлли
указами 1596 и 1604 гг. произвел широкое аннулирование
государственных обязательств, возникших благодаря сла-
бости предшествовавших правительств. Фердинанд VII,
король Испании, в 1823 г. объявил все займы, заключен-
ные испанским конституционным правительством в Лон-
доне и Париже в 1820–1823 гг., недействительными. После
многих лет переговоров с кредиторами было достигнуто
в 1831 г. соглашение, которое, однако, Испанией не было
выполнено, и долги, заключенные конституционным пра-
вительством, не были выплачены. В 1841 г. Североамери-
канский штат Миссисипи аннулировал свой заем в пять
миллионов долларов ввиду того, что заем был выпущен
несогласно с конституцией штата. Реализация займа была
совершена с нарушением установленных правил (заем
был реализован ниже паритета, что было запрещено). Не-
смотря на то, что заем был выгоден штату, штат все же
отказался платить. Тридцать четыре года тянулись пере-
говоры между штатом и его кредиторами. В 1875 г. новая
конституция подтвердила, что кредитные обязательства
аннулированы навсегда. После междоусобной войны за
освобождения негров в 1863–1867 гг. в Сев.-Амер. Соеди-
ненных Штатах было сильное общественное движение за
аннулирование военных долгов, заключенных во время
войны северными штатами. Правительство Конфедера-
129
Мировое хозяйство между двумя войнами
ции южных штатов Северной Америки во время своего
существования успело заключить несколько внутренних и
внешних займов (во Франции и Англии). После окончания
войны между Севером и Югом правительство Сев.-Амер.
Соединенных Штатов объявило, что оно аннулирует все
кредитные обязательства Конфедерации южных штатов.
Английские держатели облигаций южных штатов еще и
до сих пор подсчитывают суммы неуплаченных процен-
тов. Одним из наиболее интересных случаев аннулиро-
вания государственных кредитных обязательств является
история португальского займа 1832 г. Реакционное прави-
тельство дона Мигуэля в Португалии в 1832 г. при помо-
щи французских банкиров Утрекен и Жожа заключило на
парижском рынке заем в 40 000 000 фр., эмитированный
в виде облигаций в 100 фр., приносящих 7,5 % годовых
и выпускаемых по курсу 680 фр. за 1 000. Долг должен
был быть погашен через 32 года. Либеральная оппозиция
в лице претендентов на португальскую корону дона Пе-
дро и донны Марии объявила заранее незаконными вся-
кие займы правительства Мигуэля. В момент получения
занятых средств правительство Мигуэля было изгнано из
Лиссабона. Противники его в казначействе нашли тратты
на Лондон. Дон Педро не только получил по этим траттам
причитающиеся суммы, но даже возбудил процесс против
лондонской банкирской фирмы Глин и К°, когда та отка-
залась платить по захваченным траттам. Однако в 1834 г.
португальское правительство объявило долг 1832 г. анну-
лированным и отказалось платить по нему как проценты,
так и основную сумму. В течение 60 лет между кредито-
рами Португалии и ее правительством шла война. Каж-
дая попытка португальского правительства выступить с
кредитными операциями на европейских рынках встре-
чала сопротивление со стороны бывших ее кредиторов.
Они выпускали агитационные памфлеты, расклеивали
афиши, подрывавшие кредит португальского правитель-
130
В. Ю. Катасонов
ства. В 1892 г. по совету парижских банков, занимавших-
ся постоянно реализацией португальских государствен-
ных займов, португальское правительство заключило с
держателями облигаций займа 1832 г. мировую сделку.
Португальское правительство им уплатило 2 500 000 фр.,
а держатели облигаций сдали свои облигации правитель-
ству и должны были выдать расписки, что они вполне
удовлетворены и больше к португальскому правитель-
ству не имеют никаких претензий по долгу 1832 г. ни по
возвращении капитала, ни по уплате процентов»1.
Кстати, в 1922 году назревал еще один прецедент
аннулирования государством своих кредитных обяза-
тельств. Речь идет о Германии. Быстрое обесценение мар-
ки в Веймарской республике привело к тому, что держа-
тели немецких государственных долговых бумаг стали
получать вместо нормальных процентов копейки. Про-
центы с 4-процентной облигации в 1 000 000 марок, со-
ставляя сумму в 40 000 марок, были недостаточны для
покупки коробки спичек. Свыше 400 000 мелких кредито-
ров государства впали в полную нищету. Государство не-
сколько раз повышало процентные ставки по бумагам для
того, чтобы хоть как-то компенсировать мелким держате-
лям потери от обесценения марки. Дальнейшие события
в Германии развивались уже после Генуэзской конферен-
ции. Германское правительство в начале октября 1923 г.
объявило, «что пока оно до следующих распоряжений
прекращает выплату процентов»2.
Проблемы, связанные с обесценением марки, усу-
губились тяжелым репарационным бременем Германии.
Немецкие власти заявили, что они не могут одновремен-
но выплачивать репарации и выполнять свои обязатель-
ства перед кредиторами. Своим декретом от 14 февраля
1 Статья «Аннулирование государственных кредитных обязательств» //
Финансовая энциклопедия. 1927.
2 Там же.
131
Мировое хозяйство между двумя войнами
1924 года германское государство объявило, что приоста-
навливает платежи по своему государственному долгу
впредь до окончательной уплаты репарационных плате-
жей, т. е. иначе говоря, в течение ближайших 42 лет кре-
диторы государства не могли ждать уплаты процентов.
Немецкий прецедент возник уже после Генуэзской кон-
ференции. Но он еще больше укрепил убежденность пра-
вительства СССР в том, что у него имеются моральные,
политические и юридические основания для отказа от
уплаты довоенных и военных долгов.
О государственной монополии внешней торговли
Мы уже не раз отмечали, что Великобритания, Фран-
ция и другие страны-участницы конференции выступали
с нападками на государственную монополию внешней
торговли, введенную в Советской России декретом от
22 апреля 1918 года. Эти нападки шли в разрез с первым
принципом Каннской конференции, согласно которому
страны признавали суверенное право других государств
на выбор социально-экономической модели развития. В
том числе право на определение приемлемых форм соб-
ственности в сфере экономики. Критики государственной
монополии внешней торговли утверждали, что это проти-
воречит принципу свободы торговли. А стало быть, это
препятствует восстановлению послевоенной экономики в
Европе. Следует отметить, что внешняя торговля в усло-
виях капитализма является важнейшей сферой экономи-
ческой жизни, определяющей состояние торгового балан-
са, платежного баланса, валютного курса национальной
денежной единицы и т. п. Поэтому традиционно сфера
внешней торговли находилась под сильным воздействи-
ем государства. С одной стороны, оно защищает нацио-
нальных товаропроизводителей от конкуренции в виде
132
В. Ю. Катасонов
иностранных товаров; с другой стороны, оно продвигает
своих экспортеров на мировых рынках. Наиболее распро-
страненными средствами государственной внешнеторго-
вой политики в начале прошлого века являлись таможен-
ные пошлины. Иногда использовались прямые запреты на
импорт товаров, государственное субсидирование, нало-
говые льготы (освобождение от уплаты акцизов при вы-
возе товаров), а также методы военно-силового давления
на другие государства.
После войны в целом ряде европейских стран появи-
лись банки, которые опирались на поддержку государства
и призваны были осуществлять льготное кредитование
своих экспортеров. Например, в 1919 году был организо-
ван Французский национальный банк для внешней тор-
говли с капиталом в 100 млн фр. Основной капитал собран
при участии крупных французских банков. Правительство
предоставило банку 4 млн фр. для покрытия организаци-
онных расходов за границей. Кроме того, правительство
предоставило банку 26 млн фр. для образования особого
резервного фонда. Банк Франции (Центробанк) по прось-
бе правительства предоставил новому банку возможность
значительного кредитования. Основная задача созданного
банка – облегчение мобилизации капиталов для долго-
срочного банковского кредитования внешней торговли
путем создания условий для переучета новым банком век-
селей французских экспортеров.
В Великобритании еще до войны существовали спе-
циализированные экспортные банки, но они были полно-
стью частными. Возможности таких банков по стимули-
рованию английского экспорта после войны оказались
крайне ограниченными. Английские деловые круги вы-
нудили правительство организовать на государствен-
ные средства Департамент экспортных кредитов (Export
Credits Department), действующий как банковское учреж-
дение, опираясь на предоставленные ему 26 млн ф. ст.
133
Мировое хозяйство между двумя войнами
Департамент экспортных кредитов стал финансировать
торговлю с Восточной и Южной Европой, а также вывоз в
английские колонии. Департаменту предоставлено право
выдавать кредиты сроком до трех лет1. Уже не приходит-
ся говорить о том, что после войны европейские страны
ощетинились протекционистскими пошлинами, защищая
внутренние рынки от иностранных конкурентов. Запад не
раз говорил Советской России: пожалуйста, используйте
импортные пошлины. Разве вам этого недостаточно?
В. И. Ленин еще в 1922 году в одном из своих пи-
сем как раз по этому вопросу указал, что в существую-
щих условиях капиталистического окружения советской
страны невозможно регулировать ее внешнюю торговлю
только одними таможенными пошлинами. Капиталисти-
ческие государства готовы идти на все в целях удушения
советской власти. Обладая большими средствами, они
легко справились бы даже с очень высокими таможенны-
ми пошлинами. Например, путем выдачи своим экспорте-
рам экспортных премий. При этих условиях иностранный
экспортер компенсировал бы убытки за счет своей госу-
дарственной власти, форсировал бы вывоз, наводнил бы
советские республики дешевыми иностранными товарами
и тем самым создал бы условия, при которых невозможно
было бы восстановление промышленности. В то же время
советская власть была бы совершенно бессильна бороться
против иностранной товарной интервенции. Для успеха в
этой борьбе потребовалось создание более мощного и дей-
ственного оружия – государственной монополии внешней
торговли вместо сравнительно обходимых таможенных
пошлин и многочисленных разрозненных запрещений
ввоза отдельных товаров. Монополия внешней торговли
являлась наиболее верным орудием борьбы против попы-
ток иностранных капиталистов «взрыва изнутри» страны
на ее хозяйственном фронте. Уже не приходится говорить
1 Статья «Экспортные банки» // Финансовая энциклопедия. 1927.
134
В. Ю. Катасонов
о том, что без государственной монополии внешней тор-
говли невозможно планирование народного хозяйства,
а именно планирование было важнейшей особенностью
социально-экономической модели РСФСР.
Позиция советской делегации
по вопросу своих встречных претензий к союзникам
Как уже говорилось, оценки наших встречных требо-
ваний к бывшим союзникам, сводящихся к компенсации
убытков Советской России от иностранной интервенции
и торгово-экономической блокады, составили сумму в
39 млрд зол. руб., что примерно в два раза превысило сово-
купный объем требований союзников к России по долгам
царского и Временного правительств, а также потерям, свя-
занным с национализацией иностранных активов.
Наши встречные претензии были представлены
14 апреля М. Литвиновым Ллойд-Джорджу и Л. Барту на
вилле Альбертис. Впрочем, на вилле Альбертис фигу-
рировала сумма наших претензий, равная даже не 39, а
50 млрд зол. рублей. Видимо, эта величина также вклю-
чала наши требования по ущербам от Первой мировой
войны, которые должны были бы покрываться немецкими
репарациями. Согласно другим источникам, сумма была
увеличена до 50 млрд зол. рублей потому, что в итог были
включены некоторые территориальные потери России,
получившие денежные оценки.
Реакция союзников на заявление М. Литвинова была
негативной. Ллойд-Джордж сказал, что «поражающие во-
ображение» цифры, приведенные российской делегацией,
напомнили ему недавние переговоры с ирландцами по
финансовым вопросам. Англичане выставили ирландцам
вполне умеренные финансовые претензии – ежегодные вы-
платы в размере 18 млн ф. ст. А вот ирландцы насчитали
135
Мировое хозяйство между двумя войнами
Англии встречные претензии, накопившиеся за несколько
веков, объемом 3,5 млрд ф. ст.1 Озвученная Литвиновым
сумма в 50 млрд золотых рублей – «совершенно непости-
жимая». Для заявки такой суммы, сказал глава английской
делегации, не стоило ехать в Геную.
Ллойд-Джордж постарался обосновать свой катего-
рический отказ от претензий России: «Одно время бри-
танское правительство оказывало помощь Деникину и в
известной степени Врангелю. Однако то была чисто вну-
тренняя борьба, при которой помощь оказывалась одной
стороне. Требовать на этом основании уплаты равносиль-
но тому, чтобы поставить западные государства в по-
ложение платящих контрибуцию. Это похоже на то, как
будто им говорят, что они – побежденный народ, который
должен платить контрибуцию». Ллойд-Джордж не может
стать на такую точку зрения. Если бы на этом настаивали,
Великобритания должна была бы сказать: «Нам с вами
не по пути»2.
Страсти на вилле Альбертис накалились в связи с
тем, что дискуссия о встречных претензиях России стала
быстро переходить в политическое русло. Бывшие союз-
ники по Антанте были даже согласны с тем, что в Рос-
сии возникли разруха, голод, миллионы людей погибли.
Но причем тут интервенция? Все эти беды – результат
гражданской междоусобицы. Г. Чичерин и другие члены
делегации настаивали на том, что без военной и экономи-
ческой поддержки со стороны Запада гражданская война
быстро бы затухла. Известно, что гражданская война нача-
лась летом 1918 года с того, что начался мятеж чехословац-
кого корпуса, находившегося на территории России. Чиче-
рин заявил, что он прекрасно помнит, как 4 июня 1918 года
представители стран Антанты сделали заявление, что от-
1 Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспоминания участ-
ников. – М.: Издательство Института международных отношений, 1963. С. 53.
2 История дипломатии. Т. 3. С. 175.
136
В. Ю. Катасонов
ряды, находящиеся в России, должны рассматриваться в
качестве «армии самой Антанты», действующей под руко-
водством союзных правительств. Чичерин прямо сказал,
что у советской делегации имеется достаточное количе-
ство документов, раскрывающих связь мятежных войск с
официальными властями стран Антанты. Например, дого-
вор между адмиралом Колчаком, правительствами Вели-
кобритании и Франции.
В ответ на наши обвинения Запада в подрывной дея-
тельности на территории России бывшие союзники перешли
к встречным обвинениям политического характера. Ллойд-
Джордж стал намекать, что, мол, в Первой мировой войне
виновата Россия, которая поссорилась с Австро-Венгрией.
Правда, через некоторое время Ллойд-Джордж (если
верить воспоминаниям участников встречи на вилле) ре-
шил смягчить свою позицию и согласился в обмен на со-
ветские контрпретензии списать военные долги России. Но
такая сделка не могла удовлетворить советскую делегацию.
Во-первых, сумма наших контрпретензий была в несколь-
ко раз больше военных долгов. Во-вторых, Россия считала
себя свободной от обязательства по военным долгам в силу
отказа от германских репараций. Интересно также следую-
щее наблюдение участника конференции Н. Н. Любимова:
«Ловкий дипломатический ход англичан заключался в го-
товности союзников отделаться возмещением Советской
России лишь прямого ущерба, причиненного и точно заре-
гистрированного в местах непосредственного хозяйнича-
нья иностранных интервентов»1.
На вилле Альбертис прошло несколько заседаний
(14 и 15 апреля). Под занавес Ллойд-Джордж внес следую-
щее (судя по всему, заранее хорошо продуманное и согласо-
ванное) предложение по поводу советских контрпретензий2:
1 Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспоминания участ-
ников. С. 62.
2 История дипломатии. Т. 3. С. 177–178.
137
Мировое хозяйство между двумя войнами
«1. Союзные государства-кредиторы, представленные в
Генуе, не могут принять на себя никаких обязательств отно-
сительно претензий, заявленных советским правительством.
2. Ввиду, однако, тяжелого экономического положе-
ния России государства-кредиторы склоняются к тому, что-
бы сократить военный долг России по отношению к ним
в процентном отношении, размеры которого должны быть
определены впоследствии. Нации, представленные в Генуе,
склонны принять во внимание не только вопрос об отсрочке
платежа текущих процентов, но и дальнейшем продлении
срока уплаты части истекших или отсроченных процентов.
3. Тем не менее окончательно должно быть установ-
лено, что для советского правительства не может быть сде-
лано никаких исключений относительно:
а) долгов и финансовых обязательств, принятых в от-
ношении граждан других национальностей;
б) прав этих граждан на восстановление их в пра-
вах собственности или на вознаграждение за понесенные
ущерб и убытки».
Из этой резолюции следует, что Ллойд-Джордж отка-
зался даже от своей первоначальной позиции обмена на-
ших встречных претензий на военные долги России с пол-
ным взаимным погашением. Очевидно, что такой вариант
ни в малейшей степени не устраивал советскую делегацию.
Встречные требования России были неприятной сенсаци-
ей для Запада, они чуть было не привели к закрытию кон-
ференции, Ллойд-Джордж и Барту постоянно завершали
свои выступления на вилле заявлениями, что встречные
требования советской делегации обрекают конференцию
на провал. Благодаря гибкой позиции нашей делегации до
прекращения работы конференции дело не дошло. До кон-
ца конференции советская делегация продолжала гнуть
свою линию, встречные претензии сняты не были.
Примечательно, что советская делегация во время пе-
реговоров на вилле Альбертис не настаивала на «монетиза-
138
В. Ю. Катасонов
ции» наших встречных требований к союзникам. Она пред-
лагала суммы наших претензий конвертировать в выплаты
зарубежным частным кредиторам из бюджетов союзных
государств. М. Литвинов заявил, что все деньги, выпла-
чиваемые правительствами западных стран-кредиторов,
пошли бы на пользу их собственным народам.
Как было отмечено в меморандуме советской деле-
гации от 11 мая, возмещение ущерба, нанесенного стране
интервенцией и блокадами, имеет прецеденты и находит-
ся в соответствии с международным правом1: «…Россий-
ская делегация готова согласиться на уплату публичных
долгов, если будут признаны и те убытки, которые были
ей (Советской России. – В.К.) причинены интервенцией и
блокадой. С юридической точки зрения, русские контр-
претензии являются гораздо более законными, чем пре-
тензии иностранных держав и их подданных. Теория и
практика сходятся в том, что ответственность за убытки,
причиненные интервенцией или блокадой, должна быть
возложена на виновные в соответствующих действиях
правительства. Чтобы не приводить других примеров, мы
ограничиваемся ссылкой на решение третейского суда в
Женеве от 14 сентября 1872 г., который присудил Велико-
британию к уплате Соединенным Штатам 15,5 млн дол-
ларов за убытки, причиненные Соединенным Штатам
каперским судном «Алабама», которое поддерживало
Южные штаты во время гражданской войны между Се-
верными и Южными штатами. Интервенция и блокада
союзников и нейтральных держав против России являют-
ся с их стороны официальными военными действиями.
Документы, опубликованные в приложении II к первому
русскому меморандуму, с несомненностью доказывают,
что руководители контрреволюционных армий были
1 Выдержка из меморандума советской делегации от 11 мая 1922 г. (от-
вет на меморандум западных стран от 2 мая 1922 г.) // Громыко А. А., Хво-
стов В. М. Документы внешней политики СССР. 1922 год. С. 365–367.
139
Мировое хозяйство между двумя войнами
только подставными лицами и что их фактическими на-
чальниками были иностранные генералы, посылавшиеся
специально для этой цели некоторыми державами. Эти
державы не только принимали непосредственное уча-
стие в гражданской войне, но и были фактическими ее
инициаторами
».
Уже после встречи на вилле представитель Франции
Л. Барту заявил в интервью американской газете «Нью-
Йорк геральд трибьюн»: «50 млрд рублей золотом – это
вдвое больше, чем та сумма, которую Франция требует от
Германии за четырехлетнюю опустошительную войну…
Я отказываюсь входить в обсуждение обязательств по от-
ношению к государству, которое своих обязательств не
выполняет»1. А что же тут удивительного, что требования
Советской России в два раза больше репарационных тре-
бований Франции к Германии? Франция действительно
понесла большие экономические потери за годы войны.
Но потери России были еще больше, они были самыми
большими среди стран Антанты. Чичерин отметил, меж-
ду прочим, на конференции, что 54 % всех потерь Антан-
ты в войне пришлось на Россию2. Пафос Л. Барту лишь
показывал, что Франция не считала нужным считать-
ся с Россией.
Дискуссия о встречных требованиях советской деле-
гации продолжалась и после встречи на вилле Альбертис.
Советская делегация подчеркивала, что, строго говоря, эти
встречные требования адресованы не только тем странам,
которые осуществляли военную интервенцию. Доля этой
ответственности за все это падает на те нейтральные стра-
ны, которые, предоставив гостеприимство контрреволю-
ционным элементам для подготовки на своей территории
1 Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспоминания
участников. С. 63.
2 Там же. С. 55.
140
В. Ю. Катасонов
заговоров против России, вербовки участников граждан-
ских войн, закупки и транзита оружия и т. п., в то же самое
время приняли участие в бойкоте и блокаде России.
Готовность советской делегации
идти на компромиссы
Во-первых, делегация РСФСР готова идти на взаимо-
зачет встречных требований, стремясь добиваться по воз-
можности «нулевых» вариантов. Такие «нулевые вариан-
ты» (полная ликвидация всех требований и обязательств)
расчищали бы почву для взаимовыгодного и конструк-
тивного сотрудничества стран по восстановлению раз-
рушенных войной экономик. В тех случаях, когда таких
«нулевых вариантов» достичь не удается, целесообразно
введение моратория на погашение страной-должником
сальдо взаимных требований на период восстановления
ею своей экономики (до уровня, существовавшего нака-
нуне войны).
Во-вторых, стремится добиваться договаривающи-
мися сторонами полного консенсуса по вопросам оценки
взаимных требований и обязательств на основе «прозрач-
ных» процедур и общих принципов оценки. В частности,
в меморандуме советской делегации от 11 мая 1922 года
предлагается создать специальный Смешанный комитет
экспертов для решения таких «трудоемких» вопросов: «В
случае, если державы все же хотят заняться разрешением
существующих между ними и Россией спорных финан-
совых вопросов, то, ввиду необходимости основательного
изучения характера и объема предъявленных России пре-
тензий и более точного выяснения вопроса о предоставля-
емых России кредитах, упомянутая задача могла бы быть
возложена на учреждаемый конференцией Смешанный
комитет экспертов, работы которого могли бы начаться в
141
Мировое хозяйство между двумя войнами
установленное общим соглашением время и в определяе-
мом тем же порядком месте»1.
В-третьих, Советская Россия при определенных
условиях готова пойти на признание части довоенных
долгов. Довоенные долги Советская Россия разбила на
две категории. Первая категория – долги, образованные
кредитами, которые Российская Империя брала на чисто
государственно-
административные
цели. Их Советская
Россия отказывалась признавать по идеологическим и по-
литическим причинам («поддержка антинародного цар-
ского режима»). В качестве примера назывались долги по
кредитам, которые использовались для подавления рево-
люционного движения в 1905–1907 годов.
Вторая категория – долги по кредитам, которые прямо
или косвенно способствовали экономическому развитию
России. Наиболее типичным долгом такой категории явля-
ется долг по кредитам, которые Россия брала на цели желез-
нодорожного строительства или для выкупа государством
частных железных дорог. Советская Россия готова была
признать свои обязательства по таким кредитам.
Главными условиями практической реализации дан-
ного варианта являются: а) предоставление Советской
России длительной отсрочки в обслуживании и погаше-
нии довоенных долгов; б) предоставление Западом но-
вых кредитов на восстановление разрушенного хозяйства
России. При этом кредиты должны быть масштабными,
долгосрочными и иметь льготные условия (по процентной
ставке и срокам погашения).
В-четвертых, советская делегация достаточно ясно
выразила свою позицию по вопросу долгов военного вре-
мени, она заявила об отказе от них. Отказ обосновыва-
ется тем, что Советская Россия отказалась от своих прав
1 Выдержка из меморандума советской делегации от 11 мая 1922 г. (от-
вет на меморандум западных стран от 2 мая 1922 г.). // Громыко А. А., Хво-
стов В. М. Документы внешней политики СССР. 1922 год. С. 365–366.
142
В. Ю. Катасонов
на репарации от Германии согласно ст. 116 Версальского
договора. Советская делегация на Генуэзской конферен-
ции специально подчеркивала, что значительная часть
бюджетов победивших стран покрывалась за счет репа-
рационных платежей. Особенно бюджета Франции. На
конференции советская делегация еще раз подтвердила,
что отказывается от своих прав на репарации. Выше
мы уже приводили частичную оценку ущерба России от
Второй мировой войны – 35,5 млрд зол. руб. Заметим, что
это без материальных потерь, связанных с уничтожени-
ем имущества. А вот долги России по военным кредитам
(вместе с процентами) на момент конференции были оце-
нены в 18,5 млрд зол. руб. Не вызывает сомнения, что со-
ветская делегация сделала на конференции широкий жест
(он особенно понравился французской делегации, которая
опасалась, что Советская Россия поднимет вопрос о своих
правах на репарации).
Вместо реституции – концессии
Готовность идти на компромиссы проявилась и в во-
просе по имуществу иностранных собственников, которое
было национализировано в Советской России. Советская
делегация отвергала те варианты, которые содержались
в Лондонском меморандуме экспертов: а) реституция,
т. е. восстановление имущественных прав иностранцев на
предприятия, недвижимость и иные активы, которые были
национализированы советской властью; б) возмещение
убытков иностранным владельцам в случае нежелания со-
ветского правительства осуществлять реституцию или по
причинам физической утраты имущественных объектов.
Советская сторона предложила встречный вариант,
который предусматривал передачу в аренду (концессию)
прежним собственникам тех имущественных объек-
143
Мировое хозяйство между двумя войнами
тов, которые принадлежали им до национализации. Вот
как эта позиция была сформулирована на конференции:
«Российское Правительство, со своей стороны, желая
дать бывшим собственникам национализированных иму-
ществ возможность применять с пользой для самих себя
свои технические знания и капиталы в деле экономиче-
ского восстановления России, признало за ними преиму-
щественное право во всех тех случаях, когда речь идет
о предоставлении концессий бывшим собственникам на
эксплуатацию принадлежавшего им раньше имущества,
будь это в форме аренды или в форме смешанного обще-
ства, организованного государством и иностранным капи-
талом, или, наконец, в любой форме, предусматривающей
участие иностранцев»1.
Мысль о привлечении иностранного капитала к вос-
становлению народного хозяйства России, разрушенного
мировой войной, возникла еще в 1918 году. Способом при-
влечения иностранного капитала должно было служить
предоставление иностранным капиталистам концессий.
Гражданская война затормозила развитие концесси-
онного дела, и лишь в 1920 году вопрос о привлечении
иностранного капитала в форме предоставления кон-
цессий был вновь поставлен на очередь. Декрет от 23 ноя-
бря 1920 года об общих экономических и юридических
условиях концессий создавал правовые предпосылки
для работы иностранного капитала в Советской России.
Введение в декрет подчеркивало, что «процесс восста-
новления производительных сил России, а вместе с тем и
всего мирового хозяйства, может быть ускорен во много
раз путем привлечения иностранных государственных и
коммунальных учреждений, частных предприятий, акци-
онерных обществ, кооперативов и рабочих организаций
других государств к делу добывания и переработки при-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 370.
144
В. Ю. Катасонов
родных богатств России»1. Среди тех основных условий
концессий, которые указывались в декрете от 23 ноября
1920 года, два пункта призваны были рассеять опасения
иностранных капиталистов относительно той правовой
обстановки, в которой им придется работать. Декрет от
23 ноября 1920 года гарантировал, что «вложенное в пред-
приятие имущество концессионера не будет подвергаться
ни национализации, ни конфискации, ни реквизиции»;
вместе с тем правительство гарантировало «недопусти-
мость одностороннего изменения какими-либо распоря-
жениями или декретами правительства условий концес-
сионного договора»2.
Деструктивная позиция союзников
Мы уже отмечали, что еще накануне конференции
союзники заняли позицию, которую иначе как деструк-
тивной назвать нельзя. Она была зафиксирована в Лон-
донском меморандуме. Уже в ходе работы конференции
она была конкретизирована и еще более ужесточена в
меморандуме делегаций союзников от 2 мая. Она также
была продемонстрирована полным неприятием предло-
жений советской делегации, изложенных в ее меморанду-
ме от 11 мая. Еще раз повторим два основных положения
этой позиции.
Положение первое: настаивание на безусловном при-
знании Советской Россией долгов царского и Временного
правительств, а также ущерба иностранным собственникам
от национализации. Максимум, на что готовы были идти
союзники в данном вопросе, – реструктуризацию указан-
ных долгов, их консолидацию и оформление в виде госу-
дарственных валютных облигаций единого вида.
1 Статья «Концессии» // Финансовая энциклопедия. 1927.
2 Там же.
145
Мировое хозяйство между двумя войнами
Статья �������������������������������������������VI����������������������������������������� меморандума союзников от 2 мая предлага-
ла провести консолидацию и/или реструктуризацию всех
долговых бумаг, которые были выпущены правительством
Российской Империи и Временным правительством. А
условия этих новых бумаг разработать с учетом экономиче-
ского положения России:
«Российское Советское правительство обязуется в те-
чение 12 месяцев, следующих за проведением в жизнь на-
стоящей статьи, заключить с представителями иностран-
ных держателей займов или облигаций, выпущенных или
гарантированных Российским Советским правительством
или его предшественниками, соглашение, имеющее це-
лью обеспечить в дальнейшем хождение данных займов и
уплату по данным обязательствам. В соглашение войдут
надлежащие отсрочки и льготы, в том числе и отсрочка по
внесению процентов, основанная не только на знакомстве
с истинным положением России в настоящее время, но и
на сознании необходимости ее восстановления. Вышеупо-
мянутое соглашение должно, по мере возможности, отно-
ситься ко всем иностранным держателям бумаг, без разли-
чия национальности. В случае, если не удастся достигнуть
коллективного соглашения, всякий иностранный держа-
тель бумаг свободен заявить о своем праве пользоваться
условиями, признанными за той или иной группой»1.
Отметим, что приведенная формулировка ст. ���������VI������� краси-
вая, но практически трудно реализуемая. Всегда найдется
«группа интересов», которая будет не согласна с условиями
«коллективного соглашения». Вся конструкция рассыпает-
ся. Достаточно вспомнить сегодняшних «финансовых стер-
вятников», которые пытаются загнать Аргентину в долго-
вую петлю. Вроде бы она начала выбираться из этой петли,
проведя две реструктуризации своего внешнего (100‑миллиардного)
долга после кризиса, который разразился в стра-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 376.
146
В. Ю. Катасонов
не в конце прошлого века. Теперь вся эта реструктуризация
под угрозой, Аргентина может вернуться к еще более тяже-
лому долговому рабству.
Советская делегация обратила внимание на то, что
Запад среди требований к России ставил на первое место
претензии по кредитам и займам, а вопрос интересов ино-
странных инвесторов находился на втором или даже тре-
тьем месте. Такой подход мешал восстановлению деятель-
ности иностранных инвесторов в России, что могло бы
привести к быстрому экономическому восстановлению
нашей страны: «Точно так же Российская делегация кон-
статирует, что заинтересованные государства, сосредото-
чивая все свои заботы на маленькой группе иностранных
капиталистов и проявляя необъяснимую доктринерскую
непримиримость, пожертвовали интересами большо-
го числа иностранных капиталистов, которые могли бы
воспользоваться предоставленными им Российским Пра-
вительством льготами и гарантиями, чтобы вернуться и
работать в России. Они пожертвовали точно так же ин-
тересами множества мелких владельцев русских займов
и бывших мелких иностранных собственников национа-
лизированного и секвестрованного в России имущества,
которых Российское Правительство намеревалось отнести
к тем, чьи претензии им признаны справедливыми. Рос-
сийская делегация не может не выразить своего удивления
по поводу того, что державы, вроде Франции, насчиты-
вающие наибольшее количество мелких владельцев рус-
ских займов, обнаружили наибольшее упорство в вопро-
се о возвращении имущества и таким образом подчинили
интересы мелких собственников интересам нескольких
групп, требующих возвращения имущества»1.
Положение второе: отказ от признания встреч-
ных требований РСФСР за причиненный ущерб от ино-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 370.
147
Мировое хозяйство между двумя войнами
странной интервенции и блокады. Здесь использовались
два основных аргумента. Прежде всего, не признавалась
причинно-следственная связь между разрешениями в Рос-
сии и действиями Запада. Союзники пытались «списать»
все ущербы на гражданскую войну, а ее квалифицировать
как исключительно «внутреннее» событие. Кроме того,
представители финансовых кругов Запада заявляли, что
они не привыкли иметь дела с подобного рода финансо-
выми претензиями. Вот с претензиями по бумагам и кре-
дитным договорам им все понятно. А какие-то документы,
определявшие материальные потери в виде разрушенных
заводов, дорог или расходов на лечение раненых, им не по-
нятны. По таким документам, мол, никаких практических
решений о компенсационных выплатах производить нель-
зя. Такие «нестандартные» требования сначала должны
быть оформлены в виде соответствующих межгосудар-
ственных соглашений. А союзники отказывались даже на-
чинать разговор о таких соглашениях.
Положение третье: отказ от концессий и даже ком-
пенсаций за национализированное имущество иностран-
ных инвесторов и других собственников и требование
реституции, т. е. полного восстановления прав первона-
чальных собственников. Особо такой непримиримой по-
зиции придерживалась Франция, которая имела до начала
войны самые большие активы в разных отраслях россий-
ской экономики. Со стороны французов в данном случае
использовался банальный аргумент, что только такой
способ урегулирования обеспечит первоначальным вла-
дельцам наибольшую выгоду (или, наоборот, гарантирует
минимальные потери). Со стороны российской делегации
выставлялись следующие контраргументы.
Во-первых, РСФСР не может пойти на это в силу осо-
бенностей ее социально-экономического устройства (лик-
видация любых форм частной собственности на средства
производства).
148
В. Ю. Катасонов
Во-вторых, целый ряд объектов собственности во-
обще утрачен (разрушение) или претерпел серьезные тех-
нические и организационные изменения. Например, пред-
приятие вошло в состав того или иного более крупного
производственного объединения.
В-третьих, возврат национализированных объектов
невозможен по политическим причинам.
Что имеется в виду под политическими причинами?
Поставленная иностранной интервенцией и блокадой в
необходимость отчаянной самообороны советская власть
фактически вынуждена была интенсифицировать темп
национализации промышленности и торговли. В годы
Первой мировой войны, между прочим, союзные госу-
дарства широко прибегали к ликвидации предприятий,
конфискациям или безвозмездной национализации иму-
щества физических и юридических лиц государств про-
тивника. Советская Россия лишь взяла на вооружение
опыт союзников в этой сфере.
Требования Запада: от компенсаций
к реставрации капитализма
На конференции неожиданно в центре внимания де-
легаций оказался вопрос о допустимых формах собствен-
ности в экономике. Казалось бы, этот вопрос вообще не
был запланирован для обсуждения на конференции. В
Каннской резолюции, принятой накануне Генуэзской
конференции, содержалось шесть условий для начала
переговоров об экономическом сотрудничестве в Европе.
В первую очередь эти условия были адресованы Совет-
ской России. Первым условием было невмешательство во
внутренние дела других наций. Вроде бы союзники про-
демонстрировали свою «толерантность» по отношению
к социально-экономическому строю в Советской России,
149
Мировое хозяйство между двумя войнами
где основная часть экономики к 1922 году уже перешла в
собственность государства.
Однако уже в Лондонском меморандуме экспертов,
который, как мы уже отмечали выше, держался в секрете до
открытия конференции, союзники опять подняли вопрос о
собственности. Сначала о реституции, т. е. восстановлении
имущественных прав иностранных владельцев национа-
лизированных фабрик, заводов и других активов. А затем
и о необходимости восстановления в России частной соб-
ственности вообще. В меморандуме советской делегации
от 20 апреля был дан развернутый ответ на притязания
Запада: «Российская делегация должна, наконец, указать,
что, вопреки провозглашенному § 1 Каннских резолюций
праву каждой нации устанавливать желательную для нее
систему собственности и хозяйства, меморандум экспер-
тов неоднократно выдвигает вопрос о реституции нацио-
нализированных предприятий их бывшим собственникам,
т. е. о восстановлении в открытой или замаскированной
форме права частной собственности на промышленные
предприятия вопреки установленной в России системе го-
сударственной собственности. Советское Правительство,
исходя из соображений наиболее успешного восстановле-
ния промышленности и достижения ее максимальной про-
изводительности, само стремится при сдаче в концессию
рудников, фабрик и прочих предприятий оказывать пред-
почтение их бывшим собственникам как лицам, обладаю-
щим опытом и знанием страны. Но оно не может принять
условия реституции этих предприятий на правах частной
собственности, ни даже обязательной сдачи их в аренду
прежним владельцам, так как это нарушает суверенитет
Республики и ее свободу располагать имеющимися про-
изводительными силами соответственно потребностям и
интересам русского народа. Излишне говорить о том, что
возврат к частной собственности с восстановлением гра-
ниц прежних владений явился бы в большинстве отраслей
150
В. Ю. Катасонов
крупной промышленности, в особенности же в нефтяной,
каменноугольной и электрической, сильным препятстви-
ем к подъему производительных сил России и возможно
быстрому возрождению ее хозяйства»1.
Союзники в ответ на призыв Советской России вер-
нуться к первому принципу Каннских договоренностей в
своем меморандуме от 2 мая (ст. VII) вновь «актуализи-
ровали» вопрос собственности в Советской России. В от-
ветном меморандуме советской делегации от 11 мая под-
черкивалось, что признание Западом суверенитета России
в определении приемлемых форм собственности перечер-
кивалось предложением передавать все спорные вопросы
по вопросам имущества и собственности в международ-
ный арбитраж:
«Переговоры еще более затруднились вследствие
упорного стремления некоторых государств наложить на
Россию посредством статьи VII обязательства, стоящие в
противоречии с социальной системой России и с пунктом 1
Каннских резолюций…. Статья VII начинается красивым
вступлением, признающим суверенные права России в
деле организации в пределах ее территории и по ее усмо-
трению системы собственности, экономического строя
и правительственной власти. Но самый текст этой статьи
находится в вопиющем противоречии с его вступительной
частью. Суверенитет Российского государства ставится в
зависимость от игры случая. Он может быть уничтожен по-
становлениями смешанного арбитражного суда, который
составляется из четырех иностранцев и одного русского и
призван в конечном итоге решать, должны ли быть удовлет-
ворены интересы иностранцев и имеют ли они право на воз-
вращение имущества или возмещение. К этому Российская
делегация должна присовокупить, что при расследовании
подобных спорных вопросов отдельные разногласия мо-
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 240.
151
Мировое хозяйство между двумя войнами
гут роковым образом повести к противопоставлению двух
форм собственности, столкновение которых в настоящий
момент впервые в истории приобретет реальный и практи-
ческий характер. При таких условиях не может быть и речи
о беспристрастном суперарбитре. Между тем по смыслу
статьи VII роль суперарбитра будет неизбежно принадле-
жать противной заинтересованной стороне, что неизбежно
повлекло бы к вмешательству иностранцев во внутренние
дела России и практически было бы равносильно упраздне-
нию признаваемой в начале статьи VII неприкосновенности
установленной в России системы собственности. Впрочем,
Российская делегация отрицает всякое практическое значе-
ние за статьей VII. Включение ее в меморандум от 2 мая
можно понять лишь как стремление удовлетворить извест-
ные классовые и партийные чувства, а не как результат со-
ответствующего знакомства с положением дел в России.
Не говоря о постоянных конфликтах, источником которых
будет эта статья, между заявляющими претензии и Россий-
ским Правительством, а также между последним и ино-
странными державами, она далека и от того, чтобы создать
между советским режимом и капиталистическим режимом
взаимную терпимость, являющуюся основным условием
плодотворного сотрудничества, и способна только отра-
вить их взаимоотношения. Иностранцы, которые отпра-
вились бы в Россию для работы под защитой российских
законов и сделали бы это не на основании полюбовного со-
глашения с Российским Правительством, а на основании
постановления смешанного арбитражного суда, почувство-
вали бы вскоре по отношению к себе всеобщую вражду»1.
Уже не приходится говорить о том, что вопрос о фор-
мах собственности в России был поднят союзниками для
реализации далеко идущей политической цели – рестав-
рации в стране капитализма и возвращения ее в лоно за-
падной зависимости.
1 Там же. С. 369.
152
В. Ю. Катасонов
Позиция Запада на конференции:
давление и диктат
Для оказания более эффективного давления на Со-
ветское государство союзники пытались перенести об-
суждение вопросов встречных требований в специальные
международные организации (комиссии, арбитражи), ко-
торые бы внешне были «объективными», «непредвзяты-
ми», опирающимися на мнение «независимых экспертов».
Но на самом деле такие организации находились бы под
контролем ведущих стран Запада – США, Великобрита-
нии, Франции. Фактически России навязывался принцип
примата международного права над национальным пра-
вом и международных «арбитражей» над национальными
судами. Кстати, это то, что мы имеем сегодня в Россий-
ской Федерации. Ее конституция зафиксировала примат
международного права над российскими законами. А ре-
зультатом примата международных судов стало то, что
летом 2014 года международный Гаагский суд обязал
Российскую Федерацию заплатить 50 млрд долл. в пользу
бывших иностранных акционеров ЮКОС.
Западная политика давления и диктата в отношении
России хорошо просматривается на примере статьи VII ме-
морандума от 2 мая 1922 года, которая прописывает следу-
ющие условия и порядок решения имущественных вопро-
сов частных иностранных лиц в России:
возвращение имущества (восстановление имуществен-
ных прав в полном объеме);
в случае, если имуществу иностранца нанесен ущерб
по вине российского государства (определенных действий
или, наоборот, бездействия), то смешанный арбитражный
суд назначает сумму компенсации за такой ущерб;
компенсация ущерба в случае, если Россия по каким-
то причинам отказывается от восстановления имуществен-
ных прав иностранцев;
153
Мировое хозяйство между двумя войнами
в случае возникновения спорных ситуаций по величи-
не компенсации решение вопроса выносится на рассмотре-
ние смешанного арбитражного суда;
Россия не может передавать конфискованное (нацио-
нализированное) имущество, принадлежавшее конкретно-
му иностранцу, в собственность (концессию, управление)
другому иностранному лицу. Приоритет сохраняется за
первым иностранным лицом;
возмещения, определяемые смешанным арбитражным
судом, выплачиваются правительством России специаль-
ными бумагами – 5 % бонами.
Статья X меморандума раскрывает вопросы упомя-
нутого смешанного арбитражного суда. Она предусматри-
вает, что такой суд создается для каждой страны, имею-
щей претензии к России. Такой суд формируется из трех
членов: от России; от иностранного государства, пред-
ставляющего интересы заинтересованных лиц; лица, на-
значаемого председателем Арбитражной комиссии, пред-
усмотренной статьей VI.
А о чем гласит статья VI? Привожу выдержку из нее:
«В случае, если не удастся заключить соглашения, преду-
смотренного в I-м абзаце, Российское Советское правитель-
ство обязуется признать решение арбитражной комиссии.
В состав комиссии входят: один член по назначению от
Российского Советского правительства, один член по на-
значению от иностранных держателей бумаг, два члена и
председатель, назначенные председателем Верховного суда
Соединенных Штатов или же, в его отсутствие, Советом
Лиги Наций или председателем Постоянного Международ-
ного трибунала в Гааге. На обязанности комиссии лежит
решение всех вопросов, касающихся отсрочки процентов и
способов уплаты капитала и процентов, принимая в расчет
экономическое и финансовое положение России».
Итак, сопоставляя отдельные статьи меморандума,
можно сделать следующее заключение по поводу меха-
154
В. Ю. Катасонов
низма урегулирование спорных вопросов, возникающих
в связи с компенсационными требованиями иностранных
инвесторов к России: в качестве ключевого посредника для
урегулирования финансовых отношений между Россией и
европейскими странами предлагалось использовать США.
В отношения между Россией и европейскими странами вне-
дрялся посредник в лице Верховного суда США!
Советскую делегацию союзники пытались отстра-
нить от полноценного участия даже в работе тех комис-
сий, которые были созданы на период проведения конфе-
ренции. Г. Чичерин, заместитель председателя советской
делегации, направил министру иностранных дел Шанце-
ру, председателю Политической подкомиссии, письмо от
14 мая. В письме отмечалось: «Судя по этим сведениям
(сообщениям газет. – В.К.), названные державы готовятся
принять следующие решения: 1. Исключить представи-
телей России из комиссии (имеется в виду Политическая
подкомиссия. – В.К.), признавая за ними лишь совещатель-
ный голос, когда это покажется желательным остальным
членам комиссии…»1. Запад фактически организовал на
конференции еще одну блокаду Советской России. Чиче-
рин в своем письме обращает на это внимание Шанцера2:
«Российская делегация выражает свое удивление тем, что
ее не пригласили высказаться по поводу предложения,
сделанного ею в ответе на меморандум от 2 мая. Что же
касается самой сути стоящих на очереди решений, то Рос-
сийская делегация должна констатировать, что решения
эти, вместо того чтобы облегчить соглашения между дер-
жавами и Россией, привели бы лишь к полному крушению
сближения между державами и Россией, осуществленно-
го Генуэзской конференцией, и к возобновлению старых
методов разрешения русской проблемы, уже показавших
1 Громыко А. А., Хвостов В. М. Документы внешней политики СССР.
1922 год. С. 380.
2 Там же. С. 381.
155
Мировое хозяйство между двумя войнами
себя не только бесплодными, но и вредными. Устранение
России от работ комиссии всецело лишило бы эту послед-
нюю объективного характера и морального авторитета не
только в глазах русского народа, но и в глазах всего бес-
пристрастного общественного мнения».
Фактически страны Большой Антанты (Великобри-
тания и Франция) при незримой поддержке со стороны
США пытались организовать против советской делега-
ции блокаду. Помимо всего, это выразилось в негласном
запрете на заключение каких-либо сепаратных согла-
шений с РСФСР во время проведения конференции. Об
этом Г. Чичерин пишет в уже упомянутом выше письме
от 14 мая. Нарком иностранных дел сообщает о втором
решении союзников по России: «2. Обязать государства,
участвующие в Генуэзской конференции, не заключать
сепаратных соглашений с Россией до тех пор, пока не за-
кончатся работы комиссии»1. Далее он разъясняет Шан-
церу: «Второе решение, обязывающее державы не заклю-
чать соглашений с Россией до тех пор, пока не закончатся
работы конференции, даже если это запрещение относит-
ся только к политическим соглашениям, представляет со-
бой не что иное, как новую замаскированную блокаду, на-
правленную против интересов русского народа, который
в такого рода постановлении мог бы видеть лишь новое
враждебное выступление против своего политического
существования и своих жизненных интересов. К тому же
подобное решение явно противоречило бы другому пред-
ложению, упомянутому в официозных сообщениях, обя-
зывающему державы, участвующие в конференции, от-
казаться от каких бы то ни было враждебных действий,
направленных друг против друга, ибо оно означало бы
возобновление политики вражды к России, отвергнутой
за два года до Генуэзской конференции»2.
1 Там же. С. 381.
2 Там же.
156
В. Ю. Катасонов
Рапалльский договор
Однако нельзя сказать, что конференция прошла бес-
плодно для России. В ходе конференции советской диплома-
тии, использовавшей противоречия в империалистическом
лагере, удалось прорвать единый фронт империалистиче-
ских государств, пытавшихся добиться дипломатической
изоляции Советского государства. Это выразилось в за-
ключении с Германией Рапалльского договора 16 апреля
1922 года, т. е. сразу же после того, как на вилле Альбертис
переговоры советской делегации с Ллойд-Джорджем и Бар-
ту зашли в тупик. Немцы не имели никакой информации
о ходе этих переговоров. Как отмечают историки, Ратенау
и другие члены германской делегации очень нервничали.
Циркулировали непроверенные слухи, что Англии, Фран-
ции и другим союзникам удалось добиться договоренностей
с русскими и что эти договоренности предусматривали их
единую позицию против Германии.
Не буду описывать детали переговоров между совет-
ской и германской делегациями в Рапалло, где размещалась
делегация Германии, но договор был заключен молниенос-
но. Союзники узнали об этом событии post factum. Нельзя
сказать, чтобы договор был абсолютным экспромтом. Пере-
говоры об урегулировании имевшихся спорных вопросов
начались еще до Генуи. Напомню, что еще 6 мая 1921 года
в Берлине было подписано торгово-политическое соглаше-
ние между Германией и РСФСР. Вопросы урегулирования
российско-германских отношений обсуждались в Берлине
в январе – феврале 1922 года и в ходе встречи Г. В. Чичери-
на с канцлером К. Виртом и министром иностранных дел
В. Ратенау во время остановки советской делегации в Бер-
лине в начале апреля на пути в Геную.
Указанный договор предусматривал прежде всего
установление дипломатических отношений между Россией
и Германией. Кроме того, была достигнута договоренность
157
Мировое хозяйство между двумя войнами
о взаимном погашении встречных требований и претензий
(«нулевой вариант»). Россия, в частности, отказывалась от
репараций для погашения ущербов, возникших во время
Второй мировой войны. А Германия, в свою очередь, от-
казывалась от возмещения ущербов в связи с конфискацией
и национализацией имущества немецких инвесторов в Рос-
сии1. Также была достигнута договоренность об установ-
лении режима наибольшего благоприятствования во вза-
имной торговле. Удалось окончательно избавиться от того
горького осадка, который оставался у нашей страны после
кабального Брестского мирного договора 1918 года.
Заключение Рапалльского договора стало настоящей
сенсацией на конференции. Репарационная комиссия (соз-
данная на Парижской мирной конференции и включавшая
в качестве постоянных членов представителей США, Ве-
ликобритании, Франции и Италии) потребовала немедлен-
ной присылки официальной копии этого документа, дабы
судить, не наносит ли советско-германский договор ущер-
ба правительствам, создавшим репарационную комиссию.
Дипломаты Антанты утверждали, что Рапалльский дого-
вор нарушает ряд пунктов Версальского договора.
Запад (особенно Франция) оказывал давление на Рос-
сию и на Германию с целью аннулирования договора. Де-
легации союзников обратились к делегации Германии с
нотами (от 18 и 23 апреля), протестуя против заключения
Рапалльского договора. В частности, в ноте от 23 апреля
указывалось: «Нижеподписавшиеся оставляют за своими
правительствами полное право считать недействитель-
ными и несостоявшимися все те постановления русско-
германского договора, которые будут признаны против-
ными существующим договорам»2. Звучали неприкрытые
1 Примечательно, что Германия отказалась от таких претензий «…при
условии, что правительство РСФСР не будет удовлетворять аналогичных
претензий других государств».
2 Материалы Генуэзской конференции. – М.: НКИД, 1922. С. 313.
158
В. Ю. Катасонов
угрозы в адрес Германии. Германская делегация заколеба-
лась и даже упрашивала советскую делегацию возвратить
ей договор, но получила категорический отказ.
16 мая 1922 года постановлением ВЦИК Рапалльский
договор был ратифицирован. 29 мая 1922 года правитель-
ство Германии поставило договор на обсуждение в рейх-
стаге, 4 июля 1922 года он был ратифицирован. Обмен
ратификационными грамотами был произведен в Берлине
31 января 1923 года. По соглашению, подписанному 5 ноя-
бря 1922 года в Берлине, он был распространен на союзные
советские республики – БССР, УССР и ЗСФСР. Следует еще
добавить, что Россия и Германия развили политику Рапал-
ло в Берлинском договоре от 24 апреля 1926 года.
Рапалльский договор явился бомбой, разорвавшей-
ся совершенно неожиданно на Генуэзской конференции.
«Это потрясет мир! Это сильнейший удар по конферен-
ции», – воскликнул американский посол в Италии Чайльд,
узнав о советско-германском соглашении1. Договор в Ра-
палло сорвал попытку Антанты создать единый капи-
талистический фронт против Советской России. Планы
восстановления Европы за счет побежденных стран и Со-
ветской России рушились.
Глава 5
После Генуи
Гаагская конференция как второй
акт Генуэзской конференции
На Генуэзской конференции участникам не удалось
добиться согласия ни по одному вопросу – слишком диа-
метральными были интересы сторон. Даже в лагере тех
1 История дипломатии. Т. 3. С. 181.
159
Мировое хозяйство между двумя войнами
стран, которые себя называли «ближайшими союзника-
ми» (Великобритания, Франция, Италия), были большие
противоречия. Перед закрытием конференции в Генуе
было принято решение провести еще одну междуна-
родную встречу, на которой следовало сделать попыт-
ку договориться хотя бы по каким-то пунктам повестки
дня Генуи. Было назначено новое место встречи – Гаага.
Итальянский министр иностранных дел Шанцер заявил,
что делегации договорились не «о новой конференции,
поскольку работа экспертов в Гааге будет естественным
продолжением начатого в Генуе дела»1.
Конференция в Гааге чуть не сорвалась из-за жесткой
позиции Франции, которая была против встречи. 2 июня
президент Пуанкаре направил союзникам (включая США)
ноту, в которой соглашался не на представительную кон-
ференцию, а лишь на встречу экспертов. При этом проекты
документов должны быть заранее подготовлены союзни-
ками без участия России (в рамках так называемой «не-
русской комиссии»), а сама встреча должна напоминать
публичное представление Западом ультиматума советско-
му правительству. «В программу Гаагской конференции, –
гласил меморандум, – необходимо включить самый под-
робный и ясно составленный план тех условий, которые
Россия должна предварительно принять и относительно
которых все державы должны сговориться, прежде чем
они будут предъявлены русскому правительству». В дру-
гих пунктах Пуанкаре настаивал, чтобы Россия отказалась
от своего меморандума от 11 мая, являющегося, по его
мнению, «в сущности, требованием капитуляции Европы
перед советским строем»2. Пуанкаре жестко настаивал на
варианте реституции иностранной собственности, вариант
компенсаций его не устраивал.
1 Любимов Н. Н. Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспоминания
участников. С. 106.
2 История дипломатии. Т. 3. С. 191.
160
В. Ю. Катасонов
На этапе подготовки Гаагской конференции в оче-
редной раз выявились противоречия между главными
«союзниками». Великобритания в своей ноте, которая по-
следовала за нотой Пуанкаре, продемонстрировала боль-
шую «толерантность» по «русскому вопросу». Например,
по вопросу о частной собственности английское прави-
тельство высказалось против точки зрения Пуанкаре как
противоречащей первому пункту Каннских резолюций.
«Вернет ли российское правительство бывшим собствен-
никам конфискованные имущества или даст ли оно им
возмещение, – это вопрос, исключительно подлежащий
его ведению. Навязывать российскому правительству ка-
кой бы то ни было принцип было бы равносильным нару-
шению права, на что никогда не согласилось бы никакое
суверенное государство»1.
Конференция, как это было задумано еще в Генуе,
разделилась на две комиссии – на русскую и нерусскую.
Во вторую комиссию входили все делегаты представлен-
ных в Генуе стран, но без советских делегатов. Уже это
разделение свидетельствовало, что против Советской
страны будет создан единый фронт. Знаменательно было
и то, что нерусская комиссия собралась в Гааге на 10 дней
раньше русской.
Гаагская конференция 1922 года (полное название –
международная финансово-экономическая конференция в
Гааге) все-таки состоялась. В Гааге 15 июня (менее, чем че-
рез месяц после завершения Генуи) встретились представи-
тели всех тех государств, которые заседали в Генуе, кроме
Германии. Еще в Гааге Ллойд-Джордж заявил: «Германия
сепаратным соглашением в Рапалло сама себя исключи-
ла из предстоящих переговоров, относящихся к русским
делам»2. Состав многих делегаций поменялся. Гаагская
1 История дипломатии. Т. 3. С. 192.
2 Любимов Н. Н., Эрлих А. Н. Генуэзская конференция. Воспоминания
участников. С. 106.
161
Мировое хозяйство между двумя войнами
конференция была менее представительной, чем Генуэз-
ская. Советскую делегацию возглавлял М. М. Литвинов.
Было много представителей деловых кругов, имевших или
планирующих иметь интересы в России. Например, деле-
гатами от Великобритании были министр по делам внеш-
ней торговли Ллойд-Грим и бывший директор правления
Русско-Азиатского банка и бывший владелец Кыштым-
ских и Ленских рудников Л. Уркварт. Делегатом от Фран-
ции был директор Бюро защиты частной собственности
французских граждан в России Альфан. Примечательно,
что западные делегации первые дни заседали без участия
России и успели о многом договориться. Советская делега-
ция прибыла в Гаагу лишь 26 июня.
Повестка дня Гаагской конференции включала такие
ключевые вопросы, как претензии капиталистических
стран к Советскому государству, связанные с национали-
зацией собственности иностранных капиталистов и анну-
лированием долгов царского и Временного правительств,
и возможность и условия предоставления кредитов Со-
ветской России. Советская делегация предлагала выйти
за рамки этих вопросов и обсудить также общие условия
послевоенного восстановления и международного сотруд-
ничества в Европе. Представителей западных стран, од-
нако, интересовали исключительно вопросы, связанные с
получением от России долгов и компенсаций. Была сдела-
на последняя отчаянная попытка накинуть на Советскую
Россию финансовую удавку, подобную той, которая ока-
залась на шее Германии. Запад отказался обсуждать во-
прос о кредитах без согласия России на выплату долгов,
реституцию собственности иностранных хозяев, компен-
сацию потерь от национализации. Гаагская конференция
длилась более месяца и формально закончилась ничем.
Впрочем, наверное для Советской России какие-то
положительные результаты Гааги все-таки были. Еще
раз напомним, что на конференции были делегаты, не-
162
В. Ю. Катасонов
посредственно или опосредованно связанные с бизне-
сом. Советская делегация решила сыграть на финансово-
коммерческих интересах таких участников. Она заявила,
что Советская Россия готова предоставить иностранно-
му капиталу концессии. Этот проект еще до отъезда де-
легации в Гаагу рассматривался в Москве: было решено
предложить капиталистической Европе взять концессии
в нефтяной,
угольной, железнодорожной и некоторых
других отраслях промышленности. При этом Литвинов
еще раз повторил, что выгода Советской России – глав-
ное условие предоставления концессии. На вопрос, какие
предприятия предполагается сдать в концессию, совет-
ская делегация вручила своим партнерам по переговорам
разработанный список. Но он был составлен так, что не
мог вызвать восторга у прежних владельцев. Штейн рас-
сказывал: «Когда этот список был вручен, началась неве-
роятная суматоха. Нам на память пришел рассказ одного
греческого писателя. В рассказе описывается двор грече-
ского царя в Пирее. При этом дворе была обезьяна, ко-
торую научили плясать. Однажды, когда обезьяна пляса-
ла, кто-то бросил ей горсть орехов. Обезьяна забыла все
на свете и бросилась подбирать орехи. Она снова стала
обезьяной. Вот такое зрелище и являла собой конферен-
ция, когда советская делегация представила список кон-
цессионных предприятий. Все лихорадочно бросились
на этот список, выискивая в нем “свои” предприятия. Но
список выглядел весьма странно. Например, предприятия
Уркарта были разделены на три разных концессионных
объекта, причем все они принадлежали разным отраслям
советской промышленности. Так началась свалка между
будущими концессионерами»1. По целому ряду концес-
сий переговоры с Россией проходили уже после Гааги и
завершились подписанием соглашений.
1 Цит. по: Шейнис З. Максим Максимович Литвинов: революционер, дипломат,
человек // Интернет.
Режим доступа: http://www.litmir.net/br/?b=94621&p=55
163
Мировое хозяйство между двумя войнами
Итоги Генуэзской конференции
В целом в Генуе Россия сумела показать Западу, что
она может «держать удары», что она не настолько слаба,
как это казалось бывшим союзникам России накануне
конференции. В Генуе была подготовлена почва для дипломатических
признаний России Западом, которые на-
чались через два года. Напомним, что в 1924 году име-
ла место «полоса признаний», когда в течение года были
установлены дипломатические отношения с 11 государ-
ствами. Процесс начался с Великобритании (2 февраля)
и завершился Францией (30 октября). На этом отрезке
времени дипломатические отношения были установлены
с такими европейскими странами, как Италия, Австрия,
Швеция, Дания, Норвегия, Греция. Из крупных неевро-
пейских стран – с Китаем.
Генуя означала прорыв дипломатической и полити-
ческой блокады Советской России. После нее наша страна
стала участвовать и в других международных многосто-
ронних конференциях. В частности, после Генуи по «го-
рячим следам» была проведена международная конфе-
ренция в Гааге (15 июня – 20 июля 1922 г.), о чем мы выше
уже сказали.
Некоторые идеи, которые озвучивала русская деле-
гация на конференции в Генуе, постепенно завоевывали
Европу. В частности, самые разнообразные государствен-
ные деятели сходились во мнении, что аннулирование
военных междусоюзнических долгов является наиболее
правильным путем оздоровления экономической жизни
Европы. Консерватор Рибо во Франции, либерал Кейнс
в Англии, профессор Селигман в Америке – все, стоя на
разных платформах, добивались аннулирования государ-
ственных кредитных обязательств военного времени. А
американский экономист и статистик Гарвей Фиск подго-
164
В. Ю. Катасонов
товил фундаментальное статистическое исследование по
межсоюзническим долгам, которое должно было помочь
практически провести операцию погашения1.
Знаковым событием стала нота А. Бальфура, мини-
стра иностранных дел Англии. Вскоре после окончания
Генуэзской конференции (и буквально через 10 дней по-
сле Гаагской конференции) А. Бальфур направил ряду
стран-союзниц ноту, в которой высказывался в пользу по-
литики совместного погашения междусоюзнических во-
енных долгов. Дадим короткую предысторию этой ноты.
В начале 1922 года в США по инициативе ряда конгресс-
менов была создана комиссия по военным долгам Пер-
вой мировой войны, в которую вошли министр финансов
США Э. Меллон, ставший главой этой комиссии, государ-
ственный секретарь Ч. Хьюз, министр торговли Г. Гувер,
сенаторы Рид и Смут, конгрессмен Бартон. Через неко-
торое время комиссия потребовала от европейских стран
выполнения в полном объеме своих обязательств перед
США по военным кредитам. В ответ на это предложение
А. Бальфур 1 августа 1922 года направил правительствам
Франции и других европейских стран специальную ноту,
негласно адресованную прежде всего американскому
правительству, в которой предлагал аннулировать все во-
енные долги и репарации: «Правительство его величества
намерено отказаться от своей доли германских репара-
ций, говорилось в ноте, и предлагает списать всю сумму
межсоюзнических долгов, придав этому форму единого
международного акта. Ни при каких обстоятельствах мы
не намерены требовать от наших должников больше того,
что мы должны заплатить нашим кредиторам. Мы не про-
сим большего, но все должны понять, что мы не можем
согласиться и на меньшее». Европейские страны в целом
1 Это исследование было переведено на русский язык: Гарвей Фиск. Меж-
дусоюзнические долги. Исследование о государственных финансах за во-
енные и послевоенные годы. Пер. с англ. – М.: Финансовое издательство
при НКФ СССР, 1925.
165
Мировое хозяйство между двумя войнами
положительно оценили ноту Бальфура, только Франция
решительно выступила против какого-либо сокращения
германских репараций. В Соединенных Штатах нота была
встречена с огромным недовольством1.
Если взглянуть на события, которые развивались в
мире в течение года после Генуэзской конференции, то
можно увидить, что ни взаимного погашения межсоюз-
нических долгов (как это предлагал Д. Кейнс), ни анну-
лирования военных долгов и репараций (как это пред-
лагал А. Бальфур) так и не произошло. Даже наоборот.
Подписывались разные двух- и многосторонние между-
народные документы, которые не отменяли кредитные и
репарационные обязательства, а лишь корректировали и
фиксировали их с учетом новых условий. Та же Велико-
британия была вынуждена в начале 1924 года подписать
с США соглашение о военном долге, согласно которому
условия долга несколько смягчались для Великобрита-
нии, но последняя брала на себя обязательства исправно
погашать и обслуживать этот долг2. А вот Россию не на
Генуэзской конференции, ни на других международных
встречах поставить на колени по вопросу военных долгов
так и не удалось.
Генуя также показала, что в западном стане нет един-
ства, что на противоречиях между союзниками Россия мо-
жет и должна играть, добиваясь поставленных целей. Рос-
сия играла, в первую очередь, на противоречиях между
Лондоном и Берлином, между Лондоном и Парижем, меж-
ду Парижем и Берлином. Как вспоминал Г. В. Чичерин,
тот же Рапалльский договор удалось быстро заключить
за счет культивирования противоречий и ревности между
1 См.: Аболмасов В. В. Проблема военных долгов Великобритании и ее
влияние на англо-американские отношения в 1920-е гг. // Российский на-
учный журнал. № 1, 2010.
2 Сумма долга была зафиксирована в объеме 4,6 млрд долл., а процентные
ставки были понижены с 5 % до 3 % и 3,5 %. Великобритания прекратила вы-
платы по этому долгу в конце 1920-х гг., когда в мире начался Великий кризис.
166
В. Ю. Катасонов
Лондоном и Берлином: «Ратенау побежал в Рапалло и по-
спешил подписать договор, потому что боялся, что Англия
договорится с нами и перестанет нуждаться в Германии
для операций против нас. Последние дни перед Рапалль-
ским договором Ратенау непрерывно выспрашивал нас о
наших переговорах с Ллойд-Джорджем, и мы ему расска-
зывали… Тогда он побежал к нам в Рапалло, боясь пропу-
стить время…»1
А вот как Г. В. Чичерин оценивал общие итоги кон-
ференции: «Генуэзская конференция была явлением слож-
ным, большую роль в ней играл растущий буржуазный
пацифизм, который, несомненно, в недалеком будущем
еще проявит себя: в Генуе в угоду ему правительства Ан-
танты много говорили о реконструкции Европы, хотя на
самом деле в конкретной работе для этой реконструкции
делалось очень мало. Основной же вопрос Генуэзской кон-
ференции заключался в том, будет ли совершаться само-
стоятельное экономическое развитие России с помощью
иностранного капитала, но без подчинения ему, или же он
приобретет в ней господство.
Российская делегация подверглась всем утонченным
приемам зазывания и кокетства: как в известной прит-
че сатана обещал Иисусу превращение камней в хлеба и
господство над расстилавшимися перед его взором цар-
ствами, если Иисус поклонится сатане, точно так самые
соблазнительные перспективы открывались перед Совет-
ской Россией в награду за признание господства капита-
ла. Можно сказать, что именно в Генуе с наибольшей яр-
костью выдвинулся основной вопрос русской политики:
подчинение капиталу или самостоятельное развитие с его
помощью, или, еще точнее, сделка, но не кабала. Именно
поэтому формальным базисом всей деятельности россий-
ской делегации в Генуе была Каннская резолюция о равно-
1 Чичерин Г. В. Статьи и речи по вопросам международной политики. – М.,
1961. С. 73.
167
Мировое хозяйство между двумя войнами
правии двух противоположных экономических систем;
равноправии, но не подчинении одна другой»1.
Внешнеэкономические связи России после Генуи
Параллельно с дипломатическими признаниями на-
шей страны с Советской Россией заключались торговые
и экономические соглашения. А кое-где они заключались
даже до такого признания. По умолчанию началось призна-
ние государственной монополии внешней торговли (кон-
тракты стали заключаться не только с кооперативными, но
и государственными организациями нашей страны).
В первые три года советской власти (1917–1920 гг.)
двусторонней внешней торговли как таковой не было, имел
место лишь ввоз самых жизненно важных товаров, да и он
осуществлялся контрабандно, а для оплаты использовалось
золото. Таможенная статистика появилась в 1920 году. Как
видно из табл. 10, торговля была преимущественно «улицей
с односторонним движением», дефицит торгового баланса
был громадным.
Табл. 10. Экспорт и импорт РСФСР
(млн зол. руб., в ценах 1913 года)2
Годы Ввоз Вывоз
1920 29,0 1,4
1921 210,0 20,2
1922 273,8 81,6
Итого 512,8 103,2
Пассивное сальдо по нашему внешнеторговому оборо-
ту составило в этот период сумму около 410 млн руб. зол.
1 Там же. С. 324.
2 Статья «Расчетный баланс СССР» // Финансовая энциклопедия.1927.
168
В. Ю. Катасонов
Лишь в течение 1922/23 операционного года пассивность
торгового баланса начинает изживаться. Экспортный план
на 1922/23 год был определен в сумме 208,4 млн руб., им-
портный – в 226 млн руб.; пассивное сальдо определилось в
17,6 млн руб. Однако после Генуэзской конференции высши-
ми правительственными органами была дана директива сба-
лансирования ввоза и вывоза. Директива эта была выполнена,
и хозяйственный год впервые после прихода власти больше-
виков был закончен с активным сальдо в 23,1 млн руб.1
Формально кредитной блокады России после Генуи
уже не было. Но и долгосрочных банковских кредитов нам
не давали. Впрочем, кое-какие подвижки по части крат-
косрочных торговых кредитов стали наблюдаться. Эти
подвижки стали особенно заметными в 1924 году. Уже в
1924/25 годах иностранные торговые кредиты по импорту
представили крупный источник финансирования внеш-
ней торговли страны. В 1924/25 годах при зарубежных по-
купках и заказах на 766 млн руб. было получено кредитов
273 млн руб., из которых 191 млн руб. торговыми предста-
вительствами и 82 млн руб. хозорганами. При среднем сро-
ке в 4,6 мес. среднегодовой кредит составил 109 млн руб.2
Определенные успехи появились и на фронте концес-
сий с участием иностранных компаний (табл. 11).
Табл. 11. Концессионная деятельность
советского государства3
Период времени
Количество посту-
пивших концесси-
онных предложений
Количество заклю-
ченных концесси-
онных соглашений
До конца 1922 г. 338 18
1923 г. 607 44
1 Статья «Расчетный баланс СССР» // Финансовая энциклопедия.1927.
2 Там же.
3 Статья «Концессии» // Финансовая энциклопедия. 1927.
169
Мировое хозяйство между двумя войнами
1924 г. 311 25
1925 г. 253 30
1926 г. 506 28
Итого до 1 ян-
варя 1927 г. 2.015 145
Можно заметить, что пик концессионной деятельности
пришелся на 1923 год, т. е. непосредственно на год, следу-
ющий после Генуэзской конференции. Видимо, заявления
советской делегации на конференциях в Генуе и в Гааге о
гарантиях для иностранных компаний по концессионным
соглашениям звучали достаточно убедительно.
Первые плоды уже через год стал приносить
российско-германский договор, заключенный в Рапал-
ло. На его основе уже заключались конкретные торговые
контракты. После Рапалло торговый оборот Советской
России с Германией вырос более чем в два раза в течение
2–3 лет: если в 1921/1922 фин. год он составлял 72,2 млн
рублей, то в 1924/1925 году достиг 149 млн золотых ру-
блей. Но росла не только торговля. Развивалось также
военно-экономическое и военно-техническое сотрудни-
чество. Первые соглашения по военному сотрудничеству
были заключены в конце ноября 1922 года между фирмой
«Юнкерс» и советским правительством. Главное из них
предусматривало производство металлических самолетов
и моторов. Всего при участии немцев к концу 1925 года
на заводе в Филях было построено 170 самолетов. 14 мая
1923 года в Москве состоялось подписание договора о стро-
ительстве химического завода по производству отравляю-
щих веществ (акционерное общество «Берсоль»). После
подписания в июле 1923 года договора с фирмой «Крупп»
у нас было налажено производство гранат и снарядов.
Одной из форм налаживания экономического со-
трудничества явилось создание смешанных обществ. Еще
до Рапалльского договора были учреждены советско-
170
В. Ю. Катасонов
германские общества: по транспорту – «Дерутра», по ме-
таллам – «Деруметалл», по воздушным перевозкам – «Де-
рулюфт» и другие. В течение 1922 года были образованы:
«Русско-германское торговое акционерное общество» с
участием концерна Отто Вольфа (договор от 19 октября
1922 г.); «Русско-германское торгово-транспортное обще-
ство» («Рустранзит») для перевозок по советской террито-
рии в Иран с участием гамбургской фирмы «Роберт Венк-
гауз и Ко» (апрель 1922 г.); «Германско-русское химическое
акционерное общество» (декабрь 1922 г.). В 1922 году были
заключены соглашения с фирмой «Крупп» относительно
сельскохозяйственной концессии на Дону (январь 1923 г.),
с семеноводческим обществом «Дойче Заатбау – Акциен-
гельзелльшафт» ( октябрь 1922 г.) и другие.
К марту 1923 года было выработано соглашение об
обмене советского зерна на германские промышленные
товары. Под поставки 15–20 млн пудов зерна из Советской
России в Германию немецкие банки должны были предо-
ставить кредит в твердой валюте. 16 апреля 1923 года гер-
манское правительство одобрило соглашение, однако пред-
ложило оформить заказы на промышленные товары не
менее чем на 50 % авансовой суммы. Соглашение с поправ-
ками утверждено немецкой стороной 9 июля 1923 года на
заседании правительства, которое придавало коммерческой
сделке и политический, и экономический характер.
В 1923 г. германские предприниматели имели на тер-
ритории СССР 16 концессий в торговле, транспорте, легкой
и лесной промышленности. На 1924 год также согласовано
предоставление кредита под поставки советского зерна1.
Следует отметить, что Германия признала советскую
монополию внешней торговли после Италии, Швеции и
Ирана; принципиальная основа была создана для этого
1 Блинов М. Дипломатия и внешняя политика СССР в 1920-е годы //
Советско-германские отношения в 1920-е годы. URL: http://www.moscowia.
su/projects/konkurs/raboty/2009/1175-diplomatika-i-vneshnyaya-politika-sssr-v-
1920-e-gody.
171
Мировое хозяйство между двумя войнами
в Рапалльском договоре в форме положений о равнопра-
вии систем собственности и с наибольшим благоприят-
ствованием1.
О так называемой генуэзской
валютно-финансовой системе
Парадоксально, но почему-то конференцию в Генуе
чаще вспоминают не в связи с «русским вопросом», а в
связи с той валютно-финансовой системой, которая сло-
жилась в мире в период между Первой и Второй мировы-
ми войнами. Эту систему в учебниках, словарях и энци-
клопедиях называют «генуэзской», сообщая читателям,
что она возникла на основе решений той самой конферен-
ции 1922 года. Согласно сложившейся традиции, историю
развития мировой валютно-финансовой системы принято
делить на четыре этапа, причем каждый этап привязан к
соответствующей международной конференции. Соответ-
ственно выделяется четыре вида систем:
1) парижская;
2) генуэзская;
3) бреттон-вудская;
4) ямайская.
О первой, третьей и четвертой валютно-финансовых
системах мне уже приходилось достаточно подробно пи-
сать в других своих работах2. Постараемся подробнее рас-
смотреть историю появления второй по порядку системы,
называемой «генуэзской».
1 Ахтамзян А. А. Советско-германские экономические отношения в 1922–
1932 гг. // Новая и новейшая история. 1988. № 4. С. 46.
2 См., в частности: 1) Катасонов В. Экономическая теория славянофилов
и современная Россия. «Бумажный рубль» С. Ф. Шарапова. – М.: Институт
русской цивилизации, 2014 // раздел «Как создавалась “Золотая” Европа»
(с. 297–303); 2) См.: часть II данной книги.
172
В. Ю. Катасонов
«Генуэзской» системе предшествовала так называемая
парижская валютно-финансовая система, которая сложи-
лась в последние десятилетия ���������������������������XIX �����������������������века. Это был классиче-
ский (золотомонетный) стандарт, который предусматривал
свободный размен денежных знаков (банкнот) на желтый
металл. Действие этого стандарта было приостановлено ев-
ропейскими странами (в том числе Россией, которая ввела
золотой рубль в 1897 году) в первые дни мировой войны.
Однако после окончания Первой мировой войны и подпи-
сания Версальского мирного договора европейские страны
так и не восстановили действие золотого стандарта, день-
ги были бумажными, быстро обесценивались, отсутствие
прочной валюты затрудняло восстановление международ-
ной торговли и международного кредита.
В первые послевоенные годы золотой стандарт су-
ществовал лишь в одной стране – Соединенных Штатах.
Америка за годы войны сумела стать мировой экономи-
ческой державой. Из чистого должника она превратилась
в крупнейшего мирового нетто-кредитора. Задолженность
США в 1913 г. достигала 7 млрд долл., а требования –
2 млрд долл.; к 1926 г. внешний долг США уменьшился
более чем вдвое, а требования к другим странам возросли
в 6 раз (до 12 млрд.). Таким образом, чистые требования
выросли почти до 9 млрд долл. Америке удалось заметно
нарастить свой золотой запас за счета металла, который
притекал из Европы. В 1914–1921������������������������ �����������������������годах чистый приток зо-
лота в США составил 2,3 млрд долл. Если в 1914 году доля
США в официальных золотых резервах составляла 23 %,
то к 1924 году она увеличилась до 46 %1.
Страны Европы лежали в руинах. Использовались
откровенно инфляционные методы обеспечения эконо-
мик этих стран деньгами. То есть с помощью «печатного
станка». Обычно, говоря о послевоенной инфляции, вспо-
1 Международные валютно-кредитные и финансовые отношения. Учеб-
ник. Под ред. Л. Н. Красавиной. – М.: Финансы и статистика, 1994. С. 49.
173
Мировое хозяйство между двумя войнами
минают Германию, где имела место гиперинфляция. Но и
другие европейские страны занимались печатанием денег
без оглядки на золотой запас. Потому что золотые запасы
этих стран либо сильно уменьшились за годы войны, либо
полностью иссякли.
К середине 1920-х годов наметился процесс восста-
новления мировой валютой системы на основе золота. Этот
процесс обычно связывают с Генуэзской международной
конференцией 1922 года. Еще раз обратим внимание на то,
что на данной конференции никаких международных до-
говоров и соглашений в сфере валютно-финансовых отно-
шений не было заключено. Имело место лишь обсуждение
проблем послевоенного валютного порядка, высказывались
соответствующие рекомендации. Основными инициатора-
ми обсуждений были делегации четырех стран: Великобри-
тании, Франции, Италии, Японии. «По итогам заседаний
было приято двенадцать резолюций о валютах, допускав-
ших использование золотодевизного стандарта для эконо-
мии металлических резервов»1. Роль Генуэзской конфе-
ренции в формировании послевоенной мировой валютой
системы преувеличена (подобно тому, как преувеличена
роль Парижской конференции 1867 года в формировании
довоенного золотомонетного стандарта).
Фактически в основе так называемой генуэзской ва-
лютной системы лежали решения властей стран-участниц,
которые принимались на протяжении нескольких лет по-
сле конференции. «В большинстве стран вняли рекомен-
дациям и изменили уставы центральных банков, позволив
им хранить в резервах иностранную валюту. Некоторые
страны ввели при этом ограничения, установив мини-
мальную долю золота в совокупном объеме резервов»2. В
1913 году центральные банки стран ядра «золотого клу-
1 Моисеев С. Р. Денежно-кредитная политика: теория и практика. Учебное
пособие. – М.: Экономистъ, 2005. С. 117.
2 Там же.
174
В. Ю. Катасонов
ба» держали в резервах только золото. Исключение со-
ставлял только Рейхсбанк (ЦБ Германии), у которого 13 %
резервов приходилось на валюты (остальное – золото). А
в 1928 году картина была совсем иная: в резервах Банка
Франции на валюту приходилось 51 %, у Рейхсбанка эта
доля была равна 15 %, Банка Англии – 10 %. Лишь у Фе-
деральной резервной системы (ЦБ США) по-прежнему все
100 % резервов были сформированы за счет золота1. Ввиду
очевидного снижения удельного веса золота в междуна-
родных резервах и международных расчетах валютную
систему, сложившуюся после Генуэзской конференции,
иногда называют «частичным золотым стандартом».
Власти Великобритании и Франции приняли решения
(соответственно в 1925 и 1928 гг.) об обмене их националь-
ных денежных единиц на золото как для резидентов (вну-
тренняя конвертируемость), так и нерезидентов (внешняя
конвертируемость). Но это уже был обмен не на монеты, а на
золотые слитки. Почему система иногда называется золотослитковой.
Обмен фунта стерлинга на золото осуществлялся
исходя из его довоенного золотого содержания. Британия на-
чала приходить в себя после Первой мировой войны, которая
далась ей очень тяжело. Не только в смысле военных потерь.
Но и в том смысле, что ей пришлось изрядно влезть в долги
перед Дядей Сэмом и растратить значительную часть своего
золотого запаса. Но Лондон не терял надежды возродить бы-
лое величие британского фунта стерлингов. Между прочим,
в период 1815–1914 годов в мире было только две валюты,
которые не меняли ни разу своего золотого содержания: бри-
танский фунт и французский франк. Лондон решил, что даже
в нынешних тяжелейших условиях послевоенной разрухи он
не будет девальвировать фунт стерлингов.
Французский франк в отличие от британского фун-
та был девальвирован на 80 % по сравнению с довоенным
содержанием металла. Обмен обеих валют на золото был
1 Officer, Lawrence. Gold Standard. EH.Net Encyclopedia. Ed. by R. Whaples. 2001.
175
Мировое хозяйство между двумя войнами
затруднен, поскольку стандартные слитки золота имели
большой вес и стоимость, делиться на части не могли. В Ве-
ликобритании стоимость слитка составляла 1500 ф. ст., во
Франции – 225 тысяч фр. Таким образом, в период между
двумя мировыми войнами в мире было три мировых золо-
тых валюты – доллар США, фунт стерлингов Великобрита-
нии, франк Франции.
Тогдашняя валютная система также называется золо-
тодевизной. Потому что около 30 стран в период валют-
ной стабилизации объявили о размене своих денежных
единиц на золотые девизы. Так назывались валюты США,
Великобритании, Франции, поскольку они сохраняли пря-
мую связь с желтым металлом. В списке стран, заявивших
о золотодевизном стандарте, оказалась и Германия, ко-
торая до Первой мировой войны принадлежала к «ядру»
«золотого клуба». Некоторые страны в качестве девизов
использовали все три валюты, некоторые – две, некото-
рые – одну. Как бы закладывались контуры возникших
позднее валютных блоков и зон.
20-е годы прошлого столетия были последним деся-
тилетием мирового господства британского фунта стерлин-
гов. В структуре мировых резервов иностранной валюты
на фунт стерлингов приходилось 77 % (для сравнения: в
1913 году этот показатель был равен 47 %). На втором ме-
сте находился доллар США – 21 % (против 2 % в 1913 г.)1.
Американский доллар готовился к решительной схватке
для того, чтобы низвергнуть британский фунт с пьедеста-
ла главной валюты и занять его место. Завышенный курс
британского фунта приводил к тому, что торговый баланс
Британии был дефицитным, золото утекало из страны.
Внешний блеск британского фунта никак не соответство-
вал его экономическому (в том числе золотому) обеспече-
нию. К 1928 году подлежащая конвертации в золото задол-
женность Великобритании достигла почти 2,4 млрд долл.,
1 Там же.
176
В. Ю. Катасонов
что более чем втрое превышало скудные золотые резервы
(750 млн долл.) Банка Англии.
Конвертируемость некоторых национальных валют в
золото была восстановлена и в некоторых других странах.
Однако это была лишь внутренняя конвертируемость, де-
нежные единицы таких стран нельзя было рассматривать
как полноценные валютные девизы. Такая внутренняя
конвертируемость была восстановлена в Швеции (1924 г.),
Австралии (1925 г.), Канаде (1926 г.), Швейцарии (1925 г.),
Мексике (1925 г.) и ряде других стран. Период валютной
стабилизации был очень непродолжительным. Он прервал-
ся начавшимся в конце 1929 года экономическим кризисом.
В некоторых учебниках хронологические рамки генуэзской
валютной системы определяют периодом 1922–1944 годов.
То есть ее существование продляют до момента проведения
Бреттон-Вудской конференции. А некоторые авторы даже
продляют ее до 1946 года, когда вступили в действие доку-
менты Бреттон-Вудса и заработал Международный валют-
ный фонд, созданный на конференции.
Однако фактически эта система просуществовала не бо-
лее одного десятилетия. Первыми жертвами экономического
кризиса стали валюты аграрных и колониальных стран, по-
скольку наибольшее падение цен на мировом рынке наблю-
далось по группе сырьевых товаров. Уже в 1930 году произо-
шло резкое ухудшение платежных балансов этих стран, что, в
свою очередь, повлекло за собой обесценение их валют.
Следующими жертвами стали валюты Германии и Ав-
стрии. Там в середине 1931 года началось банкротство бан-
ков, образовался отток капитала и золота. Был прекращен
размен немецкой марки на золотые девизы, остановлены
платежи по внешним долгам, введены валютные ограни-
чения, установлен фиксированный курс марки на уровне
1924 года. Фактически Германия встала на путь автаркии.
Дефолт по своим государственным обязательствам объяви-
ла не только Германия. К ней присоединились Австрия,
177
Мировое хозяйство между двумя войнами
Турция и другие (всего 25 государств). В мире повсюду
возникли торговые барьеры, страны начали наперебой де-
вальвировать свои валюты, а рост безработицы усиливал
политическую нестабильность по всей Европе.
Осенью 1931 года рухнула одна из опор золотодевизно-
го стандарта – золотой фунт стерлингов. 21 сентября был
прекращен размен фунта стерлингов на золотые слитки.
Чтобы повысить конкурентоспособность своего экспорта,
Лондон тогда же понизил курс фунта на 30,5 %. Это не-
медленно привело к краху некоторых валют, которые были
привязаны к фунтовым авуарам, – Индии, Малайзии, Егип-
та, ряда европейских государств.
В 1933 году рухнула вторая опора золотодевизного
стандарта – золотой доллар США. Там не просто был отме-
нен размен долларов на металл. Была проведена конфиска-
ция желтого металла, который был изъят как у физических,
так и юридических лиц (прежде всего, банков) и сосредото-
чен в казначействе США. В январе 1934 года была изменена
официальная цена на золото с 20,67 долл. за тройскую ун-
цию до 35 долл. Фактически была проведена девальвация
доллара (примерно на 40 %)1.
Наконец, осенью 1936 года рухнула последняя опора зо-
лотодевизного стандарта – золотой франк. Францию миро-
вой экономический кризис охватил позднее многих других
стран. Еще в начале валютного кризиса Франция активно
обменивала имевшиеся в ее международных резервах фун-
ты стерлингов и доллары на золото. Естественно, это вы-
зывало неудовольствие Лондона и Вашингтона. Если летом
1929 года золотой запас Франции был равен 29 млрд фран-
ков, то через три года он уже составил 83 млрд фр., т. е. уве-
личился в 2,86 раза. Франция как государство-рантье всегда
была сторонником золотой валюты. В 1930-е годы она стала
1 Об операции по изъятию золота у физических и юридических лиц в США
см.: Катасонов В. Ю. Бреттон-Вудс: ключевое событие новейшей финансо-
вой истории. – М.: Кислород, 2014 (Глава 2. «О двух круглых датах из миро-
вой финансовой истории»).
178
В. Ю. Катасонов
последним оплотом золотого стандарта, возглавив так на-
зываемый золотой блок. На фоне других стран, которые
уже использовали установление фиксированных валютных
курсов своих денежных единиц для поддержания торго-
вого баланса, французский франк имел завышенный курс.
Это подрывало баланс внешней торговли Франции. В 1929–
1936 годах мировой экспорт в стоимостном выражении упал
на 36 %. А вот экспорт Франции – в 4 раза! Это привело к
тому, что накопленный несколько ранее золотой запас стал
быстро таять. Чтобы остановить этот процесс правитель-
ство Франции 1 октября 1936 года прекратило размен своей
валюты на золото, девальвировав при этом франк на 25 %.
Принято считать, что Франция и Швейцария были послед-
ними странами, отменившими золотую конвертируемость
своих валют. Однако это не точно. Последней страной, ко-
торая распрощалась с золотой валютой, была Албания. Это
произошло лишь в 1939 году, когда возникла угроза оккупа-
ции этой маленькой страны итальянскими войсками.
Таким образом, золотая конвертируемость британско-
го фунта стерлингов просуществовала всего 6 лет, а фран-
цузского франка – 8 лет. Правда, между центральными бан-
ками США, Великобритании и Франции было заключено
соглашение, которое позволяло этим организациям обме-
нивать валюты указанных стран на металл1.
Во второй половине 1930-х годов мир вошел в острую
фазу валютного кризиса. Он проходил на фоне свертывания
международной торговли. Чтобы поддерживать националь-
ный экспорт денежные власти периодически проводили
девальвации своих валют. Так, в период 1936–1938 годов
французский франк был девальвирован трижды. Факти-
чески началась фаза валютной войны. Одним из средств
такой войны стали валютные стабилизационные фонды,
которые призваны были снижать курсы национальных ва-
1 Международные валютно-кредитные и финансовые отношения. Учеб-
ник. Под ред. Л. Н. Красавиной. – М.: Финансы и статистика, 1994. С. 52.
179
Мировое хозяйство между двумя войнами
лют. Первый валютный стабилизационный фонд был соз-
дан в Великобритании (июнь 1932 г.). Далее они появились
в США (январь 1934 г.), Бельгии (март 1935 г.), Канаде (июнь
1935 г.), Нидерландах (сентябрь 1936 г.), Франции и Швей-
царии (октябрь 1936 г.).
Особенностью валютного кризиса 1930-х годов явля-
ется дробление мировой валютной системы на валютные
блоки. Каждый блок – группа стран, во главе ее есть страна-
лидер (валютная метрополия). Международные расчеты осу-
ществляются в валюте метрополии, а валюты стран-членов
привязывают свои курсы к валюте метрополии. Обеспече-
нием валют стран-членов являются казначейские бумаги
страны-метрополии. Валютные резервы стран-членов хра-
нятся в банковской системе страны-метрополии. Очевидно,
что валютные блоки были важным инструментом государств-
метрополий для расширения рынков сбыта товаров, экспорта
капитала, установления контроля над источниками сырья.
После отмены золотого стандарта в Великобритании
и США появились стерлинговый (1931 г.) и долларовый
(1933 г.) блоки. В стерлинговый блок первоначально входи-
ли страны Британского содружества наций (кроме Канады).
Позднее к нему присоединились другие страны, которые
имели тесные экономические связи с Великобританией:
Египет, Ирак, Португалия, Дания, Норвегия, Швеция, Фин-
ляндия, Япония, Греция, Иран.
В долларовом блоке, кроме США, оказались Канада,
многие страны Латинской Америки.
Еще одним важным валютным блоком стал золотой
блок, учрежденный летом 1933 года на Лондонской между-
народной экономической конференции. В него вошли Фран-
ция, Бельгия, Нидерланды, Швейцария, позднее Италия,
Чехословакия, Польша. Страны-члены блока взяли на себя
обязательства поддерживать неизменным содержание золо-
та в своих национальных валютах. Они стали нести потери в
связи с тем, что другие страны сознательно снижали курсы
180
В. Ю. Катасонов
своих валют для поддержания торговых балансов. Страны-
участницы золотого блока стали отказываться от своих обя-
зательств и проводить девальвации национальных валют.
После того как Франция в октябре 1936 года отказалась от
золотого стандарта, блок прекратил свое существование.
На протяжении всего десятилетия (1930-е годы) веду-
щие мировые державы не раз собирались на различные кон-
ференции для того, чтобы договориться о полномасштабной
реформе мировой валютной системы. Наиболее значимой
из них была международная экономическая конференция
в Лондоне, которая проходила в июне 1933 года. Делегаты
66 стран собрались в Лондоне в попытке согласовать план
действий по оживлению мировой экономике в разгар Ве-
ликой депрессии. Лондонская экономическая конференция,
созванная под эгидой Лиги Наций, ставила целью стимули-
рование мировой торговли, стабилизацию цен на сырье и
восстановление золотого стандарта.
В числе собравшихся на встречу в лондонском геоло-
гическом музее были восемь премьер-министров, 20 мини-
стров иностранных дел, 80 министров финансов и глав Цен-
тробанков, а также главы государств двух стран-участниц.
Принимал гостей британский премьер Рамсей Макдональд.
Только что занявший Белый дом президент США Франклин
Рузвельт на конференции не присутствовал, но его влияние
было сильнейшим. Новоизбранный американский лидер
отказался принимать какие-либо меры, которые ограничи-
ли бы свободу действий в рамках его амбициозного «Но-
вого курса» по оживлению национальной экономики. Уже
в своей инаугурационной речи в марте 1933 года Рузвельт
заявил: «Я не пожалею сил ради восстановления мировой
торговли через регулирование мировых экономических
механизмов, однако чрезвычайная ситуация внутри стра-
ны такова, что не позволяет этого дожидаться»1. 3 июля он
1 Цит. по: Стив Шифферс. Лондонский саммит 1933 года – урок для G20 //
ВВС. Русская служба. 01.04.2009.
181
Мировое хозяйство между двумя войнами
направил в адрес конференции шокирующую телеграмму,
обвинив участников в недобросовестности и отказавшись
идти на любые сделки, связанные с фиксацией валютных
курсов. «Я бы счел это катастрофой, равной всемирной тра-
гедии, – писал Рузвельт, – если бы конференция позволила
втянуть себя в абсолютно искусственный и временный экс-
перимент… упор на [валютную] стабилизацию демонстри-
рует несоразмерность и непонимание более широких целей,
ради которых была созвана эта конференция… Старые фе-
тиши так называемых международных банкиров уступают
место планированию национальных валют»1.
Через месяц Лондонская конференция закончилась
ничем. Вдохнуть жизнь в «генуэзскую» валютную систему
не удалось. Ответственность за провал переговоров возла-
гают на тогдашнего президента США Франклина Рузвель-
та, занявшего жесткую позицию. Крах конференции имел
не только экономические, но и политические последствия:
французы и англичане увидели, что США – ненадежный
союзник, а новый германский канцлер Адольф Гитлер ре-
шительно взял курс на пересмотр Версальского мирного
договора, а, следовательно, и всего европейского порядка.
Глава 6
Судьба германских репараций после Генуи
Вторая половина 1922 года. Бесплодные
попытки союзников и Германии договориться
по репарационному вопросу
В первые месяцы 1922 года острота проблемы гер-
манских репараций несколько ослабла, так как до 31 мая
действовал мораторий на репарационные платежи. После
1 Там же.
182
В. Ю. Катасонов
Генуи и Гааги тревога опять стала нарастать, ситуация в
Германии накалялась. Там активизировались национа-
листы, которые критиковали министра иностранных дел
Ратенау за его «соглашательскую» политику на конфе-
ренции в Генуе, призывали к полному отказу от всяких
выплат и даже к денонсации Версальского договора. На-
правлял кампанию против репараций уже упоминавшийся
нами промышленник Гуго Стиннес, с которым заодно дей-
ствовала германская «народная партия». Активно проти-
водействовали репарационным выплатам и поставкам так-
же другие промышленники. Так, «угольный король» Фриц
Тиссен отказался поставлять уголь во Францию и вместе
с другими промышленниками Рура создал суд чести для
коллаборационистов1.
Канцлер Вирт сразу же после окончания Генуэзской
конференции начал метаться между Лондоном и Пари-
жем, пытаясь получить заем на очередную выплату. Его
усилия окончились полным фиаско. Франция угрожала
Берлину оккупацией Рура в случае прекращения репара-
ционных выплат. По инициативе Стиннеса ряд немецких
газет в начале июня опубликовали материалы, в которых
согласие на выплаты репараций обусловливалось отказом
победителей от ряда тяжелых для Германии условий Вер-
сальского договора и других документов. Таких условий,
как оккупация территории Германии (в первую очередь,
Саарского бассейна), 26-процентный сбор с внешней тор-
говли (установлен в 1921 г. Лондонским меморандумом),
предоставление всем союзникам «права наиболее благо-
приятствуемой нации» и т. д. Кроме того, Стиннес и его
единомышленники требовали права свободной торговли с
Данцигом и через Польский коридор, исправления границ
Германии и т. д. Назревал серьезный конфликт с Германией.
В июне был убит министр Ратенау. Все германские
1 За это его арестовали и приговорили к штрафу в 500 тыс. фр. (Перетол-
чин Д. Мировые войны и мировые элиты. – М.: Книжный мир, 2014. С. 185).
183
Мировое хозяйство между двумя войнами
газеты говорили, что это была месть за его соглашатель-
скую политику с Францией.
В августе 1922 года в Лондоне проходила очередная
конференция по репарационному вопросу. Неожиданно
Франция выступила на ней с рядом инициатив. Суть их
сводилась к тому, чтобы репарации из преимущественно
денежных платежей сделать преимущественно товарны-
ми поставками. Кроме того, предлагалось передать побе-
дителям все таможенные пошлины, часть акционерного
капитала германских предприятий и т. п. Эти предложе-
ния, сделанные французским президентом Пуанкаре, по-
лучили название «программы продуктивных залогов».
Указанная программа вызвала резкое неприятие со сто-
роны союзников, особенно Великобритании (после Генуи
Лондон искал сближения с Германией, опасаясь усиле-
ния германо-советских отношений на почве Рапалло). На
той же Лондонской конференции образовался откровен-
ный раскол между Лондоном и Парижем. Предложениям
Пуанкаре Лондон противопоставил свою программу из
пунктов. Главными из них были: автономия центрально-
го банка Германии (Рейхсбанка); ограничение внешнего
долга Германии; предоставление ей моратория на внеш-
ние выплаты как по кредитным долгам, так и репараци-
ям. Союзником Лондона на данном этапе истории был
Вашингтон, который рассчитывал на то, что Германия в
ближайшие годы могла бы стать сферой приложения аме-
риканских капиталов. Вашингтон опасался, что излишне
жесткая позиция Франции может осложнить проникнове-
ние американского капитала в Германию. Лондонская кон-
ференция в августе 1922 года была последней попыткой
решить репарационный вопрос дипломатическим путем
на коллективной основе. После этого Париж в односторон-
нем порядке решил готовиться к тому, чтобы принудить
Берлин выполнять репарационные условия Версальского
договора. Способ был простой – оккупировать Рур, наибо-
184
В. Ю. Катасонов
лее индустриальный район Германии. То есть реализовать
силовым методом «программу продуктивных залогов».
14 ноября 1922 года правительство Германии по сове-
ту Лондона представило в Репарационную комиссию ноту
с просьбой о введении моратория на репарационные вы-
платы на 3–4 года. Комиссия, находившаяся под сильным
влиянием французов, проигнорировала немецкую ноту.
Проводившаяся в декабре конференция союзных премьер-
министров отклонила предложения, содержащиеся в не-
мецкой ноте. Стиннес в конце 1922 года заявил в печати,
что даже если последует оккупация Рура, германская тя-
желая промышленность отказывается платить репарации.
Перед самым новым годом Репарационная комиссия по
настоятельному требованию Пуанкаре поставила вопрос о
невыполнении Германией лесных поставок. Великобрита-
ния назвала это невыполнение «микроскопическим». Ви-
димо, Франция искала любой повод для оккупации Рура.
Агрессивный настрой Парижа поддерживался еще тем,
что на его стороне в вопросе репараций оказался Рим (по-
сле того, как 30 октября 1922 года во главе итальянского
правительства встал Муссолини).
Союзники рассчитывали найти приемлемое реше-
ние проблемы репараций на конференции, которая про-
водилась в первых числах января 1923 года в Париже.
Великобритания озвучила на конференции следующий
план: 1) мораторий на репарационные платежи на 4 года;
2) по истечении этого срока выплата в течение следую-
щих 4 лет ежегодно по 2 млрд зол. марок; 3) далее уплата
по 2,5 млрд зол. марок в год. Общая сумма репараций –
50 млрд зол. марок. Британский проект увязывался с пога-
шениями задолженностей европейских союзников перед
Соединенными Штатами. Франция (вместе с Бельгией и
Италией) была против английских предложений, обнару-
жился окончательный разлад между Лондоном и Парижем
по вопросу репараций. Печать даже констатировала, что
185
Мировое хозяйство между двумя войнами
«сердечное согласие» (Антанта) уступило место «сердеч-
ному разрыву».
Оккупация Рура как силовая попытка
Франции решить репарационный вопрос
Опуская многие интересные детали, отметим, что
11 января 1923 года Франция совместно с Бельгией реали-
зовала свою угрозу – осуществила с помощью нескольких
тысяч военнослужащих оккупацию Рура. Следует обра-
тить внимание, что в практическом плане Великобритания
ничего не сделала для того, чтобы предотвратить подобное
развитие событий. Вероятно, Лондон был заинтересован
в этом, рассчитывая на то, что франко-германский кон-
фликт ослабит, в конечном счете, обоих главных конку-
рентов Лондона в Европе. СССР внимательно наблюдал за
развитием событий на франко-германской границе, совет-
ское правительство заявило, что такие события могут вы-
литься в масштабную войну. Правления крупнейших не-
мецких предприятий Рура переместились на территории,
не оккупированные французами, поставки угля союзни-
кам прекратились, а германское правительство в ответ на
оккупацию объявило о проведении политики «пассивного
сопротивления». Пуанкаре усилил оккупационную армию,
расширил зону оккупации, фактически изолировал от
Германии и всего внешнего мира (Голландии, Швейцарии,
Италии). Это болезненно отразилось на состоянии герман-
ской экономики, которая лишилась 88 % угля, 48 % желе-
за, 40 % чугуна. Курс немецкой марки стремительно па-
дал. Начались аресты немецких чиновников и некоторых
предпринимателей на оккупированной территории.
2 мая 1923 г. правительство Германии в расчете на под-
держку Лондона направило ноту Франции, Бельгии, Ита-
лии, Великобритании, США и Японии с предложениями
186
В. Ю. Катасонов
по вопросу репараций. В ноте сообщалось, что «пассивное
сопротивление» будет продолжаться до тех пор, пока окку-
пационные силы не покинут Рурский район, что оккупация
является грубым нарушением Версальского мирного до-
говора. Также отмечалось, что германское правительство
согласно на общую сумму репарационных обязательств в
30 млрд зол. марок. Примечательно, что Германия предла-
гала все эти обязательства покрыть с помощью кредитов
и займов союзников. Встречные ноты союзников, адресо-
ванные Германии, содержали критику – от осторожной и
умеренной (в нотах Великобритании, Италии и Японии) до
жесткой и угрожающей (в нотах Франции и Бельгии). Но-
вая нота Германии увидела свет 7 июня. В ней были сле-
дующие предложения: 1) провести конференцию с целью
беспристрастной оценки истинной платежеспособности
Германии; 2) позволить Германии размещение облигацион-
ного займа на 20 млрд марок; 3) согласиться на обеспечение
этого займа государственными железными дорогами и дру-
гим имуществом Германии. Франция самым решительным
образом отвергала очередное предложение Германии.
Примечательно, что довольно часто Париж в качестве
аргумента проведения жесткой линии в отношении Бер-
лина вспоминал события полувековой давности, а именно
Франко-прусскую войну 1870–1871 годов и унизительный
для Франции Франкфуртский мирный договор 1871 года.
Во французской ноте от 30 июля 1923 года отмечалось:
«В 1871 году никто на свете не интересовался, считает ли
Франция Франкфуртский договор справедливым и осу-
ществимым. Никто не воспрепятствовал тогда Германии
занять значительную часть французской территории до
полной уплаты возмещения в пять миллиардов, которых
потребовала страна-победительница, не подвергавшаяся
вторжению, не испытавшая никаких разрушений от войны
и, однако, отнявшая у побежденных две провинции»1.
1 История дипломатии. Т. 3. С. 255.
187
Мировое хозяйство между двумя войнами
В новой французской ноте от 20 августа 1923 года Пу-
анкаре перечислял систематические нарушения Германией
версальских обязательств. «Репарационная комиссия, – гла-
сила нота, – посвятила двадцать три заседания добросовест-
ному выслушиванию тридцати двух экспертов, назначен-
ных Германией. Лишь после этой долгой работы, 27 апреля
1921 года, она определила репарационный долг Германии. К
1 мая 1921 года он исчислялся в размере 132 млрд золотых
марок»1. Французский президент пытался обличить Герма-
нию в лукавстве и стремлении ускоренными по сравнению
с Францией темпами восстанавливать свою экономику за
счет тех самых денег, которые надо выплачивать Парижу. В
частности, как отмечалось в ноте, Германия «вновь соору-
дила огромный торговый флот, в настоящий момент кон-
курирующий в водах Америки с флотом Англии и с нашим
флотом; она прорыла каналы, развила телефонную сеть;
короче говоря, она предприняла всевозможные работы, ко-
торые Франция ныне должна откладывать»2. По подсчетам
экономиста Маультона, Германия внесла к началу 1923 года
всего 25–26 млрд золотых марок, т. е. менее 1/5 той суммы,
которая была зафиксирована Репарационной комиссией на
1 мая 1921 г. Из них 16 млрд составляла стоимость герман-
ской собственности за границей и только 9,5 млрд были изъ-
яты из национального богатства страны. В эту сумму вхо-
дили и натуральные поставки стоимостью 1,6 млрд марок.
Наличными деньгами Германия внесла только 1,8 млрд.3
Умышленное расстройство бюджета, изъятие крупной про-
мышленности из налогового обложения, злостное уклоне-
ние от платежей – все это характеризовало нарушения со
стороны Германии репарационных обязательств. Вместе с
тем, как отметил и Ллойд-Джордж (который в 1923 г. уже
1 «Германские репарации и доклад комитета экспертов». Собр. докумен-
тов. Гиз, 1925. С. 17.
2 Там же.
3 Маультон Т. Т. Платежеспособность Германии. – М.-Л., 1925.
188
В. Ю. Катасонов
был в оппозиции по отношению к официальному Лондону)
в своей книге «Мир ли это?», Германия сознательно стре-
милась нанести материальный ущерб союзникам и, в част-
ности, воспрепятствовать восстановлению французской и
бельгийской промышленности после войны. Лавируя, ма-
скируясь и обманывая общественное мнение Европы, как
полагал бывший английский премьер, империалистическая
Германия накапливала силы, чтобы вновь стать угрозой
миру. Что ж, в данном случае Ллойд-Джордж проявил не-
заурядное политическое чутье.
Восьмимесячное пассивное противостояние Герма-
нии франко-бельгийской оккупации Рура закончилось
тем, что официальный Берлин опубликовал 26 сентября
1923 года декларацию, в которой призвал население стра-
ны прекратить сопротивление. Это была капитуляция
Берлина. Ситуация в Германии осенью 1923 года продол-
жала накаляться, забастовки стали перерастать в револю-
ционные восстания под флагами социализма (особенно в
Саксонии и Тюрингии). С большим трудом правительству
удалось подавить революционные выступления.
Париж ликовал после сентябрьской капитуляции
Германии. Однако репарации так и не начали поступать
союзникам. Это была пиррова победа Парижа. Брожение
в Германии полностью преодолеть не удалось. Франция
вносила в это свою немалую лепту.
В частности, Парижем негласно поддерживались сепа-
ратистские настроения в Руре, Баварии и Рейнской области.
Сепаратистам Рейнской области удалось даже провозгла-
сить «независимую Рейнскую республику»1. Что касается
1 Многие предприятия Рейнской области и раньше имели более тесные
отношения с Францией, чем с Германией. После оккупации Рура они оказа-
лись изолированными от германского рынка и стремились адаптироваться
к новым условиям. На сближение с Францией рейнских промышленников
толкал также страх перед революционным движением в Германии. 21 октя-
бря 1923 г. сепаратисты провозгласили «независимую Рейнскую республи-
ку». Париж немедленно уведомил верховного комиссара Рейнской области
о признании временного правительства Рейнской республики.
189
Мировое хозяйство между двумя войнами
сепаратистов Баварии, то они рассчитывали на то, что вы-
ход из Германии либо позволит им уйти из-под бремени ре-
парационных обязательств, либо получить международный
заем для их погашения (подобно тому, как такой заем суме-
ла получить Австрия). В середине октября 1923 года Бава-
рия фактически отделилась от Германии. Кстати, именно
в Баварии 8 ноября 1923 года произошел так называемый
«пивной путч» (попытка захвата власти штурмовыми фа-
шистскими отрядами), который был тогда быстро подавлен.
Пуанкаре заявил, что французское правительство не счи-
тает себя обязанным охранять германскую конституцию
и единство Германии. Пуанкаре напомнил о «священном
принципе» самоопределения наций, которому он следует,
не имея оснований «противодействовать очевидному жела-
нию населения учредить автономное государство»1
Лондон был сильно раздражен таким поведением
Парижа, которое могло сделать дальнейшее развитие со-
бытий в Германии и во всей Европе неконтролируемым.
Раскол Германии на отдельные автономии не входил в пла-
ны Лондона, так как нарушал баланс сил на континенте
в пользу Франции. «Развал Германии, – говорил Керзон,
это исчезновение должника. Франция заверяла нас, что по
окончании пассивного сопротивления начнутся перегово-
ры между союзниками. Их нет. Англия поступилась бы
частью своих требований, если бы это обеспечило воз-
можность соглашения; но так как соглашение невозможно,
то требования Англии остаются в силе»2.
Подготовка «плана Дауэса»
Осенью 1923 года решение проблемы репараций вы-
шло на новый уровень. Лондон усмотрел в усиливавшемся
1 История дипломатии. Т. 3. С. 265–266.
2 Там же. С. 262.
190
В. Ю. Катасонов
хаосе в Германии угрозу всей Европе, в том числе Велико-
британии. 12 октября Лондон сделал официальное обра-
щение к своему заокеанскому партнеру – США – с предло-
жением провести международную встречу по репарациям
при обязательном участии Вашингтона. В обращении от-
мечалось, что следует вернуться к ноте государственного
секретаря США Юза (декабрь 1922 г.), где предлагалось
посредничество Вашингтона в урегулировании репара-
ционного вопроса. В обращении Лондона также акценти-
ровалось внимание на том, что решение репарационной
проблемы окажет самое непосредственное влияние на
способность европейских союзников погашать перед США
свои обязательства по военным займам и кредитам.
Между тем положение Франции после введения ок-
купационных войск на территорию Рура продолжало
ухудшаться. Репараций не было, Германия находилась в
полной разрухе, гиперинфляция полностью парализовала
немецкую экономику. В то же время французские расхо-
ды на оккупацию оказались весьма ощутимыми. К осени
1923 года они достигли 1 миллиарда франков. Началось
падение курса франка, которое не удалось остановить уве-
личением налогов, предложенным Пуанкаре. К тому же
осенью английские банки выбросили на рынок большое
количество франков, что еще более опустило курс фран-
цузской валюты.
Пуанкаре в этой ситуации пришлось согласиться с
англо-американской инициативой созыва международ-
ного комитета по репарациям. Комитет – компромиссное
решение между двумя крайними вариантами: отказом от
каких-либо совместных поисков решения репарационного
вопроса и проведением полномасштабной международной
конференции. Последнего Пуанкаре боялся. А вот комитет
экспертов его устраивал. Тем более, что была договорен-
ность с союзниками, что комитет будет подчиняться Ре-
парационной комиссии, которая находилась под полным
191
Мировое хозяйство между двумя войнами
контролем французов (на тот момент времени комиссию
возглавлял Луи Барту).
Первоначально предполагалось, что будет один коми-
тет экспертов, который будет заниматься оценкой платеже-
способности Германии. Однако в первоначальные планы
были внесены коррективы. В конце ноября 1923 года Репа-
рационная комиссия постановила образовать два комитета
(фактически – подкомитета) экспертов: 1) по стабилизации
германской марки и уравновешиванию государственного
бюджета Германии; 2) по возвращению в Германию эми-
грировавших капиталов.
В конце 1923 года в Вашингтоне в Белый дом пришел
новый президент Кулидж (заместив внезапно умершего
Гардинга). Кулидж в своем послании Конгрессу 6 декабря
прямо заявил о готовности Вашингтона участвовать в уре-
гулировании репарационного вопроса, поскольку от него
напрямую зависит способность европейских стран (пре-
жде всего Великобритании и Франции) выплачивать долги
Соединенным Штатам. Активное вмешательство Вашинг-
тона привело, наконец, к тому, что работа международно-
го комитета экспертов по репарациям началась. Заседания
комитета проходили в Лондоне в период с 14 января по
9 апреля 1924 года. Председателем первого подкомитета
(где и сосредоточилась основная работа всего комитета)
был избран американец Чарльз Дауэс, бывший адвокат,
ставший в годы войны генералом. Дауэс был связан с бан-
ковскими кругами (группа Моргана). Особый интерес к
стабилизации немецкой марки проявляли именно США
и Великобритания. Американский капитал рассматривал
Германию как потенциально важную сферу инвестиций,
но такие инвестиции нуждаются в стабильной националь-
ной валюте. Великобритания проявляла беспокойство по
той причине, что падающая марка помогала стимулиро-
вать немецкий экспорт. Германские товары на мировых
рынках оказывались более конкурентоспособными по
192
В. Ю. Катасонов
сравнению с английскими. На заседаниях комитета за-
слушивались президент германского Рейхсбанка Шахт и
министр финансов Германии Лютер.
Решения комитета были оформлены в виде доку-
мента «Доклад экспертов», которые в дальнейшем стали
называться «планом Дауэса». Одним из основных по-
ложений указанного плана был вывод о необходимости
восстановления финансового и экономического единства
Германии как условия стабилизации марки. Было реко-
мендовано организовать международный заем Германии
на сумму 800 млн марок в целях укрепления марки. Были
также намечены некоторые виды обеспечений займа – та-
моженные пошлины, акцизы, наиболее доходные статьи
государственного бюджета. Было рекомендовано Репа-
рационной комиссии учредить акционерное общество, к
которому должны на 40 лет перейти все железные дороги
Германии. Все функции денежной эмиссии в Германии
должны были перейти к банку, контролируемому союз-
никами. Впрочем, под контроль союзников ставилась вся
экономика Германии.
Подробно были расписаны источники репарационных
выплат. Они должны были обеспечиваться за счет дохо-
дов, получаемых от специально выпускаемых облигаций.
Предприятия тяжелой промышленности должны были вы-
пустить облигаций на сумму 5 млрд марок, а акционерное
общество железных дорог – 11 млрд марок. Доходность
облигаций была определена в 6 % годовых. Это означа-
ло, что держатели облигаций могли каждый год получать
почти 1 млрд марок (точно – 960 млн марок). Еще одним
важным источником репарационных платежей должны
были стать налоги, причем преимущественно косвенные,
которые оплачивались почти исключительно населением.
Против использования прямых налогов на компании был
выдвинут аргумент, что они могут помешать восстановле-
нию немецкой экономики.
193
Мировое хозяйство между двумя войнами
Итак, «план Дауэса» предполагал восстановление эко-
номики Германии в той мере, которая необходима для того,
чтобы она могла выполнять свои репарационные обязатель-
ства. Видимо, союзники (США и Великобритания) пришли
к осознанию того факта, что без внешней финансовой помо-
щи Германия не будет способна на уплату репараций. Ина-
че говоря, истощенную корову надо было сначала немного
подкормить, а уже потом начинать ее доить. По существу,
«план Дауэса» был победой англо-американского блока над
Францией. Он заставил Париж отказаться от методов «пря-
мого действия», едва не убивших германскую «корову» и не
приведших Европу к новой войне.
Союзников смущал такой момент, как возможное
усиление конкуренции со стороны германских товаров на
мировых рынках. Никто из них не желал потесниться. И
тут союзники оказались достаточно единодушны в том,
что внешнеэкономической «отдушиной» Германии дол-
жен стать советский рынок. Хитроумность «плана Дауэса»
заключалась в том, что он не только снимал «давление»
Германии на традиционные рынки, где обосновались со-
юзные государства, но также был направлен на выгодное
союзникам решение «русского вопроса». Поток немецких
товаров на рынок Советского государства, по замыслу ав-
торов плана, был бы надежной гарантией того, что СССР
останется экономически слабой страной. Немецкая конку-
ренция, по замыслу авторов «плана Дауэса», должна была
нейтрализовать любые попытки Москвы создать сильную
и независимую экономику.
Лондонская конференция 1924 года
и принятие «плана Дауэса»
«Доклад экспертов», появившийся на свет в апреле
1924 года еще не имел статуса документа, являющегося
194
В. Ю. Катасонов
руководством к действию. Его надо было утвердить на
высшем межгосударственном уровне. Окончательное со-
гласование и утверждение «плана Даэуса» происходило
на Лондонской конференции в июле-августе 1924 года.
На этой встрече было много новых лиц. Великобританию
представлял новый премьер Джеймс Макдональд (пер-
вый в истории страны премьер от партии лейбористов),
который пришел к власти в январе 1924 года, сменив Бол-
дуина. Во Франции в мае 1924 года на смену Пуанкаре
пришел премьер Эдуард Эррио, который возглавил пра-
вительство так называемого «левого блока» (радикалы
и социалисты).
Итоги Лондонской конференции сводились к тому,
что «план Дауэса» был после некоторых уточнений при-
нят. Конференция отвергла метод самостоятельных (од-
носторонних) решений репарационных вопросов Фран-
цией. Было принято решение о том, что Франция выводит
оккупационные силы с территории Германии в течение
года1. Экономический контроль Франции над предпри-
ятиями Рура (хозяйственная оккупация) снимается не-
медленно. Участники конференции договорились, что в
дальнейшем не будут прибегать к методам военных ок-
купаций (интервенций), сохранялась возможность лишь
хозяйственной оккупации. Все репарационные платежи и
поставки натурой (прежде всего поставки угля) осущест-
вляются впредь под контролем союзников. Создаваемый
в Германии эмиссионный банк и акционерное общество
железных дорог находится под контролем иностранного
комиссара. Было принято решение об организации займа
на сумму 800 млн марок при участии американских и ан-
глийских банков. «Планом Дауэса» устанавливалось, что
в 1924 году Германия выплачивает репарации на сумму
в 1 млрд золотых марок. К 1928 году размер выплат дол-
жен достичь 2,5 млрд. Однако общая сумма репарацион-
1 Действительно, к концу лета 1925 года Франция свои войска вывела.
195
Мировое хозяйство между двумя войнами
ных платежей и крайние сроки их уплаты названы так
и не были1.
Примечательно, что именно со времени Лондонской
конференции 1924 года США стали выступать в качестве
активного арбитра в англо-французских отношениях2.
Американская пресса констатировала, что с этого момен-
та началось возрождение Европы под руководством США.
Английская и американская пресса также сравнивала до-
говоренности, достигнутые на Лондонской конференции
в августе 1924 года, с Версальским мирным договором.
Союзники очень рассчитывали, что после этих договорен-
ностей в Европе наконец-то наступит долгожданный мир
и стабильность. 29 августа 1924 года рейхстаг ратифици-
ровал «план Дауэса». Договор, подписанный в Лондоне,
вступил в силу с 1 сентября 1924 года.
Конференция в Локарно
и окончательное закрепление
американского влияния в Европе
Французская доктрина «экономических репрессий
против Германии» была заменена англо-саксонской кон-
цепцией «восстановления германской экономики». Успех,
достигнутый Соединенными Штатами на Лондонской
конференции (установление своего контроля над Гер-
манией и Европой), был закреплен в октябре 1925 года в
швейцарском городе Локарно. Там открылась междуна-
1 Что касается суммы, то, видимо, по умолчанию оставалась первоначаль-
но утвержденная на Лондонской конференции 1921 г. сумма в 132 млрд
марок. Однако ряд участников конференции уже склонялся к тому, чтобы
снизить первоначальную сумму. Поскольку консенсуса по поводу общей
суммы не было достигнуто, то в документах конференции данный вопрос
был аккуратно обойден стороной.
2 В частности, была создана арбитражная комиссия, в которую могла об-
ращаться Германия по вопросам репарационных платежей и поставок. Ре-
шающий голос в этой комиссии имел представитель США.
196
В. Ю. Катасонов
родная конференция с участием Англии, Франции, Гер-
мании, Италии, Бельгии, Польши и Чехословакии. Цели
конференции определил госсекретарь США Ф. Келлог:
«Конференция в Локарно, естественно, следовала за ра-
ботой комитета Дауэса»1. Основным документом Локарн-
ской конференции был Рейнский пакт – общий гаран-
тийный договор между Германией, Бельгией, Францией,
Италией и Великобританией, который предусматривал
неприкосновенность германо-французской и германо-
бельгийской границ, как они были определены Версаль-
ским мирным договором 1919 года, а также обязательство
Германии, Франции и Бельгии не нападать друг на друга.
В обмен на дополнительные политические и юридические
гарантии безопасности Франция фактически отказалась
от своего влияния в Восточной Европе в пользу Герма-
нии. Страны «Малой Антанты»2 стали открыты для до-
ступа Германии, что, в свою очередь, обеспечивало к ним
доступ Соединенных Штатов. Кроме того, Франция утра-
тила возможность оказывать нажим на Германию через
страны «Малой Антанты».
Локарнский гарантийный договор вступал в силу по-
сле того, как Германия становилась членом Лиги Наций,
что произошло в сентябре 1926 года. Хотя США формаль-
но не принимали участия в работе конференции, они ру-
ководили и направляли ее работу. По этому поводу лидер
Компартии Германии Тельман отмечал: «Американские
банкиры не участвуют в Локарно официально. Но амери-
канский финансовый капитал, рассматривающий Европу
как большую колонию, весьма деятельно сотрудничал при
осуществлении Локарно. Представители американского
финансового капитала недвусмысленно дали понять, чего
американский империализм желает в Локарно»3.
1 Congressional Record. Vol. 67. Part 1. – Washington, 1926. P. 906.
2 Польша, Чехословакия, Румыния, Югославия, Греция.
3 Thalmann E. Lokarno der neue Krigpakt. Berlin, 1925. S. 4.
197
Мировое хозяйство между двумя войнами
Реализация «плана Дауэса» и установление англо-
саксонского контроля над экономикой Германии
Благодаря «плану Дауэса» Веймарская республика1
стала способна выплачивать хоть какие-то репарации. За
период действия «плана Дауэса» с 1924 по 1929 год Гер-
мания выплатила в счет репараций свыше 10 млрд марок.
Державы-победительницы смогли вернуть полученные от
США военные кредиты. Одновременно происходила ак-
тивная накачка германской экономики кредитами. За пер-
вый год реализации «плана Дауэса» Германии пришлось
самостоятельно выплатить лишь 200 млн золотых марок,
остальное было покрыто кредитами. До 1929 года преи-
мущественно из США в Германию поступило кредитов на
сумму в 21 млрд марок. Это были почти исключительно
американские и английские деньги. В Соединенных Шта-
тах 10 октября 1924 года в течение 12 минут была проведе-
на подписка на германский заем для стабилизации марки,
которая дала сумму, гораздо большую, чем 800 млн марок,
предусмотренные по плану. По подсчетам германского
автора В. Линка, только за 5 лет (1924–1929 гг.) Германия
получила из США 135 краткосрочных займов на сумму
15 млрд долл. Один из исполнителей «плана Дауэса», гер-
манский банкир Шахт, в 1929 году отмечал: «Германия за
5 лет получила столько иностранных займов, сколько их
получила Америка за 40 лет, предшествовавших Первой
мировой войне»2. Некоторые историки говорят, что «план
Дауэса» фактически ликвидировал репарации. Действи-
тельно, сумма поступивших кредитов была в два с лиш-
1 Принятое в историографии название Германии в период 1919–1933 гг.
Происходит от названия города Веймар, где 31 июля 1919 г. Национальным
учредительным собранием была принята новая конституция страны.
2 Цит. по: Колонтаев К. В. Как американские банкиры развязали Вторую
мировую войну // Сайт «Война и мир» // 13.04.2009 (Интернет.
Режим досту-
па: http://www.warandpeace.ru/ru/analysis/view/34556/)
198
В. Ю. Катасонов
ним раза больше репарационных платежей за тот же пе-
риод времени. Фактически репарации оплачивались не из
внутренних, а внешних источников.
Вслед за кредитами пошли частные инвестиции,
преимущественно американские. «План Дауэса» рас-
сматривался достаточной гарантией ввоза капиталов в
Германию. США начали инвестировать свои капиталы,
и только за период 1924–1926������������������������� ������������������������годов направили в Герма-
нию 24–26 млрд марок (около 5 млрд дол.). В Германию
направлялось 18 % всех экспортных капиталов США1.
Советский исследователь американо-германских отноше-
ний в период действия «плана Даэуса» В. Постников пи-
шет: «К середине 1930 г. в германскую промышленность
в форме долгосрочных и краткосрочных займов было вло-
жено 27 млрд марок иностранного капитала, 70���������� ���������% которо-
го принадлежало американским фирмам»2.
Одним из важных направлений деятельности амери-
канских монополий было финансирование частных гер-
манских компаний, с которыми американский капитал
успешно сотрудничал до войны. Это дало возможность
германской промышленности полностью переоснастить
свою материальную базу и создать базу для будущего
восстановления военного производства. При этом в Гер-
манию были проданы технологии, обеспечивающие воен-
ное производство, а американские промышленники были
владельцами большинства предприятий. В 1929 году
германская промышленность принадлежала различным
американским компаниям. «Стандарт Ойл» (Рокфеллеры)
контролировала германскую нефтеперерабатывающую
промышленность и производство синтетического бензи-
на из угля. Моргану принадлежала химическая промыш-
ленность, концерн «И. Г. Фарбенидустри». Через амери-
1 История Великой Отечественной войны. В 6 т. Т. 1. С. 4.
2 Постников В. В. США и дауэсизация Германии. – М., 1957. С. 121.
199
Мировое хозяйство между двумя войнами
канскую компанию связи «ИТТ» контролировалось 40 %
телефонной сети Германии и 30 % акций авиастроитель-
ной фирмы «Фокке-Вульф». Через «Дженерал электрик»
Морган контролировал германскую радио- и электротех-
ническую промышленность концернов «АЭГ», «Сименс»,
«Осрам». Через «Дженерал моторз» контролировался кон-
церн «Оппель». В 1929 году в Кельне начато строитель-
ство завода «Форда». К моменту прихода Гитлера к власти
под полным контролем американского финансового ка-
питала находились такие ключевые отрасли германской
промышленности, как: нефтепереработка и производство
синтетического горючего, химическая, автомобилестрои-
тельная, авиационная, электротехника и радиоприборо-
строение, значительная часть машиностроения. Всего
278 фирм и концернов, а также ключевые банки, такие
как «Дойче банк», «Дрезднер банк», «Донат банк» и ряд
других1. Оценивая итоги «плана Дауэса», американский
исследователь Р. Эпперсон сказал: «Без капиталов, предо-
ставленных Уолл-стрит, не существовало бы Гитлера и
Второй мировой войны»2. Оценка роли «плана Дауэса» в
восстановлении военно-экономического потенциала Гер-
мании и подготовки войны дается во многих зарубежных
и отечественных работах.
В результате принятия «плана Дауэса» образовался
зловещий порочный круг: получая финансовые средства
у США, Германия из них уплачивала репарации странам-
получателям, те, в свою очередь, за счет их должны были
погашать свои долги Соединенным Штатам, а они из этих
средства финансировали Германию. В итоге получалось,
что все деньги оставались в Германии, и на них шло воз-
рождение ее промышленности, особенно военной.
1 Эпперсон Р. Невидимая рука. Пер. с англ. 2-е изд. – СПб., 1999. С. 294.
2 История Великой Отечественной войны. В 6 т. Т. 1. С. 34–35, История
Второй мировой войны. В 12 т. Т. 1. С. 112, 183; Т. 2. С. 344.
200
В. Ю. Катасонов
«План Даэуса» и СССР
И. Сталин сразу же раскусил антисоветскую сущность
«плана Дауэса». В своем докладе на XIV съезде ВКП(б)
18 декабря 1925 года он отмечал: «“План Дауэса”, состав-
ленный в Америке, таков: Европа выплачивает государ-
ственные долги Америке за счет Германии, которая обяза-
на Европе выплатить репарации, но так как всю эту сумму
Германия не может выкачать из пустого места, то Германия
должна получить ряд свободных рынков, не занятых еще
другими капиталистическими странами, откуда она мог-
ла бы черпать новые силы и новую кровь для выплачива-
ния репарационных платежей. Кроме ряда незначительных
рынков, тут Америка имеет в виду наши российские рынки.
Они должны быть, по “плану Дауэса”, предоставлены Гер-
мании для того, чтобы она могла кое-что выжать и иметь
из чего платить репарационные платежи Европе, которая, в
свою очередь, должна выплачивать Америке по линии госу-
дарственной задолженности»1. Характеризуя «план Дауэса»
в той части, которая касалась нашей страны, Сталин назвал
его «решением без хозяина». «Почему? Потому, что мы во-
все не хотим превратиться в аграрную страну для какой бы
то ни было другой страны, хотя бы для Германии. Мы сами
будем производить машины и прочие средства производ-
ства. Поэтому рассчитывать на то, что мы согласимся пре-
вратить нашу страну в аграрную в отношении Германии,
рассчитывать на это – значит рассчитывать без хозяина. В
этой части «план Дауэса» стоит на глиняных ногах»2.
У авторов «плана Дауэса» произошел серьезный сбой
в ходе его выполнения. Во второй половине 1920-х годов
в СССР началась подготовка к индустриализации, а офи-
циальный старт ей был дан в 1929 году. Главной целью со-
1 XIV съезд ВКП(б). Стенографический отчет. – М.-Л., 1926. С. 13–14.
2 Там же.
201
Мировое хозяйство между двумя войнами
ветской индустриализации было обеспечение полной са-
модостаточности страны, минимизация или даже полное
прекращение импорта из стран Запада, в первую очередь,
Германии. Англо-американский империализм почувство-
вал эту угрозу «плану Дауэса» уже вскоре после Лондон-
ской и Локарнской конференций. Западом были сделаны
попытки предотвратить подготовку и реализацию планов
индустриализации. Одним из методов противодействия
было законспирированное содействие созданию и усиле-
нию влияния так называемой «новой оппозиции» внутри
партии большевиков (Зиновьев, Каменев и др.), а немного
позднее «правой оппозиции» (Бухарин). Однако сопротив-
ление «новой оппозиции» и других оппозиционных сил
внутри партии и государства было сломлено, а индустриа-
лизация проведена1.
На пути к новому репарационному плану
Как мы отметили выше, после запуска «плана Дауэса»
германская экономика начала быстро развиваться. Была
стабилизирована немецкая марка, происходила техниче-
ская реконструкция промышленности, активизировался
экспорт. Уже в 1927 году германский экспорт превысил
довоенный уровень. Вместе с укреплением экономики на-
блюдалось политическое укрепление Германии. Правящие
круги страны все более настойчиво добивались понижения
годовых репарационных выплат и поставок и определе-
ния фиксированной суммы репарационных обязательств.
В качестве главного защитника своих интересов Германия
стала воспринимать Соединенные Штаты, ибо в герман-
ской экономике быстро росли американские инвестиции.
Американский капитал не был заинтересован в чрезмер-
1 См.: Катасонов В. Ю. Экономика Сталина. – М.: Институт русской циви-
лизации, 2014.
202
В. Ю. Катасонов
ном обременении Германии репарациями. Помимо репа-
рационного вопроса, актуальным для Берлина был также
вопрос об оккупации союзниками Рейнской области. Эта
мера, предусмотренная Версальским мирным договором,
рассматривалась в качестве гарантии выплаты репараций
и демилитаризации Германии.
Осенью 1928 года германские послы в Великобри-
тании, США, Франции, Италии, Бельгии и Японии об-
ратились к правительствам этих стран с предложением
сформировать комиссию экспертов для окончательного
и полного урегулирования репарационного вопроса. Это
должны были быть «независимые эксперты», причем среди
них обязательно должен быть представитель США. Берлин
обосновывал это тем, что Соединенные Штаты не были
«бенефициаром» репарационных платежей Германии.
В декабре 1928 года правительства Англии, Бельгии,
Италии, Франции и Японии опубликовали официальное
сообщение об учреждении комитета экспертов по репара-
ционному вопросу. Первое заседание комитета состоялось
в феврале 1929 года. В состав его вошли 14 экспертов – по
два от Франции, Великобритании, Италии, Японии, Бель-
гии, США и Германии. Председателем комитета был из-
бран американский эксперт Оуэн Юнг. Он был известным
банкиром, участвовал в разработке «плана Дауэса». Юнг,
пользуясь статусом председателя, проводил следующую
мысль: выплаты репараций Германией отдельным стра-
нам должны точно соответствовать их выплатам по во-
енным кредитам и займам. Поскольку кредиты и займы
были почти исключительно американскими, то Германия
фактически должна была погашать обязательства Евро-
пы (преимущественно Великобритании и Франции) перед
Америкой. Такой подход фактически означал достаточно
заметное снижение ежегодных репарационных платежей
Германии (2,5 млрд марок).
203
Мировое хозяйство между двумя войнами
Гаагская конференция 1929–30-х годов
и принятие «плана Юнга»
Комитет экспертов подготовил необходимые реко-
мендации, которые затем были вынесены на обсуждение
Гаагской конференции по репарациям 1929–1930-х годов.
Указанная конференция проходила в два этапа (две сессии):
с 6 по 31 августа 1929 г. и с 3 по 20 января 1930 года. На пер-
вой сессии присутствовали следующие страны: Бельгия,
Великобритания, Германия, Греция, Италия, Польша, Пор-
тугалия, Румыния, Франция, Чехословакия, Югославия и
Япония. На второй сессии к ним присоединились Австрия,
Болгария и Венгрия. Основные баталии, как всегда, развер-
нулись между делегациями Великобритании и Франции.
В частности, Лондон настаивал на том, чтобы свернуть
репарации в натуральной (товарной) форме, так как соот-
ветствующие поставки из Германии сдерживали англий-
ский экспорт (речь шла, прежде всего, об угле). Кроме того,
спор велся по поводу той части репарационных платежей,
которые следует считать безусловными (т. е. платежей, по
которым никаких отсрочек не допускается). Опять началась
распря по поводу процентного распределения репарацион-
ных платежей между странами-бенефициарами.
Хотя формально США не участвовали в работе кон-
ференции, однако они присутствовали на ней закулисно.
Именно США предложили сменить «план Дауэса» на но-
вый план, который был назван по имени председателя ко-
митета экспертов Юнга. Главным итогом работы Гаагской
конференции явилось принятие «плана Юнга»1.
«План Юнга» предусматривал сокращение общей
суммы репараций со 132 млрд марок (как это было опре-
1 Другим важным решением конференции было также соглашение о до-
срочном выводе (на 5 лет раньше срока, установленного Версальским мир-
ным договором 1919 г.) всех оккупационных войск из Рейнской области (не
позже 30 июня 1930 г.).
204
В. Ю. Катасонов
делено на Лондонской конференции в апреле-мае 1921 г.)
до 113,9 млрд марок, срок выплаты предусматривался в
59 лет, уменьшились ежегодные платежи. В 1931–1934 го-
дах сумма выплат должна была увеличиваться, начиная с
1 млрд 650 млн марок. В последующие 30 лет репарации
должны были выплачиваться по 2 млрд марок. В осталь-
ные 22 года объем ежегодных взносов последователь-
но уменьшался1.
Серьезным изменениям подвергся порядок взимания
репараций. «Система облигаций, установленная “планом
Дауэса”, отменялась. Впредь репарации должны были вы-
плачиваться только за счет прибылей железных дорог и
государственного бюджета. Отчисления из прибылей про-
мышленности отменялись. Отменялся также финансовый
контроль и контроль за народным хозяйством Германии.
Это было новым ударом по версальской системе. Герман-
ский империализм получал возможность тайным образом
осуществлять свои военные приготовления»2.
«План Юнга» фактически выполнялся лишь до сере-
дины 1931 года (т. е. менее полутора лет), а официально
был отменен в 1932 году3.
Банк международных расчетов –
детище «плана Юнга»
Одним из «долгоиграющих» последствий «плана
Юнга» стал Банк международных расчетов (БМР). На соз-
1 Подробнее см.: План Юнга и Гаагская конференция 1929–1930 гг. Доку-
менты и материалы. – М.- Л., 1931.
2 История дипломатии. Т. 3. С. 387–388.
3 «План Юнга» был фактически отменен 15 июля 1931 г., когда вступил в
силу объявленный американским президентом Гувером годовой мораторий
на выплаты репараций и межгосударственные выплаты по военным долгам
(к этому мораторию присоединились также европейские страны). Формаль-
но «план Юнга» был отменен на Лозаннской конференции в 1932 г.
205
Мировое хозяйство между двумя войнами
дании этого банка настаивали США еще во время работы
Репарационного комитета экспертов, а затем на Гаагской
конференции. Вашингтон стремился положить конец тому
положению, при котором Англия и Франция, пользуясь
отсутствием в «плане Дауэса» точно обусловленного по-
рядка международных расчетов (перевода валюты), могли
воздействовать на Германию путем давления или же обе-
щанием тех или иных льгот. Банк международных расче-
тов должен был занять место Репарационной комиссии. На
него возлагалось регулирование получения и распределе-
ния германских репарационных платежей и осуществле-
ние контроля над операциями по переводу иностранной
валюты из Германии за границу. Кроме того, этот банк
должен был провести секьюритизацию репарационных
выплат, т. е. оформить репарационные обязательства Гер-
мании в виде долговых бумаг немецкого казначейства1.
БМР родился на свет в 1930 году. Штаб-квартира бан-
ка – швейцарский город Базель. 15 июля 1931 года Герма-
ния в одностороннем порядке заявила о прекращении вся-
ких выплат по репарациям, сославшись на разразившийся
экономический кризис. Англосаксы, как ни удивительно,
отнеслись к заявлению Германии «с пониманием». Каза-
лось бы, БМР можно было закрывать. Однако банк про-
должал работать. Только финансовые потоки через БМР
пошли в обратную сторону. Речь идет, в первую очередь,
об американских, во вторую очередь, английских капита-
лах (кредитах и прямых инвестициях), которые направля-
лись в германскую экономику. Англосаксонские капиталы
фактически способствовали милитаризации Германии,
что нарушало условия Версальского мирного договора.
БМР стал частью глобального англосаксонского проекта
1 James H. The End of Globalization. Lesson from the Great Depression /
H. James. -Cambridge (Mass.): Harvard University Press, 2002. P. 40–41; Kindleberger
C. The World in Depression, 1929–1939 / C. Kindleberger. – Berkeley:
University of California Press, 1986. Р. 65–69.
206
В. Ю. Катасонов
по восстановлению военно-экономического потенциала
Германии и подготовке ее для войны против СССР.
БМР стал форпостом американского капитала в Ев-
ропе, связующим звеном между англосаксонским и гер-
манским капиталом, своеобразным «оффшором» космо-
политического капитала, обеспечивающим ему защиту
от различных политических ветров, войн, санкций и т. п.
Хотя БМР был создан как коммерческий публичный банк,
его иммунитет от правительственного вмешательства и
даже налогообложения как в мирное, так и в военное вре-
мя, был гарантирован международным договором, подпи-
санным в 1930 году в Гааге.
Главными инициаторами создания БМР выступали
финансовые олигархи мирового калибра: банкиры Фе-
дерального резервного банка Нью-Йорка из ближайшего
окружения Моргана, директор Банка Англии Норман Мон-
тегю, германские финансисты Гельмар Шахт (в то вре-
мя президент Рейхсбанка, а позднее нацистский министр
экономики, располагавший могущественными связями на
Уолл-стрит), Вальтер Функ (позднее сменил г. Шахта на
посту президента Рейхсбанка), Эмиль Пуль.
Учредителями БМР, подписавшими Устав банка, ста-
ли центральные банки Англии, Франции, Италии, Герма-
нии, Бельгии, а также ряд частных банков. Федеральный
резервный банк Нью-Йорка, который активно участвовал
в создании БМР, по политическим соображениям в со-
став учредителей не вошел. От США Устав БМР подпи-
сали частные банки «Фёрст нэшнл бэнк оф Нью-Йорк»,
«Д. П. Морган энд компани» и «Фёрст нэшнл бэнк оф
Чикаго» – все они входили в империю Моргана. Япония
также была представлена в БМР частными банками. В
1931–1932 годах к БМР присоединились 19 центральных
банков стран Европы.
Первым президентом БМР стал банкир из клана Рок-
феллеров Гейтс Макгарра. В 1933 году он покинул этот
207
Мировое хозяйство между двумя войнами
пост. Его сменил американец Леон Фрезер, ставленник
Морганов. В годы Второй мировой войны президентом
банка был опять-таки американец Томас Харрингтон Мак-
китрик1. О том, как БМР работал в интересах Третьего
рейха имеется достаточно много работ2.
Вот в частности, выдержка из свежей публикации в
германской прессе, раскрывающей суть этой «теневой ор-
ганизации»: «Нацистские сотрудники БМР, которые горди-
лись тем, что модернизировали международные финансовые
операции в ходе войны, были уполномочены продолжать в
том же духе: сперва пошла реализация плана Маршалла и
координация европейской “валютной змеи”, затем – под-
готовка к введению евро и учреждению Европейского
центрального банка (ЕЦБ), а также разработка законода-
тельного регулирования банковского дела и страхования
(Базельские конвенции I, II и III). Даже сегодня руководи-
тели крупных центральных банков регулярно встречаются
в Базеле, стараясь не привлекать внимания общественности
и критиков глобализации. Обсуждаются такие деликатные
вопросы, как “надзор” за финансовыми убежищами и “те-
невыми” банками от имени “большой семёрки”»3.
Конференция в Лозанне и прекращение
репарационных выплат
Однако разразившийся экономический кризис при-
вел к срыву «плана Юнга». Начался он с биржевой пани-
ки в октябре 1929 года и продолжался до 1932 года, а затем
1 Он находился на посту президента БМР с 1940 по 1947 г.
2 См., например: Хайэм Ч. Торговля с врагом. Пер. с англ. – М.: Прогресс,
1985; Гвидо Препарата. Гитлер, Inc. Как Британия и США создавали Третий
рейх. Пер. с англ. – М.: Поколение, 2007; Adam LeBor. The Tower of Basel: The
Shadowy History of the Secret Bank That Runs the World: The Inside Story of the
Central Bankers› Secret Bank. PublicAffairs,U.S. 2013.
3 Werner Rügemer. BIZ. Hitlers Kriegsbank // Junge Welt. 16.11.2014.
208
В. Ю. Катасонов
перерос в депрессию, которая тянулась до Второй мировой
войны. Начались массовые банкротства предприятий как в
США, так и в Европе. Численность безработных в странах
Запада выросла до 30 млн человек.
С начала 30-х годов ХХ века сменявшие друг дру-
га германские правительства все настойчивее требовали
полной отмены репарационных платежей, мотивируя это
возможным крахом германской экономики, а также комму-
нистической революцией в Германии, которую этот крах
неминуемо повлечет. Эти требования нашли понимание у
правительств великих держав. В середине 1931 года пре-
зидент США Герберт Гувер дал согласие на приостановку
репарационных платежей и платежей по займам и креди-
там сроком на один год. Европейские союзники поддержали
этот мораторий (правда, Франция очень неохотно). Открыв-
шаяся 20 июля 1931 года в Лондоне конференция премьеров
рекомендовала предоставить Германии долгосрочный заем
и назначить комиссию экспертов для обследования финан-
сового положения страны. В это время в Германии произо-
шло банкротство крупнейшей кредитной организации –
Данатбанка. Стали закрываться и другие банки. Платежи,
кредиты и выдача заработной платы германским рабочим и
служащим приостановились. Встревоженные судьбой сво-
их инвестиций американские и британские банки пошли на
новые уступки. Банк международных расчетов постановил
продлить на три месяца кредит в 100 млн долларов, предо-
ставленный Германии центральными банками Англии и
США. Комитет экспертов во главе с английским экономи-
стом Лейтоном констатировал невозможность для Герма-
нии возобновления репарационных платежей даже после
истечения годичного срока моратория Гувера. В январе
1932 года Германия в одностороннем порядке отказалась от
дальнейшей выплаты репараций.
Для окончательного решения вопроса с репарация-
ми была созвана международная конференция в Лозанне,
209
Мировое хозяйство между двумя войнами
которая закончилась подписанием 9 июля 1932 года со-
глашения о выкупе Германией за три миллиарда золотых
марок своих репарационных обязательств с погашением
выкупных облигаций в течение 15 лет. Лозаннский дого-
вор, или, как его называли, «Заключительный пакт», был
подписан Германией,
Францией, Англией, Бельгией, Ита-
лией, Японией, Польшей и британскими доминионами. Он
заменил собой все предыдущие обязательства по «плану
Юнга». Мы находим следующие подробности в таком ав-
торитетном источнике, как «Энциклопедия банковского
дела и финансов» (издана в США под редакцией Ч. Вул-
фела): «Лозаннская конференция в июне-июле 1932 года
аннулировала 90 % оцениваемой репарационной задол-
женности Германии, выдвинув взамен план, в рамках
которого Германия разместила в Банке международных
расчетов (БМР) облигации 5-процентного займа на 3 млрд
рейхсмарок (около 715 млрд дол.) для хранения там в тече-
ние трех лет с последующей свободной продажей. Вскоре
после этого… Германия объявила мораторий на переводы
репараций и приостановила выплаты внешних долгов на-
личными деньгами»1.
После прихода к власти в Германии в 1933 году Гит-
лера его правительство категорически заявило о прекра-
щении любых репарационных платежей. Более того, вско-
ре после установления фашистского режима в Германии
Берлин отказался в одностороннем порядке от выполне-
ния своих текущих обязательств по кредитам и займам,
перенеся их на неопределенное будущее2.
1 Статья «Долги военные» // Энциклопедия банковского дела и финансов.
Под ред. Ч. Вулфела. Пер. с англ. – М.: ЗАО «Издательский дом “Федоров”»,
2000 ( http://www.cofe.ru/finance/russian/5/296.htm)
2 По официальным немецким данным, сумма иностранной задолженности
Германии составляла на февраль 1933 г. около 19 млрд марок, в том числе
на краткосрочные кредиты приходилось 8,7 млрд, а долгосрочные креди-
ты – 10,3 млрд марок (Размеров В. В. Экономическая подготовка гитлеров-
ской агрессии (1933–1935 гг.). – М., 1958. С. 57).
210
В. Ю. Катасонов
Точных оценок того, сколько выплатила Германия
репараций за все годы, нет. Имеющиеся в литературе
оценки очень сильно разнятся. «Википедия» сообщает,
что Германией было выплачено от 12 до 44 млрд рейх-
смарок репараций1. Х. Меллер обращает внимание на то,
что официальные данные Веймарской республики силь-
но отличались от тех оценок, которые делали страны-
получательницы репараций. Общий заявленный пра-
вительством Веймарской республики объем сделанных
репарационных выплат составлял около 52 млрд рейхсмарок,
но на самом деле, как установили впоследствии
историки, было выплачено в общей сложности 25 млрд
рейхсмарок, из них 12 млрд – в форме денежной налич-
ности, остальное – в основном товарами. По данным
Х. Меллера, 11 млрд рейхсмарок было выплачено Герма-
нией в период с 1924 по 1931 год. Таким образом, получа-
ется, что больше половины репараций было уплачено еще
до принятия «плана Дауэса»2.
Учитывая большой разброс данных об общих суммах
выплаченных репараций, степень выполнения Германией
ее первоначальных обязательств, зафиксированных Репа-
рационной комиссией в мае 1921 года (132 млрд марок), мо-
жет быть оценена в диапазоне от 10 до 30 %.
Опуская многие детали, отметим, что даже после при-
хода к власти нацистов и их отказа от своих репарацион-
ных обязательств американо-германские экономические
отношения не были свернуты. Американский капитал не
ушел из Германии, он там оставался до начала Второй ми-
ровой войны и даже в ходе нее. Размеры американских ин-
вестиций в Германии к моменту событий в Перл-Харборе
(вступление США в войну с Германией) составляли при-
1 Экономика Третьего рейха // Википедия.
2 Меллер Х. Веймарская республика: Опыт одной незавершенной демо-
кратии. – М.: Российская политическая энциклопедия, 2010. С. 120–133.
211
Мировое хозяйство между двумя войнами
мерно 475 млн долларов. Инвестиции «Стандард ойл» оце-
нивались в 120 млн долл.; «Дженерал моторс» – 35 млн.;
ИТТ – 30 млн.; «Форд» – 17,5 млн долл.1
Но вернемся к проблеме германских репараций. Уже
после Второй мировой войны и образования в 1949 году
Федеративной Республики Германия главы МИД США,
Англии и Франции обязали ее возобновить выплату дол-
гов по Версальскому договору. В 1953 году, согласно Лон-
донскому договору, потерявшей часть территории Герма-
нии было разрешено не платить по процентам вплоть до
объединения.
В целом, к 3 октября 1990 года (когда произошло объ-
единение Германии) общая сумма долга и набежавших по
нему процентов была оценена в 240 млн марок (или при-
мерно 120 млн евро). Строго говоря, это были не прямые
репарационные платежи, а погашение долга по тем облига-
циям, которые Германия разместила в самом начале 1930-х
годов и за счет которых она тогда «закрыла» свои репа-
рационные обязательства. 240 млн марок правильнее на-
звать долгом, порожденным репарациями. Эту сумму ФРГ
выплачивала, в основном, частным лицам – держателям
старых ценных бумаг в счет того самого международного
займа. Чтобы погасить долги, Германии было отпущено
20 лет, для чего стране пришлось взять двадцатилетний
кредит в 240 млн марок. По истечении этого срока 4 октя-
бря 2010 года Немецкий федеральный банк произвел по-
следний платеж по денежным обязательствам, связанным
с репарациями, и таким образом эти обязательства были
Германией полностью исполнены. Впрочем, в случае,
если после последнего платежа 04.10.2010 обнаружатся
еще какие-либо держатели долговых немецких бумаг на-
чала 1930-х годов, их погашение может быть произведено
1 «Кто вырастил Гитлера?» // Эл. адрес (06.05.2013): http://blog.fontanka.ru/
posts/130802/; Хайэм Ч. Торговля с врагом. Пер. с англ. – М., 1985. С. 16–17.
212
В. Ю. Катасонов
до 2020 года. Таким образом, история репараций Первой
мировой войны оказалась растянутой на целый век1.
Завершая разговор о германских репарациях, отме-
тим, что, конечно же, материальные «дивиденды» побе-
дителей в Первой мировой войне не ограничились только
репарациями в виде денежных выплат и товарных поста-
вок. Кроме репараций, победители получили от Германии
следующие «трофеи»:
1. Территории самой Германии, которые отошли к
сопредельным государствам. Мы уже отмечали выше, что
основными «бенефициарами» по данному виду «трофеев»
оказались Польша и Франция.
2. Колонии и полуколонии Германии, которыми под
прикрытием мандатов Лиги Наций завладели Великобри-
тания, Франция, Бельгия, Япония, Новая Зеландия, Ав-
стралия, Южно-Африканская республика. Это территории
в Юго-Западной, Юго-Восточной, Центральной Африке,
регионе Тихого океана. Примечательно, что, кроме колоний
Германии, победители получили ряд провинций Османской
империи (Сирия, Ливан, Палестина, Транс-Иордания, Ме-
сопотамия, Ирак). Особенно значительно
расширились ко-
лониальные владения Англии и Франции2.
1 Почти через четыре года после того, как Германия объявила о послед-
ней выплате 4 октября 2010 года, возникло сомнение, что долговые во-
просы Первой мировой войны полностью «закрыты». Летом 2014 года в
СМИ появилось такое сообщение: «…в США недавно объявилась еще одна
маленькая фирма, утверждающая, что она обладает последним неопла-
ченным экземпляром облигации “золотого займа” 1931 года на сумму в
1 млн долларов США. Для проверки подлинности этой бумаги в Америку
на этой неделе выезжает группа немецких экспертов» // «Германия рассчи-
талась за Первую мировую» (20.06.2014) // Интернет.
Режим доступа: http://
conspiracytheory.mybb.ru/viewtopic.php?id=1396.
2 Напротив, деловые и политические круги США, Японии и Италии считали
распределение
мандатов несправедливым, не учитывающим реальное со-
отношение экономического и военно-политического потенциала ведущих
держав мира.
213
Мировое хозяйство между двумя войнами
3. Зарубежные активы германских компаний. Извест-
но, что в конце XIX – начале XX веков экспорт капитала из
Германии рос очень динамично. Накануне Первой мировой
войны по объему накопленных зарубежных инвестиций
Германия уже находилась на третьем месте после Велико-
британии и Франции. Общий объем зарубежных активов
немецкого капитала в 1914 году оценивался в 9 млрд долл.1
Почти все эти активы в ходе войны были конфискованы,
арестованы и даже национализированы странами Антан-
ты. Этот процесс был завершен по окончании войны2. Как
мы уже выше отмечали, конфискованные, арестованные и
национализированные активы германских компаний в ре-
парационных платежах не учитывались.
Глава 7
Проблемы военных и послевоенных
долгов Запада
Долги союзников Америке: до Генуи
На Генуэзской конференции все внимание было со-
средоточено на «русском вопросе», в том числе на вопросе
1 Для сравнения приведем данные по объему накопленных зарубежных
инвестиций в 1914 г. в других странах (млрд долл.): Великобритания – 17;
Франция – 12; США – 3. (Международные экономические отношения. Под ре-
дакцией доктора экономических наук, профессора, члена-корреспондента
РАЕН Е. Ф. Жукова. – М.: ЮНИТА-ДАНА, 1999).
2 Отметим, что в 1930 г. объем накопленных немецких инвестиций Герма-
нии за рубежом составлял всего 1 млрд долл. США к этому времени вышли
на первое место в мире по объему накопленных зарубежных инвестиций
(30 млрд долл.). Великобритания несколько увеличила свои зарубежные
активы (до 19 млрд долл.). А вот Франция серьезно ослабила свои позиции
(до 7 млрд долл.) («Международные экономические отношения». Под ре-
дакцией доктора экономических наук, профессора, члена-корреспондента
РАЕН Е. Ф. Жукова. – М.: ЮНИТА-ДАНА, 1999).
214
В. Ю. Катасонов
о долгах России перед своими союзниками. Создавалось
впечатление, что Россия своими заявлениями об отказе от
обслуживания и погашения внешних долгов довоенного и
военного времени представляла собой какое-то возмути-
тельное исключение из «железного правила» исполнения
обязательств. На конференции в Генуе союзники стара-
лись не затрагивать проблемы своих собственных внеш-
них долгов, которые были сопоставимы с внешним долгом
России. А главное, они не афишировали свое нежелание
платить по этим долгам.
Европейские страны были должны друг другу, но
эти чисто европейские долги были очень незначительны
на фоне долгов европейских стран Соединенным Штатам.
Кое-что в виде кредитов и займов Америка предоставила
европейцам еще до ее вступления в войну (это были поч-
ти исключительно частные кредиты)1. Однако основная
часть займов пошла в Европу с апреля 1917 года, когда Ва-
шингтон официально объявил войну Берлину. Это были
так называемые займы Свободы, которые выдавались Ми-
нистерством финансов США под 5 % годовых на 62 года.
Так как займы выдавало правительство США, то по сути
они в массе своей были оплачены рядовыми американца-
ми: их налогами и их покупкой военных облигаций госу-
дарственного займа. Годовой процент на последних был
от 3,5 % до 4,75 %, в зависимости от выпуска облигации
(всего выпусков было пять).
На момент окончания Первой мировой войны дол-
ги разных стран по военным займам США были равны
7,0 млрд долл. При этом на Великобританию приходилось
3,7 млрд, Францию – 2,0 млрд, Италию – 1,0 млрд, Россию –
1 Кредитование стран Антанты американскими банками осуществлялось
через посредничество финансового дома Моргана. Всего с октября 1915 г.,
когда Морган дал Великобритании и Франции заем в 500 млн дол., и до
апреля 1917 г. Морганы предоставили этим двум странам займов и кредитов
на сумму почти 1,5 млрд дол. (Джордан В. М. Великобритания, Франция и
германская проблема в 1918–1939 гг. Пер. с англ. – М., 1945. С. 52).
215
Мировое хозяйство между двумя войнами
0,2 млрд долл.1 После окончания войны США еще некото-
рое время (до 1921 года) продолжали предоставлять своим
союзникам займы для восстановления разрушенных эконо-
мик. Из послевоенных займов львиная доля пришлась на
Францию (44 %), Италию (19 %), Великобританию (18 %).
Примечательно, что некоторая часть послевоенных займов
(около 10 %) была предоставлена странам, которые в годы
войны входили в группу «центральных держав» (воевав-
шую на стороне Германии).
Всего начиная с 1917 года США выделили различным
странам мира около 10 млрд долларов на займы для покуп-
ки военной продукции и послевоенного восстановления.
Через некоторое время после подписания Версаль-
ского мирного договора в странах Европы возникло силь-
ное движение за аннулирование военных долгов. Это дви-
жение возглавила Франция, стремившаяся создать единый
фронт должников Соединенных Штатов и мотивировав-
шая их отказ от погашения военной задолженности тем,
что во время войны страны Антанты и их союзники вели
войну против общего врага. Европейские «отказники»
апеллировали к тому, что их экономики основательно ис-
тощены, основные фонды разрушены, количество людских
потерь высоко. Европейские страны небезосновательно
считали, что они имеют право на списание долгов также
потому, что они воевали 32 месяца до вступления США в
войну; к тому же прошел целый год, пока американские
солдаты стали появляться в Европе после официального
объявления Вашингтоном войны Германии.
Правительство Великобритании занимало более
осторожную позицию, боясь, что отказ от выплаты дол-
гов может ослабить фунт стерлингов на международном
финансовом рынке. Великобритания настаивала лишь на
том, чтобы ее выплаты по военным долгам были увяза-
1 Что произошло с американскими займами странам Антанты? // Интернет.
Режим доступа: http://vakhnenko.livejournal.com/48104.html
216
В. Ю. Катасонов
ны с выплатами ей немецких репараций. Как отмечается
в одном исследовании, определенные надежды на это Ва-
шингтон давал Лондону еще в годы войны: «…в неофи-
циальных беседах американские государственные мужи
всю войну и первые послевоенные годы заверяли своих
британских партнеров в том, что по окончании войны
долги этих стран Америка частично спишет, частично же
переложит тяжесть их выплат на плечи побежденных дер-
жав, увязав график погашения долгов стран-заемщиков
с графиком получения ими репарационных платежей от
Центральных держав. Гром грянул 4 марта 1920 года. В
этот день англичане получили ответ от министра финан-
сов США на послание своего министра финансов, отправ-
ленное 20 февраля того же года. В ответе говорилось при-
мерно следующее: «Если вы и дальше будете опаздывать
с выплатой процентов, вы больше не получите от нас ни
доллара. Нас не волнует то, что вам не платит Германия.
Вы от нее получили колонии в Африке, французам вер-
нули Эльзас и Лотарингию, а мы тоже воевали, и ника-
ких территорий не приобрели. Так будьте добры, платите,
что положено, включая причитающиеся нам проценты».
Тщетно премьер-министр Дэвид Ллойд-Джордж умолял
президента Вудро Вильсона пересмотреть условия вы-
плат. В своем письме, датированном 3 ноября 1920 года,
написанном в ответ на письмо Ллойд-Джорджа, президент
Вильсон написал примерно то же самое, что и его министр
финансов в мартовском письме»1.
В течение 1920–1921 годов Великобритания неодно-
кратно пыталась добиться согласия на полное или частич-
ное аннулирование военной задолженности, мотивируя
свои предложения необходимостью оздоровления финансо-
вой системы и преодоления экономического и финансового
1 «Полезная информация в связи с окончанием выплат репараций Пер-
вой мировой…» // Интернет.
Режим доступа: http://masterdl.livejournal.
com/569598.html
217
Мировое хозяйство между двумя войнами
кризиса. В ответ на это США согласились на временную
отсрочку погашения военных долгов, заявив, что позднее
американское правительство вернется к этому вопросу1.
После прихода к власти в 1921 году президента Гар-
динга отношение к проблеме европейских военных долгов
в Вашингтоне изменилось. Министерство финансов за-
просило Конгресс о предоставлении ему полномочий на
разрешение вопроса о межсоюзнических военных долгах.
Российский историк В. Аболмасов следующим образом
описывает выработку властями США решения по поводу
проблемы военных долгов Европы: «22 июня 1921 г. пре-
зидент представил финансовому комитету сената пред-
ложение об урегулировании межсоюзнических военных
долгов, подготовленное министерством финансов и но-
сившее название Акт о праве фундировать2 обязательства
иностранных государств Соединенным Штатам. После
продолжительной дискуссии вокруг билля, внесенного
20 августа 1921 г. председателем финансового комитета се-
ната Пенроузом и конгрессменом Фордни о предоставле-
нии министру финансов полномочий разрешить вопрос об
условиях погашения военных долгов, Конгресс 9 февраля
1922 г. создал так называемую комиссию по фундирова-
нию долгов мировой войны. В нее вошли: министр фи-
нансов США Э. Меллон, ставший главой этой комиссии,
государственный секретарь Ч. Хьюз, министр торговли
Г. Гувер, сенаторы Рид и Смут, конгрессмен Бартон. Ко-
миссия, составленная только из республиканцев, должна
была в течение трех лет разрешить вопрос об условиях
погашения долгов иностранных правительств Соединен-
ным Штатам. Позднее срок ее полномочий был продлен
еще на два года. Период погашения долгов не должен
1 Джордан В. М. Великобритания, Франция и германская проблема в 1918–
1939 гг. Пер. с англ. – М., 1945. С. 57.
2 Слово «фундирование» (��������������������������������������������funding�������������������������������������) означает переоформление краткосроч-
ных долгов в долгосрочные долги. Фактически имеется в виду отсрочка в
погашении долговых обязательств. – Прим. В.К.
218
В. Ю. Катасонов
был превышать 25 лет, а ежегодный процент погашения
не должен быть меньше 4,25 %. После создания комиссии
министр торговли США Г. Гувер, государственный секре-
тарь Ч. Хьюз и министр финансов Э. Меллон потребовали,
чтобы страны-должники приступили к погашению своей
задолженности Соединенным Штатам»1. Это произошло
как раз накануне Генуэзской конференции.
Долги союзников Америке: после Генуи
К ноябрю 1922 года общая задолженность ино-
странных правительств Соединенным штатам достигла с
неоплаченными процентами 11,6 млрд долларов. Из них
Великобритания задолжала 4,7 млрд долларов, Франция –
3,8 млрд, Италия – 1,9 млрд, Бельгия – около 0,5 млрд2.
Вместе с другими видами капиталовложений экономиче-
ская поддержка, оказанная США европейским странам,
выразилась в сумме почти 20 млрд долларов; погашение
этого огромного долга хотя бы по 400 млн в год должно
было растянуться на десятки лет. Таким образом, в ре-
зультате войны крупнейшие страны Европы оказались
данниками Соединенных Штатов, по крайней мере, на
два поколения3.
Прошел еще один год после Генуи, а между тем ни
одна страна-получатель кредита так и не начала выплаты.
Американское правительство настоятельно рекомендовало
частным банкам не выдавать кредиты компаниям и банкам
тех стран, которые отказывались выполнять свои обязатель-
ства по «займам Свободы». Наконец в 1923 году Лондон за-
1 Аболмасов В. В. Проблема военных долгов Великобритании и ее влияние
на англо-американские отношения в 1920-е гг. // Российский научный журнал
№ 1, 2010 // Интернет.
Режим доступа: http://library.rsu.edu.ru/archives/7243
2 Гарольд Маультон и Лео Пазвольский. Военные долги. – М.: Соцэкгиз,
1933. С. 298.
3 История дипломатии. Т. 3. С. 123.
219
Мировое хозяйство между двумя войнами
ключил соглашение с Вашингтоном о пересмотре условий
американских займов. Вашингтон согласился лишь на по-
нижение процентной ставки с 5 до 3,3 % в расчете на год.
Сумма и сроки погашения остались без изменений. Сумма
выплат Великобритании благодаря полученной льготе сни-
жалась за весь период займа (62 года) на 30%. За Великобри-
танией последовали другие страны (см. табл. 12).
Табл. 12. Соглашения о пересмотре
процентных ставок по займам США1
Должник Дата
соглашения
Про-
цент-
ная
ставка
Снижение
суммы долга
в сравнении
с 5 % ставкой
Финляндия 1 мая 1923 г. 3,3 29,8%
Великобритания 19 июня 1923 г. 3,3 30,1%
Венгрия 25 апреля 1924 г. 3,3 30,0%
Литва 22 сентября 1924 г. 3,3 30,5%
Польша 14 ноября 1924 г. 3,3 30,0%
Бельгия 18 августа 1925 г. 1,8 60,3%
Латвия 24 сентября 1925 г. 3,3 29,8%
Чехословакия 13 октября 1925 г. 3,3 37,0%
Эстония 28 октября 1925 г. 3,3 29,9%
Италия 14 ноября 1925 г. 0,4 80,2%
Румыния 4 декабря 1925 г. 3,3 37,1%
Франция 29 апреля 1926 г. 1,6 60,3%
Югославия 3 мая 1926 г. 1,0 75,9%
Греция 10 мая 1929 г. 0,3 72,1%
Как видно из приведенной таблицы, процесс заключе-
ния соглашений европейских стран с США по пересмотру
1 Bailey, Thomas Andrew. A Diplomatic History of the American People. Michigan
University. Crofts, 1955. (цит. по: «Что произошло с американскими займами
странам Антанты?» // Интернет.
Режим доступа: http://vakhnenko.livejournal.
com/48104.html
220
В. Ю. Катасонов
условий займов растянулся на шесть лет. Наибольших по-
слаблений удалось добиться Италии, Югославии, Фран-
ции, Бельгии. В частности, Италии списывалось 80 % ее
обязательств, Франции и Бельгии – 60 %. Если другие
страны стали осуществлять свои выплаты (пусть не всег-
да в требуемом объеме) после подписания соглашений, то
Франция начала это делать лишь в 1929 году, т. е. через
три года после подписания соглашения.
В декабре 1931 года вступил в силу мораторий Гуве-
ра на погашение обязательств других стран по кредитам
и займам сроком на 1 год. В декабре 1932 года Вашинг-
тон напомнил о необходимости начать выплаты. В ответ
на это шесть должников, в числе их Франция и Бельгия,
немедленно объявили дефолт по данным займам. Затем,
в июне 1933 года, «забастовку» объявили Великобрита-
ния и Италия. Это было не банкротство, а перечисление
символических сумм, которые трудно даже назвать сим-
волическими. Вашингтон прореагировал на это приняти-
ем закона, который обязывал должников делать полные
выплаты или объявить себя банкротами. Последнее все
страны-должники и сделали в июне 1934 года. Единствен-
ным исключением из правила оказалась Финляндия, ко-
торая получила не слишком большой послевоенный заем
(8,3 млн долл.), и добросовестно его погасила.
Последним отчаянным шагом Вашингтона на демар-
ши своих заокеанских союзников было принятие Конгрес-
сом США Закона Джонсона, вступившего в силу 13 апре-
ля 1934 года. Закон запрещал кредитные и некоторые
другие финансовые операции с правительствами любых
зарубежных стран, не осуществляющих платежи по своим
военным долгам.
Дальнейшая история военных долгов европейских
союзников Соединенным Штатам достаточно запутана,
покрыта мраком секретности или, по крайней мере, умол-
чания. Вот что мы можем прочитать в весьма популярной
221
Мировое хозяйство между двумя войнами
в США «Энциклопедии банковского дела и финансов»:
«По данным доклада Госдепартамента, первоначальная
задолженность Соединенным Штатам после Первой ми-
ровой войны составляла всего 12,4 млрд долл.; к апрелю
1979 года непогашенные долги и проценты превысили
28 млрд долл. Эти долги представляют собой особую про-
блему. Правительства большинства стран-должников не
отрицают законность долгов, но заявляют, что их пога-
шение зависит от получения ими репараций от Германии
в связи с Первой мировой войной»1. Получается, что за
шестьдесят лет после окончания Первой мировой войны
номинальная величина долга союзников Соединенным
Штатам увеличилась более чем в два раза. С 1979 года до
сегодняшнего дня прошло еще 35 лет. О долгах времен
Первой мировой войны европейцев Соединенным Штатам
сегодня ничего не слышно. Надо полагать, что за это вре-
мя каким-то образом проблемы были решены.
Германия: политика «долговых уклонений»
Как мы уже отмечали, в 1929–1932 годах Германия
осуществила ряд шагов, которые привели к полному ее
освобождению от репарационных платежей. Но на ней
продолжало висеть бремя долгов по кредитам и займам,
которые она получала после запуска «плана Дауэса». В
1924–1929 годах Германия получила в рамках указанного
плана займов и кредитов от США и Великобритании на
4 млрд долл. (от США – на 2,5 млрд, от Великобритании –
на 1,5 млрд долл.). Исходя из тогдашнего валютного курса
марки, указанная сумма кредитов и займов может быть
оценена в 16,8 млрд марок. Согласно оценкам, за период
1 Статья «Долги военные» //Энциклопедия банковского дела и финансов. Под
ред. Ч. Вулфела. Пер. с англ. – М.: ЗАО «Издательский дом “Федоров”», 2000 //
Интернет.
Режим доступа: http://www.cofe.ru/finance/russian/5/296.htm
222
В. Ю. Катасонов
1924–1930 годов сумма внешней задолженности Германии
возросла с 18 млрд марок до 25 млрд марок1.
По официальным немецким данным, сумма ино-
странной задолженности Германии составляла на февраль
1933 года около 19 млрд марок, в том числе на краткосроч-
ные кредиты приходилось 8,7 млрд, а долгосрочные кре-
диты – 10,3 млрд марок. Подавляющая часть всей внешней
задолженности приходилась на США и Великобританию.
Держателями немецкого долга были в первую очередь ино-
странные банки, но также другие финансовые и нефинан-
совые организации, а кроме того, физические лица (у кото-
рых находились германские облигации). Примечательно,
что весь экспорт Германии в 1933 году составил 4,87 млрд
марок2. Следовательно, общая внешняя задолженность
Германии на февраль 1933 года превышала годовой экс-
порт почти в четыре раза! Кое-какие суммы в порядке вы-
платы процентов и погашения основного долга Германия
выплачивала в период действия планов Дауэса и Юнга. Но
они были не сопоставимы с притоком кредитов, займов и
инвестиций в Германию. За период 1924–1930 годов, в со-
ответствии с планами Дауэса и Янга, выплаты Германии
Соединенным Штатам по долгам составили 449 млн рейх-
смарок3. Эта сумма составила лишь 4,3 % по отношению
к сумме займов и кредитов, поступивших в Германию из
США за тот же период времени.
Германия после прихода к власти Гитлера стала го-
раздо более эффективно проводить политику «долговых
уклонений» (уклонения от обслуживания и погашения
внешних долгов), чем это было в предшествующие годы.
1 Статья «Долги военные» //Энциклопедия банковского дела и финансов. Интернет.
Режим доступа: http://www.cofe.ru/finance/russian/5/296.htm
2 Размеров В. В. Экономическая подготовка гитлеровской агрессии (1933–
1935 гг.). – М., 1958. С. 57, 62, 83, 96.
3 Статья «Долги военные» //Энциклопедия банковского дела и финансов. Интернет.
Режим доступа: http://www.cofe.ru/finance/russian/5/296.htm
223
Мировое хозяйство между двумя войнами
Это не удивительно, поскольку Гитлер и Третий рейх рас-
сматривались в качестве важной части геополитического
проекта Финансового интернационала. Фашистской Гер-
мании Запад предоставил режим наибольшего благопри-
ятствования в сфере торговли, инвестиций, кредита, репа-
раций, долговых обязательств.
На практике «долговые уклонения» Третьего рейха
приобретали форму «мораториев», «отсрочек», «реструк-
туризации долга», «конверсии долга», «невостребования
кредитов» и т. п. С 1931 года Германия регулярно добива-
лась подписания соглашений с кредиторами об отсрочках
выплат по кредитам и займам. Фактически происходил
перевод краткосрочных займов в долгосрочные займы. В
феврале 1933 года основные кредиторы Германии согла-
сились подписать очередное соглашение об отсрочке об-
служивания и погашения кредитов. Через год, в феврале
1934 года, было подписано новое соглашение об отсрочке.
Англия, которой Германия должна была на 30 сентября
1933 года 132 млн ф. ст. (1718 млн марок), заключила согла-
шение о невостребовании кредитов, что подтолкнуло к по-
добному решению и малые страны Европы1. Соглашения
о реструктуризации долгов были подписаны германским
руководством также с крупными кредиторами США.
Наиболее радикальной мерой «долговых уклонений»
Третьего рейха были односторонние решения германских
властей о «списании долга». 14 июня 1934 года Централь-
ный банк Германии объявил о прекращении выплаты
иностранных долгов и процентов по ним. Вместо этого
кредиторы получали сертификаты, которые они могли
превратить в облигации трехпроцентного займа сроком на
10 лет2. В течение 1934 года германский долг был сокра-
1 Мельтюхов М. Упущенный шанс Сталина. Схватка за Европу. 1939–
1941 гг. – М., 2000. С. 7.
2 Там же. С. 60–62, 73, 75.
224
В. Ю. Катасонов
щен на 97 %, что только в этом году сэкономило Германии
более одного миллиарда марок.1
Удивительно, что Германия, прекратив обслужива-
ние и погашение своих внешних долгов, продолжала ис-
кать новые кредиты. И добилась в этом успехов. Берлин
прекрасно понимал правила игры, которые ему навязывал
Вашингтон. Берлин все более усиливал антисоветскую
риторику, понимая, что за это ему могут «списать» все
его обязательства по Версальскому договору и дать но-
вые кредиты. 15 июня 1933 года на международной эконо-
мической конференции в Лондоне германская делегация
обнародовала так называемый «меморандум Гугенберга»,
названный по имени руководителя делегации министра
хозяйства Германии. Известно, что в составлении доку-
мента участвовали Шахт и Розенберг. С одной стороны,
меморандум был призван запугать Европу и Америку
опасностью большевизма, демонстрировал готовность
Германии организовать «крестовый поход» против Сове-
тов. С другой стороны, в качестве платы за такую готов-
ность он просил возвращения своих колоний в Африке и
новых кредитов2.
Важную роль в укреплении отношений гитлеров-
ской Германии с США сыграл банкир Я. Шахт. В феврале
1933 года он убеждал поверенного в делах США в Бер-
лине, что фашистский режим «не представляет никакой
опасности для американского бизнеса в Германии»3. В
мае 1933 года в качестве эмиссара Гитлера он встретился
1 Попов Г. Г. Мировые войны и трансформация финансов ведущих стран мира //
Интернет.
Режим доступа: http://webcache.googleusercontent.com/search?q=ca
che:Hxp0RHAjgZ0J:inecon.org/docs/Popov.doc+&cd=1&hl=ru&ct=clnk&gl=ru
2 Советское правительство заявило протест Германии по поводу меморан-
дума, квалифицировав его как грубое нарушение советско-германского до-
говора о ненападении от 1926 года. Германское правительство уже 17 июня
было вынуждено дезавуировать меморандум, объявив его «продуктом лич-
ного творчества Гугенберга».
3 Цит. по: «Кто вырастил Гитлера?». 06.05.2013 // Интернет.
Режим доступа:
http://blog.fontanka.ru/posts/130802/
225
Мировое хозяйство между двумя войнами
с Рузвельтом, членами правительства и представителями
Уолл-стрит. Америка выделила Германии новые кредиты
на общую сумму в 1 млрд долл. А в июне 1933 года во
время поездки в Лондон и встречи с директором Банка
Англии Монтегю Норманом Шахт добивается предостав-
ления английского займа в 2 млрд долл.1 Несмотря на пол-
ное попрание Германией условий Версальского мирного
договора, прекращение репарационных выплат, отказ от
выполнения обязательств по займам и кредитам на протя-
жении 1930-х годов США, Великобритания, другие стра-
ны Запада продолжали оказывать экономическую под-
держку Третьему рейху.
Во-первых, велась активная внешняя торговля с Гер-
манией. Было видно невооруженным глазом, что эта тор-
говля была ориентирована на создание мощного военно-
экономического потенциала2.
Во-вторых, американский капитал сохранял в эконо-
мике Германии те позиции, которые он сумел занять еще
в ходе реализации планов Дауэса и Юнга. При этом вла-
сти США даже формально никаких требований к амери-
канским банкам и компаниям по выводу их инвестиций
не предъявляли.
1 Рубцов Ю. Кредит на мировую войну Гитлер взял у Америки // Свободная
пресса. 01.09.2009.
2 В сентябре 1936 г. в Германии был принят четырехлетний план мобили-
зации экономических ресурсов, создания огромных запасов дефицитных
материалов и военного снаряжения. Цель данного плана определялась
так: немецкая армия должна быть в четыре года готова к действию. Для
осуществления этого плана за рубежом закупались руды цветных металлов
(никеля, олова, вольфрама, хрома, молибдена), поскольку они были нужны
главным образом для производства вооружения, а собственные месторож-
дения были весьма небогатыми или совсем отсутствовали. Масштабный
импорт железной руды позволил Германии в 1938 г. выплавить 23,3 млн т
стали и выйти по этому показателю на первое место в мире. Особое внима-
ние уделялось производству для нужд авиации такого стратегического ме-
талла, как алюминий. Ввоз бокситов за 1933–1938 гг. увеличился в пять раз,
и в 1939 г. выплавка алюминия составила 30 % его мирового производства,
что вывело Германию на первое место в мире по этому показателю.
226
В. Ю. Катасонов
В-третьих, не исключалась и кредитная поддержка
Третьего рейха. Хотя данных о том, что американские и
английские банки напрямую кредитовали Третий рейх,
нет, велика вероятность такого кредитования с помощью
«серых» схем.
Многие исследователи обращают внимание на
возможность такого кредитования через созданный в
1930 году Банк международных расчетов (БМР), который
фактически находился в совместном управлении США и
Германии. Кроме того, немалую поддержку Германии в
плане проведения международных расчетов, кроме БМР,
оказывал Банк Англии. Вот что писала издаваемая Лон-
донской биржей «Stock Exchange Gazette» в номере от 3 мая
1935 года: «Без Англии в качестве платежного учреждения
и без возможности продлить сроки кредитов по соглаше-
нию о невостребовании кредитов Германия не смогла бы
осуществить свои планы. Мы так стремились продавать
Германии, что никогда не допускали вмешательства в тор-
говые дела вопросов о платежах. Снова и снова Германия
отказывалась от своих обязательств, публичных и част-
ных, но продолжала покупать шерсть, хлопок, никель,
каучук и нефть, пока ее потребности не были удовлетво-
рены, а финансирование этих закупок проводилось прямо
или косвенно через Лондон»1.
Примечательно, что если Германия не имела почти ни-
каких ограничений в сфере внешнеэкономической деятель-
ности со стороны стран Запада, то в отношении Советского
Союза Запад в 1930-е годы применял достаточно широкий
арсенал инструментов экономической войны2. Такие двой-
ные стандарты выдавали истинные геополитические за-
мыслы Финансового интернационала.
1 Размеров В. В. Экономическая подготовка гитлеровской агрессии…
С. 131–132.
2 Подробнее см.: Катасонов В. Ю. Экономическая война против России и
сталинская индустриализация. – М.: Алгоритм, 2014.
227
Мировое хозяйство между двумя войнами
В 1930-е годы Третий рейх постепенно поставил под
свой контроль экономики многих стран Европы и начал
высасывать из них ресурсы, необходимые для подготов-
ки к мировой войне. Формально все выглядело «цивили-
зованно»: Германия импортировала из соседних стран
нефть, руду, черные и цветные металлы, продовольствие,
сельскохозяйственное сырье и другие товары; при этом
расчеты с поставщиками ресурсов были организованы в
виде двухсторонних клирингов. Поскольку торговля была
односторонней, то на клиринговых счетах Германии на-
капливалась большая задолженность. В цивилизован-
ных клиринговых схемах предусматривается периоди-
ческое покрытие должником своего дебетового сальдо.
А вот двухсторонние клиринги Третьего рейха этого не
предусматривали, поэтому клиринги были лишь «фиго-
вым листочком», прикрывавшим ограбление Германией
европейских стран. Тем не менее записи на клиринговых
счетах Германии с формально-юридической точки зрения
являются долгом Третьего рейха. Только в 1939–1940 го-
дах путем прямого ограбления оккупированных стран и
пиратских клиринговых схем немецкая казна получила по
разным оценкам более 28 млрд марок1.
Полная картина долговой позиции Германии накану-
не начала Второй мировой войны нигде не публиковалась.
Имеются лишь некоторые общие цифры без расшифровки
их содержания, методики расчетов. Так, называется вели-
чина внешнего долга Германии на сентябрь 1940 года в
14,8 млрд марок2. Согласно другому источнику, за период
1932–1940 годов внешний долг Германии сократился с 20
до 10 млрд рейхсмарок3. Вполне вероятно, что действи-
1 Дальский А. «Экономическое чудо» гитлеровской Германии. 15.04.2011 //
http://www.warandpeace.ru/ru/commentaries/view/57260/.
2 Тимошина Т. М. Экономическая история зарубежных стран. – М.: Юсти-
цинформ, 2006. С. 309.
3 Главная причина поражения Гитлера // Интернет.
Режим доступа: http://
bolshoyforum.com/forum/index.php?topic=240808.80
228
В. Ю. Катасонов
тельно к началу Второй мировой войны произошло сни-
жение внешнего государственного долга Германии по
сравнению с началом 1930-х гг. Однако это снижение про-
изошло не в результате добросовестных выплат со сторо-
ны Германии, а за счет «реструктуризации» или баналь-
ного одностороннего списания части внешнего долга, о
чем мы выше сказали.
С конца 1934 года в сфере международного кредита
наступил почти полный паралич. Государства как стран-
победительниц в Первой мировой войне, так и Германия
стали переориентироваться на внутренние заимствования.
Общая сумма размещенных казначейством Третьего рей-
ха займов составила за период 1935–1938 годов 10 136 млн
марок. При тогдашнем курсе немецкой марки это эквива-
лентно 4 млрд долларов США. Формально держателями
облигаций внутренних 4,5 % займов Третьего рейха были
германские компании и банки. Но это формально. А не-
формально это были организации, в которых контрольные
пакеты акций принадлежали англосаксонскому капиталу.
Это тоже внешнее финансирование, но оно учитывалось
германской статистикой как «внутренние займы».
Кроме того, активизировалась эмиссия бумаг компа-
ниями и банками Германии на внутреннем рынке. За пери-
од 1934–1937 годов объем размещений разных корпоратив-
ных бумаг в Германии составил 12 084 млн марок (табл. 13).
Некоторая часть корпоративных бумаг (1027 млн марок)
приходилась на акции1. Остальные бумаги были корпо-
ративными облигациями, их сумма составила 11 057 млн
марок (примерно 4,4 млрд долл. США). Тут возникала
аналогичная ситуация: держателями части таких корпора-
тивных бумаг были все те же иностранные (прежде всего,
американские) инвесторы, которые действовали на терри-
тории Третьего рейха.
1 Мошенский C. З. От глобальных дисбалансов к «Великой депрессии»
(1914–1939). London: Xlibris, 2014.
229
Мировое хозяйство между двумя войнами
Табл. 13. Внутренние займы Германии в 1934–1937 гг.
(млн марок)1
Год
Суммы
отдельных
размещений
государ-
ственных
облигаций
Общая сум-
ма размеще-
ний государ-
ственных
облигаций
за год
Общая
сумма раз-
мещений
корпора-
тивных
облигаций
Общая сумма
размещений
государствен-
ных и кор-
поративных
облигаций
1934 – – 872 872
1935 500 500 2655 3155
1936 1487; 525 2012 3595 5607
1937 625; 700; 750 2075 3935 6010
1938 1250; 1425;
1374; 1500 5549 Нет данных –
Судя по всему, за период 1934–1938 годов за счет раз-
мещения различных ценных бумаг на внутреннем рынке
Германии были мобилизованы денежные ресурсы около
10 млрд долл. США. Напомним, за аналогичный пятилет-
ний период 1924–1929 годов внешние займы и кредиты,
полученные в рамках «плана Дауэса», были равны 4 млрд
долл. США. Несмотря на то, что в 1930-е годы немецкая
экономика была несопоставима по уровню развития с
1920-ми годами, трудно поверить, что сумма 10 млрд долл.
могла быть мобилизована исключительно за счет внутрен-
них источников. Целый ряд исследователей отмечает, что
поддержка со стороны англосаксонской олигархии Герма-
нии после прихода к власти Гитлера стала осуществлять-
ся не столько извне, с помощью межгосударственных
кредитов и займов, сколько изнутри. То есть с помощью
обосновавшихся там банков и компаний, которые принад-
лежали англосаксонской олигархии. На конец 1939 года го-
сударственный долг Германии был равен 47,3 млрд марок.
1 Там же.
230
В. Ю. Катасонов
При оценке ВВП Германии за 1939 год в 129 млрд марок
получаем, что относительный уровень государственного
долга составлял 36,7 %1.
Часть немецких компаний и банков в 1930-е годы
стали выходить за пределы Германии, создавая в других
странах свои отделения и дочерние структуры. Такие за-
рубежные структуры получали доступ к финансовым ре-
сурсам других стран и при необходимости перечисляли
эти ресурсы своим материнским структурам в Германии.
Наибольшее количество отделений и дочерних структу-
ры было создано в США и Великобритании. В Германии
того времени был хорошо известен банк Шредера, кото-
рый имел свои щупальца в указанных двух странах. Вот
что пишет Дж. Уилер в книге «Американская политика
в Германии»: «Барон Курт фон Шредер принадлежит ко
всемирно известной банкирской семье. Филиалы банка
Шредера были в Англии (лондонская фирма «Дж. Ген-
ри Шредер энд компании») и в Америке (нью-йоркская
«Дж. Шредер бэнкинг корпорейшн»). Вместе с «Диллон,
Рид энд компании» (структура из империи банкиров Вар-
бургов. – В.К.) американский филиал Шредера разместил
после Первой мировой войны большинство немецких
частных займов»2.
Мое общение со специалистами по истории и эконо-
мике Германии лишний раз убедило меня в том, что ис-
черпывающей информации по внешнему долгу Третьего
рейха не существует. Можно предположить, что, когда на
Ялтинской и Потсдамской конференциях 1945 года об-
суждались вопросы репараций по итогам Второй мировой
войны, вопрос о довоенных долгах Германии неизбежно
всплывал. Однако известно, что репарационные обязатель-
1 Третий рейх в войне // Интернет.
Режим доступа: http://www.maxistuudio.
fie.ee/ap/forum/viewtopic.php?p=3166&highlight=
2 Цит. по: Перетолчин Дмитрий. Мировые войны и мировые элиты. – М.:
Книжный мир, 2014. С. 147.
231
Мировое хозяйство между двумя войнами
ства, определенные победителями для Германии, были
несопоставимо малы по сравнению с военными расхода-
ми и прямыми ущербами стран-победителей. Победители
(включая СССР) согласились с тем, что будет применен
принцип «частичной компенсации». Такой «щадящий»
подход к установлению репарационных обязательств Гер-
мании и ее союзников по Второй мировой войне не требо-
вал скрупулезных расчетов (подобно тем расчетам, кото-
рые делались после Первой мировой войны).
Но вместе с тем трудно поверить, чтобы западные по-
бедители (прежде всего, США) забыли о довоенных долгах
Германии. Цепкая память мировой финансовой олигархии
удерживает долги даже многовековой давности. Судя по не-
которым обрывочным сведениям и фактам, Запад реаними-
ровал тему довоенных долгов Германии после того, когда
на базе западных оккупационных зон в 1949 году возникла
Федеративная Республика Германии (ФРГ). В этой связи
стоит вспомнить Лондонскую конференцию в 1953 году.
Напомним, что на этой встрече западных стран ФРГ было
разрешено приостановить выплату репараций вплоть до мо-
мента объединения Германии. Так вот на этой конференции
были и другие решения. В частности, на Германию было
возложено обязательство выплатить долги, накопленные
за время до начала Второй мировой войны1.
Значительная доля так называемого внутреннего госу-
дарственного долга Германии, как мы отметили выше, была
оформлена в виде облигаций, выпускавшихся в 20-30-е годы
прошлого века. Можно предположить, что немалая их часть
после Второй мировой войны оказалась за пределами Гер-
мании. Поскольку бумаги не были именными, то они могли
предъявляться уже после разгрома Третьего рейха герман-
скому государству от самых разных лиц.
1 Еще одно решение Лондонской конференции 1953 г.: Германии позволи-
ли не платить проценты по кредитам, предоставленным стране за 1945–
1952 гг. (эквивалент 156 млн. долл.) до тех пор, пока не произойдет объеди-
нение Германии.
232
В. Ю. Катасонов
В 2010 году неожиданно «всплыли» германские дол-
ги почти вековой давности. В российских СМИ прошла
информация о том, что в США обнаружились немецкие
облигации, выпущенные после Первой мировой войны.
Никаких подробностей о том, что это за облигации, не со-
общалось. Было лишь отмечено, что держателями этих бу-
маг являются американские граждане и что сумма их тре-
бований по облигациям оценивается в 450 млн долл. Эти
облигации были бы давно погашены, но Гитлер, придя к
власти, с 1933 года прекратил выплаты по ним. Американ-
ские держатели старинных немецких бумаг требовали от
Германии немедленных выплат, угрожая в противном слу-
чае подать иски в суд штата Флорида1 .
Судя по всему, на сегодняшний день проблема дово-
енных долгов Германии «отрегулирована». Бывшие по-
бедители Германии в Первой и Второй мировых войнах о
них не вспоминают. Вероятно, долговые претензии бывших
победителей были «закрыты» после того, как в 1990 году
произошло объединение Германии. Что касается упомяну-
того выше появления долговых немецких бумаг в Америке
в 2010 году, то никаких более поздних сообщений о ходе
событий вокруг этих бумаг не было.
О государственном долге Первой мировой:
история длиною в век
Хотелось бы отметить, что проблемы погашения
внешних долгов времен Первой мировой войны были
лишь частью более глобальной проблемы стран Запада,
участвовавших в войне, – общего государственного долга.
1 Америка выколачивает из Германии долги Третьего рейха // Росбалт. 13.08.2010
(Интернет.
Режим доступа: http://www.rosbalt.ru/main/2010/08/13/761861.html);
США требуют от Германии долги Третьего рейха» // «Ежедневный Финансо-
вый Журнал». 13.08.2010 (Интернет.
Режим доступа: http://daily-finance.ru/
articles/2010-08-13/df/17970).
233
Мировое хозяйство между двумя войнами
Даже Соединенные Штаты, которые в результате войны
стали крупнейшим в мире нетто-кредитором, одновре-
менно в ходе войны наращивали свой внутренний госу-
дарственный долг. Это не удивительно, так как источни-
ками внешних займов, которые Вашингтон предоставлял
своим европейским союзникам, были налоги, поступав-
шие в бюджет, и внутренние займы, которые американ-
ское казначейство размещало среди физических и юри-
дических лиц. До вступления США в Первую мировую
войну госдолг практически отсутствовал и в 1916 году со-
ставлял лишь 2,7% ВВП. Со вступлением страны в войну,
в 1917 году, долг вырос.
В 1917–1918 годах в США была проведена подпи-
ска на четыре «займа свободы» и один «заем победы»
на общую сумму 21,3 млрд долл. Проведение подписки
сопровождалось мощной пропагандистской кампанией.
Если пропаганда не помогала, в ход пускались разного
рода меры принуждения. В итоге широкие массы, около
55 млн, подписались на облигации займов, в том числе ра-
бочие, фермеры, мелкие бизнесмены. Значительную часть
облигаций купили крупные компании и банки, которых
привлекал сравнительно высокий процент (3–4 % годо-
вых) и освобождение облигаций от налогообложения.
Важной особенностью займов военного времени было то,
что выплаты процентов могли осуществляться в золоте
(из расчета 20,67 долл. за тройскую унцию).
После войны госдолг США уже превышал 25 млрд
долл., а его отношение к ВВП побило все рекорды – око-
ло 33 %. К 1930 году государственный долг США удалось
снизить более чем на 1/3, но все еще оставался непога-
шенным долг на сумму 16 млрд долл.1 Конечно, опреде-
ленную роль в снижении государственного долга играли
выплаты союзников по военным займам. Однако главный
1 Отголоски Первой мировой. 05.11.2014 // Интернет.
Режим доступа: http://
insider.pro/ru/article/723/
234
В. Ю. Катасонов
вклад в такое снижение обеспечивал профицит государ-
ственного бюджета США.
Когда в 1933 году Франклин Рузвельт вступил в долж-
ность президента США, объем государственного долга со-
ставлял 22 млрд долл. Одни только платежи по процентам
внутренних займов (без учета общего погашения долгов)
опустошали золотой запас страны. Золотой запас казна-
чейства составлял только 4,2 млрд долл. Было очевидно,
что в 1938 году, когда подойдет срок выкупа обязательств,
они не будут погашены. Кроме того, у США на тот момент
были и другие долги, которые требовали обслуживания, и
они были существенными. Начиная с 1890-х годов амери-
канскому казначейству постоянно не хватало золота. Этот
дефицит финансировался за счет выпуска новых долгов
для привлечения золота, чтобы оплачивать проценты по
уже выпущенным обязательствам. У США не было столько
золота, чтобы оплатить хотя бы проценты по этому долгу.
В этих условиях Рузвельт решил объявить дефолт по всем
долговым облигациям внутри страны, отказав американ-
цам в их обмене на золото. Произошла девальвация доллара
примерно на 40 % по отношению к иностранным валютам1.
В конце концов, внутренние долги по займам военного
времени были погашены правительством США, однако по-
гашение происходило уже «похудевшими» долларами (их
обесценение было обусловлено как изменением золотого
содержания американской валюты, так и инфляцией).
А вот в Великобритании, между прочим, финансовые
последствия Первой мировой войны до сих пор реально
ощущаются. В первых числах декабря 2014 года СМИ со-
общили следующую любопытную новость2: Министер-
1 Дефолты США: забытые страницы истории Америки. 08.10.2013 // Интернет.
Режим доступа: http://www.vestifinance.ru/articles/33678
2 «Великобритания выплатит свои долги времен Первой мировой вой-
ны», – заявил министр финансов Джордж Осборн // Интернет.
Режим до-
ступа: http://www.bbc.co.uk/russian/business/2014/12/141203_britain_repays_
world_war_one_debt)
235
Мировое хозяйство между двумя войнами
ство финансов Великобритании в следующем 2015 году
(9 марта) рассчитывает окончательно расплатиться по сво-
им облигациям времен Первой мировой войны. Сообще-
но, что оно выплатит оставшийся долг в 1,9 млрд фунтов
стерлингов (2,9 млрд дол.). Облигации займов времен Пер-
вой мировой войны на данный момент находятся на руках
120 тысяч инвесторов. Облигации военного займа были
выпущены в 1932 году тогдашним министром финансов
Невиллом Чемберленом для рефинансирования обяза-
тельств по более ранним сериям государственных бумаг.
Ставка по облигациям, выпущенным в годы Первой миро-
вой войны, составляла 5 %. Облигации 1932 года предла-
гали более низкую доходность – 3,5 %.
За последние 67 лет правительство впервые погашает
подобные облигации. Согласно данным британского отде-
ла по управлению долгом, с 1917 года правительство вы-
платило 5,5 млрд фунтов стерлингов (8,64 млрд дол.) в виде
одних лишь процентов по бессрочным 5-процентным и 3,5-
процентным облигациям военного займа.
Учетные ставки сейчас находятся на крайне низком
уровне, благодаря чему Министерство финансов сможет
финансировать погашение облигаций Первой мировой
войны выпуском новых облигаций с гораздо более низкой
ставкой. По некоторым оценкам, это позволит правитель-
ству сэкономить около 30 млн фунтов стерлингов в год на
выплате процентов по этим облигациям. Впрочем, как вы-
яснилось, у правительства Великобритании есть еще бо-
лее застарелые долги, и оно полагает, что сейчас самый
подходящий момент поставить точку на древних кредит-
ных историях1.
1 Британское правительство также заявляет, что рассмотрит вопрос по-
гашения ряда других антикварных казначейских бумаг. Некоторые из этих
обязательств восходят еще к XVIII веку. Так, в 1853 г. Уильям Гладстон вы-
пустил облигации для консолидации уставного капитала «Компании южных
морей» (South Sea Company), основанной в 1711 г. Компания потерпела крах
в 1720 году, оставив огромные долги.
236
В. Ю. Катасонов
Глава 8
Компенсационные требования России
и уроки Генуи
После образования Российской Федерации на облом-
ках СССР она сразу же попала в сети колониальной зави-
симости от Запада и стала объектом эксплуатации транс-
национальных корпораций и транснациональных банков. В
2014 году в связи с событиями на Украине началась мощная
эскалация информационной, психологической и экономи-
ческой войны Запада против России. В результате такого
прессинга Россия стала «просыпаться», все более активно
заявлять о себе как ключевом субъекте мировой политики,
как стране, имеющей свои национальные интересы. В том
числе экономические интересы.
В контексте экономической войны Россия должна вы-
страивать систему обороны, призванную защитить страну
от дальнейшего разграбления Западом. Сейчас на смену
достаточно длительного периода банального разграбле-
ния России пришло время, когда Запад стал предприни-
мать попытки по ее удушению. Я имею в виду экономиче-
ские санкции сначала со стороны Вашингтона, а затем и
Брюсселя. Нам не стоит заниматься игрой в пинг-понг, от-
вечая на очередную порцию западных санкций санкциями
примерно такого же типа и «калибра». Отвечать нужно с
помощью «ассиметричных» мер, т. е. таких мер, которые
обладают гораздо большей «убойной силой». Среди таких
мер можно назвать, например, выход России из Всемирной
торговой организации (ВТО). Или, скажем, объявление де-
фолта по нашим внешним долгам1.
1 См.: Катасонов В. Ю. Наш ассиметричный ответ Западу // Русское эконо-
мическое общество им. С. Ф. Шарапова, 22.09.2014 // Интернет.
Режим до-
ступа: http://reosh.ru/ekonomicheskaya-vojna-protiv-rossii-nash-assimetrichnyjotvet-
zapadu.html
237
Мировое хозяйство между двумя войнами
Как говорят военные, лучшая оборона – наступле-
ние. В полной мере это правило применимо и к экономи-
ческой войне. Одним из вариантов такой наступательной
политики является выдвижение наших требований к За-
паду по поводу возмещения того ущерба, который был
нанесен России. Более коротко это наступательное ору-
жие можно назвать компенсационными требованиями. У
нас есть опыт применения такого оружия – Генуэзская
конференция 1922 года, на которой мы предъявили на-
шим бывшим союзникам счет на десятки миллиардов зо-
лотых рублей.
О репарациях, контрибуциях
и компенсационных требованиях
В мировой практике известна такая форма компенса-
ционных требований, как репарации. Репарации (от лат.
reparatio – восстановление) – полное или частичное ма-
териальное или денежное возмещение ущерба, причи-
ненного войной, выплачиваемое побежденной страной
государству-победителю1.
Кстати, довольно часто репарации путают с контрибу-
циями. Контрибуции представляют собой обычную дань,
взимаемую победителем с побежденной стороны. Контри-
буции не привязываются к величине ущербов государства-
победителя, это своего рода «приз» за победу.
Наиболее крупной и известной является контрибуция
по итогам Франко-прусской войны 1870–1871 гг. Напомню,
что проигравшая эту войну Франция заплатила 5 млрд
золотых франков победителю – Германии. Кстати, перво-
начально Германия намеревалась назначить Франции
контрибуции в размере 7 млрд франков. Российский импе-
1 Райзберг Б. А., Лозовский Л. Ш., Стародубцева Е. Б. Современный эко-
номический словарь. 2-е изд., испр. – М.: ИНФРА-М., 1999.
238
В. Ю. Катасонов
ратор Александр II убедил немецкого канцлера Бисмарка
снизить сумму на 2 млрд франков.
В реальной жизни бывает так, что величина репа-
рации устанавливается победителем произвольно, без
ориентации на оценки ущербов. То есть возлагаемые на
государство обязательства по форме могут быть репара-
циями, а по существу – контрибуциями. Взять те же самые
репарации по Версальскому мирному договору 1919 года.
Германии они были назначены в размере 269 млрд золо-
тых марок, что в эквиваленте составляло 100 тысяч тонн
золота. Многовато! Так, если Бисмарк назначил Франции
в 1871 году контрибуцию в размере 13 процентов ВВП, то
Германии по итогам Первой мировой предстояло выпла-
тить 200 процентов своего ВВП.
Одним словом, репарации и контрибуции хорошо
«разводятся» в теории, а на практике грань между ними
достаточно условная. По крайней мере, в учебниках мы
можем прочитать, что с конца XIX века контрибуции не
использовались, а в 1949 году были запрещены междуна-
родным правом, остаются лишь репарации.
У многих тема репараций ассоциируется с Первой и
Второй мировыми войнами. Некоторые думают, что ре-
парации – история минувших дней. Однако они исполь-
зуются и в настоящее время, по истечении нескольких
десятилетий после завершения Второй мировой войны.
После войны в Персидском заливе (1990–1991 гг.) Совет
Безопасности ООН постановил взыскать репарации с Ира-
ка в пользу правительства, корпораций и частных лиц из
Кувейта, пострадавших от иракской агрессии. В общей
сложности были поданы заявки на компенсацию в объеме
более 352 млрд долл., но специальный орган ООН одо-
брил выплаты лишь на 52,4 млрд. Из них по состоянию
на 24 января 2013 года выплачено 39,99 млрд долл.1 Для
оплаты репараций в Ираке был создан специальный фонд,
1 Интернет.
Режим доступа: http://www.banki.ru/wikibank/istoriya_reparatsiy/
239
Мировое хозяйство между двумя войнами
в который отчисляется 5 % выручки от экспорта нефти и
газа из страны1.
Примерно четверть века назад МИД Ирана поднял в
ООН вопрос о репарациях с Ирака для возмещения ущербов,
которые Иран понес в ходе восьмилетней ирано-иракской
войны (1980–1988). Сумма репарационных требований –
100 млрд долл. Эта цифра была одобрена в 1990 году тог-
дашним генсеком ООН Де Куэльяром. Однако общего поло-
жительного решения ООН Ирану добиться не удалось.
В некоторых случаях факты наложения и взимания
репараций не афишируются, а сами репарации превра-
щаются в банальное мародерство. По оценкам экспертов
Гарвардского университета, совокупные (прямые и кос-
венные) издержки США на ведение войн в Ираке и Афга-
нистане составили от 4 до 6 трлн. долл. Конечно, Вашинг-
тон старается «отбивать» свои затраты за счет тех стран,
которые стали жертвами военных агрессий США и НАТО.
Способы разные. Например, Вашингтон и их союзники
«заморозили» международные резервы Ливии, заявив, что
эти резервы «будут возвращены народу Ливии». Однако,
по нашим сведениям, до сих пор ничего не возвращено. В
СМИ сообщалось о том, что сначала Вашингтон покроет
за счет этих резервов своих расходы по ведению военных
операций против Ливии, а уж потом будет рассматривать
вопрос о возвращении остатков ее народу. По некоторым
данным, международные резервы центрального банка
Ливии в начале текущего десятилетия составляли около
100 млрд долл. Плюс к этому Ливия располагала валю-
той в размере 70 млрд долл. в суверенных фондах. Все это
оказалось «замороженным». Такую «заморозку» можно
рассматривать как крупнейшую в послевоенной истории
репарацию (или контрибуцию), причем такую, которая
1 Пола Слие. Иракцы возмущены выплатами компенсаций американским
жертвам режима Хусейна (17.09.2014) // Интернет.
Режим доступа: http://
inosmi.ru/asia/20100917/162983091.html.
240
В. Ю. Катасонов
не получила юридического оформления в соответствии с
нормами международного права1.
Одним словом, сегодня США вполне обходятся без
оформления репарационных выплат со стороны стран, под-
вергшихся военным агрессиям. Что, впрочем, вполне ло-
гично. Если военные акции против Афганистана, Ирака,
Югославии, Ливии и других стран осуществлялись при
грубом нарушении (фактически игнорировании) норм меж-
дународного права, то ни о каких репарациях речь идти не
может. Имеет место банальный грабеж жертв без какого-
либо правового обоснования и учета награбленного.
Но вернемся к предлагаемому нами термину «компен-
сационные требования». Он намного шире, чем репараци-
онные требования.
Во-первых, под репарациями понимаются компенса-
ции за ущербы лишь от «горячих» войн. Но с начала про-
шлого века все большую роль в мировой политике стали
приобретать войны экономические, информационные,
психологические, а также войны, основанные на действи-
ях спецслужб. Это различные виды «холодных» войн. Их
разрушительный эффект сопоставим с ущербами, соз-
даваемыми «горячими» войнами. Примеров более, чем
достаточно. Так, по данным ООН, из-за экономических
санкций против Ирака в период 1991–1995 годов в стране
умерло около полумиллиона детей (недоедание, нехватка
медикаментов)2. Страны, подвергшиеся подобного рода
«холодным» войнам, также вправе выставлять свои ком-
пенсационные требования к странам-агрессорам.
Во-вторых, право репарации всегда принадлежа-
ло государствам, которые одерживали победы в войнах.
Компенсационные требования предполагают возмещение
ущербов тем странам, которые подвергались (продолжа-
1 См.: Катасонов В. Ограбление России. – М.: Книжный мир, 2014. С. 167–168.
2 Отверженные: как страны живут в условиях санкций // Интернет.
Режим
доступа: http://apparat.cc/world/outcast-sanctions/
241
Мировое хозяйство между двумя войнами
ют подвергаться) разного рода агрессиям, основанным на
использовании средств как «холодных», так и «горячих»
войн. А под «агрессиями» следует понимать такие акции,
которые осуществляются в разрез с нормами междуна-
родного права.
Иногда в литературе встречается термин «рести-
туция», близкий к компенсационным требованиям. Ре-
ституция – восстановление прав собственности на тот
или иной объект имущества. Это может быть предмет
искусства, дом или иная недвижимость, доля в акцио-
нерном обществе и т. п. Если по каким-то причинам объ-
ект имущества утрачен по вине государства, то в этом
случае реституция не возможна. Остается лишь вариант
компенсации (в денежной или иной форме) собственнику
имущества. Реституция может быть как внутренней, так
и международной. В первом случае речь идет о восстанов-
лении прав собственности в пределах одного государства.
Международная реституция означает, что собственник
принадлежит к юрисдикции одного государства, а объект
собственности находится в другом государстве, причем в
этом другом государстве была произведена конфискация,
национализация и иная операция по отчуждению имуще-
ства законного собственника. Так, после Второй мировой
войны часть Германии отошла к Польше, а проживавшие
там немцы были насильственно перемещены за пределы
Польши в ее новых границах (по некоторым данным, до
3 млн человек). Таким немцам пришлось оставить свою
недвижимость, оказавшуюся в пределах новой Польши.
Такие перемещенные немцы и их потомки пытаются вос-
становить свои права на недвижимость. Они выступают с
требованиями международной реституции.
Тот финансовый кризис, который накрыл мир в про-
шлом десятилетии, никуда не исчез. Прошла лишь острая
его фаза, сейчас на ее смену пришла фаза латентного
кризиса, которая в любой момент может опять перерасти
242
В. Ю. Катасонов
в острую. Как бы там ни было, но почти все страны мира
переживают финансовые перегрузки. Некоторые страны
пытаются ослабить эти перегрузки с помощью таких мер,
как объявление дефолтов по своим суверенным обяза-
тельствам, реструктуризация или даже простое списание
долгов. Но появляется еще одно новое средство – иму-
щественные требования к другим государствам о воз-
мещении (компенсации) разного рода ущербов (которые
раньше использовались достаточно редко). По-английски
это называется �c?l��������������������������������������aim����������������������������������� – требование, иск, претензия, при-
тязание. Претензии, иски и другие виды требований были
обычным делом на уровне фирм и компаний разных стран.
Они разрешались во внесудебном порядке или через на-
циональные и международные суды (арбитражи). Речь
идет не о корпоративных (фирменных) требованиях, а о
требованиях государственных (суверенные компенсаци-
онные требования). Не знаю, есть ли какая-то междуна-
родная или национальная организация, которая ведет учет
выдвигаемых теми или иными государствами компенса-
ционных требований, но даже по моим неполным данным,
количество таких требований сегодня исчисляется многи-
ми десятками. Причем некоторые требования относятся к
временам как недавней, так и древней истории.
Одним из наиболее нестандартных и сенсационных
может стать иск, который уже на протяжении многих лет
готовится юристами, историками и экономистами Егип-
та. Адресован он Израилю. Предмет иска – возмещение
ущерба, который понес египетский народ многие тысячи
лет тому назад. Речь идет о библейской истории исхода
евреев из Египта, возглавляемого Моисеем. Как извест-
но из Библии (в книге «Исход» история хорошо докумен-
тирована), еврейские беглецы забрали у египтян тогда
большое количество золота. С учетом набежавших за ты-
сячелетия процентов сумма иска, скорее всего, будет из-
243
Мировое хозяйство между двумя войнами
меряться триллионами долларов. Тема «золотого долга»
Израиля Египту активно обсуждается в мировых СМИ с
конца прошлого века1.
Все многообразие современных компенсационных тре-
бований, выдвигаемых на уровне межгосударственных отно-
шений, можно разделить на следующие виды компенсаций:
а) за материальные ущербы прошлых войн;
б) за моральные и гуманитарные ущербы лицам, по-
страдавшим от войн и боевых действий;
в) за рабство;
г) за колониальное ограбление (кроме использования
рабского труда);
д) за экологические ущербы;
е) за конфискации и национализации имущества не-
резидентов;
ж) классические репарации (возмещение ущербов
стране, одержавшей победу в войне).
Но все-таки на первом месте по значимости остают-
ся компенсации за ущербы от войн. Эти ущербы включают
следующие компоненты:
Во-первых, прямые материальные потери – полное
уничтожение, разрушения, порчу и хищения различных
видов (объектов) имущества.
Во-вторых, косвенные экономические потери – убыт-
ки, вызванные нарушением нормальной хозяйственной
деятельности.
В-третьих, гуманитарные и моральные потери. Этот
вид потерь выражается, прежде всего, в гибели людей, по-
тере здоровья, утрате человеком нормальных условий жиз-
ни, насильственных перемещениях и т. п. Эти потери лишь
частично могут иметь денежное выражение.
1 См.: «Долги еврейские: потомки древних египтян – копты обратились в
международный суд!» // Интернет.
Режим доступа: http://www.evangelie.ru/
forum/t54698.html.
244
В. Ю. Катасонов
Наши компенсационные требования
1922 года. Какова их судьба?
О наших компенсационных требованиях к Западу на
Генуэзской конференции мы выше уже подробно расска-
зали. Напомним, что это были наши требования возме-
стить ущерб, нанесенный России военной интервенцией
стран Антанты и экономической блокадой. Общая сумма
встречных требований составила 39 млрд зол. рублей. Что
более чем в два раза превышало претензии бывших союз-
ников к России. Сторонам на Генуэзской конференции ни
о чем договориться не удалось.
Острота проблемы взаимных требований Советского
государства и стран Запада снималась на неопределенный
срок после того, как началась «полоса признаний» СССР
европейскими странами в 1924 году. Установление дипломатических
отношений сопровождалось признанием
государственной монополии внешней торговли в СССР и
предоставлением нам режима наибольшего благоприят-
ствования во внешней торговле.
Прошло много десятилетий, и кое-какие встречные
требования тех времен, в конце концов, были «обнуле-
ны». Произошло это сравнительно недавно. Так, во вре-
мя встречи М. Горбачева с М. Тэтчер в 1986 году были
«обнулены» наши требования по русскому золоту, кото-
рое оказалось в Великобритании в годы Первой мировой
войны1. Позднее также были «закрыты» наши требования
по русскому золоту во Франции (это уже произошло при
Б. Ельцине). Речь идет о Соглашении от 27 мая 1997 года
между Правительством Российской Федерации и Прави-
тельством Французской Республики об окончательном
урегулировании взаимных финансовых и имущественных
требований, возникших до 9 мая 1945 года. Российская
1 Одновременно произошла ликвидация требований Великобритании по
долгам царского правительства.
245
Мировое хозяйство между двумя войнами
Федерация, согласно соглашению, обязалась выплатить
Франции 400 млн долларов США в целях окончательно-
го урегулирования взаимных финансовых и имуществен-
ных требований, возникших у России и Франции друг к
другу до 9 мая 1945 года. Как отмечалось в комментари-
ях к российско-французскому соглашению, 400 млн долл.
были выплачены для удовлетворения требований десят-
ков тысяч французских мелких держателей российских
долговых бумаг.
В соответствии со статьями 1 и 2 Соглашения осно-
ваниями для таких претензий являются: требования,
связанные с интервенцией 1918–1922 годов; требования,
касающиеся всех находящихся во Франции активов, при-
надлежавших правительству Российской Империи, а так-
же правительствам, пришедшим на смену правительству
Российской Империи; требования, касающиеся всех зай-
мов и облигаций, которые были выпущены или гаранти-
рованы до 7 ноября 1917 года правительством Российской
Империи и т. д. Из вышеприведенного текста российско-
французского соглашения фактически следует, что Рос-
сийская Федерация согласилась стать преемником Рос-
сийской Империи в части, касающейся ее финансовых и
имущественных обязательств перед Французской Респу-
бликой, которые не были выполнены.
А вот наши претензии по русскому золоту, осевшему
в банках Японии, сохраняются (там находится так назы-
ваемое «золото Колчака», которое не было полностью ис-
пользовано сибирским правительством адмирала Колчака
на закупки оружия). Но русское золото за границей – лишь
отдельные фрагменты широкой картины под названием
«Наши требования к Западу по итогам его политики в от-
ношении России в период 1917–1922 гг.». И эту картину
надо реконструировать. При этом надо учитывать, что в
1990 году Горбачев подписал в Париже соглашение, по ко-
торому СССР выступил правопреемником царской России.
246
В. Ю. Катасонов
В 1992-м, когда правопреемником Советского Союза ста-
ла РФ, президент Ельцин опять подписал в Париже бумагу,
по которой наша страна выступает как правопреемник не
только СССР, но и Российской Империи1.
Некоторые наши сограждане тогда, более двух де-
сятилетий назад, обрадовались факту признания такой
правопреемственности. В частности, ныне покойный про-
фессор В. Сироткин, занимавшийся проблемой русского
зарубежного золота, посчитал, что у Российской Федера-
ции появились юридические основания требовать русское
золото от таких стран, как Великобритания, Франция,
США, Япония и т. д. Но тут есть два «но». Во-первых, как
мы выше отметили, с Великобританией и Францией были
заключены соглашения об урегулировании взаимных
претензий (соответственно в 1986 и 1997 гг.). Во-вторых,
наши «золотые претензии» хотя и были существенны-
ми, заметно перекрывались встречными претензиями по
долгам царского и Временного правительств. Кажется, со
временем это понял и профессор В. Сироткин, посколь-
ку свои изыскания по части зарубежного золота он стал
дополнять изысканиями в области недвижимого имуще-
ства Российской Империи за рубежом. Особое внимание
он уделил нашей собственности на Святой земле (Иеруса-
лим и Палестина). Логика его поисков была понятна: уве-
личить оценки объемов зарубежных активов Российской
Империи таким образом, чтобы они превышали объемы
внешних долгов Российской Империи. Задача была не из
легких, решить ее профессор то ли не смог, то ли не успел.
Все его изыскания в области зарубежного золота пред-
ставляют интерес лишь для историков, но практически
использовать их для решения сегодняшних политических
и экономических проблем Российской Федерации не пред-
ставляется возможным.
1 Династия фанатичного профессора (10.07.2002) // Интернет.
Режим до-
ступа: http://stringer-news.com/Publication.mhtml?PubID=953&Part=39
247
Мировое хозяйство между двумя войнами
Если наши требования 1922 года не были тем или
иным способом использованы в наших торгах (торгово-
экономических и политико-дипломатических) с Западом
(а были просто забыты), то их надо «реанимировать» и ак-
тивно задействовать. Но, судя по некоторым документам,
наш МИД помнит о компенсационных требованиях РСФСР
1922 года. Это видно на примере упоминавшегося выше
российско-французского соглашения от 27 мая 1997 года.
В статьях 1 и 2 Соглашения перечисляются основания для
встречных претензий сторон. С французской стороны это,
прежде всего, требования, касающиеся всех займов и об-
лигаций, которые были выпущены или гарантированы до
7 ноября 1917 года правительством Российской Империи.
С российской стороны, это требования, касающиеся всех
находящихся во Франции активов, принадлежавших пра-
вительству Российской Империи, а также правительствам,
пришедшим на смену правительству Российской Импе-
рии. Однако на первом месте стоят наши требования,
связанные с интервенцией 1918–1922 годов. Знатоки тон-
костей вопроса российско-французских претензий не без
основания полагают, что соглашение от 27 мая 1997 года
было «игрой в поддавки», поскольку наши требования к
Франции были, мягко говоря, «недооценены». А проще го-
воря, проигнорированы.
Цена вопроса совсем не маленькая. Содержание чи-
стого металла в золотом рубле того времени – 0,774 г.
39 млрд зол. рублей в металлическом эквиваленте состав-
ляет около 30,2 тыс. тонн. Чтобы было понятно, приведу
следующую цифру. По данным Всемирного совета по зо-
лоту, официальные резервы золота (запасы центральных
банков и казначейств) в мире сегодня составляют как раз
30 тыс. тонн. При нынешнем уровне цен это эквивалентно
1,2 трлн долларов. И это еще учитывая, что цены на золото
сегодня искусственно занижены.
248
В. Ю. Катасонов
Кстати, следует обратить внимание, что оценки ущер-
бов, которые понесла Россия в ходе Первой мировой войны,
Гражданской войны, интервенции стран Антанты, эконо-
мической блокады, продолжали уточняться после 1922 го-
да1. В частности, в 1927 году председатель Госплана СССР
Г. М. Кржижановский в своем секретном докладе «Итоги
прошедшего десятилетия» дал подробный анализ разру-
шительного воздействия военно-политического кризиса
1914–1920 годов на народное хозяйство страны. По оценке
автора доклада, ущерб России в годы военного лихолетья
составил: от войны с Германией и ее союзниками – свыше
40 млрд рублей золотом; от Гражданской войны и экономи-
ческой блокады – более 50 млрд рублей золотом2.
И еще одно дополнение. Вопреки устоявшимся мнени-
ям, торгово-экономическая блокада Запада не была снята
и после полосы дипломатических признаний европейских
государств, а позднее (в 1933 г.) и Соединенных Штатов.
СССР осуществлял свою индустриализацию в условиях та-
кой блокады. Да, мы быстро и уверенно наращивали свой
экономический потенциал в 1930-е годы. Эти успехи отча-
сти маскируют разного рода ущербы, которые СССР тер-
пел из-за экономических санкций Запада3. Это отдельный
большой «эпизод», хронологическими рамками которого
является период 1922–1941 годов.
1 Нам вообще неизвестно, велась ли систематическая работа по оценкам
ущербов в период самой Первой мировой войны. По крайней мере, в фунда-
ментальном труде А. Л. Сидорова «Экономическое положение России в годы
Первой мировой войны» (М.: Наука, 1973) об этом ничего не говорится. Скорее
всего, такую работу начали проводить лишь в советское время, примерно с
1921 г. Причем она охватывала оценку ущербов как от действий Германии и
ее союзников в годы Первой мировой войны, так и от действий интервентов
(бывших союзников России по первой мировой войне) начиная с 1918 г.
2 См.: Булатов В. В., Гоманенко О. А.. Завоевание СССР экономической
независимости в 1930-е годы (2013) // Интернет.
Режим доступа: http://www.
volsu.ru/struct/institutes/iimost/history/employees/publication.php?id=000016749
3 Подробнее см.: Катасонов В. Ю. Экономика Сталина. – М.: Институт рус-
ской цивилизации, 2014.
249
Мировое хозяйство между двумя войнами
Великая Отечественная война
(1941–1945): наши ущербы
Вторая мировая война была самой разрушительной
в истории человечества. Для СССР ущербы от войны
были астрономическими. Работа по оценке ущербов в
нашей стране в годы Второй мировой войны была нала-
жена намного лучше, чем в годы Первой мировой войны.
2 ноября 1942 года Указом президиума Верховного Со-
вета СССР была учреждена Чрезвычайная Государствен-
ная комиссия по установлению и расследованию злодея-
ний немецко-фашистских захватчиков и их союзников и
причиненного ими ущерба гражданам, колхозам, обще-
ственным организациям, государственным предприяти-
ям и учреждениям СССР в годы Великой Отечественной
войны. Сокращенный вариант названия: Чрезвычайная
Государственная комиссия по ущербам – ЧГК. Эта ко-
миссия по итогам войны опубликовала следующие цифры:
немецко-фашистские захватчики и их союзники разруши-
ли 1710 городов и более 70 тысяч сел и деревень, лиши-
ли крова около 25 миллионов человек. Они уничтожили
около 32 тысяч промышленных предприятий, 84 тысячи
школ и других учебных заведений, разрушили и разграби-
ли 98 тысяч колхозов1. Кроме того, ими было уничтожено
4100 железнодорожных станций, 36 тысяч предприятий
связи, 6 тысяч больниц, 33 тысяч поликлиник, диспансе-
ров и амбулаторий, 82 тысячи начальных и средних школ,
1520 средних специальных учебных заведений, 334 выс-
ших учебных заведения, 43 тысяч библиотек, 427 музеев
и 167 театров. В сельском хозяйстве было разграблено
1 Эти и приводимые далее данные об ущербах Советскому Союзу в ре-
зультате Второй мировой войны взяты из следующего источника: Возне-
сенский Н. Военная экономика СССР в период Отечественной войны. – М.:
Госполитиздат, 1948. Обращаю внимание на то, что автором книги является
Николай Алексеевич Вознесенский (1903–1950), который в период 1938–
1949 гг. занимал пост председателя Госплана СССР.
250
В. Ю. Катасонов
или уничтожено 7 млн лошадей, 17 млн голов крупного
рогатого скота, десятки миллионов свиней, овец и коз,
домашней птицы. Ущерб, нанесенный транспорту, таков:
разрушено 65 тысяч километров железнодорожных путей,
13 тысяч железнодорожных мостов, уничтожено, повреж-
дено и угнано 15800 паровозов и мотовозов, 428 тыс. ваго-
нов, 1400 судов морского транспорта. Грабежом занима-
лись такие фирмы, как «Фридрих Крупп и К°», «Герман
Геринг», «Сименс Шукерт», «ИТ Фарбениндустри». Пря-
мой ущерб, причиненный гитлеровцами и их союзниками
народному хозяйству СССР, в стоимостном выражении
составил в сумме 679 млрд рублей в государственных це-
нах 1941 года. Из них государственным предприятиям и
учреждениям – 287 млрд рублей, колхозам – 181 млрд ру-
блей, сельским и городским жителям – 192 млрд рублей,
кооперативным, профсоюзным и другим общественным
организациям – 19 млрд рублей. Материальный ущерб,
причиненный немецко-фашистскими захватчиками Со-
ветскому Союзу, составил около 30 % его национального
богатства, а в районах, подвергшихся оккупации, – около
67 %. Отчет ЧГК был представлен на Нюрнбергском про-
цессе в 1946 году.
Приведенные цифры не исчерпывают всего ущерба.
Они охватывают только потери от прямого уничтожения
имущества граждан, колхозов, общественных организа-
ций, государственных предприятий и учреждений. В ука-
занную сумму не включены такие потери, как снижение
национального дохода от прекращения или сокращения
работы государственных предприятий, колхозов и граж-
дан, стоимость конфискованных германскими оккупаци-
онными войсками предметов производства и снабжения,
военные расходы СССР и потери от замедления темпов
общего хозяйственного развития страны в результате дей-
ствий врага в течение 1941–1945 гг. Расходы Советского
государства на войну с Германией и Японией и потери
251
Мировое хозяйство между двумя войнами
доходов, которые в результате оккупации понесли госу-
дарственные, кооперативные предприятия и организации,
колхозы и население Советского Союза, составили не ме-
нее 1890 млрд рублей. Вместе с прямым ущербом эта сум-
ма за годы войны достигла 2569 млрд рублей.
Только прямой материальный ущерб СССР, по оценкам
ЧГК, в валютном эквиваленте составил 128 млрд долл. (тог-
дашних долларов, не сегодняшних). А общий ущерб (вклю-
чая косвенные потери и военные расходы) – 357 млрд долл.
Еще до завершения Второй мировой войны было по-
нятно, что именно на СССР легло основное ее экономиче-
ское бремя. Уже после войны делались различные расче-
ты и оценки, которые лишь подтвердили этот очевидный
факт. Западногерманский экономист Б. Эндрукс провел
сравнительную оценку бюджетных расходов на военные
цели основных воюющих стран за весь период войны.
Французский экономист А. Клод сделал сравнительные
оценки прямых экономических потерь (разрушение и хи-
щение имущества) основных воюющих стран. Мы свели
эти оценки в табл. 14.
Табл. 14. Военные бюджетные расходы и прямые
экономические ущербы основных воющих стран
в период Второй мировой войны (млрд долл.)1
Военные
бюджетные
расходы
Прямые
экономиче-
ские ущербы*
Общие
потери
СССР 357 128 485
Германия 272 48 320
Великобритания 120** 6,8 126,8
Франция 15 21,5 36,5
США 275 — —
1 История мировой экономики. Учебник для вузов / Под ред. Г. Б. Поляка,
А. Н. Марковой. – М.: ЮНИТИ, 2002. С. 307–315.
252
В. Ю. Катасонов
Италия 94 — —
Япония 56 — —
Польша — 20 —
Итого 1191 224,3 968,3
* В ценах 1938 г.
** Вместе с Канадой.
Как видно из табл. 13, в общей (итоговой) сумме бюд-
жетных военных расходов периода Второй мировой войны
семи основных воюющих стран на СССР пришлось ровно
30 %. В общей (итоговой) сумме прямых экономических
ущербов пяти стран на СССР пришлось 57 %. Наконец, в
общей итоговой сумме общих потерь (сумма военных рас-
ходов и прямых экономических ущербов) четырех стран на
СССР пришлось ровно 50 %. Удивительно: Сталин на Ял-
тинской конференции попал в точку, когда предложил, что-
бы половина всех репараций, которые будут возложены на
Германию, была бы перечислена Советскому Союзу.
Ялтинские договоренности по репарациям:
сталинская щедрость
Сталин на Ялтинской конференции в феврале
1945 года проявил невероятную щедрость. Он предло-
жил установить общую сумму репараций для Германии в
размере 20 млрд долл., предусмотрев, что половина этой
суммы (10 млрд долл.) будет выплачиваться Советскому
Союзу как стране, внесшей наибольший вклад в победу
и пострадавшей больше всех в антигитлеровской коали-
ции. С некоторыми оговорками Ф. Рузвельт и У. Черчилль
согласились с предложением И. Сталина. Все это можно
узнать из стенограммы Ялтинской конференции. 10 млрд
долл. – это примерно сумма помощи США Советскому
Союзу по программе ленд-лиза в годы Второй мировой
253
Мировое хозяйство между двумя войнами
войны. 10 млрд долл. при тогдашнем золотом содержании
валюты США (1 долл. = 1/35 тройской унции) были эквива-
ленты 10 тысячам тонн золота. А все репарации (20 млрд
долл.) – 20 тысячам тонн золота. Получалось, что СССР
соглашался лишь на неполные 8 % покрытия своих пря-
мых ущербов с помощью немецких репараций. А по всем
ущербам покрытие составляло 2,8 %. Итак, предложения
по репарациям, озвученные в Ялте можно действительно
назвать щедрым жестом Сталина.
Как цифры Ялтинской конференции контрастируют
с теми гигантскими суммами репараций, которые страны
Антанты (без России) возложили на Германию на Париж-
ской конференции в 1919 году! По итогам Первой мировой
был заключен мирный договор, по которому была опреде-
лена сумма репараций: 269 млрд золотых марок – эквива-
лент примерно 100 000 (!) тонн золота. Разрушенная и
ослабленная сначала экономическим кризисом 20-х годов,
а затем и Великой депрессией страна была неспособна вы-
плачивать колоссальные репарации и была вынуждена за-
нимать у других государств, чтобы выполнять условия
договора. Репарационная комиссия в 1921 году сократила
сумму до 132 млрд долл., т. е. примерно в два раза1. Но и это
было эквивалентно 50 тысячам тонн золота. Опуская мно-
гие детали истории репараций времен Первой мировой вой-
ны, отметим, что Гитлер, придя к власти, в 1933 году полно-
стью прекратил выплаты репараций. Те репарации, которые
Франция и Великобритания получали от Германии, направ-
лялись преимущественно на погашение их долгов перед
Соединенными Штатами. Напомним, что США в результа-
те Первой мировой войны превратились из нетто-должника
в крупнейшего нетто-кредитора. Главными должниками
США были именно Франция и Великобритания, сумма
долга – около 10 млрд долл. До конца 1932 года указанные
1 Основные квоты в рамках этой суммы имели следующие страны: Фран-
ция (52 %), Великобритания (22 %), Италия (10 %).
254
В. Ю. Катасонов
страны успели выплатить Америке 2,6 млрд долл., причем
2 млрд долл. – репарационными деньгами1.
Уже после Второй мировой войны и образования
в 1949 году Федеративной Республики Германия главы
МИД США, Англии и Франции обязали ее вернуться к
выплате долгов по Версальскому договору2. В 1953 году,
согласно Лондонскому договору, потерявшей часть терри-
тории Германии было разрешено не платить по процентам
вплоть до объединения. Объединение Германии 3 октя-
бря 1990 года повлекло «реанимацию» ее репарационных
обязательств по Версальскому договору. На то, чтобы по-
гасить долги, Германии было отпущено 20 лет, для чего
стране пришлось взять двадцатилетний кредит в 239,4 млн
марок. Бедная Германия завершила выплату этих репара-
ций своим ближайшим союзникам лишь в конце 2010 года.
«Высокие отношения»! Как это разительно отличается от
политики СССР, который уже через несколько лет после
окончания Второй мировой войны отказался от репараций
со стороны Румынии, Болгарии и Венгрии, которые вош-
ли в состав социалистического лагеря. Даже Германская
Демократическая Республика вскоре после своего образо-
вания полностью прекратила репарационные перечисле-
ния Советскому Союзу3.
Кстати, по итогам Первой мировой войны у нас ни-
каких требований к Германии не было. Первоначально (по
Версальскому мирному договору) в числе получателей ре-
параций была и Россия. Однако в 1922 году в Рапалло (на
1 Александр Цыганков. 96 лет платежей. Германия закончила расплачи-
ваться за грехи 1914 года. // Русский репортер, 5 октября 2010, № 39 (167).
2 Сумма репарационных обязательств Германии на тот момент была опре-
делена в 50 млрд долл., причем США, Великобритания и Франция исходили
из того, что погашение указанных обязательств будет осуществляться по-
ровну восточной и западной частями Германии. Такое решение принима-
лось без согласования с СССР.
3 Это было зафиксировано специальным соглашением между ГДР, с одной
стороны, и СССР и Польской Народной Республикой (ПНР), с другой сторо-
ны (полное прекращение репараций с 1 января 1954 г.).
255
Мировое хозяйство между двумя войнами
сепаратной встрече, которая проходила параллельно с меж-
дународной экономической конференцией в Генуе) мы за-
ключили соглашение с Германией об отказе от репараций
в обмен на отказ от претензий немецкой стороны в связи с
национализацией германских активов в России1.
Возвращаясь к вопросу о сталинской щедрости, сле-
дует отметить, что причины ее Сталин не скрывал. Он
не хотел повторения того, что произошло в Германии и
Европе после подписания Версальского мирного догово-
ра. Фактически этот документ загонял Германию в угол
и «программировал» движение Европы ко Второй миро-
вой войне2. Выступая на Парижской мирной конференции
по поводу мирного договора с Венгрией, тогдашний за-
меститель министра иностранных дел СССР А. Я. Вышин-
ский разъяснял суть советской репарационной политики:
«Советское правительство последовательно проводит
такую линию репарационной политики, которая заклю-
чается в том, чтобы исходить из реальных планов, чтобы
не удушить Венгрию, чтобы не подрубить корни ее эко-
номического восстановления, а, наоборот, облегчить ей
возможность ее экономического возрождения, облегчить
ей возможность стать на ноги, облегчить ей возможность
войти в общую семью Объединенных наций и участвовать
в деле экономического возрождения Европы»3.
Щадящий подход Советский Союз применял и в отно-
шении других стран, воевавших на стороне Германии. Так,
мирный договор с Италией возлагает на последнюю обя-
1 Согласно некоторым источникам, Советская Россия отказалась от репа-
раций на сумму, эквивалентную 10 млрд руб. (Европа после Первой мировой
войны: территориальные изменения и политическое развитие (1919–1923) //
Интернет.
Режим доступа: http://ukrmap.su/ru-wh10/250.html).
2 Участвовавший в обсуждении вопросов репараций на Парижской мирной
конференции 1919 г. известный английский экономист Джон Кейнс (чиновник
министерства финансов) заявил, что установленные для Германии репараци-
онные обязательства превышают ее возможности не менее, чем в 4 раза.
3 Статья «Репарации» // Дипломатический словарь. 1948.
256
В. Ю. Катасонов
занность выплатить Советскому Союзу репарации на сум-
му 100 млн долл., что составляло не больше 4–5% прямого
ущерба, причиненного Советскому Союзу1.
Принцип щадящего подхода к определению объема
репараций дополнялся еще одним важным принципом со-
ветской политики. А именно принципом преимуществен-
ного погашения репарационных обязательств продукцией
текущего производства. Второй принцип формулировался с
учетом уроков Первой мировой войны. Напомним, что репа-
рационные обязательства, возложенные на Германию после
Первой мировой войны, были исключительно денежными,
причем в иностранной валюте. В этой ситуации Германии
приходилось развивать те производства, которые были ори-
ентированы не на насыщение внутреннего рынка необходи-
мыми товарами, а на экспорт, с помощью которого можно
было получить необходимую валюту. А кроме того, Герма-
ния вынуждена была обращаться за кредитами для выплаты
очередных траншей репараций, что загоняло ее в долговую
кабалу. Повторения этого СССР не хотел. В. М. Молотов на
заседании Совета министров иностранных дел 12 декабря
1947 года разъяснял советскую позицию: «Из западных зон
не производится никаких текущих репарационных поста-
вок, но промышленность в англо-американской объединен-
ной зоне достигает всего 35 % от уровня 1938 г. Из советской
зоны в Германии производятся текущие репарационные
поставки, и промышленность здесь уже достигла 52 % от
уровня 1938 г. Таким образом, промышленный индекс со-
ветской зоны, – хотя здесь более сложные условия для вос-
становления промышленности, – в полтора раза выше, чем
промышленный индекс англо-американской зоны. Из этого
видно, что репарационные поставки не только не мешают
восстановлению промышленности, но, наоборот, содей-
ствуют этому восстановлению»2.
1 Статья «Репарации» // Дипломатический словарь. 1948.
2 Там же.
257
Мировое хозяйство между двумя войнами
Напомним, что на Ялтинской конференции прин-
цип немонетарного характера репараций был согласован
руководителями СССР, США, Великобритании. На Пот-
сдамской конференции наши союзники еще раз его под-
твердили. А вот позднее, начиная с 1946 года, они начали
его активно торпедировать. Впрочем, они торпедировали
и другие договоренности, относящиеся к репарациям. Так,
еще на Потсдамской конференции союзники СССР согла-
сились, что покрытие репарационных обязательств Гер-
мании будет частично осуществляться за счет поставок
продукции и демонтажа оборудования в западных окку-
пационных зонах1. Однако союзники чинили нам препят-
ствия в получении товаров и оборудования из западных
оккупационных зон (было получено всего несколько про-
центов от запланированного объема). Также союзники чи-
нили нам препятствия в получении доступа к германским
активам на территории Австрии. И т. п.
Объявление Западом «холодной войны» против СССР
в 1946 году привело к тому, что единого союзнического ме-
ханизма взимания репараций и их учета создано не было.
А с созданием в 1949 году Федеративной Республики Гер-
мании (на базе западных оккупационных зон) возможность
получения Советским Союзом репарационных возмещений
из западной части Германии окончательно исчезла.
Но вернемся к репарациям времен Второй мировой
войной. Конкретная общая цифра репараций, возложенных
на Германию по итогам Второй мировой войны, после Ял-
тинской конференции больше не фигурировала, в том чис-
1 Предусматривалось, что Советскому Союзу из западных оккупацион-
ных зон будет передано 25 % оборудования, пригодного к использованию.
При этом 15 % будет передаваться в обмен на поставки товаров, а еще
10 % – безвозмездно. Как отмечает Михаил Семиряга, из 300 предприятий
в западных оккупационных зонах, запланированных к демонтажу в пользу
СССР, к весне 1948 г. было фактически демонтировано лишь 30 (Семиря-
га М. И. Как мы управляли Германией. – М.: РОССПЭН, 1995).
258
В. Ю. Катасонов
ле в документах Потсдамской конференции. Вопрос о репа-
рациях по итогам Второй мировой войны до сих остается
достаточно «мутным». После Второй мировой войны – по
крайней мере, для Федеративной Республики Германия –
не было репарационных положений, схожих с Версальским
договором, и, таким образом, не было зафиксированных
документально общих репарационных обязательств Герма-
нии. Не удалось создать эффективного централизованного
механизма взимания репараций и учета выполнения репа-
рационных обязательств Германией. Страны-победители
удовлетворяли свои репарационные претензии за счет Гер-
мании в одностороннем порядке.
Сама Германия, если судить по заявлениям неко-
торых ее официальных лиц, не знает точно, сколько она
выплатила репараций. Советский Союз предпочитал по-
лучать репарации не в денежной, а натуральной форме.
По данным нашего историка Михаила Семиряги, с мар-
та 1945-го в течение одного года высшие органы власти
СССР приняли почти тысячу решений, относящихся к де-
монтажу 4389 предприятий из Германии, Австрии, Вен-
грии и других европейских стран. Плюс еще примерно
тысяча заводов была перевезена в Союз из Маньчжурии и
даже Кореи1. Цифры внушительные. Но все оценивается в
сравнении. Мы выше привели данные ЧГК, что только ко-
личество промышленных предприятий, подвергнувшихся
разрушению в СССР немецко-фашистскими захватчика-
ми, составило 32 тысячи. Количество демонтированных
Советским Союзом предприятий в Германии, Австрии и
Венгрии составило менее 14 %. Кстати, по данным тог-
дашнего председателя Госплана СССР Николая Возне-
сенского, за счет поставок трофейного оборудования из
Германии было покрыто лишь 0,6 % прямого ущерба Со-
ветскому Союзу.
1 См.: Семиряга М. И. Как мы управляли Германией. – М.: Российская по-
литическая энциклопедия (РОССПЭН), 1995.
259
Мировое хозяйство между двумя войнами
Кое-какие данные содержатся в документах Германии.
Так, по сведениям министерства финансов ФРГ и феде-
рального министерства внутригерманских отношений, на
31.12.1997 изъятие из советской оккупационной зоны и ГДР
до 1953 года составило 66,4 млрд марок, или 15,8 млрд
долл.1 По оценкам немецких историков и экономистов,
это эквивалентно 400 млрд современных долл.2 Изъятия
совершались как в натуральной форме, так и в денежной.
Основными позициями репарационных перемещений из
Германии в СССР были следующие (млрд марок)3: постав-
ки продукции текущего производства германских пред-
приятий – 34,70; денежные выплаты в различных валютах
(включая оккупационные марки) – 15,04.
В 1945–1946 годах достаточно широко использовалась
такая форма репараций, как демонтаж оборудования гер-
манских предприятий и его отправка в СССР. Этой форме
репараций посвящена достаточно обширная литература,
изъятия оборудования детально документированы. В мар-
те 1945 года в Москве создали Особый комитет (ОК) Госу-
дарственного комитета обороны СССР. Председателем стал
Г. М. Маленков. В ОК входили представители Госплана,
наркомата обороны, наркоматов иностранных дел, оборо-
ны и тяжелой промышленности. Координировал всю дея-
тельность комитет по демонтажу военно-промышленных
предприятий в советской зоне оккупации Германии. С
марта 1945 по март 1946 года приняли 986 решений о де-
монтаже более 4000 промышленных предприятий: 2885 из
1 Германские репарации: Миллиарды без всякого учета. // «politik.de», Гер-
мания – 26 февраля 2001 г. (Интернет.
Режим доступа: http://perevodika.ru/
articles/8856.html)
2 Бабиченко Д. Разруха в головах // Итоги, №18. 06.05.2013 (Интернет.
Ре-
жим доступа: http://www.itogi.ru/polit-tema/2013/18/189486.html).
3 Германские репарации: Миллиарды без всякого учета. // «politik.de», Гер-
мания – 26 февраля 2001 г. (Интернет.
Режим доступа: http://perevodika.ru/
articles/8856.html)
4 Более подробно состав репарационных перемещений см.: приложение № 4.
260
В. Ю. Катасонов
Германии, 1137 – немецких предприятий Польши, 206 – Ав-
стрии, 11 – Венгрии, 54 – Чехословакии. Демонтаж основ-
ного оборудования осуществлен на 3474 объектах, изъято
1 118 000 единиц оборудования: металлорежущих станков
339 000 штук, прессов и молотов – 44 000 штук и электро-
моторов – 202 000 штук. Из чисто военных заводов в совет-
ской зоне демонтировали 67, уничтожили – 170, переобору-
довали для выпуска мирной продукции – 81.
Однако роль такой формы репараций, как изъятие обо-
рудования, была не очень значительной. Дело в том, что
демонтаж оборудования вел к прекращению производств
в восточной части Германии и росту безработицы. С нача-
ла 1947 года эта форма репараций была быстро свернута.
Вместо этого на базе 119 крупных предприятий восточного
сектора оккупации было создано 31 акционерное общество
с советским участием (советское акционерное общество –
САО). На САО в 1950 году приходилось 22 % промышлен-
ного производства ГДР2. В 1954 году САО были безвозмезд-
но переданы Германской Демократической Республике.
Оценки репарационных перемещений в пользу СССР
после Второй мировой войны содержатся также в работах
ряда западных экономистов. Как правило, они не сильно
отличаются от тех цифр, которые представило правитель-
ство ФРГ. Ниже приводим оценки из работы американско-
го экономиста Питера Либермана (табл. 15). Как видно
из табл. 14, подавляющая часть репараций в пользу СССР
странами Восточной Европы осуществлялась в виде по-
ставок продукции текущего производства (около 86 % по
всем странам, представленным в таблице). Примечатель-
1 Коваль К. И. Последний свидетель: «Германская карта» в холодной вой-
не. – М., 1997. С. 120–124; Бельферман Моисей. Возникновение и банкрот-
ство СССР связано с обеими мировыми войнами. // Интернет.
Режим досту-
па: http://www.proza.ru/2013/05/31/1472
2 Василенко Л. В. Решение проблемы германских репараций союзниками
по антигитлеровской коалиции (1945–1953). // Вестник Нижневартовского
государственного гуманитарного университета, 2009, № 2.
261
Мировое хозяйство между двумя войнами
но, что некоторые страны Восточной Европы осуществля-
ли репарационные трансферты в пользу СССР и при этом
были получателями советской помощи. По отношению к
общему объему репараций всех шести стран советская по-
мощь составила около 6 %. Также из приведенной таблицы
видно, что на Германскую Демократическую Республику
пришлось 85 % всех репарационных перемещений из Вос-
точной Европы в СССР.
Табл. 15. Баланс трансфертов страны Восточной
Европы – СССР за период 1945–1960 гг. (млн долл.)1
Страна Репарации в пользу СССР
Помощь со сто-
роны СССР
Сальдо
Всего
Продукция
текущего
производства
Перемещение
оборудования
и ценностей
Прочее*
ГДР 16.849 15.063 1.333 453 62 16.787
Румыния 1.413 880 333 200 58 1.355
Венгрия 977 449 333 150 99 878
Польша 626 626 – – 842 –216
Болгария 6 – – 6 89 –83
Чехословакия – – – – 16 –16
Итого 19.871 17.018 2000 809 1.166 18.705
* Преимущественно за счет льготного приобретения акций и долей в капи-
тале местных компаний (советские акционерные общества – САО) и льгот-
ного снабжения САО сырьем.
Впрочем, оценки того, сколько репараций выплатила
Германия Советскому Союзу, сильно разнятся. Эта тема
затрагивается в книге «Неудавшаяся империя: Советский
Союз в холодной войне от Сталина до Горбачева», кото-
1 Peter Liberman. Does Conquest Pay? The Exploitation of Occupied Industrial
Societies. Princeton University Press, 1998. P. 129.
262
В. Ю. Катасонов
рая вышла сначала в США, а потом была переведена на
русский язык и издана у нас в России. Ее автор Владислав
Зубок пишет следующее: «К 1953 г. ГДР уже выплатила
репараций на 4 млрд долларов США, но все еще остава-
лась должна Советскому Союзу и Польше 2,7 млрд дол-
ларов и продолжала выплачивать более 211 млн долларов
ежегодно из своего бюджета»1. Из этой информации сле-
дует, что объем выплат репараций за восьмилетний пе-
риод 1953–1960 годов составил 1 млрд 688 млн долл., или
округленно 1,7 млрд долл. А за весь период с окончания
войны до 1960 года включительно было получено Совет-
ским Союзом 5,7 млрд долл. репараций. Причем, как мы
отмечали выше, часть этих поступлений передавалась
Польше. Сумма в три раза меньше той, которую приводит
американский исследователь. Кроме того, в приведенном
выше отрывке смущает фраза, что репарации выплачива-
лись из бюджета ГДР. Во всех известных нам документах
говорится о том, что СССР получал репарации «натурой»,
что, кстати, подтверждает и Питер Либерман.
А вот еще один источник, содержащий информа-
цию о немецких репарациях Советскому Союзу, – кни-
га известного историка Николая Платошкина «Жаркое
лето 1953 года в Германии»2. Приводимые им цифры и
оценки базируются на исследовании немецкого историка
С. Клессманна3. Прежде всего, Платошкин обращает вни-
мание, что репарации Советскому Союзу (а через него и
Польше) должна была платить вся Германия. Однако ре-
парационные поставки на восток в 1946 году из западных
оккупационных секторов прекратились из-за обструкций
союзников СССР по войне. С этого времени вся репара-
1 Зубок В. М. Неудавшаяся империя: Советский Союз в холодной войне от
Сталина до Горбачева. Пер. с англ. – М.: Росспэн, 2011. С. 42.
2 Платошкин Н. Жаркое лето 1953 года в Германии. – М.: ОЛМА-ПРЕСС
Образование, 2004.
3 Klessmann C. Die doppelte Staatsgruendung. Deutsche Geschichte 1945–
1955. Bonn, 1986.
263
Мировое хозяйство между двумя войнами
ционная нагрузка легла на Восточную Германию, которая
контролировалась Советским Союзом. К 1950 году Вос-
точная Германия (которая в 1949 г. стала государством
ГДР) выплатила репараций (почти исключительно в на-
туральной форме) на сумму 3,66 млрд долл. Непогашен-
ные репарационные обязательства ГДР в начале 1950 года,
по данным Н. Платошкина, составили 6,34 млрд долл. По
просьбе Гротеволя И. Сталин 15 мая 1952 года согласил-
ся оставшуюся сумму репараций уменьшить вдвое, т.е. до
3,17 млрд долл. Таким образом, с учетом пересмотра усло-
вий общая сумма репарационных обязательств ГДР была
снижена с 10 млрд долл. до 6,83 млрд долл. Согласно до-
говоренности 15 мая 1952 года, погашения репарационных
обязательств были растянуты на 15 лет. То есть в расчете
на год получалась та самая сумма 211 млн долл., о которой
говорил В. Зубок. Условия этого соглашения выполнялись
до конца 1952 года, а в 1953 году СССР принял решение
о прекращении репарационных платежей (вернее – репа-
рационных поставок)1. За период 1945–1952 годов Восточ-
ная Германия выполнила репарационные обязательства на
сумму 4080,8 млн долл. Получается, что ГДР выплатила
репарации, равные 40,8 % по отношению к первоначаль-
ной сумме репарационных обязательств, и на 59,7 % по от-
ношению к скорректированной сумме.
А как выглядели репарационные трансферты Со-
ветскому Союзу на фоне репараций западным странам?
Статистика репараций Западу крайне размытая. В первые
годы после войны США, Великобритания и Франция де-
лали упор на вывоз из своих зон оккупации угля и кокса.
Также очень активно вырубались леса и вывозилась дре-
весина (как обработанная, так и необработанная). При-
мечательно, что большая часть поставок леса и угля не
1 По мнению Н. Платошкина и некоторых других историков, такое решение
было принято из-за обострения социально-экономической обстановки в
ГДР и волнений, которые имели место в Восточной Германии летом 1953 г.
264
В. Ю. Катасонов
засчитывалась в качестве репараций. Из западных зон
было демонтировано и вывезено оборудования на сумму
3 млрд марок (около 1,2 млрд долл.). Также США, Вели-
кобритания и Франция захватили золото общим объемом
277 тонн (эквивалентно почти 300 млн долл.), морские и
речные суда общей стоимостью 200 млн долл. Под кон-
троль союзников по антигитлеровской коалиции перешло
зарубежных авуаров Германии на сумму 8 – 10 млрд марок
(3,2–4,0 млрд долл.). Изъятие германских патентов и тех-
нической документации Соединенными Штатами и Вели-
кобританией оценивается еще примерно в 5 млрд долл.1
Оценивать объем репараций западными странами трудно,
поскольку многие изъятия (особенно патентов и техниче-
ской документации) осуществлялись без официальных ре-
гистраций и учетов и в статистику репараций не входили.
В советской печати встречались оценки общих сумм репа-
рационных перемещений из Германии в пользу западных
стран, намного превышающих 10 млрд долл.2
Тезис о том, что Германия, мол, сполна заплатила
России за ущербы в годы Второй мировой войны, мягко
говоря, сомнителен. Конечно, если сравнивать с той циф-
рой репараций в пользу Советского Союза, которую озву-
чил Сталин на Ялтинской конференции (10 млрд долл.),
то Германия даже перевыполнила план репараций. А об-
щий объем репараций стран Восточной Европы в пользу
СССР, как видно из табл. 15, оказался в два раза больше,
чем Сталин просил в начале 1945 года. Но если сопостав-
лять фактические репарации с оценками ущерба, сделан-
ными ЧГК, то картина выглядит совсем по-другому. Если
брать за основу данные министерства финансов ФРГ, то
выплаченные Германией репарации составили 12,3 %
1 См.: Коваль К. И. Последний свидетель: «Германская карта» в холодной
войне. – М., 1997.
2 Василенко Л. В. Решение проблемы германских репараций союзниками
по антигитлеровской коалиции (1945–1953). // Вестник Нижневартовского
государственного гуманитарного университета, 2009, № 2.
265
Мировое хозяйство между двумя войнами
величины прямых ущербов и 4,4 % объема всех ущер-
бов, понесенных Советским Союзом от Германии и ее
союзников в годы Второй мировой войны.
Напомним, что озвученная на Ялтинской конференции
цифра репараций в 10 млрд долл. не стала официальной.
Конкретные условия выплат репараций Германией и ее союз-
никами по Второй мировой войне обсуждались достаточно
долго в рамках постоянно действующего Совета министров
иностранных дел главных стран-победительниц (он функ-
ционировал до конца 1940-х гг.)1. Общие суммы репараций
для Германии, как мы отметили выше, не были установле-
ны. Вместе с тем, можно сделать два очевидных вывода по
поводу германских репараций Советскому Союзу.
1. Обязательства по репарационным поставкам в
СССР из западных оккупационных секторов Германии не
были выполнены. В 1946 году поставки оборудования и
промышленной продукции из этих секторов на восток были
прекращены, прежде всего, по инициативе США и Велико-
британии, развязавших «холодную войну».
2. Первоначальные обязательства по репарацион-
ным поставкам из восточного оккупационного сектора (с
1949 года – из ГДР) были выполнены менее чем наполови-
ну. Даже скорректированные в 1950 году репарационные
обязательства ГДР не были выполнены полностью.
Что касается выполнения репарационных обязательств
союзниц Германии во Второй мировой войне, то тут картина
более внятная. В 1946 году в Париже была проведена кон-
ференция стран-победительниц, на которой были опреде-
лены условия мирных договоров этих стран с пятью госу-
дарствами – союзниками фашистской Германии (Италией,
Венгрией, Болгарией, Румынией, Финляндией). Было под-
1 См.: Советский Союз на международных конференциях периода Великой
Отечественной войны 1941–1945 гг.: Сборник документов. Т. IV. Крымская
конференция руководителей трех союзных держав – СССР, США и Велико-
британии (4–11 февраля 1945 г.). – М.: Издательство политической литера-
туры, 1979.
266
В. Ю. Катасонов
писано большое количество двухсторонних мирных догово-
ров государств-победителей с пятью выше перечисленными
государствами. Все они в совокупности получили название
Парижских мирных договоров, которые вступили в силу од-
новременно – 15 сентября 1947 года. Каждый двухсторонний
договор содержал статьи (раздел) о репарациях. Например,
двухсторонний договор СССР – Финляндия предусматривал,
что последняя обязалась возместить убытки, нанесенные Со-
ветскому Союзу (300 млн долларов), и возвратить ценности,
вывезенные с советской территории. Советско-итальянский
договор предусматривал репарационные платежи Италией в
пользу СССР в размере 100 млн долл.
Опуская многие интересные детали реального выпол-
нения условий соглашений, которые подписывались со странами-
участницами
фашистского блока, отметим, что лишь
Финляндия в полном объеме выполнила все свои репараци-
онные обязательства перед странами-победительницами.
Италия репарации полностью не выплатила. Таково мнение
экспертов. Что касается Венгрии, Румынии и Болгарии, то
указанные страны после войны встали на путь социалисти-
ческого строительства, а в 1949 году стали членами Совета
экономической взаимопомощи (СЭВ). Москва великодушно
пошла навстречу этим странам и отказалась от своих требо-
ваний по репарациям. После 1975 года, когда был подписан
Хельсинкский акт, к теме репараций времен Второй миро-
вой войны уже не возвращались. Считалось, что этот доку-
мент «обнулял» все возможные требования и обязательства
государств по репарациям.
Реанимация репарационных требований
Второй мировой войны
Некоторые, конечно, могут сказать о недоплаченных
нам репарациях: «После драки руками не машут». Что,
267
Мировое хозяйство между двумя войнами
мол, получили от Германии репараций на сумму 16 млрд
тогдашних долларов, и на том спасибо. Что, мол, столько
времени уже прошло, что возвращаться к теме репараций
глупо и неприлично. Неприлично по той причине, что
были достигнуты многочисленные договоренности по по-
слевоенному устройству мира и Европы. С этим тезисом
можно было бы согласиться еще в 70-е или даже 80-е годы
прошлого века.
Напомним, что первоначально страны-победительницы
планировали заключить с Германией многосторонний
мирный договор наподобие того, который был подписан в
Париже в 1919 году (Версальский мирный договор). В этом
документе и предполагалось зафиксировать все репараци-
онные обязательства Германии. Однако уже в 1946 году
началась «холодная война». Вследствие такой ситуации
ни Восточная, ни Западная Германия не заключили мир-
ных договоров с воевавшими с ними государствами, и они
остаются без мирных договоров даже после того, как в
1990 году Германия стала единым государством. Мирный
договор заменяет Хельсинкский Акт 1975 года, в котором
все государства Европы и Америки подтвердили сложив-
шиеся государственные границы в Европе. Но в документе
1975 года нет даже намека на репарации. Видимо, участни-
ки совещания исходили из того, что тема репараций давно
уже закрыта, ворошить прошлое не стоит.
Но не в XXI веке, когда Запад вероломно нарушил
все договоренности, которые были достигнуты на конфе-
ренциях в Ялте и в Потсдаме в 1945������������������� ������������������году. А также гру-
бо попран Хельсинкский заключительный акт (1975 г.),
закрепивший политические и территориальные итоги
Второй мировой войны, закрепивший принципы взаи-
моотношений между государствами-участниками, в том
числе – принцип нерушимости границ; территориальная
целостность государств; невмешательство во внутренние
дела иностранных государств.
268
В. Ю. Катасонов
Несмотря на решения Совета министров иностранных
дел, Хельсинкский акт и другие высокие многосторонние
договоренности, некоторые вопросы репарационных требо-
ваний и обязательств решались и продолжают решаться на
двусторонней основе, в кулуарах, без лишнего шума. Речь,
прежде всего, идет об Израиле, который без особой огласки
«доил» потомков Третьего рейха на протяжении многих
лет. Соглашение между Германией (ФРГ) и Израилем о ре-
парациях было подписано 10 сентября 1952 года и вступило
в силу 27 марта 1953 года (так называемое Люксембургское
соглашение). Мол, немецкие «арии» должны искупать репа-
рациями свой грех холокоста. Это, наверное, единственный
случай в истории человечества, когда соглашение преду-
сматривает выплаты репараций государству, которого не
существовало во время войны, породившей репарации1.
Некоторые даже полагают, что созданием своей экономики
Израиль в большей степени обязан немецким репарациям, а
не помощи Вашингтона2. К 2008 году Германия выплатила
Израилю в порядке компенсации ущербов жертвам холоко-
ста репарации на сумму свыше 60 млрд евро3. Между про-
чим, по нашим оценкам (с учетом изменений покупатель-
ной способности валюты), сумма репараций, полученных
Израилем от Германии за период 1953–2008 годов прибли-
жается к 50 % общего объема репараций, полученных Со-
ветским Союзом от Германии (1945–1953 гг.).
1 См.: Иехиам Вайц. Германские репарации Израилю – к истории вопроса // Интернет.
Режим доступа: http://economics.kiev.ua/index.php?id=191&view=article
2 В период действия Люксембургского соглашения, с 1953 по 1965 г., пун-
ктуально выполненного ФРГ, поставки в счет немецких репараций состав-
ляли от 12 до 20 % ежегодного импорта в Израиль. (Буровский А. Правда о
«еврейском расизме». – М., 2010).
3 Немцам надоело платить компенсации жертвам холокоста? // Русская
линия. 28.11.2008. Подробнее об этом можно прочитать в вышедшей в
2000 г. книге американского политолога Нормана Финкельштейна «Инду-
стрия холокоста: размышления на тему эксплуатации еврейских страда-
ний» (англ. The Holocaust Industry: Reflections on the Exploitation of Jewish
Suffering). Книга также издавалась на русском языке.
269
Мировое хозяйство между двумя войнами
Уже скоро будет семьдесят лет после окончания Вто-
рой мировой войны, а тема репараций всплывает то в
одной, то в другой европейской стране. В качестве при-
мера можно привести Польшу, которая в начале нынешне-
го века заявила, что недополучила германских репараций.
История достаточно запутанная. Как известно, после Вто-
рой мировой войны довольно значительный кусок Третье-
го рейха отошел к Польше. Миллионы немцев в 1945 году
были выселены с территории, которая стала принадлежать
Польше. Перемещенные немцы и их потомки стали пода-
вать в суды Германии иски с требованием вернуть им соб-
ственность (прежде всего недвижимость), оставшуюся на
их родине (на юридическом языке это называется правом
реституции – восстановлением прав собственности). Сле-
дует также обратить внимание на то, что немецкие суды
выносили решения в пользу истцов. Для представления
интересов таких немцев было создано даже «Прусское
общество за возврат собственности». К началу нынешне-
го века совокупные суммы исковых заявлений и судебных
решений по ним уже измерялись миллиардами долларов.
Бывшие немецкие собственники оставленного в Польше
имущества были особенно вдохновлены тем, что Польша
в 1990-е годы одна из первых в Восточной Европе приняла
законы о реституции собственности для поляков. Рести-
туция осуществлялась и осуществляется как традицион-
ным способом (возвращение имущества в натуре), так и
финансовым. Второй способ предусматривает предостав-
ление государством бывшим собственникам специальных
ценных бумаг, которые могут использоваться для приоб-
ретения различных активов или превращаться в деньги.
На реституцию из казны уже потрачено более 12,5 млрд
долл. И еще планируется потратить десятки миллиардов,
поскольку число заявок уже превысило 170 тысяч1. Важ-
1 Александр Горохов. Готов ли народ Украины к реституции? 02.04.2013 //
Интернет.
Режим доступа: http://odnarodyna.com.ua/node/12861
270
В. Ю. Катасонов
но подчеркнуть, что право реституции распространяется
лишь на поляков. Немцы никаких прав не получили, они
продолжают добиваться своих прав через суды.
Специалисты утверждают, что именно это обстоя-
тельство и подвигло сейм Польши поднять в сентябре
2004 года вопрос о германских репарациях, которые яко-
бы не были получены страной в полном объеме. Что это
была попытка Польши защититься от германских притя-
заний. Парламентом страны был подготовлен документ
(резолюция), в котором говорится: «Сейм заявляет, что
Польша до сих пор не получила достаточных репараций
и компенсаций за огромные разрушения, материальные и
нематериальные потери, которые были вызваны немецкой
агрессией, оккупацией и геноцидом»1. Депутаты рекомен-
довали правительству Польши определить, какую сумму
должна Германия доплатить за военные преступления
Вермахта на территории страны, а также передать эту ин-
формацию немецким властям. Согласно общепризнанным
данным, Польша за годы войны потеряла шесть миллио-
нов человек. С 1939 по 1944 год польская промышленность
была практически уничтожена. Варшава и многие другие
города Польши также были полностью разрушены. Дей-
ствительно, суммы полученных Польшей репараций не
могли покрыть всех ее ущербов. Возникает лишь вопрос:
насколько, с точки зрения международного права, оправ-
данны попытки пересмотреть условия репарационных вы-
плат Германии по истечении почти семидесяти лет? Вот,
оказывается, что думает по этому поводу один из польских
юристов, опубликовавших статью по вопросу германских
репараций в периодическом издании «Речь Посполитая»:
«Репарации, например, охватывают, по сути, не все тре-
бования, а только вытекающие из «нормальных» военных
действий, не из систематического разрушения городов, а
1 Репарации от России, не от Германии («Rzeczpospolita», Польша) // Интернет.
Режим доступа: http://inosmi.ru/world/20040917/213041.html#ixzz3HWyEuTBn
271
Мировое хозяйство между двумя войнами
такая судьба досталась Варшаве»1. Кстати, автор этой пу-
бликации вообще подводит читателя к выводу: если уж
требовать дополнительных возмещений, то не от Герма-
нии, а от… России. Поскольку после войны Польша напря-
мую репарации от Германии не получала, СССР получал
репарации с подконтрольных ему территорий, и часть их
перечислял Польше.
Впрочем, насколько далеко Польша готова идти в
этих своих претензиях, трудно сказать. Не исключено, что
заявление сейма было сделано лишь для того, чтобы уме-
рить реституционный пыл перемещенных немцев и их по-
томков. Удивительно также обстоятельство, что вопрос о
недоплаченных репарациях всплыл после того, как между
Польшей и Германией в 1990–1991 годах был заключен
ряд соглашений, которые, как тогда казалось, закрыли все
встречные претензии двух государств. Уже почти десять
лет Польша вопрос репараций не будирует.
Отчасти это можно объяснить тем, что канцлер Гер-
мании А. Меркель в 2006 году публично заявила премьер-
министру Польши Я. Качиньскому, что федеральное пра-
вительство «не поддерживает частные притязания немцев
на возврат их собственности в Польше». После этого уси-
лилась критика А. Меркель внутри Германии, ее обвини-
ли в том, что правительство попирает права человека в
стране и вмешивается в те вопросы, которые являются
прерогативой судов.
Впрочем, нет гарантий, что в какой-то момент време-
ни Варшава опять не активизирует тему репараций. И на
этот раз со своими претензиями она может обратиться уже
не к Германии, а к России.
Польша в своих репарационных притязаниях не оди-
нока. В 2008 г. Италия направила иск в Международный
суд в Гааге с требованием взыскать с Германии репарации
времен Второй мировой войны (удивительно, что иск по-
1 Там же.
272
В. Ю. Катасонов
дала страна, которая во Второй мировой войне воевала на
стороне Германии). Этот иск остался без удовлетворения,
Гаагский суд встал на защиту Германии, заявив, что требо-
вание Италии «нарушает суверенитет Германии»1.
Последней страной, реанимировавшей тему репара-
ций, стала Греция. Все мы хорошо знаем, что эта южно-
европейская страна находится в тяжелейшем финансовом
положении. Несмотря на недавно (в 2012 г.) проведенную
беспрецедентную реструктуризацию ее внешнего долга,
Греция продолжает оставаться в группе лидеров по относи-
тельному уровню суверенного долга. На конец 3 квартала
2013 года суверенный (государственный) долг всех стран
Европейского союза (28 государств) по отношению к их
совокупному валовому внутреннему продукту (ВВП) рав-
нялся 86,8 %. В Еврозоне (17 государств) этот показатель
был равен 92,7 %. А в Греции он составил 171,8 %, т. е. поч-
ти в два раза превышал средний уровень в ЕС. Ситуация
для Греции совершенно отчаянная. Дело дошло до того,
что рейтинговые агентства и международные организации
перевели недавно Грецию из разряда «экономически разви-
тых» в категорию «развивающихся» стран2.
Но речь сейчас не о катастрофическом социально-
экономическом положении Греции, а о том, что в поисках
путей выхода из своих тупиков правительство страны под-
готовило требование к Германии о выплате ей репараций по
итогам Второй мировой войны. К требованию приложено
развернутое обоснование. Греция не отрицает, что получи-
ла от Германии в свое время определенные суммы репара-
ций. Первый транш репараций был получен в конце 40-х –
начале 50-х годов прошлого века. Основная часть репарации
1 Гаага защитила Германию от исков итальянских жертв нацизма (03.02.2012)
// Интернет.
Режим доступа: http://www.golos-ameriki.ru/content/un-court-rulesagainst-
italys-nazi-compensation-claims-2012-02-03-138652424/250515.html
2 Первым это сделало агентство MSCI в июне 2013 г. Напомним, что Греция
вступила в Европейский союз в 1981 г., тогда страна переживала «экономи-
ческое чудо». Греция – наглядное пособие того, что дает членство в «Еди-
ной Европе» вновь присоединяющимся странам.
273
Мировое хозяйство между двумя войнами
того времени – поставки промышленной продукции. В пер-
вую очередь, станков и оборудования. Их было поставлено
на общую сумму 105 млн марок (примерно 25 млн долл.). В
современных ценах это эквивалентно 2 млрд евро1.
Второй транш репараций пришелся на 60-е годы про-
шлого века. 18 марта 1960 года Греция и федеральное пра-
вительство заключили договор, согласно которому 115 млн
марок направлялись греческим жертвам режима нацистов.
Эти выплаты были привязаны к отказу греков от допол-
нительных требований индивидуальных компенсаций.
Однако сегодня Греция полагает, что двух траншей репа-
раций оказалось недостаточно для покрытия всех ущер-
бов, нанесенных Греции фашистской Германией. Исковое
требование по третьему траншу было подано Грецией
по
инициативе тогдашнего премьер-министра страны Йор-
госа Папандреу в Международный суд в Гааге в январе
2011 года. На какое-то время про исковое заявление Гре-
ции постарались забыть. Тем более, что Греция получила
в 2012 году такой щедрый подарок, как реструктуризация
ее внешнего государственного долга.
Но идея взыскания репараций в Греции не умерла. В
марте 2014 года президент страны Каролос Папульяс вновь
потребовал от Германии репараций за ущерб, нанесенный
стране в годы Второй мировой войны. Греческая сторона
претендует на 108 млрд евро в качестве компенсации за раз-
рушения и 54 млрд евро за выданные Банком Греции займы
нацистской Германии, которые, конечно же, возвращены не
были. Общая сумма репарационных требований Греции со-
ставляет 162 млрд евро2. Чтобы это было нагляднее, пред-
1 Von Sven Felix Kellerhoff. 500 Milliarden Euro für Griechenland? // «Die
Welt», 10.04.2013.
2 Сумма иска примерно в три раза меньше той оценки ущерба, которую
озвучил в начале 2013 г. Национальный совет по немецким военным ре-
парациям, возглавляемый ветераном войны, политиком и активистом Ма-
нолисом Глезосом (Manolis Glezos). Национальный совет назвал сумму в
половину триллиона евро.
274
В. Ю. Катасонов
ставим эту денежную суммы в виде золотого эквивалента.
При нынешнем уровне цен на «желтый металл» получается
эквивалент 5–6 тыс. тонн золота. А Сталин, напомним, в
Ялте озвучивал сумму репараций Советскому Союзу, экви-
валентную 10 тыс. тонн металла.
Следует отметить, что греческая инициатива не про-
шла не замеченной в других странах Европы. Все вни-
мательно следим за развитием событий. Вот что пишет
Дмитрий Верхотуров о возможном «демонстрационном
эффекте» греческой претензии: «Требования репараций
Германии вправе выдвинуть, скажем, Кипр, в годы войны
оккупированный немцами, или Италия, которая после па-
дения режима Муссолини также была оккупирована немца-
ми, и на ее территории развернулись бои. Если у Франции
дела тоже пойдут не очень хорошо, то и у нее будет возмож-
ность истребовать у Германии платежей за оккупацию и
разрушения. А Бельгия, Голландия, Люксембург, Норвегия,
Дания? И Великобритания может потребовать оплатить по-
следствия жестоких бомбардировок. Вот Испании трудно
будет обосновать свои претензии к Германии, но что-нибудь
можно придумать, например, «повесить» на немцев ущерб
от гражданской войны (1936–1939). Если развитие событий
пойдет по «греческому варианту», то за считанные годы от
Евросоюза могут остаться одни воспоминания»1.
Ряд депутатов Государственной думы РФ предложили
провести ревизию полученных Советским Союзом герман-
ских репараций. Однако в техническом отношении задача
крайне сложная, да и требующая немалых бюджетных за-
трат. Поэтому пока до законопроекта дело не дошло.
В связи с «греческим прецедентом» появились инте-
ресные публикации в российских СМИ, в которых авторы
пытаются самостоятельно оценить, насколько германские
репарации помогли нам восстановить разрушенную вой-
ной экономику. Вот, что, например, пишет Павел Пряни-
1 Дмитрий Верхотуров. Греческий прецедент. // «Столетие», 19.03.2014
275
Мировое хозяйство между двумя войнами
ков в интересной статье под названием «Греция требует с
Германии репарации»: «Греческое дело против Германии
очень важно для России, которая за ужасы Второй миро-
вой войны получила от немцев сущие копейки. В общей
сложности немецкие репарации в СССР вылились в цифру
в 4,3 млрд долларов в ценах 1938 года, или 86 млрд рублей
того времени. Для сравнения: капитальные вложения в
промышленность в 4-ю пятилетку составили 136 млрд
руб. В СССР было передано 2/3 немецкой авиационной и
электротехнической промышленности, примерно 50 %
ракето- и автомобилестроения, станкостроительные, во-
енные и др. заводы. Как����������������������������� ����������������������������утверждает������������������ �����������������американский����� ����про-
фессор Саттон (книга Sutton A. «Western technology and
Soviet Economic Development 1945 to 1965». Hoover������� I������nstit?u�
-tion Press, Stanford University, Stanford Ca., 1973, – по ней
частично и цитируется), репарации позволили примерно
на 40 % компенсировать утраченный Советским Союзом
в войне с Германией промышленный потенциал. При этом
вычисления американцев («Бюро стратегических служб»
США, от августа 1944 г.) о возможных репарациях Со-
ветского Союза после победы над Германией показывали
цифру в 105,2 млрд долларов того времени – в 25 раз боль-
ше, чем в итоге СССР получил от немцев. В нынешних
долларах те 105,2 млрд долларов – примерно 2 трлн дол-
ларов. За эти деньги, да еще и руками и головой немец-
ких специалистов (их труд можно было бы зачесть в счет
долга) можно было бы обустроить и весь СССР и тем бо-
лее нынешнюю Россию. Понятно, что законных способов
взыскать эти деньги с немцев нет. Но постоянное напо-
минание им о невыплаченном долге могло бы стать хоро-
шим инструментом во внешней политике, позволяя доби-
ваться от Германии уступок по важным вопросам. Другое
дело, что Россия в нынешнем состоянии неспособна и на
такую игру. Но будем тогда «болеть» за Грецию – вдруг
она покажет пример половине Европы, пострадавшей от
276
В. Ю. Катасонов
немцев во время Второй мировой, как надо бороться за
свои интересы и даже получать от такой борьбы матери-
альные дивиденды»1.
Обращу внимание, что процитированная статья пи-
салась в мае 2013 года. Тогда, наверное, Россия была дей-
ствительно еще не способна на такую игру, которую затеяла
Греция. Но сегодня, осенью 2014 года, после таких бурных
событий, как присоединение к РФ Крыма, боевые действия
на юго-востоке Украины, экономические санкции Запа-
да против России, наша страна стала проявлять большую
волю, действовать более решительно. Думаю, что сейчас в
самый раз начинать работу по подготовке законопроекта о
полном покрытии Германией своих репарационных обяза-
тельств перед Российской Федерацией.
Не исключаю, что после попрания Хельсинского акта
и перечеркивания всех иных договоренностей по послево-
енному международному порядку в Европе может начаться
вакханалия взаимных требований репарационного харак-
тера. Для этого, между прочим, сегодня так активно пере-
делывается история Второй мировой войны. Сначала мир
пытаются убедить в том, что решающий вклад в победу над
Германией и странами фашистской «оси» внес не СССР, а
страны Запада. Следующий шаг в ревизии истории – за-
числение Советского Союза в главного инициатора Второй
мировой войны. А после этого можно начать предъявлять
Российской Федерации как правопреемнице СССР репара-
ционные претензии. Мол, СССР не освобождал Европу, а
захватывал, порабощал и разрушал.
Что ж, учитывая, что мир начал жить по другим пра-
вилам, мы также должны вспомнить еще раз историю вы-
полнения Германией своих репарационных обязательств.
И не только в 40-50-е годы прошлого века. Надо обязатель-
но вспомнить драматические события 1989–1990 годов,
1 Павел Пряников. Греция требует с Германии репарации // Newsland.
16.05.2013.
277
Мировое хозяйство между двумя войнами
когда произошло падение берлинской стены и воссоеди-
нение двух Германий. Мы тогда должны были выставить
Германии одним из условий объединения полное пога-
шение своих репарационных обязательств перед СССР.
Напомним, что Западная Германия почти полностью
проигнорировала выполнение своих репарационных обя-
зательств (прекращение репарационных платежей Совет-
скому Союзу в 1946 г.), а Восточная Германия выполнила
их не полностью (прощение непогашенных обязательств
в 1953 г.). Генеральный секретарь ЦК КПСС М. Горбачев
вопреки здравому смыслу принимал единолично решение
об объединении двух Германий, даже не заикнувшись о
репарационных долгах Германии.
Любопытная статья, приуроченная к двадцатилетию
падения берлинской стены появилась в конце 2009 года в
литовской прессе. Ее автор Адольфас Стракшис увязыва-
ет событие объединения двух германских государств (ко-
торое произошло через год после падения берлинской сте-
ны) с немецкими репарациями. Цитирую: «…после вывода
оккупационных войск из Восточной Германии у СССР
было право потребовать военные репарации, которые Со-
ветскому Союзу не выплатила Германская Демократиче-
ская Республика. Репарации перестали взимать с 1 января
1954 года, когда Германия выплатила всего треть присуж-
денной суммы. Долг образовался огромный – по меньшей
мере, 20 млрд долларов. Кроме того, согласно Ялтинскому
и Потсдамскому соглашениям, примерно 15 млрд долла-
ров репараций Советскому Союзу за понесенные в годы
войны убытки причиталось и с Западной Германии. Репа-
рации это государство должно было выплатить через со-
юзников СССР – Америку, Великобританию и Францию.
Россия этих миллиардов не потребовала, хотя две танко-
вые дивизии из Германии были выведены поспешно, и их
в России разместили просто в чистом поле. Миллиарды
долларов пожертвовали во имя будущей дружбы народов
278
В. Ю. Катасонов
после объединения Германии…»1. Даже в Литве, где пре-
обладают антироссийские настроения и желание подвер-
гнуть ревизии советскую историю, некоторые ее граждане
с удивлением смотрят на столь щедрые жесты со стороны
М. Горбачева. Автор публикации назвал общую сумму
недополученных Советским Союзом германских репара-
ций – 35 млрд долл. К сожалению, он не сказал, в каких
долларах он измерил эту задолженность. Для послевоен-
ных долларов нереально большая сумма, а для долларов
конца прошлого десятилетия, пожалуй, заниженная. В
любом случае, автор совершенно правильно констатиро-
вал ситуацию накануне объединения двух Германий: они
имели репарационные долги перед Советским Союзом.
И единая Германия должна была стать правопреемником
двух Германий, в том числе по репарационным обязатель-
ствам. Однако эти репарационные обязательства не были
зафиксированы в 1990 году. Наверное, мы могли бы по-
зволить себе роскошь забыть об этой потере. Но сегодня в
Европе происходит массовая ревизия status quo, пересмотр
многих двухсторонних и многосторонних соглашений.
Мы также должны настойчиво и профессионально напо-
минать Германии о ее репарационных долгах. А при не-
обходимости и выставить ей счет.
Резюмируя все выше изложенное по теме репараций
времен Второй мировой войны, следует признать, что эта
тема до сих пор не является закрытой. Нам следует под-
нять все документы Чрезвычайной государственной ко-
миссии по ущербам, материалы Ялтинской и Потсдамской
конференции 1945 года, документы Совета министров
иностранных дел стран-победительниц, наши двусторон-
ние соглашения Парижского мирного договора 1947 года.
1 Адольфас Стракшис. Дыра берлинской стены в российской экономи-
ке (Laisvas laikrastis, Литва) // Интернет.
Режим доступа: http://inosmi.ru/
baltic/20091215/157019604.html
279
Мировое хозяйство между двумя войнами
А также изучить опыт европейских и иных стран по предъ-
явлению репарационных требований к Германии через
многие годы после окончания войны. Цели этой работы
сводятся к тому, чтобы:
а) выяснить степень выполнения Германией и дру-
гими странами фашистского блока своих репарационных
обязательств, вытекающих из международных право-
вых документов;
б) оценить степень фактического покрытия ущербов
Советскому Союзу репарациями во всех видах (денежные
выплаты, перемещение ценностей, поставки продукции
промышленности и сельского хозяйства и т. д.);
в) подготовить юридически и экономически выверен-
ные претензии Российской Федерации к Германии (а, воз-
можно, и некоторым другим странам) по полному возмеще-
нию ущербов времен Второй мировой войны.
Ограбление Российской Федерации
Западом (1992–2014).
Наш иск «цивилизованному миру»
После развала Советского Союза и создания на его
обломках многих суверенных и демократических го-
сударств Российская Федерация и другие государства
ближнего зарубежья моментально оказались втянутыми в
мировую финансовую пирамиду, вершиной которой явля-
ется Федеральная резервная система, а центральные бан-
ки отдельных стран – щупальца ФРС. Естественно, пост-
советским государствам было уготовано место в нижнем
ярусе пирамиды. По сути, Россия и другие постсоветские
государства стали добычей, которую мировые ростовщи-
ки заполучили в результате победы в «холодной войне»,
которая велась более четырех десятилетий. Все надо на-
280
В. Ю. Катасонов
зывать своими именами: побежденные должны платить
победителям «контрибуции»1.
В систему «пищевых цепей» «денежной цивили-
зации» поступила большая масса «питательной суб-
станции», которая десятилетиями нарабатывалась и
накапливалась Советским Союзом (а также другими со-
циалистическими странами). Мощные «инъекции» в виде
различных ресурсов из побежденных стран привели к
определенному оживлению дряхлеющего организма за-
падной цивилизации, создали иллюзию того, что это са-
мая совершенная и эффективная организация обществен-
ной жизни в истории человечества.
Для понимания масштабов контрибуций, которые
Америка получила в результате победы в «холодной вой-
не», можно привести слова тогдашнего президента США
Билла Клинтона. Он произнес на совещании Объединен-
ного комитета начальников штабов США в 1995 году:
«Мы добились того, что собирался сделать президент Тру-
мэн с Советским Союзом посредством атомной бомбы.
Мы получили сырьевой придаток, не разрушенное атом-
ной бомбой государство, которое было бы нелегко создать.
Да, мы затратили на это многие миллиарды долларов, но
они уже близки к тому, что у русских называется самооку-
паемостью: за четыре года мы и наши союзники получили
стратегического сырья на 15 млрд долларов, сотни тонн
золота, драгоценных камней и т. д. Под существующие
проекты нам переданы за ничтожно малые суммы свыше
20 тыс. т меди, почти 50 тыс. т алюминия, 2 тыс. т цезия,
бериллия, стронция. В годы так называемой перестройки
в СССР многие наши военные и бизнесмены не верили в
успех предстоящих операций. И напрасно. Расшатав идео-
логические основы СССР, мы сумели бескровно вывести
1 Контрибуции (от лат. ������������������������������������������������contributio�������������������������������������) – принудительные платежи или имуще-
ственные изъятия с побежденного в войне государства. // Б. А. Райзберг,
Л. Ш. Лозовой, Е. Б. Стародубцева. Современный экономический сло-
варь. – М.: ИНФРА-М., 2006.
281
Мировое хозяйство между двумя войнами
из войны за мировое господство государство, составляв-
шее основную конкуренцию Америке»1.
Полагаем, что содержащаяся в выступлении президен-
та США картина ограбления России является крайне непол-
ной. Тем более, что скоро минет два десятилетия с момента
того выступления. Можно определить следующие наиболее
крупные статьи контрибуций, взысканных с России за ис-
текшие два десятилетия реформ:
1. Активы, перешедшие в руки иностранных (запад-
ных) инвесторов в результате проведения приватизации
государственных предприятий добывающей и обрабаты-
вающей промышленности, других отраслей нашей эконо-
мики. Приватизация, как известно, проводилась по сим-
волическим ценам, которые в десятки, а иногда сотни раз
превышали реальные цены приватизируемых объектов.
Только за период с начала 1992 года до начала 1998 года,
по оценкам канадского экономиста, профессора Оттавского
университета Михаила Чоссудовского, «российские акти-
вы на 500 млрд долларов были конфискованы и переданы в
руки западных капиталистов. Среди них – заводы военно-
промышленного комплекса, инфраструктура и природные
ресурсы». Как отмечает М. Чоссудовский, «инструментом
конфискации послужили приватизационные программы и
принудительное банкротство»2.
2. Массовая эмиграция ученых, инженеров, специали-
стов разных отраслей экономики и знаний в экономически
развитые страны (т. наз. утечка мозгов).
3. Незаконное перемещение за границу сотен тонн зо-
лота и других ценностей из золотовалютных резервов стра-
ны, фондов Гохрана3.
1 Морозов М. Как уничтожить Россию // Трибуна. 21.08.2008.
2 Чоссудовский М. Финансовая война // Интернет. Сайт «Рыночная и миро-
вая экономика. Книги и статьи».
3 См.: Катасонов В. Ю. Золото в экономике и политике России. – М.: Ан-
кил, 2009.
282
В. Ю. Катасонов
4. Размещение за пределами России на счетах запад-
ных банков финансовых средств. Значительная часть фи-
нансовых ресурсов оказывается в оффшорных зонах. Есте-
ственно, что эти средства не декларируются и в России не
учитываются. Впрочем, некоторые оценки имеются. Одна
из них принадлежит «другу» России Збигневу Бжезинско-
му. Этот американский политик, общаясь с нашими учены-
ми по проблеме ПРО, заметил, что «он не видит ни одного
случая, в котором Россия могла бы прибегнуть к своему
ядерному потенциалу, пока в американских банках лежит
500 млрд долларов, принадлежащих российской элите. – А
потом добавил: вы еще разберитесь, чья это элита – ваша
или уже наша. Эта элита никак не связывает свою судьбу с
судьбой России. У них деньги уже там, дети уже там…»1.
5. Перемещение из России в США крупных партий
оружейного урана и плутония. Речь идет о так называемой
«урановой сделке», которая несказанно обогатила и про-
должает обогащать Соединенные Штаты. Поскольку в на-
шей прессе почти нет информации об «урановой сделке»,
дадим о ней кое-какие сведения. Сделка была заключена
в 1995 году и сводилась к тому, что Россия брала на себя
обязательства по поставке в США 500 т плутония и ору-
жейного урана, а США – заплатить за это 12 млрд долл.
До 2000 г. по указанному соглашению в США поступило
75 тонн ядерных материалов, а в период с 2000 до конца
2008 года – еще 277 тонн. К настоящему моменту боль-
шая часть урана и плутония уже поступила в распоряже-
ние США. Данная сделка нанесла нам ущерб не меньший,
чем приватизация предприятий. На момент заключения
соглашения рыночная цена 500 тонн ядерных материалов
была не меньше 8 триллионов долларов. Можно сказать,
что Америка получила эти материалы почти бесплатно.
К концу 1980-х годв у СССР и США было примерно по
1 Бжезинский: некоторые высказывания в адрес России // Интернет.
Режим
доступа: http://www.yaplakal.com/forum7/topic442090.html.
283
Мировое хозяйство между двумя войнами
30 тыс. ядерных зарядов, в которых (у каждой из сторон)
содержалось 500–550 т оружейного урана и плутония. По
американским источникам, Америка накапливала эту мас-
су ядерных материалов на протяжении полувека, затратив
на добычу и обогащение 3,7 трлн долларов. Сколько за-
тратили мы, неизвестно. Но можно догадываться, что зна-
чительная часть нашей экономики в послевоенные десяти-
летия работала на создание ядерных зарядов (расходы на
разведку месторождений, добычу и переработку ядерных
материалов, затраты на создание необходимого оборудо-
вания, подготовку кадров и т. п.). А главное – в результате
«урановой сделки» мы лишились по сути ядерного щита,
что невозможно оценить в денежных единицах.
Контрибуции, как следует из приведенного выше
определения, – это в том числе «имущественные изъя-
тия». Изъятия могут происходить с передачей и без пе-
редачи имущества в пользу победителя. Таким образом,
уничтожение имущества на территории побежденного
государства – это также контрибуция, которая ослабляет
побежденного и усиливает победителя. Примеров такого
уничтожения читатель сам может привести немало. На-
пример, одностороннее уничтожение ядерного и химиче-
ского оружия, танков и ракет. Или закрытие предприятий
промышленности под видом банкротства и последующее
их перепрофилирование в разного рода офисные и торго-
вые помещения и т. п.
По большому счету все реформы в России в послед-
ние два десятилетия – это «имущественные изъятия» двух
названных выше видов. А денежные власти России в лице
Банка России и Министерства финансов – главные органи-
заторы такого изъятия.
«Имущественные изъятия» также можно разделить на
другие две категории:
а) первоначальные (или разовые) «изъятия» (мы выше
назвали четыре главные статьи таких изъятий, которые про-
284
В. Ю. Катасонов
исходили в основном в прошлом десятилетии); их можно
сравнить с «трофеями», получаемыми победителем в войне;
б) текущие (или регулярные) «изъятия»; их можно
сравнить с «данью», которую победитель взимает с побеж-
денного на постоянной основе.
Для осуществления регулярных «изъятий» победитель
создает специальную систему грабежа, которая сегодня на
зашифрованном языке победителя называется «рыночной
экономикой» и является результатом проведения либераль-
ных реформ. Назовем основные элементы этой системы:
неэквивалентный обмен в сфере международной тор-
говли («ножницы цен»);
заниженный курс национальной денежной единицы;
отмена валютного регулирования и валютного контро-
ля (и вытекающая из этого полная либерализация междуна-
родного движения капитала);
накопление международных резервов в виде валют
стран «золотого миллиарда»;
долларизация экономики и т. п.
Все эти элементы присутствуют сегодня в россий-
ской экономике, которую наши «реформаторы» с гордо-
стью называют «рыночной». В результате «эффективного»
функционирования такой системы «рыночной эконо-
мики» ежегодно из России перераспределяется в пользу
стран «золотого миллиарда» не менее 20–30 % ВВП. Эта
и есть та «дань», которую Россия платит своим победите-
лям, прежде всего США1.
Итак, нам надо провести оценку ущербов, нанесен-
ных российской экономике за период, начиная с момента
создания Российской Федерации. То есть с 1992 года. А
может быть, и более раннего времени, когда еще суще-
ствовал СССР.
1 В начале 2014 г. вышла моя книга «Ограбление России» (М.: Книжный
мир, 2014). В ней я раскрыл механизмы этого ограбления, дал оценки мас-
штабов грабежа, сформулировал предложения по защите экономики стра-
ны и пресечению дальнейшего изъятия ресурсов России.
285
Мировое хозяйство между двумя войнами
Точкой отсчета для оценки экономических ущербов
можно считать 1987–1988 годов, когда в Советском Союзе
начался демонтаж государственной монополии внешней
торговли и государственной валютной монополии. Работа
по оценке ущерба предстоит гигантская. Ей следовало бы
придать статус государственной деятельности, которая бу-
дет осуществляться специальной организацией, имеющей
необходимые ресурсы и полномочия (права запрашивать
у государственных и негосударственных организаций всю
необходимую информацию). В качестве аналога можно ис-
пользовать Чрезвычайную государственную комиссию по
ущербам (ЧГК), которая действовала в СССР в годы Вели-
кой Отечественной войны. А последние четверть века нашей
истории следует объявить периодом, в течение которого
против нас велась необъявленная экономическая агрессия.
Наши ответы на политику
международных вымогательств
О природе экономических претензий к Российской
Федерации. Хорошо известно, что целый ряд стран пыта-
ется предъявлять свои претензии к Российской Федерации.
И речь идет не только о том, чтобы Россия извинялась за
какие-то «неправильные» действия в отношении других
стран, а чтобы она компенсировала ущербы, порожденные
такими действиями.
Подобного рода претензии строятся на трех ключевых
основаниях. Во-первых, на том, что другие страны рас-
сматривают Российскую Федерацию как правопреемника
СССР. Во-вторых, на грубом попрании многих междуна-
родных соглашений, которые в свое время фиксировали от-
ношения СССР с соответствующими странами. В-третьих,
на полной ревизии советской и мировой истории. Часто
даже не ревизии, а откровенной фальсификации.
286
В. Ю. Катасонов
Впрочем, начиная с 2014 года стали появляться каче-
ственно иные экономические претензии. А именно пре-
тензии, вызванные «неправильными» действиями самой
Российской Федерации. Можно ожидать, что в случае
продолжения Российской Федерацией курса на проведе-
ние независимой политики объем претензий второго рода
будет быстро увеличиваться.
В течение последнего десятилетия в той или иной
форме свои претензии к России предъявляли следующие
страны: Латвия, Литва, Эстония, Молдова, Украина, Аф-
ганистан, Иран. В некоторых случаях такие претензии
представляли собой лишь политические заявления тех
или иных государственных деятелей. В других случаях
странами принимались государственные решения о под-
счетах ущербов, на основании которых планировалось
предъявление официальных компенсационных требова-
ний к Российской Федерации.
Основная часть претензий, которые в последние годы
предъявляются и готовятся к предъявлению Российской
Федерации, приходится на государства, которые в совет-
ское время входили в состав СССР в качестве союзных
республик. На данный момент это четыре государства –
Латвия, Литва, Эстония, Молдова. Основание у них при-
мерно одно и то же – нанесение ущербов этим государ-
ствам в период нахождения в «оккупации». Иначе говоря,
их требования строятся на обвинении СССР в том, что
он их «оккупировал» в начале Второй мировой войны,
а Российская Федерация, будучи правопреемником Со-
ветского Союза, должна покрыть убытки, возникшие в
этих государствах за период 1940–1991 годов. Впрочем,
в хронологии периода «оккупации» имеются некоторые
расхождения у экспертов, составляющих претензионные
требования. У некоторых период растягивается даже до
1993 года включительно.
287
Мировое хозяйство между двумя войнами
О методе расчета ущербов от «советской оккупа-
ции». Интересны методики расчета ущерба прибалтийски-
ми государствами. Их несколько, но самый главный способ
сводится к следующему. В качестве эталонов для расчета
«пострадавшие» государства берут наиболее развитые ев-
ропейские страны, такие как Финляндия, Норвегия или
Дания. «Жертвы оккупации» исходят в своих расчетах из
того, что они по уровню своего развития в 1939 году были
сопоставимы с такими благополучными странами. А пол-
века нахождения в «оккупации», мол, привело их в плачев-
ное состояние. Вот этот гипотетический убыток за полвека
они и считают. Забегая вперед, скажем, что многие критики
видят лукавство уже в том, что государства Прибалтики на-
кануне Второй мировой войны имели более низкий уровень
экономического развития и жизни, чем упомянутые «эта-
лонные» страны Северной Европы.
Если брать на вооружение такой подход, тогда всему
третьему миру надо начать подготовку мощнейшего иска
к странам «золотого миллиарда». Имеется достаточно
статистики, показывающей, что в ХХ веке разрыв между
«бедным югом» и «богатым севером» невероятно возрос.
Многие некогда процветавшие страны Азии, Африки и Ла-
тинской Америки опустились за столетие на дно. Взять, к
примеру, Аргентину, которая большую часть ХХ века во-
обще входила в первую десятку стран мира по основным
экономическим показателям. Была эталоном благополучия.
И где она сейчас? Эта южноамериканская страна, по дан-
ным МВФ, в 2013 году занимала лишь 23 место в списке
стран, ранжированных по величине валового внутреннего
продукта. Уже не приходится говорить о том, что по вели-
чине внешнего суверенного долга Аргентина долгие годы
входит в первую десятку стран мира.
Большую часть ХХ века можно квалифицировать как
период колониальной и неоколониальной оккупации стран
288
В. Ю. Катасонов
Юга небольшой горсткой империалистических держав –
Великобританией, Францией, Германией, Бельгией, Ни-
дерландами, Португалией, Соединенными Штатами и т. д.
Даже Дания, которую «жертвы советской оккупации» ис-
пользуют в качестве эталона, в прошлом имела колонии. Не
менее жесткой и жестокой была оккупация Юга Севером
и в более ранние века. Просто подкрепить расчеты потерь
Юга трудно из-за отсутствия необходимой статистики.
Развитие СССР и входивших в него республик было
намного более динамичным, чем стран Запада. С этим не
спорят даже западные экономисты. Находясь в составе Со-
ветского Союза, будущие «жертвы оккупации» имели боль-
шие преференции, и их экономическое развитие было даже
опережающим по сравнению с некоторыми другими респу-
бликами, в частности РСФСР. Итак, налицо некое противо-
речие. Никакого противоречия нет. В период с 1989 года на-
чался процесс «эмансипации» прибалтийских республик от
СССР, а ведь они входили в единый народнохозяйственный
комплекс Советского Союза. Такая «эмансипация» край-
не болезненно сказалась на экономике республик (уже не
приходится говорить о том, что она наносила ущерб и всей
экономике СССР). В качестве базы для расчетов ущерба
сначала использовали 1991 год, а затем – 1993 год. Прибал-
тийские республики были уже суверенными, экономика на
глазах рушилась, в 1993 году показатели экономики были
намного ниже, чем в 1991 году и тем более 1989 году.
Фальсификаторам истории и экономики даю бесплат-
ный совет: для «накручивания» ущерба предлагаю взять
за базу расчетов ущерба не 1991 или 1993 год, а 2013 или
2014 год. Если брать нефальсифицированную статистику,
то объемы реального валового внутреннего продукта (ВВП)
в прибалтийских республиках (а также Молдове) снизились
по сравнению с «советским максимумом» примерно в 2 раза.
И приписать это падение не добродетелям из Вашингтона
и Брюсселя, превратившим новые «демократические» госу-
289
Мировое хозяйство между двумя войнами
дарства в периферию мирового капитализма, а «советскому
тоталитаризму». Я не шучу. Если послушать выступления
политиков этих «демократических» государств, то и по ис-
течении четверти века с того момента, когда началась их
«эмансипация», они по-прежнему все свои экономические и
социальные беды списывают на «советское прошлое».
Еще один недобросовестный метод расчета ущер-
бов. Фальсификаторы стремятся придать объективный,
научный характер своим оценкам. Еще один метод расчета
ущербов, который применяют «жертвы советской оккупа-
ции», – денежная оценка человеческих жертв. Не погружа-
ясь в детали подобного рода расчетов, отмечу два момента.
Первый момент. Вызывают сомнение сами количе-
ственные оценки. Они рассчитываются как убыль населе-
ния «оккупированных» государств. Но убыль может быть
вызвана самыми разными причинами. Причем тут «со-
ветская оккупация»? Из тех же прибалтийских республик
многие переместились на запад (в Европу и Америку),
другие – на восток (в Советский Союз). Если бы не успели
переместиться, то стали бы действительно жертвами вой-
ны. А так многие сумели спастись. Мы помним, какие бит-
вы разворачивались в годы Второй мировой войны на этих
территориях, гибли советские воины, гибли немецкие фа-
шисты и их союзники, гибло местное население, которое
вовремя не успело эвакуироваться. Имеется множество
других фальсификаций, связанных с количественными
оценками «жертв советской оккупации», анализ которых
не вписывается в формат статьи.
Второй момент. Если бы не советская власть, сегодня
о них, может, вообще бы никто не вспоминал, они попро-
сту не существовали бы как нации и государства, сгорев в
пламени мировой войны. Тогда бы некому было требовать
возмещения ущерба. Советский Союз спас эти нации от
уничтожения. В ответ прибалты спустя годы после свое-
290
В. Ю. Катасонов
го спасения от «коричневой чумы» начинают требовать от
своих спасителей и освободителей компенсацию. Компен-
сацию за что? За то, что остались живы? Тогда нам надо
предъявить встречный счет, основанный как раз на мето-
дике денежной оценки реальных, а не виртуальных жертв
войны в Прибалтике. В международной практике соот-
ветствующие методики подсчета имеются. Есть реальные
прецеденты. Например, в августе 2003 года правительство
Ливии официально взяло на себя ответственность за взрыв
авиалайнера Boeing-747 над шотландским городом Локер-
би в 1988 году и согласилось уплатить 2,7 млрд долларов
компенсации родственникам жертв воздушного теракта.
Напомню, что жертвами стали 259 пассажиров и членов
экипажа, а также 11 жителей домов, разрушенных облом-
ками лайнера. Получается примерно по 10 млн долларов на
семью погибшего в результате той катастрофы.
Напомним, сколько погибло советских воинов, осво-
бождавших Прибалтику, в отдельных государствах (тыс.
человек): Латвия – 150; Литва – 200; Эстония – 150. Бази-
руясь на компенсациях, примененных к жертвам упомяну-
той выше авиакатастрофы 1988 года, получаем следующие
суммы наших компенсационных требований (трлн долл.):
Латвия – 1,5; Литва – 2,0; Эстония – 1,5. Итого по трем при-
балтийским государствам сумма наших компенсационных
требований за человеческие жертвы в годы Второй мировой
войны – 5 (пять) трлн долларов1.
Можно и дальше продолжать анализ исторических и
экономических фальсификаций, но это займет слишком
много времени и бумаги.
Социальный заказ. Между прочим, эти фальси-
фикации рождаются в комиссиях, специально создан-
ных властями новых «демократических» государств для
1 Баранчик Юрий. Сколько нам должны прибалты? //http://forum.comments.
ua/index.php?showtopic=40557
291
Мировое хозяйство между двумя войнами
оценки ущербов от «советской оккупации» и подготовки
компенсационных требований к Российской Федерации.
Документы и расчеты, выходящие из недр этих комис-
сий, представляют собой концентраты откровенных глу-
постей, лжи и подтасовок. В чем причина? Может быть,
в комиссиях работают неучи? Нет, там много людей «от
науки» – докторов наук, профессоров и даже академиков.
Им просто платят за выполнение «социального заказа».
Вчерашние марксистско-ленинские обществоведы сегод-
ня работают на новых хозяев.
А от кого исходит «социальный заказ»? Во-первых,
от «суверенной» власти, которая судорожно ищет деньги
на затыкание различных дыр в бюджете (Брюссель явно
не готов на такую щедрость). Во-вторых, от Вашингтона,
который рассматривает «компенсационные требования» к
Российской Федерации как еще одно средство раздувания
антироссийской истерии и одновременно дестабилизации
Европы. Для того, чтобы работа комиссий шла резвее, Дядя
Сэм подбрасывает кое-какие гранты на проведение нужных
ему исследований. Такие подачки попадают в страны «новой
демократии» по каналам американских благотворительных
фондов, за которыми стоят реальные «заказчики» – Госдеп,
ЦРУ, другие спецслужбы США.
Компенсационные требования бывших советских ре-
спублик к Российской Федерации можно рассматривать как
многофункциональное оружие Запада, своим острием на-
правленное против нашей страны.
Во-первых, это оружие идеологической, психологиче-
ской и информационной войны, преследующей цель фальси-
фицировать всемирную историю и историю нашей страны
(Российской Империи, Советского Союза и Российской Фе-
дерации). Такая фальсификация необходима для того, что-
бы и далее раздувать антироссийскую истерию. Чтобы, в
конечном счете, облегчить переход «холодной» фазы агрес-
сии против России в «горячую» фазу.
292
В. Ю. Катасонов
Во-вторых, это оружие экономической войны. Алго-
ритм действий на этом направлении примерно таков. При
всей несостоятельности и полной неграмотности обоснова-
ний сумм ущербов они, скорее всего, будут трансформиро-
ваны в некие компенсационные требования, которые будут
утверждены парламентами и иными высшими инстанция-
ми «пострадавших» государств. И затем в виде исков бу-
дут переданы в международные суды. «Беспристрастные»
и «справедливые» суды вынесут свои вердикты. Можно
не сомневаться, какие это будут вердикты (вспомним, вы-
несенное этим летом решение международного Гаагского
суда о выплате Россией 50 млрд долл. в пользу иностран-
ных акционеров ЮКОСа). Российская Федерация отказыва-
ется от исполнения судебных решений. После этого Запад
организует новую серию экономических санкций. Такие
санкции еще не применялись. Их можно назвать конфиска-
ционными. Будут заморожены (арестованы, конфискованы)
валютные резервы Российской Федерации (сумма их в на-
стоящее время превышает 400 млрд долл.). Если этого ока-
жется недостаточно, то будут арестованы (конфискованы)
иные зарубежные активы. Суммы таких активов у России,
как известно, измеряются сотнями млрд долларов (прежде
всего, активы оффшорных компаний, оффшорные банков-
ские счета, недвижимость на Западе и др.).
Рассмотрим подробнее некоторые особенности про-
цесса подготовки и выдвижения претензий к Российской
Федерации со стороны соседних государств.
Латвия. Не буду обременять внимание читателя из-
бытком цифр, которыми власти Латвии измеряют эконо-
мический ущерб от «советской оккупации». Первые из них
появились еще тогда, когда Латвия находилась в составе
СССР (в 1990 г.). В 2005 году в Латвии было создано «Обще-
ство исследования оккупации Латвии», которое, помимо
всего, принялось подсчитывать ущербы, нанесенные стра-
293
Мировое хозяйство между двумя войнами
не в результате «оккупации» Советским Союзом. Для этого
в рамках общества была даже создана Латвийской комис-
сии по подсчету ущерба от советской оккупации (далее –
Комиссия). В 2009 году Комиссия прервала свою работу
(из-за прекращения финансирования), а в 2014 году работа
общества и комиссии по подсчету ущербов была возобнов-
лена. Осенью 2014 года Комиссия поспешила обнародовать
оценку ущерба – 300 млрд евро. Она была озвучена Рутой
Паздере, членом Комиссии. Следует отметить, что в Латвии
достаточно много профессиональных историков и экономи-
стов (в том числе среди этнических латышей), которые до-
статочно скептически относятся к деятельности Комиссии.
Во-первых, потому, что ее расчеты откровенно фаль-
сифицированы, находятся не в ладах не только с наукой, но
и со здравым смыслом.
Во-вторых, потому, что деятельность Комиссии соз-
дает реальные ущербы латышской экономике в настоящее
время. Именно истерия по поводу «советской оккупации»
и «ущерба от оккупации» явилась