Чумаков А. Н.

Глобалистика в системе современного научного знания

В системе современного научного знания глобалистика занимает особое положение. Она не похожа ни на одну из конкретных дисциплин, так как возникла на стыке естественных, гуманитарных, прикладных наук и является интегративным знанием о социоприродных процессах и проблемах, границы которых заданы масштабом планеты. В отличие от отдельных наук, занимающихся тем или иным аспектом или фрагментом реальности, глобалистика нацелена на решение комплексных, жизненно важных для всего человечества задач, справиться с которыми можно только на пути междисциплинарного взаимодействия, в котором особая роль отводится философии.

Ключевые слова: глобалистика, наука, научное направление, глобализация, глобальные проблемы, философия, междисциплинарность.

Чумаков А.Н. Глобалистика в системе современного научного знания // Вопросы философии. 2012. № 7. С. 3 – 17. Сайт журнала «Вопросы философии». URL: http://vphil.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=573&Itemid=52 (дата опубликования: 10.08.2012).

К истории вопроса

Журнал «Вопросы философии» был одним из первых в отечественной периодике, на страницах которого глобальная проблематика получила широкое обсуждение в режиме «круглых столов» и специальных публикаций. Подчёркивая «необходимость концентрации и координации всего комплекса исследований по глобальной и системной проблематике, проводимых в нашей стране», журнал уже на ранних этапах становления глобалистики поставил своей задачей «привлечь внимание широкой философской общественности к разработке данной проблематики и поднять ее на новый уровень обсуждения»[1]. Тогда же журнал открыл специальную рубрику «Глобальные проблемы современности: социально-философские и методологические аспекты», где эта тематика активно анализировалась с различных сторон известными учёными, такими как И.Т. Фролов, П.Л. Капица, Д.М. Гвишиани, И.И. Герасимов, В.А. Энгельгардт, Н.Н. Моисеев, В.В. Загладин, Б.Ц. Урланис, В.А Лось и многими другими. В последующем журнал неизменно обращался к глобальной проблематике, о чем можно судить, в том числе, по публикациям последних лет[2], однако и сегодня ряд принципиальных вопросов все ещё остаётся предметом разногласий и серьёзных дискуссий. К числу таковых относятся вопросы о статусе и месте в системе научного знания глобалистики, а также основной объект её исследования – глобализация, сопряжённая с множеством позитивных и негативных последствий.

Истоки нового научного направления

Кратко глобалистику можно определить как междисциплинарную область научных исследований, направленных на выявление сущности глобализации, причин её появления и тенденций развития, а также на анализ порождаемых ею позитивных и негативных последствий.

Как самостоятельное научное направление и сфера общественной практики глобалистика стала складываться с конца 60-х годов XX столетия, когда различные науки оказались перед необходимостью решать комплексные проблемы планетарного масштаба. Впервые эти проблемы наиболее чётко обнаружили себя в системе «общество-природа», но очень скоро список их расширился, и они получили обобщённое название «глобальные проблемы современности». На этих проблемах первоначально и было сконцентрировано внимание научного сообщества. Термин же «глобалистика» хотя и встречался в специальной литературе уже в те годы, широкого распространения тогда ещё не получил. Серьёзно о его содержании заговорили только во второй половине 1990-х гг., когда после распада социалистической системы и кардинальных изменений геополитической реальности основное внимание учёных переключилось на процессы глобализации.

К этому времени был накоплен значительный теоретический и фактический материал в области планетарных процессов и явлений, а термины «глобализация», «глобалистика», «глобальные проблемы», «глобальный мир», «антиглобализм» и т.п. получили широкое распространение не только в научной литературе, но и в средствах массовой информации, политическом лексиконе и обыденном языке. Так сложились предпосылки и необходимые условия для формирования нового научного направления – глобалистики, которая, тем не менее, и сегодня еще не всеми воспринимается однозначно.

Глобалистика: оценки и интерпретация

Проблема в том, что и сама глобалистика, и основной смысл ее ключевых понятий на уровне общих представлений, казалось бы, не вызывает особых затруднений. Вместе с тем в научной среде содержание их остаётся предметом порой серьёзных дискуссий и нуждается в уточнении, т.к. разные учёные нередко вкладывают в них различный смысл. Так, например, одни считают глобалистику научной дисциплиной[3], другие – сферой общественной практики[4], третьи – междисциплинарной (наддисциплинарной) областью научного знания[5], а кто-то и вовсе все ещё отказывает ей в праве на существование[6].

Не меньше разногласий и по поводу глобализации, которая является центральной темой в глобалистике, ибо не только является порождением техногенного типа общественного развития, но и сама сопряжена с огромным количеством всевозможных последствий. Её истолковывают то как причину глобальных проблем, то, напротив, как прямое их следствие. При этом одни полагают, что глобализация – объективный процесс, а глобалистика призвана исследовать этот процесс и его последствия; другие рассматривают глобализацию как результат действия определённых государств, социально-экономических структур или политических сил на международной арене. Заметим, однако, что широкий разброс мнений в истолковании как самой глобалистики, так и основных её понятий вполне закономерен, ибо дело касается новой, активно формирующейся области научного знания. Следовательно, в данном случае имеет место не схоластическая игра в понятия, а процесс становления единого и вполне определённого языка междисциплинарного общения.

В этой связи необходимо отметить, что термин «глобалистика» впервые появился на волне активных разговоров и многочисленных публикаций по поводу опасностей со стороны глобальных проблем, на которые обратили серьёзное внимание лишь после опубликования первых докладов Римского клуба в начале 1970-х гг. Первоначально он означал сферу научного знания, связанную только с исследованиями в области глобальных проблем, и произошло это на пару десятилетий раньше, чем заговорили о «глобализации», которая теперь занимает центральное положение в глобальных исследованиях. Такая ситуация вполне объяснима, так как последствия тех или иных причин зачастую оказываются в поле зрения раньше, чем вызвавшие их причины. Ещё более поздними терминами, вошедшими в лексикон глобалистики на рубеже XX и XXI вв., стали «антиглобализм» и «альтерглобализм». Привести в определённую систему весь этот терминологический ряд необходимо уже потому, что вопрос о статусе глобалистики, её категориях, принципах, подходах является принципиальным. Без этого трудно рассчитывать на успех в деле правильного понимания современных мировых тенденций и противостояния глобальным угрозам[7].

Теперь, обращаясь к сути основных категорий и их взаимозависимости, отметим главное: глобализация – это многовековой естественноисторический процесс; глобальные проблемы – закономерный результат этого процесса, анти— и альтерглобализм – протестные настроения и движения, сопряжённые с глобализацией; а глобалистика – сфера теории и практики, в центре внимания которой находятся глобализация, порождаемые ею глобальные проблемы и всевозможные последствия глобальных изменений в различных сферах общественной жизни.

Глобализация как основная тема глобалистики

То, что глобалистика первоначально зарождалась на исследовании глобальных проблем, т.е. на анализе следствий, когда термина «глобализация» ещё попросту не существовало, вводит некоторых современных исследователей в заблуждение относительно того, что чему предшествовало, и что из чего вытекает.

В этой связи обратимся к термину «глобализация». Он употребляется, как правило, для характеристики интеграционных и дезинтеграционных процессов планетарного масштаба в области экономики, политики, культуры, а также антропогенных изменений окружающей среды, которые по форме носят всеобщий характер, а по содержанию затрагивают интересы всего мирового сообщества. При этом можно отметить две крайности в истолковании как самого феномена глобализации, так и истории его появления. Одна из них состоит в том, что планетарный характер социальных связей и отношений трактуют неправомерно расширительно, пытаясь усмотреть их уже в первобытном обществе. С этой точки зрения, даже ранние этапы развития человечества характеризуют как глобальные[8].

Другая крайность заключается в том, что глобализацию трактуют слишком узко, когда современные процессы общественного развития анализируют через призму какой-то одной сферы общественной жизни, обычно экономической, как это делает, например, В.Г. Федотова, которая пишет: «Неверная трактовка глобализации вытекает из того, что она не понята как вполне конкретный экономический процесс…» [Федотова 2011]. В этом случае не учитывается многоаспектный характер современной глобализации, а сама она рассматривается в отрыве от генезиса и фундаментальных причин, её породивших, т.е. не учитываются история и динамика становления международных структур и транснациональных связей. При таком подходе глобализацию нередко связывают лишь с событиями ХХ столетия, а то и вовсе с последними десятилетиями, развивается она не поступательно и по нарастающей, а «волнообразно» и т.д., и т.п. К тому же в ней зачастую видят якобы сознательно инициированный и управляемый процесс, целенаправленно осуществляемую кем-то политику, и даже говорят о глобализации как о субъективной реальности, чьём-то коварном замысле, реализуемом в интересах определённого круга лиц, транснациональных корпораций или отдельных государств.

Отмеченные крайности во взглядах на глобализацию не охватывают всего спектра существующих точек зрения по этому вопросу, а их многообразие объясняется не только сложностью проблемы, но и все ещё недостаточной разработанностью данной темы. Отсюда проистекают определённые негативные последствия. В частности, затрудняется взаимопонимание между людьми, тормозится междисциплинарное взаимодействие, создаются серьёзные препятствия на пути осмысления истинных причин глобализации и порождаемых ею глобальных противоречий. Здесь же кроются причины недопонимания и многих конфликтов, обусловленных тем, что мир в своих отдельных частях и отношениях все больше становится единым, целостным, взаимозависимым, в то время как достаточно эффективные механизмы, призванные регулировать общественные отношения на глобальном уровне в современных условиях отсутствуют[9]. Вполне очевидно, что без глубокого анализа и достаточно ясного понимания сути процессов глобализации трудно рассчитывать на успешное преодоление указанных выше проблем.

Итак, сегодня назрела необходимость определиться со статусом глобалистики, которая уже накопила богатый материал, получила достаточное развитие и представлена многообразием школ, направлений, различных объединений, творческих коллективов, групп учёных и т.п. Сложный характер объекта исследования и неизбежная в этом случае междисциплинарность значительно затрудняют установление чётких границ интересующего нас предмета, ибо они нередко сливаются с другими областями познания: футурологией, культурологией, философией. К тому же теоретические знания, получаемые в глобалистике, зачастую оказываются связанными с необходимостью принятия конкретных решений, что ведёт к расширению границ обсуждаемого предмета.

Объективные основания глобалистики

В целях лучшего понимания поставленной проблемы сделаем краткий экскурс в историю становления глобального мира и процесса его осмысления.

Первый этап становления глобалистики, как уже отмечалось, приходится на то время, когда в советской и зарубежной литературе впервые заговорили о «глобальных проблемах современности». В контексте нашего разговора данное обстоятельство имеет принципиальное значение, т.к. сегодня рассуждения о глобализации слабо коррелируются, а то и вовсе не увязываются с глобальными проблемами и началом их систематического изучения около сорока лет тому назад. В итоге глобалистику нередко соотносят только или преимущественно с исследованием процессов глобализации, объявляя её, в лучшем случае, зарождающейся наукой, насчитывающей не более полутора десятка лет, то есть ограничивают историю её существования временем, в течение которого глобализация находится в центре внимания исследователей.

Однако следует подчеркнуть, что хотя с конца 1960-х гг. внимание учёных было приковано не к процессам глобализации, а к их следствиям (глобальным проблемам), в науке уже тогда все более чётко вырисовывалась интегративная область междисциплинарных исследований, направленных на теоретическое исследование и практическое преодоление принципиально новых опасностей, актуальных для всего человечества. Тогда же стало очевидным, что наряду с дифференциацией научного знания, веками сопровождавшей науку, возникла настоятельная необходимость в интеграции теоретических и практических знаний, направленных на изучение новых явлений, которые отличались масштабностью, целостностью и сложной системой взаимоотношений как внутри самих глобальных проблем, так и в их связи с экономической, социальной, политической сферами.

Таким образом, глобалистика изначально стала складываться и как принципиально новое научное направление, где на первый план выступили интеграционные процессы, и как сфера общественной практики, охватывающей международную политику, экономику, право и даже идеологию. Её появление было своеобразным ответом на вызов времени. Именно тогда сначала в промышленно развитых, а затем и в других странах резко ухудшилась экологическая обстановка, ставшая следствием усилившегося дисбаланса в отношениях человека с окружающей средой. Вскоре выяснилось, что экологические проблемы тесно связаны с другими противоречиями планетарного масштаба. За открывшимся беспрецедентным загрязнением окружающей среды, наиболее зримо обнаружились и угрожающие тенденции неконтролируемого роста численности населения Земли, и пределы исчерпаемости природных ресурсов, и смертельная опасность безудержной гонки вооружений, что означало серьёзную опасность поступательному общественному развитию и даже существованию жизни на планете. Дисбаланс в отношениях общества и природы, достигший к тому времени предельно допустимых значений, а также фрагментарность и раздробленность человечества перед лицом глобальных проблем стали очевидны уже не только для специалистов, но и на уровне массового сознания.

Теоретические предпосылки нового научного направления

Следует отметить, что некоторые тенденции становления целостного мира и происходящих в нем перемен оказались в центре внимания учёных и философов несколько раньше, чем эти изменения стали очевидными для всех. Так, к первым попыткам осмыслить нарождающиеся мировые тенденции и вызванные ими принципиально новые, общечеловеческие проблемы, можно отнести идеи Т. Мальтуса о естественном регулировании численности населения, рассуждения И. Канта о вечном мире или, например, размышления Ж. Ламарка о роли человека. Несомненно, что и универсалистские взгляды К. Маркса и Ф. Энгельса, изложенные ими в «Манифесте коммунистической партии» и ряде других работ, также должны быть поставлены в этот ряд. Созданный по их инициативе в 1864 г. «Первый Интернационал» отразил назревшую потребность в консолидации на глобальном уровне различных политических и профессиональных сил и стал по сути одним из первых провозвестников множества международных организаций, которые с тех пор во все большем количестве стали возникать во всем мире. Теперь же такие организации являются неотъемлемой частью современной жизни мирового сообщества, а число их многократно приумножилось.

Позже в теоретическом плане важную роль в осознании глобальных тенденций, когда они ещё не были столь очевидными, сыграли работы О. Шпенглера, Э. Леруа, П. Тейяра де Шардена, В.И. Вернадского, А.Л. Чижевского, К.Э. Циолковского, А. Тойнби, К. Ясперса, Б. Рассела, Дж. Соммервилла и др. В первую очередь, эти мыслители были озабочены принципиально новыми тенденциями, нарушившими естественное равновесие природных и общественных систем, и пытались дать им объяснение, опираясь на доступные для того времени знания. Своими работами и рассуждениями о «численности населения Земли», «вечном мире», «мировом объединении пролетариата», «едином богочеловечестве», «ноосфере», «мировом правительстве», «космополитизме», «ядерном омнициде» и т.п., они подготовили философское, научное и широкое общественное сознание к пониманию того, что человечеству как единому целому, неразрывно связанному с естественными условиями его существования – биосферой, географической средой, космосом, – уготована общая судьба и общая ответственность за будущее планеты.

Так, В.И. Вернадский, развивавший концепцию ноосферы, уже в 1930-е гг. сделал вывод о кардинальном изменении облика Земли вследствие беспрецедентных масштабов преобразовательной деятельности человека и предупредил, что если общество не будет развиваться на разумных началах, согласуясь с естественными законами природы, то гибель всего живого на Земле неизбежна. Как отмечается в его работе «Научная мысль как планетарное явление»: «Человек впервые реально понял, что он житель планеты и может – должен – мыслить и действовать в новом аспекте, не только в аспекте отдельной личности, семьи или рода, государств или их союзов, но и в планетарном аспекте» [Вернадский 1988, 35]. Сходных взглядов придерживался и К. Ясперс, который ещё в 1948 г., впервые употребил термин «глобальный» в том значении, как он понимается теперь, и высказал серьёзное беспокойства по поводу того, что когда-нибудь человеку земной шар станет тесным и ему не хватит имеющихся на планете ресурсов. Отчётливо понимая такую перспективу для человечества, он, в частности, писал: «Наша исторически новая ситуация, впервые имеющая решающее значение, являет собой реальное единство людей на Земле. Благодаря техническим возможностям современных средств сообщения наша планета стала единой целостностью, полностью доступной человеку, стала «меньше», чем была некогда Римская империя» [Ясперс 1991, 141]. И далее, отмечая поистине глобальный характер Второй мировой войны, после которой и были написаны эти строки, он сделал принципиальной важности вывод: «С этого момента начинается мировая история как единая история единого целого… Теперь проблемой и задачей стал мир в целом…. Мир замкнулся. Земной шар стал единым… Все существенные проблемы стали мировыми проблемами, ситуация – ситуацией всего человечества» [Ясперс 1991, 141]. Читая эти строки, трудно не согласиться с тем, что хотя глобалистика и сформировалась относительно недавно, фундамент её закладывался трудами отдельных учёных намного раньше.

Выступившие на первый план и резко усилившиеся во второй половине ХХ в. процессы глобализации, а также возросшая в этой связи взаимозависимость различных стран и народов обусловили и новый уровень осмысления данной темы. Ещё больше стало новых международных структур и организаций, среди которых оказалось немало и таких, деятельность которых была направлена на осмысление глобальных проблем и порождающих их причин. В качестве примера можно назвать «Институт проблем будущего», созданный в Вене в 1965 г., Международный фонд «Человечество в 2000 году», основанный тогда же в Нидерландах, «Общество по изучению будущего мира», организованное в 1966 г. в Вашингтоне и др. Подобных организаций со временем становилось все больше. Однако подлинный интерес к глобальной проблематике проявился после первых докладов Римского клуба, созданного в 1968 г. [Мазур, Чумаков 2003, 893-896]. Его исследовательские проекты: «Пределы роста» (1972 г.), «Человечество на перепутье» (1974 г.), «Пересмотр международного порядка» (1974 г.), «За пределами века расточительства» (1976 г.) и др. очень быстро получили мировую известность и стали теоретической базой современной глобалистики. Они не только выполнили необходимую эвристическую и методологическую функцию в формировании принципиально новой области междисциплинарного знания, но и сыграли важную просветительскую роль.

Таким образом, можно сказать, что глобалистика, как особая сфера научных исследований и целостное миропредставление в основном сложилась к концу 1980-х гг. и в последующем получила развитие за счёт осмысления процессов глобализации, которые в то время ещё оставались вне поля зрения учёных и специалистов, работавших в данной области. Основным импульсом, повернувшим научную и общественную мысль от изучения следствий к анализу их подлинных причин, стали события, вызванные распадом социалистической системы, и обусловившие новую расстановку сил на международной арене. И произошло это лишь во второй половине 1990-х гг., когда мир в основном оправился от кардинальных перемен и занялся осмыслением новой ситуации. Именно тогда и пришла «вторая волна» интереса к глобалистике, которая обрела как бы «второе дыхание» за счёт активного осмысления процессов глобализации.

При этом следует подчеркнуть, что для многих современных исследователей, пришедших в глобалистику на этой (второй) волне интереса к ней, наработанное раньше в значительной степени оказалось вне поля зрения и прежде всего потому, что почти десятилетний разрыв между двумя «волнами» сопровождался ломкой прежних устоев и представлений, которые теперь нередко воспринимаются как рудименты прошлого, не достойные серьезного внимания. В итоге появилось множество работ, авторы которых выстраивают свои идеи так, будто глобалистика только начинает свою историю и не имеет никаких заслуживающих серьёзного внимания наработок. Между тем в этой области, ещё до появления термина «глобализация» сложились достаточно чёткие представления о тенденциях становления мирохозяйственных связей как единой системы и порождаемых ею глобальных проблемах. Были также выявлены природа и генезис глобальных проблем, определены критерии их выделения и подходы к их систематизации, раскрыта глубокая взаимосвязь не только природных и общественных процессов, но и вытекающих отсюда противоречий, их обусловленность социальными, экономическими, политическими, идеологическими и научно-техническими обстоятельствами.

Важнейшим достижением глобалистики в первые два десятилетия ее развития стала выработка и формирование приемлемого для различных наук языка междисциплинарного общения, разработка и уточнение с этой точки зрения ключевых понятий и категорий таких, например, как «глобальная проблема», «экологический кризис», «экологизация производства», «демографический взрыв», «ядерная зима», «глобальная зависимость», «мировое сообщество», «новое мышление», «новый гуманизм» и т.п. В итоге значительные изменения претерпело и мировоззрение людей, понимание ими того, что человек в гораздо большей степени, чем то осознавалось раньше, зависит от природы, от окружающей его земной и космической среды, а также от складывающихся отношений и расклада сил на мировой арене.

Тогда же стало очевидным, что взаимозависимость всех сфер общественной жизни в мире неуклонно возрастает, в частности, увеличивается воздействие друг на друга различных государств, которые, отстаивая свои сугубо национальные интересы и суверенитет, в условиях глобализации порождают принципиально новые противоречия в международных отношениях. Также было установлено, что появление и резкое обострение во второй половине ХХ в. глобальных проблем – это не результат какого-то просчёта, чьей-то ошибки или преднамеренно выбранной стратегии социально-экономического развития. Это и не причуды истории или последствие природных аномалий. Глобальные изменения и вызванные ими общечеловеческие проблемы явились результатом многовековых количественных и качественных трансформаций как в общественном развитии, так и в системе «общество-природа». Причины их появления корнями своими уходят в историю становления современной цивилизации, породившей обширный кризис индустриального общества, технократически ориентированной культуры в целом. Как отмечает В.С. Степин: «Экологический кризис, антропологический кризис, все ускоряющиеся процессы отчуждения, изобретение все новых средств массового уничтожения, грозящих гибелью всему человечеству, – все это побочные продукты техногенного развития» [Степин 2005, 17].

Итогом такого развития стали не только «демографический взрыв» и глобализация экономики, но и деградация окружающей среды, наметившая тенденцию к деградации самого человека. Его поведение, представления и образ мышления оказались не в состоянии своевременно меняться адекватно тем переменам, которые с нарастающей быстротой стали происходить вокруг него. Причиной же ускоренного развития социально-экономических процессов, как показали уже первые исследования в области глобалистики, явился сам человек и его целенаправленная преобразующая деятельность, многократно усиливаемая все новыми и новыми достижениями в области науки и техники. В результате на Земле не осталось не только неизведанных мест, но и чистых территорий, водного и воздушного пространства, естественное состояние которых не было бы прямо или косвенно подвержено влиянию человеческой деятельности. Все это даёт основание называть теперь нашу планету «общим домом», «мировой деревней», процессы и проблемы, которые оказались общими для всех людей, – глобальными, а область научного знания обо всем этом – глобалистикой.

Глобалистика: тенденции развития

Касаясь различных сфер общественной жизни и непосредственно затрагивая интересы людей, глобалистика с необходимостью оказывается тесно связанной с политикой, идеологией, психологией, правом. В этом аспекте правомерно говорить о различных направлениях и течениях глобалистики, которые достаточно ярко проявились уже на первых этапах её становления, когда противостояние двух идеологически враждебных общественно-экономических систем предопределило её развитие в двух направлениях, одно из которых получило название «западная», другое – «советская глобалистика». В последнее десятилетие идеологическое противоборство уступило место разногласиям экономическим, культурным, религиозным, национальным, что легло в основу разделения мира на ряд крупных регионов – своеобразных субъектов международных отношений. При этом на первый план выдвинулись культурно-цивилизационные различия стран и народов, которые предопределили несколько иные подходы к пониманию современных мировых процессов, в частности, западный, евразийский, восточный, исламский и т.п. Принимая во внимание определённую условность любой классификации, отметим только некоторые подходы и направления, характерные для современной глобалистики, где для большей наглядности будем выделять зарубежную и российскую составляющие.

Так, в зарубежной глобалистике изначально сложилось два направления: «технократическое», где позитивное влияние науки и техники на жизнь общества явно преувеличивалось, и «технопессимистское», возлагавшее ответственность за негативные последствия глобализации на научно-технический прогресс, международный капитал и транснациональные корпорации[10]. В последующем их позиции сблизились и, в то же время, по-разному скорректировались под влиянием различных оценок перспектив развития мирового рынка, а потому указанного деления теперь можно придерживаться весьма условно.

Что касается российской глобалистики, то в советский период, когда она находилась под сильным идеологическим влиянием, для неё были характерны умеренно-оптимистические настроения. Вместе с тем в ней с самого начала проявилось несколько направлений, среди которых, с определённой долей условности, можно выделить следующие[11]:

«Философско-методологическое», в рамках которого исследуются философские основания, сущность, генезис глобальных процессов, анализируются наиболее важные социально-политические и экономические преобразования, необходимые для успешного решения глобальных проблем, и лежащих в их основе процессов.

«Социо-природное», охватывающее широкий круг проблем, из которых наибольшую озабоченность и беспокойство вызывает экология, обеспеченность сырьевыми, энергетическими, водными, земельными и др. ресурсами. В этой области исследований в тесном контакте работают представители естественных, технических, общественных наук, политики, производственники, общественные деятели. Их усилия направлены на выработку принципов и методов оптимизации взаимодействия общества и природы, экологизацию производства и рациональное природопользование.

«Культурологическое», где в центре внимания находятся проблемы глобализации, возникающие в сфере научно-технического прогресса, народонаселения, здравоохранения, культуры, права, образования и других областях общественной жизни.

В последнее время, как в России, так и за рубежом, значительно возросло внимание к политическим, социальным, правовым, идеологическим, культурным и цивилизационным аспектам глобализации, что существенно расширило границы глобалистики и заметно повлияло на характер решаемых ею проблем. Сфера материального производства и духовная деятельность, экология и образ жизни, культура и политика – все это находится теперь в орбите глобалистики, которую, с учётом сказанного, следует определять как всю совокупность научных, философских, культурологических и прикладных исследований различных аспектов глобализации и глобальных проблем, включая полученные результаты таких исследований, а также практическую деятельность по их реализации в экономической, социальной и политической сферах, как на уровне отдельных государств, так и в международном масштабе.

Глобалистика как сфера междисциплинарного знания

Во избежание неправомерных аналогий и методологической путаницы важно подчеркнуть, что глобалистику не следует понимать как какую-то отдельную или специальную научную дисциплину, которые во множестве возникают, как правило, в результате дифференциации научного знания или на стыке смежных дисциплин. Она рождена противоположными – интеграционными процессами, характерными для современной науки, и представляет собой сферу исследований и познания, где различные научные дисциплины и философия, по большей части в тесном взаимодействии друг с другом, каждая с позиции своего предмета и метода, анализируют всевозможные аспекты глобализации, предлагают те или иные решения глобальных проблем, рассматривая их как в обособлении друг от друга, так и в качестве целостной системы.

Отсюда проистекает важное следствие. Можно ставить вопрос о предмете, объекте, методе, цели, понятийном аппарате и т.п. глобалистики, как то предлагают некоторые исследователи. Однако нужно иметь в виду, что ответы на эти вопросы применительно к глобалистике лежат в иной плоскости, нежели относительно той или иной конкретной науки. В частности, предмет её не может быть определён однозначно, хотя упрощённо и можно сказать, что её предметом является целостность мира, человечество в целом или вся биосфера с основным её элементом – человеком. Также и понятийный аппарат глобалистики только в определённой мере (на философско-методологическом уровне) будет единым, в остальном же он оказывается «размытым» по отдельным наукам, причастным к соответствующим исследованиям. А если говорить о методах или целях глобалистики, то помимо определения каких-то базовых подходов, придётся заняться перечислением не только отдельных наук и их вклада в исследование соответствующих проблем, но и выявлением того, каким образом в глобалистике задействованы философия, культурология, политика, идеология, что делает решение такой задачи заведомо практически невыполнимым.

Ещё одно важное отличие глобалистики от конкретных научных дисциплин состоит в том, что осмысление глобальных тенденций и принципиальное преодоление порождаемых ими проблем требует не только теоретических исследований, но и соответствующих им результативных практических действий. Глобалистика тем самым объективно выполняет мировоззренческую и интегративную роль в сфере науки и практики, заставляя многих учёных, политиков и общественных деятелей по-новому посмотреть на современный мир и осознать свою сопричастность единой судьбе человечества. Она заставляет задуматься над тем, что глобализация и порождаемые ею проблемы не оставляют человечеству иного выбора, как, преодолевая раздробленность и разногласия, идти к своему единству, по возможности сохраняя самобытность культур, вековых традиций и основополагающих ценностей отдельных наций и народов. Но такое единение и согласованность действий может обеспечить лишь адекватное понимание происходящих в современном мире процессов и событий, знания о которых вырабатываются и формулируются в глобалистике, где ближайшие цели и отдалённая перспектива рассматриваются в тесной взаимосвязи.

Философия, её роль и место в глобалистике

Уже первые упоминания и предостережения об опасности со стороны глобальных проблем заставили людей обратить взоры на науку, а учёных задуматься над способами их решения. Однако рамки конкретных дисциплин слишком узки, чтобы увидеть ту или иную частную проблему – объект их исследования в контексте других глобальных проблем. Поэтому независимо от того, какие конкретные задачи решает та или иная дисциплина, необходимым условием всегда является философский взгляд на процессы и явления, им сопутствующие, т.е. на всю ситуацию в целом, включая и полученные в конечном счёте результаты. Как отмечает И.Т. Касавин: «Никто, кроме философа не относится издавна с таким интересом к сложным, динамическим, человекоразмерным объектам, которые только недавно обнаружила наука. Никто, кроме философа, не культивирует в явном виде стремление к универсальному синтезу» [Касавин 2004, 14].

В то же время любые частные науки на определённом этапе своего развития, так или иначе, нуждаются в философском осмыслении предмета своего исследования. Без такого широкого, выходящего за рамки конкретной дисциплины целостного взгляда на её предмет и стоящие перед человечеством проблемы, в котором отразились бы также и все последние достижения в других областях знания, невозможны ни фундаментальные открытия, ни развитие самой науки вообще.

Речь, таким образом, идёт, с одной стороны, о философском решении вопросов, а с другой – о том, что философия стимулирует взаимодействие широкого круга наук, в процессе которого важное место занимает их междисциплинарное объединение.

Конечно, нельзя сказать, что философия непременно и непосредственно влияет на принятие политических и других решений, хотя и этот момент вовсе исключать не следует. Но все-таки главная её функция состоит в том, чтобы формировать мировоззрение и тем самым оказывать опосредованное влияние на процесс выработки практических решений. Ее задача не в том, чтобы непосредственно рассматривать естественно-научные или технические аспекты глобализации и порождаемых ею глобальных проблем, а в том, чтобы обеспечить мировоззренческую, методологическую, культурологическую, этическую основу соответствующих решений со стороны других наук.

Опираясь на достижения конкретных дисциплин в данной области, философское исследование отвлекается от частностей и рассматривает глобализацию, прежде всего как объективно исторический процесс, сопряжённый с борьбой различных интересов, а глобальные проблемы как закономерный итог таких процессов. Иными словами, философский подход предполагает рассмотрение глобальных проблем в их единстве, целостности и взаимосвязи с точки зрения их общественной значимости и социальной обусловленности. Такое исследование предполагает, прежде всего, выявление сущности глобальных проблем, так как установление их подлинной природы и генезиса во многом предопределяет пути их дальнейшего научного и практического решения.

Обобщая можно сказать, что к извечным философским проблемам бытия, сознания, смысла жизни и другим, постоянно обсуждаемым в философии вопросам, современная эпоха добавила принципиально новую, никогда не существовавшую ранее тему единой судьбы человечества и сохранения жизни на Земле.

Прикладные аспекты глобалистики

Каким будет ближайшее и отдалённое будущее человечества в немалой степени зависит от теоретического осмысления быстро меняющейся реальности, адекватности оценок и выбранных приоритетов в практической деятельности. В этой связи важно подчеркнуть, что с точки зрения современной глобалистики основную опасность для мирового сообщества представляет не глобализация, как таковая, а её негативные последствия и, в первую очередь, порождаемые ею глобальные проблемы. Глобализация в основе своей – объективный процесс. Она имеет свои плюсы и минусы, которые так же как, например, научно-технический прогресс можно использовать и во благо, и во вред человечеству.

Другое дело глобальные проблемы. В последнее время их как-то выпустили из виду, подзабыли на фоне разговоров и острых дискуссий вокруг глобализации и не уделяют им того внимания, которое они объективно заслуживают. Однако острота и опасность, которую они представляют, нисколько не ослабли с тех пор, когда в докладах Римскому клубу, а также в целом в западной и отечественной глобалистике они обсуждались на самом высоком теоретическом уровне.

Здесь важно подчеркнуть, что у человечества всегда были и будут проблемы. Но суть и характер их меняются по мере количественных и качественных изменений в обществе. Иными словами, по мере «взросления» человечества менялся и характер его проблем. Так, на заре истории, когда мировое сообщество было раздробленным, фрагментарным, соответственно, и проблемы у него были локальными, частными. На более поздних этапах общественного развития они, с расширением масштабов социальной активности, дополнились проблемами региональными.

Теперь же, когда человечество стало глобальным, у него по определению и проблемы стали глобальными, которые ещё больше усложнили систему общественных противоречий, как бы надстроившись над проблемами частными, локальными, региональными. А это значит, что с ними нельзя справиться в том смысле, чтобы преодолеть их раз и навсегда. Их нельзя окончательно решить, устранить, элиминировать из жизни общества, как об этом ещё продолжают говорить некоторые исследователи, политики, общественные деятели.

«Преодолеть глобальные проблемы», «ликвидировать глобальные угрозы» или «устранить риски опасных заболеваний, техногенных катастроф, социальных конфликтов» и т.п. – не только не реальная задача, но и в принципе неверно сформулированная установка, задающая и соответствующее видение ситуации, и определённую программу действий. В конечном счёте все это может оказаться не таким уж безобидным заблуждением, ибо не только не сулит положительных результатов, но и грозит нерациональным использованием ресурсов, потерей драгоценного времени, разочарованием и утратой веры в собственные силы. Иными словами, при таком подходе ставится цель решить задачу, у которой в данной постановке вопроса не может быть решения в принципе.

Глобализацию отменить или повернуть вспять нельзя, нельзя и глобальные проблемы решить окончательно и непременно: однажды появившись, они будут теперь всегда, и решать их придётся постоянно. С этим надо просто смириться и научиться жить, понимая, что ослабление внимания к глобальным процессам и проблемам, неумение правильно воспринимать и адекватно реагировать на глобальные риски, – чревато большими неприятностями, а то и катастрофой. Это новая реальность, новое качество современного человечества, а поэтому так важно максимально использовать творческий потенциал и ресурсы мирового сообщества на то, чтобы глобализация стала, прежде всего, благом для людей, а её неизбежные отрицательные последствия представляли по возможности наименьшую угрозу и не подрывали основы существования жизни на Земле.

Будущее глобалистики

Решение такой задачи с необходимостью предполагает теоретическое осмысление глобальных процессов, что, как представляется, и будет в центре внимания глобалистики, как минимум, в ближайшие десятилетия. В этой связи можно предположить, что лет через 15–20 «пласт научных исследований» под названием «глобализация» будет основательно «выработан» и наступит определённая интеллектуальная и эмоциональная усталость от разговоров на эту тему. В итоге творческие интересы исследователей в глобалистике сместятся в сферу мироустройства и поиска практических шагов выстраивания действительно нового мирового порядка. Это вполне вытекает из того, что глобалистика объективно выполняет интегрирующую роль, заставляя многих учёных, политиков, общественных деятелей, да и в целом широкие слои населения по-новому посмотреть на современный мир, побуждая их к осознанию себя частью целостного мира. Вот почему переход от осознания глобальных проблем к процессам глобализации со временем сменится первостепенным интересом к тому, как сформировать новый международный порядок в целостном взаимозависимом мире, чтобы он стал, наконец, безопасным и стабильным. Однако решение и даже правильная постановка такой задачи ещё впереди, ибо она неразрывно связана с другой, ещё более трудной задачей − проблемой человека и формированием нового «этоса глобального мира»[12].

Отсюда дальнейшее развитие глобалистики рано или поздно должно будет выйти на осмысление природы и сущности самого человека, как главной причины всех его проблем и трудностей, о чем уже так много сказано в истории философии, а также в работах практически всех великих гуманистов от древнейших времён до современности. Как отмечает Н.А. Бердяев: «Философы постоянно возвращались к тому сознанию, что разгадать тайну о человеке – значит разгадать тайну бытия. Познай самого себя и через это познаешь мир. Все попытки внешнего познания мира, без погружения вглубь человека, давали лишь знание поверхности вещей. Если идти от человека вовне, то никогда нельзя дойти до смысла вещей, ибо разгадка смысла скрыта в самом человеке» [Бердяев 1989, 293]. История даёт немало и других примеров, которые свидетельствуют, что, во всяком случае с тех пор, как Протагор произнёс свои знаменитые слова – «человек есть мера всех вещей», он независимо от времени, культуры, вероисповедания всегда был, остаётся и будет пребывать в этом качестве, оказываясь в конечном счёте всегда в центре внимания, выступая точкой отсчёта и даже объектом манипуляции. Как отмечает Б.Г. Юдин: «Научно-технический прогресс последних десятилетий открыл возможности манипулирования началом человеческой жизни, превращения этого начала из естественного события в событие преднамеренно организуемое, ре-конструируемое» [Юдин 2004, 426].

В конечном счёте именно в человеческой природе следует искать корни, главную причину нарастания и обострения глобальных противоречий, так как «культура и общество изменяются быстро, тогда как гены изменяются медленно: не более полупроцента генетически обусловленных способностей человека имеют вероятность измениться за целое столетие. Следовательно, большинство наших генов ведёт свою историю с каменного века или с ещё более раннего периода; они могли бы помочь нам жить в первобытных джунглях, но не в дебрях цивилизации» [Ласло 2004, 199-200], – отмечается в Манифесте Будапештского клуба. Отсюда, главной надеждой преодолеть указанное противоречие является разум человека, ибо мышление и имманентно связанная с ним способность людей к творчеству – не генетическое, а культурное свойство, которым наделены только люди. И у них не остаётся теперь другого пути, как планомерно выстраивать, настойчиво формировать новое мышление, иной образ жизни и соответствующие им стратегию и тактику действий, ибо, как говорят учёные и специалисты, в будущем эволюция будет определяться не выживанием сильнейшего, а выживанием мудрейшего. Именно это обстоятельство и даёт основание рассматривать природу и сущность человека в качестве основной темы, которая к середине XXI в. выйдет на первый план в глобалистике, и именно с ней будут связаны основные проблемы и риски человечества.

 

Литература

Андреев 2010 – Андреев И.Л. – Пресная вода как глобальная социальная проблема // Вопросы философии, №12, 2010.

Барлыбаев 2003 – Барлыбаев Х.А. Общая теория глобализации и устойчивого развития. – М., 2003.

Бердяев 1989 – Бердяев Н.А. Смысл творчества. М., 1989.

Бузгалин 2009 – Бузгалин А.В. – Диалектика: реактуализация в мире глобальных трансформаций // Вопросы философии, №5, 2009.

Василенко 2000 – Василенко И.А. Политическая глобалистика: Учебное пособие для вузов. – М.: Логос, 2000.

Вернадский 1988 – Вернадский В.И. Философские мысли натуралиста. М., Наука, 1988.

Вопросы философии 1980 – Вопросы философии, 1980, № 2.

Глобалистика 2001 – Глобалистика как отрасль научного знания: Материалы постоянно действующего междисциплинарного семинара Клуба ученых «Глобальный мир». Вып.3. – М., 2001.

Гусейнов 1999 – Гусейнов А.А. Глобальный этос как проблема. – В кн.: Этос глобального мира. – М., 1999.

Единство мира 2011 – Единство мира и многообразие культур (материалы «круглого стола» украинских и российских философов). Участвовали от Украины: М.В. Попович, А.С. Онищенко, А.Е. Конверский, С.В. Пролеев, О.В. Билый, В.А. Малахов. Участвовали от России: А.А. Гусейнов, В.А. Лекторский, Б.И. Пружинин, М.Т. Степанянц, М.Н. Громов // Вопросы философии, № 9, 2011.

Железнова 2009 – Железнова Н.А. – Глобализация: индийский ответ на мировой вызов // Вопросы философии, №7, 2009.

Загладин 1981 – Загладин В.В., Фролов И.Т. Глобальные проблемы современности: научный и социальный аспекты. – М., 1981.

Задохин, Митрофанова 2003 – Задохин А.Г., Митрофанова А.В. Глобализация и глобальные проблемы человечества (методологический аспект). М.: Московский философский фонд, 2003.

Ильин, Урсул 2009 – Ильин И.В., Урсул А.Д. Эволюционная глобалистика. М.: МГУ, 2009.

Карелова, Чугров 2009 – Карелова Л.Б., Чугров С.В. – Глобализация: японские интерпретации социокультурных процессов // Вопросы философии, №7, 2009.

Касавин 2004 – Касавин И.Т. Философия познания и идея междисциплинарности // Эпистемология и философия науки. 2004, Т. II, № 2.

Квициния 2011 – Квициния М.Б. – Глобализация и этнонациональный компонент // Вопросы философии, № 9, 2011.

Ласло 2004 – Ласло Э. Макросдвиг (К устойчивости мира курсом перемен). – М., 2004.

Лукашова 2002 – Права человека: итоги века, тенденции, перспективы. Отв. ред. Е.А. Лукашова, Норма, 2002.

Мазур, Чумаков 2003 – Глобалистика. Энциклопедия / Гл. ред. И.И. Мазур, А.Н. Чумаков. – М., Радуга, 2003.

Мазур, Чумаков 2006 – Глобалистика: Международный, междисциплинарный, энциклопедический словарь. / Гл. ред. И.И. Мазур, А.Н.Чумаков. – М.-СПб.-Нью-Йорк: Элима, Питер, 2006.

Митрофанова 2000 – Митрофанова А.В. Глобальная альтернатива? В поисках новых форм демократии для России и Запада. М.: Научная книга, 2000.

Назаретян 1996 – Назаретян А.П. Агрессия, мораль и кризисы в развитии мировой культуры. (Синергетика исторического прогресса). – М.: Наследие, 1996.

Назаретян 2004 – Назаретян А.П. Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории (Синергетика – психология прогнозирование). – М.: Мир, 2004.

Назаретян 2009 – Назаретян А.П. – Смыслообразование как глобальная проблема современности: синергетический взгляд // Вопросы философии, №5, 2009.

Панарин 2002 – Панарин А.С. Искушение глобализмом. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2002.

Пантин 2004 – Пантин И.К. Глобализация и судьбы цивилизации // В кн.: Человек. Наука. Цивилизация. К семидесятилетию академика В.С. Степина. – М, 2004.

Степанянц 2009 – Степанянц М.Т. – Восточные сценарии глобального мира // Вопросы философии, №7, 2009.

Степин 2005 – Степин В.С. Философия и поиск новых ценностей цивилизации // Вестник РФО, 2005, № 4.

Федотова 2011 – Федотова В.Г. – Единство и многообразие культур в условиях глобализации // Вопросы философии, № 9, 2011.

Чешков 2005 – Чешков М.А. Глобалистика как научное знание. Очерки теории и категориального аппарата. – М., 2005.

Чумаков 2005 – Чумаков А.Н. Глобализация. Контуры целостного мира. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, М., 2005.

Чумаков 2010 – Чумаков А.Н. Глобальный мир: проблема управления // Век глобализации. № 2(6), 2010.

Юдин 2004 – Юдин Б.Г. Человек сегодня и завтра: между природой и конструкцией // В кн.: Человек. Наука. Цивилизация. К семидесятилетию академика В.С. Степина. – М, 2004.

Ясперс 1991 – Ясперс К. Смысл и назначение истории. – М., 1991.

 

Примечания

[1] См. [Вопросы философии, 1980].

[2] См. [Назаретян 2009]; [Бузгалин 2009]; [Степанянц 2009]; [Карелова, Чугров 2009]; [Железнова 2009]; [Андреев 2010]; [Единство мира 2011]; [Квициния 2011]; [Федотова 2011].

[3] См.: [Чешков 2005]; [Барлыбаев 2003].

[4] См.: [Василенко 2000]; [Панарин 2002].

[5] См.: [Глобалистика 2001]; [Чумаков 2005]. [Ильин, Урсул 2009].

[6] См. [Митрофанова 2000]; [Задохин, Митрофанова 2003].

[7] Эта задача все ещё сохраняет свою актуальность, хотя в определённой мере она и получила решение в процессе подготовки и публикации обширного справочного издания Глобалистика: Международный, междисциплинарный, энциклопедический словарь. См. [Мазур, Чумаков 2006].

[8] Наиболее последовательно эту точку зрения в отечественной глобалистике отстаивает А.П. Назаретян. См.: [Назаретян 2004]; [Назаретян 1996].

[9] См.: [Пантин 2004]; [Чумаков 2010].

[10] См.: [Загладин, Фролов, 1981]; [Мазур, Чумаков 2006, 875-878].

[11] См.: [Мазур, Чумаков 2003, 199-209].

[12] См.: [Гусейнов 1999]; [Лукашова 2002].

 

Чумаков А.Н.
доктор философских наук,
первый вице-президент Российского философского общества,
профессор факультета глобальных процессов МГУ им. М.В. Ломоносова,
ведущий научный сотрудник Института философии РАН

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.