Чумаков А. Н.

Философия как индикатор культурно-цивилизационного развития

В статье выявляются сущностные черты философии, и утверждается её безусловная ценность в системе приоритетов и достижений духовной культуры. Подчёркивается принципиальная несводимость философии к другим формам общественного сознания, анализируется её роль в культурно-цивилизационном развитии общества и формировании гармонично развитой личности.

Ключевые слова: философия, наука, ценность, культура, цивилизация, общественное развитие.

Чумаков А.Н. Философия как индикатор культурно-цивилизационного развития // Гуманитарные науки. 2011. № 1. С. 16-21. Сайт «Википедия – свободная энциклопедия». URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Чумаков,_Александр_Николаевич_(философ) (дата обращения: 11.05.2018).

Среди всех ценностей и достижений, которые человечество обрело за всю историю своего существования, философия является, пожалуй, самым ярким и безусловным достоянием. Возможно, с этим утверждением согласятся не все, тем более, что даже в среде профессиональных философов можно встретить точки зрения, согласно которым философия закончилась, исчерпала себя, подошла к концу (Дж. Ваттимо, К. Свасьян и др.). Тем не менее, есть все основания говорить о безусловной ценности философии и, более того, – о возрастании её роли в современных условиях.

Нисколько не умаляя значения других форм общественного сознания, таких, например, как наука или религия, не говоря уже об иных ценностях, я все-таки, поставил бы философию на более высокий пьедестал, с точки зрения её роли в культурном и цивилизационном развитии, как отдельных народов, так и мирового сообщества в целом[1].

Тому есть несколько причин. Не останавливаясь специально на мировоззренческой, гносеологической, методологической, интегративной, аксиологической, коммуникативной и других исключительно важных функциях философии, скажу о главном в этой связи.

Философия, как никакая другая сфера духовной деятельности людей, выражает истинно человеческую сущность – а именно, характеризует человека как существо интеллектуальное, критически мыслящее, сомневающееся и, наконец, что особенно важно, – вопрошающее.

О ключевой роли вопроса в философии скажем ниже. Теперь же подчеркнём, что принципиальное отличие философии от других форм познания, прежде всего, религии и науки, можно сформулировать по-разному. Но главное заключается в том, что в религии основное внимание фокусируется на ответах, которые даются в готовом виде и их надо принять такими, какие они есть. Здесь вера стоит на первом месте, она важнее знания. Сомнения же и вовсе не приветствуются, в них видят больше вреда, чем пользы.

С наукой дело обстоит иначе. Она базируется на знаниях и ориентирована на окончательные и выверенные ответы, которые наука стремится получить на основе уже имеющихся знаний, опыта, интуиции. То есть, наука ставит своей задачей получение и приращение новых знаний. Её интересуют, в первую очередь правильные ответы и окончательные результаты, которые в итоге (или хотя бы в принципе) могут быть верифицированы или фальсифицированы. Здесь во главу угла ставятся знания, тогда как вера, хотя и присутствует в научном познании, тем не менее, какой-либо существенной роли не играет. Вопросы в науке также важны, и сомнения приветствуются, но они, в конечном счёте, снимаются доказанными теоретически и проверенными на практике знаниями, т.е. готовыми результатами. Иными словами, пока остаются вопросы и сомнения, научный результат не является окончательным, а научное исследование не может считаться завершённым.

В философии все иначе. Здесь центральное место занимает вопрос, проблема. Сомнение также играет ключевую роль и ценится особенно высоко. А вот знание и вера в философии хотя и важны, но выступают в роли вспомогательной. И знания, и вера составляют только основу, фундамент любого философствования, но не являются его основной целью, тем результатом, к которому стремится философия. Знание и вера, таким образом, являются лишь отправной точкой философского анализа. Они представлены здесь всегда в неполном, незаконченном виде, и над ними все время довлеют вопросы и сомнения.

Почему так? Потому, что философия, будучи в основе своей рациональным познанием, имеет дело с проблемами, которые не поддаются однозначным решениям, не могут быть выражены в виде законов или формул, как не могут быть безусловно доказаны или окончательно опровергнуты практикой. Поэтому их именуют ещё вечными философскими проблемами, т.е. такими, которым каждый философ и каждое время даёт собственное решение. В значительной степени философские решения уже изначально зависят от того, какое мировоззрение имеет тот или иной философ, что его волнует, какими вопросами он задаётся. А поскольку горизонты философской проблематики не имеют чётких контуров, и характер решаемых задач определяется многими факторами, то умение формулировать и ставить вопросы оказывается важнейшей функцией философии, её сутью, источником и движущей силой философского познания. При этом вопросы философ каждый раз обращает к самому себе и, опираясь, прежде всего, на свой разум, знания, опыт, интуицию, верования, убеждения, пытается с их помощью решить жизненно важные для себя или для общества проблемы.

Как вытекает уже из содержания термина «философия», она обращается к предельно широкому кругу проблем, и по существу выходит за пределы доступного знания. Фактически мы имеем дело здесь с игрою ума и воображением отдельных философов, а в конечном счёте, с их субъективными оценками, мнениями и суждениями. Именно этим объясняется то, что путь философии устлан прецедентами и никогда не может завершиться, а все разговоры о смерти или конце философии лишь неправомерное преувеличение и эпатаж, не имеющие ничего общего с реальностью. В лучшем случае, можно говорить, да и то с определённой долей условности, о завершённости того или иного философского учения, школы или направления, так как действительно существует немало философских идей, направлений, концепций, которые себя исчерпали, не закрепились в общественном сознании, не получили развития и продолжения. Верно и то, что современное состояние многих из них находится в трудном положении, а иногда и вовсе в глубоком кризисе. Но это ещё не вся философия, которая в своём изначальном значении – как «любовь к мудрости», как форма общественного сознания и способ познания, как состояние души, наконец, как особый тип мировоззрения, находится в вечном круговороте вокруг бесчисленного множества проблем. Единожды возникнув, философия будет сопровождать теперь человека разумного до тех пор, пока он будет оставаться таковым.

При этом ценность и уникальность философии только возрастает оттого, что она самодостаточна и не признает никаких абсолютных авторитетов, в отличие от религии и даже науки. Так, в религии у человека всегда есть высший авторитет и критерий истины, будь то Бог или священный текст, к которым человек непременно апеллирует. В науке всегда есть безусловный авторитет тех, кто уже прошёл дорогой познания и обогатил человечество своими открытиями, подтверждёнными практикой. Бесспорными здесь являются также открытые законы, доказанные теоремы, проверенные формулы, теории.

В философии же таких беспрекословных авторитетов, а также критериев истинности философских идей и суждений нет и быть не может. Философия все время находится в поиске, все подвергает сомнению, и каждый раз заново переосмысливает, казалось бы, уже решённое. Таким образом, человек в поисках философской истины полагается, прежде всего, только на самого себя, а потому в итоге он сам себе и главный авторитет, и основной критерий такой истины.

Если же определять истину как соответствие наших знаний действительности или как адекватное отражение субъектом объективной реальности, то с такой истиной имеет дело, пожалуй, разве что наука.

Философия же имеет дело не с истинами, а с правдой того или иного философа, т.е. с его субъективной уверенностью в том, что его понимание сути вещей адекватно соответствует тому, как это есть на самом деле. Но это вовсе не значит, что реальность такова, как она видится данному философу и потому на вопрос, прав он или нет в своих суждениях и оценках, можно дать лишь один ответ – «возможно», и не более того. По существу, именно в этом и заключается принципиальное отличие философии от других форм познания. Любое философское утверждение, точка зрения или теоретическая система, сколь содержательной и разработанной она ни была бы, не может претендовать на абсолютную истинность и безусловную доказанность своих положений. А потому всегда должно оставаться право на существование и других, в том числе, и прямо противоположных философских суждений и концепций.

Такое положение вещей характерно для философии и только для философии, что делает её уникальным и особенно ценным феноменом общественной жизни, ибо именно здесь рационально ориентированное творчество человека имеет возможность раскрыться в наибольшей степени и наилучшим образом. К тому же, философия расширяет горизонты видения проблемы, ибо обладает такими мировоззренческими, познавательными, этическими, эстетическими и другими возможностями, которые в своей совокупности делают её универсальным средством достижения целей также в сфере морали, права, этики, эстетики, международных отношений и т.п.

Здесь важно подчеркнуть, что философские идеи и теории всегда отражают объективную или субъективную реальность, а потому имеют тем большую ценность, чем больше они опираются на достижения современной науки и проверенные знания. На это, в частности, справедливо указывает и корейский философ Самуэл Ли, который, обсуждая проблему роли философии в изучении мировых трансформаций говорит: «Проблемы современного мира по природе своей относятся к междисциплинарной области знания, хотя нередко и утверждают, что их исследование является задачей социальных наук. Но даже то, что многие важные теории современного мира были сформулированы представителями гуманитарных наук, анализ международных социальных структур и отношений должен проводиться с научной точки зрения. Философы же, если они не имеют соответствующей подготовки или необходимых данных, чтобы проанализировать социальные явления с научной точки зрения, должны воздержаться от того, чтобы иметь дело с проблемами войны и мира и социальных или международных конфликтов»[2].

Приведённое суждение нисколько не умаляет роли философии в познании, но правильно акцентирует внимание на необходимости строить философские рассуждения и выводы на достижениях современной науки.

Итак, ценность философии, с определённой точки зрения, представляется очевидной. Однако, как уже отмечалось, сомнения в ценности и полезности философии у определённой части научного сообщества остаются. В частности, нередко звучат такие вопросы: Нужна ли философия сегодня, в век скоростей и высоких технологий, не устарела ли? А в условиях сплошного потока информации и хронической нехватки времени не вытесняется ли она конкретным знанием?

Такие вопросы вполне правомерны, но ответы на них даёт сама жизнь, которая ставит перед современным человеком множество философских проблем, в том числе, и принципиально новых, никогда прежде не существовавших. К их числу относятся, например, предотвращение ядерного самоуничтожения и сохранение мира на планете, морально-этические проблемы клонирования или, пожалуй, ещё более важная тема – современные проблемы глобализации.

Так, начало III тысячелетия мировое сообщество встретило практически в новом качестве, став по основным параметрам общественной жизни единой, целостной системой. При этом мировое сообщество все больше обращает внимание на проблему своего единства, задумываясь о своей ответственности за состояние биосферы и продолжение жизни на Земле. Отсюда вопросы устойчивого социально-экономического развития и гармоничных отношений между обществом и природой, установление гуманных, добрососедских отношений между отдельными людьми и народами наряду с вечными философскими темами закономерно выдвигаются в последнее время на первый план в философских исследованиях.

Как справедливо заметили ещё стоики – человек гонит от себя философию, когда ему хорошо, и обращается к ней, когда ему плохо. Этот момент теперь как раз и наступает. Но сумеет ли человечество своевременно осознать это? Будет ли оно на высоте стоящих перед ним задач, чтобы правильно распорядиться уже имеющимися знаниями, а также всем тем, что может дать ему философия?

В этой связи серьёзное беспокойство вызывает состояние и уровень развития образования на планете, ибо именно неудовлетворительное образование и отсутствие должного воспитания, а также несоблюдение прав человека, как представляется, лежит в основе большинства современных проблем. При этом соблюдение прав человека оказывается задачей первостепенной, так как без её решения все остальные становятся уже не столь значимыми. Как полагает крупнейший специалист в области прав человека, Почётный президент Международной федерации философских обществ профессор Иоанна Кучуради: «Те, кто ответственен за воспитание и внедрение прав человека, должны иметь достаточное философское представление о том, что права человека обеспечиваются тесной связью общепринятых норм с реальной жизнью»[3].

Итак, уже даже то, что отмечено выше, делает философию неотъемлемой стороной человеческой жизни и в то же время явлением чарующим, загадочным, до конца непознаваемым. Подтверждением тому является вся многовековая история философии. Ни один народ, ни один режим или идеология не могли проигнорировать философию, как бы они к ней ни относились. А сегодня уже не только отдельные народы, но и мировое сообщество в целом как никогда нуждается в философии и в философском осмыслении себя, своего места и своего предназначения в жизни. Мы убеждаемся в этом и на примере ежегодно проводящихся ЮНЕСКО во всем мире днях философии, и на примере Всемирных философских конгрессов, которые регулярно проходят уже второе столетие но, тем не менее, снова и снова возвращаются к вопросу о сущности и предназначении философии.

Особенно показательным в этом отношении является XX Всемирный философский конгресс, состоявшийся в 1998 г. в Бостоне (США). Там, обсуждая основную тему, – «Пайдейя. Философия в воспитании человечества», мировая философская мысль снова вернулась к истокам философии и её роли в современном мире. Активно обсуждались, и, казалось бы, давно решённые вопросы: Что есть философия? Кому и зачем она нужна? Каково её предназначение и как могла бы она помочь в решении насущных проблем современности?

Прошло более десяти лет, и вот мы снова задаёмся этими же вопросами. При этом, как и прежде, не имеем единого взгляда на предмет философии, на то, способна ли она целенаправленно воздействовать на общественное развитие и каким образом? Причин такого разброса мнений несколько, но главная из них обусловлена спецификой самой философии, которая может существовать лишь при плюрализме взглядов, инакомыслии и сопоставлении различных точек зрения.

Философия не укладывается в «прокрустово ложе» точного и завершённого знания, не являет собою целостного учения и не опирается на единство языка, общие законы, методологию, и этот, казалось бы, недостаток философии, становится в то же время и большим её преимуществом. В особенности это проявляется тогда, когда дело касается сложных систем, где требуется решать комплексные междисциплинарные проблемы.

Осмысление таких проблем с позиции философии имеет особую ценность. В отличие от научных подходов, философский взгляд на проблему характеризуется большей свободой в интерпретации фактов, менее строгими требованиями к доказательности выдвигаемых положений, правом на умозрительные формулировки, субъективные оценки и т.п. И хотя на первый взгляд ценность таких исследований может показаться незначительной, на самом деле это далеко не так.

Во-первых, философское исследование осуществляется в той области рационального познания, где наука, в силу своей ограниченности сферой точного знания, оказывается недостаточно эффективной, а то и вовсе бессильной. Заметим при этом, что других способов рационального познания, кроме науки и философии, у человечества просто нет.

Во-вторых, философская рефлексия расширяет горизонт видения проблемы, инициирует новые, неординарные подходы к её исследованию, в том числе и со стороны науки, которая, придерживаясь строгих формулировок и точных доказательств, не может позволить себе таких вольностей в оценках и суждениях, без которых философская мысль теряет свою оригинальность.

Но как тогда освоить философию, как пользоваться её результатами в повседневной жизни, наконец, как преподавать её, если она не обладает точным знанием и даже не стремиться к нему? А если плюрализм в философии и даже абсолютно разные ответы на один и тот же вопрос – это норма, то как тогда в «каждой отдельно взятой голове» прийти к монизму, т.е. к упорядоченной, целостной и хотя бы относительно непротиворечивой системе взглядов?

Хотел бы заметить в этой связи, что для определённой части современных российских философов эта проблема продолжает оставаться одной из наиболее сложных. Дело в том, что марксистская философия советского периода претендовала на статус науки, обладающей точным, доказанным знанием. Она и преподавалась соответствующим образом. Те, кто изучал философию, должны были выучить её как конкретную дисциплину, т.е. усвоить философию как некую сумму правильных знаний. Теперь же, с позиции плюрализма в философии и равноценности различных философских идей и концепций такой подход в преподавании оказывается тупиковым. Сразу же возникает вопрос: Чему и как учить в философии? Каким идеям и взглядам отдать предпочтение, если нет точных критериев того, какие из них правильные, а какие нет?

Эта же проблема представляет значительный интерес и для многих философы во всем мире, что, в частности, показал и упомянутый Бостонский конгресс. Так, ссылаясь на опыт Сократа, Сенеки и других мыслителей прошлого, американский философ М. Нуссбаум в своём пленарном докладе, отстаивала, казалось бы, вполне очевидную мысль, которая, однако, и теперь далеко не всегда учитывается. Суть её такова, что «философия должна не учить запоминанию фактов, а развивать способности рассуждать и ставить вопросы.

Смысл же философских занятий состоит в том, чтобы человек научился думать сам и следовал своему разуму, а не обращался бы по каждому вопросу к авторитетам. Отсюда задача философии – учить общению, диалогу, чтобы человек стремился не к самоутверждению, а к поиску истины. Это в свою очередь предполагает, что все люди заслуживают быть выслушанными»[4].

Правильные и точные слова, ещё раз подтверждающие ту мысль, что философию нельзя выучить как науку. Её нельзя усвоить и как некую сумму знаний, готовых правил и формул. А потому необходим принципиально иной подход. В обучении человека следует избрать путь пайдейи. Это значит, что его нужно научить не тому, «что надо увидеть», а тому, «куда и как смотреть».

О воспитательной функции философии на том же конгрессе хорошо говорил и другой пленарный докладчик – французский философ Пьер Обенк, который задался вопросом: Насколько возможно перейти от варварской природы человека к цивилизованной? Единая природа человека двусмысленна, полагает он, и только образование (пайдейя) делает человека таковым в полном смысле этого слова, т.е., как говорит Платон, пайдейя открывает ему глаза[5].

Но задача образования заключается не в том, чтобы дать глазу человека зрение. Оно призвано дать ему правильный взгляд. Ссылаясь на авторитет Платона, Демокрита и других известных мыслителей, П. Обенк полагает, что посредством образования можно создать другую природу человека, если направить образование против насилия и культивировать в человеке разум.

Понятие «пайдейя» акцентирует внимание на процессе образования, в результате чего ребёнок становится взрослым. Механизм же такого процесса можно лучше понять, если обратиться к авторитетам античной философии, утверждавшим, что «божественную природу человека необходимо выращивать так же, как хороший виноград». В частности, Протагор, Сократ, Платон в преподавании философии акцентировали внимание на том, чтобы обучать не искусству убеждения, а искусству правильного суждения. Немало интересного на эту тему найдём и у Аристотеля, по мнению которого, пайдейя должна склонить человека к саморазвитию[6].

Как показал упомянутый конгресс и время, прошедшее после него, принцип Пайдейи, в котором философии отводится исключительно важная роль, не только не утратил своего значения в современных условиях, но и ещё более стал актуальным, ибо только физически и духовно развитый, нравственный человек может противостоять глобальным вызовам современности.

Дело в том, что опасности, которым сегодня подвергается человек, по сути своей кроются не в экономике, технике или технологиях, а в сущности самих людей. Под влиянием объективных обстоятельств они, хотя уже и стали больше говорить об экологии, устойчивом развитии, рациональном природопользовании и т.п., пока ещё не руководствуются общими заботами и интересами мирового сообщества. Мир остаётся поделённым на «национальные квартиры», где суверенные государства продолжают ревностно отстаивать свою независимость, в то время как человечество в целом под влиянием глобализации все больше становится единой общественной системой. Такой системе необходимо соответствующее глобальное управление, которое пока отсутствует. Главная же причина такого положения дел заключается в том, что люди не научились ответственно мыслить в планетарном масштабе, категориями всего человечества. Также и система ценностей, сложившаяся в эпоху национальной и государственной разобщённости уже не соответствует современным реалиям и должна в исторически короткие сроки существенно измениться.

Без философии решение такой задачи не представляется возможным и, прежде всего потому, что необходимо общее, комплексное видение всей ситуации в целом, которое только и может дать философия, ибо она позволяет посмотреть на общественную жизнь системно, крупным планом, к тому же ещё и в историческом контексте.

В этой связи важно подчеркнуть, что человечество в своём поступательном движении обнаруживает два основных, причём разнонаправленных вектора развития.

Первый из них берет начало с момента формирования первобытного человека и определяется как вектор культурного развития. Второй вектор появляется значительно позже и связан с переходом к оседлому образу жизни, становлением государства и, в конечном счёте, с формированием гражданского общества. Это вектор цивилизационного развития. Между ними много общего, так как цивилизации изначально возникли как результат культурного развития общества. Более того, и сама философии, как форма общественного сознания, как определённый тип мировоззрения и способ познания, наконец, как сфера духа и образ жизни появилась в результате мирового развития культуры и цивилизации. И уже с того времени, которое К. Ясперс определил как «осевое время», философия стала важнейшей составной частью духовной жизни человека и его несомненной ценностью.

Однако между культурой и цивилизацией существует и принципиальное отличие. Так, в системе общественных отношений, культура, которая всегда выражает особенное, частное, специфическое того или иного народа, выступает скорее разъединяющим фактором. Она хотя и является скрепляющим началом отдельных сообществ людей, тем не менее, отделяет эти сообщества друг от друга по языку, традициям, верованиям, укладу жизни, фольклору, быту и т.п. Таким образом, различные народы принципиально отличаются друг от друга, прежде всего, по культурным основаниям. При этом культурная дезинтеграция задана объективно. Она проистекает из культурного разнообразия, которое, с полным на то основанием можно уподобить разнообразию биологическому. Отсюда вполне очевидно, что культурное разнообразие является необходимым условием существования общественной жизни и может рассматриваться как естественный закон природы. Этим, в значительной степени, обуславливается то, что все люди и народы разные. Они в своём роде уникальные во многом потому, что принадлежат разным культурам.

В то же время мы видим, как эти же народы обнаруживают общие для всех них формы организации общественной жизни. Наиболее яркой и развитой из этих форм является государство с его морально-этическими и правовыми регуляторами общественных отношений. Именно они и характеризуют цивилизационный путь развития любого общества. Цивилизация появляется, таким образом, как средство упорядочивания культурного разнообразия и способ объединения людей. А цивилизационные принципы организации общественной жизни являются скрепляющим фактором для различных стран и народов.

Здесь важно отметить то обстоятельство, что единожды ступив на путь цивилизационного развития, та или иная общественная система тем самым уже начинает движение к общечеловеческой цивилизации. Разные народы проходят этот путь по-разному и с разной скоростью, но суть становления глобальной цивилизации не меняется – она как бы вырастает из локальных и региональных очагов цивилизации. Основные контуры глобальной цивилизации сформировались к концу ХХ столетия и в совокупности с массовой, общечеловеческой культурой, порождённой глобализацией, дают основание говорить теперь о становлении единой общечеловеческой культурно-цивилизационной системы. В этом сложнейшем конгломерате мирового сообщества действуют и всегда будут действовать две разнонаправленные силы: центробежная, порождённая культурой и центростремительная, обусловленная цивилизацией. Осознать эту новую реальность и сформировать соответствующее глобальное мировоззрение без философского взгляда на мир, как уже отмечалось, не представляется возможным. Это, а также все сказанное выше делает философию уже не просто ценностью, а ценностью абсолютной, незаменимой, утрата которой означала бы утрату сущности самого человека.

Вот почему в ряду других ценностей философия по значимости своей должна быть поставлена в один ряд с такой безусловной ценностью как свобода, ибо по существу она есть свобода духа. И в то же время, она больше чем свобода, которая является абсолютно необходимым и непременным условием существования любой философии, какими бы учениями, системами или школами она ни была бы представлена.

 

Примечания

[1] Автор придерживается той позиции, что философия, наука и религия являются самостоятельными формами мировоззрения. См.: Бучило Н.Ф., Чумаков А.Н. Философия: Учебное пособие. 5-е изд., переработанное и дополненное. – М.: Проспект, 2008. С. 6-53.

[2] Samuel Lee. The Role of Philosophy in the Peace Studies and Movements // Papers of the 2007 World Philosophy Day / Edited by Ioanna Kucuradi. Philosophical Society of Turkey, Ankara, 2009, p. 42–43.

[3] Kucuradi I. Human rights, from the philosophical point of view // Global Studies Encyclopedia. Ed. by. Alexander N. Chumakov, William C. Gay, Ivan I. Mazour. – Moscow: Raduga Publishers, 2003, p. 249.ое и дополненное. – М.: Проспект, 2008. С. 6–53.

[4] http://www.bu.edu/wcp/speakers.html. См. также: Итоги ХХ Всемирного философского конгресса // Вопросы философии. 1999. – № 5. – С. 43.

[5] Там же.

[6] Там же.

 

Чумаков А.Н.
доктор философских наук, профессор,
заведующий кафедрой «Философия» Финансовой академии
при Правительстве Российской Федерации

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.