Баранов С.Д.

Русская цивилизационная философия: метафизика соборного персонализма и теория отдельных цивилизаций

Доклад на XVII Панаринских чтениях, 13.11.2019 г.

Нет ничего практичнее хорошей философии – прежде всего для строительства нашей цивилизации. В своём выступлении я затрону два вопроса: 1) соборный персонализм как основной вариант русской философской метафизики; 2) оценка цивилизационной теории Н.Я. Данилевского с точки зрения современности, и в сравнении с другими цивилизационными теориями. Они изложены в это одноимённой книге, которая вышла в октябре этого года, и которую я представляю на Панаринских чтениях.

Сначала о соборном персонализме. Русская цивилизационная философия держится на трёх основных «китах»: 1) метафизика соборного персонализма, 2) духовная антропология, 3) историософия и теории отдельных, локальных цивилизаций. Все они связаны друг с другом. Есть и другие основания, но это главные. Второй «кит», духовная антропология, — глубоко личный исток мотивации русского философского поиска, — очень широко распространён в разных текстах (один Достоевский, чего стоит); однако не ему, а двум другим суждено достроить русскую цивилизационную философию.

На мой взгляд, важнейшим разделом русской философии как цивилизационного явления, е    ё общим делом, основным путём, который придаёт её оригинальность, является метафизика соборного персонализма.

Причина в том, что она определяет особую картину мира как мира личностей. Согласно персонализму, весь мир, все его части, каждый атом,  -личности или состоят или личностей или более простых личностноподобных единиц («субстанциальных деятелей» согласно Н.О. Лосскому). Все они обладают свободой воли, то есть представляют собой духовные единицы, и существуют в вечности.  В том числе, и неодушевлённые предметы, и общие идеи, — все они образуют ряды, на конце которого находится личность, иногда мистического типа.

Такой взгляд очень сильно отличается от взгляда современного человека на мир как материю, как объект, от его «естественной установки», или от взглядов объективного идеализма на реальность как мир идей (либо материя, в которую встроены идеи, как в марксизме). Но только персоналистская картина соответствует позиции Христианства, да и любой другой религии. Мир создан главной личностью – Богом, по своему образу и подобию; и не только человек, но и, вероятно, все элементы мира.

В этом плане персонализм — наиболее фундаментальное и архаичное, и всеобщее мировоззрение, понятное всем народам, даже первобытным. Но в ситуации современного мира, как и второй половины XIX – первой половины XX века, когда работали русские философы-персоналисты, русский персонализм являлся консервативно-революционным мировоззрением, требующим переворачивания устоявшейся картины мира, возникшей под влиянием западной цивилизации, Просвещения, её философии, представляющей собой её технологию превращения мира в объект господства. Но при этом персонализм не противоречит науке и технике, что показывают успешность  на этом поприще философов-персоналистов, например, о. П. Флоренского, а также влияния философии русского космизма, который тоже есть вариант персонализма, на прорыв науки в исследовании космоса в СССР.

В русской философии персонализм сложился не как индивидуалистический субъективизм, как в западной философии, хотя подобные взгляды рассматривались (например, критический индивидуализм Е.А. Боброва, в отличие индивидуализма некритического), а как персонализм соборный, то есть взгляд на мир как собор органически связанных в одно целое личностей. Так называется основная работа Николая Лосского «Мир как органическое целое», вышедшая, что символично, отдельным изданием в 1917 году, между двумя революциями в России. Это революционно-консервативная, радикально переворачивающая взгляды на мир образованного вестернизированного класса старой бюрократической России, доктрина.  Слово «соборный», который я употребляю применительно к русскому персонализму, обозначает одно из ключевых семантических гнёзд русского языка, и праславянского языка, согласно О.Н. Трубачёву; и представляет собой органическое соединение  личного, индивидуального, и общественного в мировоззренческой оптике славянской цивилизации.

Персонализм характерен для разных поколений русских философов: от первого поколения профессиональных философов XIX века, до поколения, расцвет которого пришёлся уже в эмиграции. Фигуры Н.О. Лосского и о. П. Флоренского избраны мной в качестве вершин философии русского персонализма «серебряного века», которой удалось создать оригинальную по отношению к западной философии версию персонализма. Хотя были и другие равновеликие им русские философы-персоналисты, например, Н.А. Бердяев и Л.П. Карсавин.

Персонализму соответствует личностное мышление, которое отличается от других основных разновидностей философского мышления:  объективистского мышления, превращающего реальность личностей в объект, и субъективистского релятивистского мышления, являющегося вариантом софистики и иллюзионизма. Многие русские философы, хотя и не построили доктрин персоналистской метафизики, но многое сделали для развития личностного мышления. Личностное мышление имеет свои основания вне рационализма, в интуиции, воле, вере, и тем самым преодолевает гипертрофированный рационализм и индивидуализма порок изолированной личности человека западного типа.

На мой взгляд, будущее русской цивилизационной философии, как мировоззренческой оптики отдельной славянского цивилизации, перспектива преодоления тупикового, кризисного состояния и зависимости от импортных западных теорий,  лежит именно на пути коллективистского персонализма.

Переходя от темы соборного персонализма ко второй части своего доклада, — к оценке цивилизационной теории Николая Данилевского, проделанной мной к 150-летию выхода «России и Европы», отмечу, что «третий кит» русской философии — теория отдельных цивилизации опирается на метафизику персонализма, — и без этой общефилософской базы является недостаточно обоснованной.  Оппоненты всегда могут предъявить ей обвинения в «ползучести» («ползучие и летучие теории»), в «пустой племенной общности» вслед за западником Владимиром Соловьёвым и византистом Константином Леонтьевым, о чём, сегодня, кстати, говорилось на пленарном заседании Панаринских чтений.  Хотя эти обвинения и беспочвенны, они требуют философского ответа.

Русская идея состоит не в какой-то отвлечённой открытой философом идее, которая, по мнению Соловьёва, должна мыслиться Богом, а имманентно в личности определённого, осевого типа, в личностном устройстве мира, присущем мировоззрению самой русской славянской цивилизации, даже на языческом уровне, как писал о.П. Флоренский. Это своеобразный выбор русской философии, её послание миру, и, что важно послание каждому человеку, в том числе, и молодому, он позволяет затронуть за живое, а не пичкать внешними идеями.

Цивилизации, как разные самостоятельные типы людей и обществ, имеют метафизическую основу в духовной личности людей, которые существуют как единичные неповторимые субъекты. Это касается и цивилизаций – больших этнических семей, как живых неповторимых типов и родов людей, объединённых в сверхличности во в главе с мистическим прообразом (так считал, в частности, о. П. Флоренский в философии рода). Это философия разнообразия мира. Об этом писал и сам Данилевский в «России и Европе», отмечая, что непохожесть культурно-исторических типов и их высших стадий – цивилизаций, —  заложена в самой структуре мироустройства, без которого мировая история реализовала бы худший сценарий. Цивилизации, как и личности, со свободой выбора,  — это данности, укоренённые в структуре мира.

В отношении теории цивилизаций Данилевского меня поразил один факт:  когда я проводил её анализ в соотношении с другими теориями цивилизаций и славянской цивилизации,  это то, что за 150 лет никому в целом мире не удалось превзойти Данилевского! Как в вопросе общей теории цивилизации, так и славянской цивилизации. Это же нонсенс! Данилевского, который написал «Россию и Европу» в перерыве между служебными экспедициями, и не был профессиональным философом и обществоведом. Это серьёзный симптом! (Исключение разве что «Три мира…» Ламанского).

Причина здесь скорее не столько в гениальности самого Данилевского, а в том, что влияния глобализма и унифицированной культуры западной науки, да и просто соцзаказа, психологического давления, запрета,  не позволили создать теории многообразия цивилизаций. Научные взгляды на исторический процесс, подобные взглядам Данилевского, ведь были распространены в западной науке, например, теория борьбы рас Rassenkampf Людвига Гумпловича.  Но теории локальных цивилизаций создано не было.  Постепенно, правда, теория Данилевского пробила себе путь в вариантах Шпенглера, Тойнби и Хантингтона и других. «Столкновение цивилизаций» Хантингтона, которое вышло сравнительно недавно, в начале 1990-х,- это, скорее цивилизационный «ликбез» для западного политического класса в стиле американской экспертной политологии.

Все эти теории базируются на религиозно-конфессиональном подходе, который, почему-то считается чуть ли не общепризнанным. Согласно религиозно-конфессиональному подходу, религии создают цивилизации. В итоге этнокультурно разнородные типы людей, принявших одну религию, относятся к одной цивилизации (мусульмане – иранцы и семиты; буддисты, китайцы и народы Индокитая, Тибета, Алтая: западные  и восточные европейцы — христиане).

Но факты истории и антропологии говорят об обратном, — религии наслаиваются на уже существующие цивилизации и типы людей, достраивая их.  Отсюда и всякие нелепости, происходящие из конфессионального подхода, как утверждения, что восточные славяне до Крещения в Православие были дикарями (к сожалению, озвученное нашим Патриархом). А потом вдруг перестали ими быть, хотя христианизация язычников Руси шла ещё несколько веков. Это следствие того же западного рационализма и культуроцентризма, который отдаёт приоритет культурным заимствованиям над цивилизационной самостью и связаны с колониальным мышлением.

Конфессиональный признак выделения цивилизаций привёл Хантингтона к явным глупостям и противоречиям фактам при создании карты границ цивилизаций. Так, линия раздела западной и восточно-христианской восточноевропейской цивилизаций прошёл по Западной Украине и Западной Белоруссии. Хотя известно, что жители Украины по правому и левому берегам Збруча, не отличаются между собой по типу и принадлежат к одной нации, тем более, цивилизации, Русскому миру. Тем более, в Белоруссии. Религиозные различие жителей регионов Галиции и Хмельницкой и Житомирской областей минимальны. Униатство не составляет большинства приходов Западной Украины и само по себе ближе к Православию. Все славяне относятся к одной цивилизации, в том числе, и славяне-католики; а также и ряд других народов Восточной Европы:  балты, финны, в том числе, восточные финны в России, венгры, даже тюркские народы, – татары, башкиры и чуваши, сблизившиеся со славянской цивилизацией.

Только этнический подход Данилевского к цивилизациям, как крупным группам этнических семей  и их культур, образующих крупные типы людей, дает цивилизационной теории этническую привязку к социальным фактам, и выводит её в сферу науки из сферы домыслов, приписывания общих произвольных идей, , чем часто страдали оппоненты Данилевского.

Он между прочим не противоречит религиозному подходу, если его правильно и адекватно применять,  поскольку религии меняют сами типы людей согласно прообразам богов, но это происходит не полностью, не у всех носителей данной цивилизации,  и не вытесняет сам земной тип людей и обществ. Так что «православная цивилизация» существует, но как особая реальность помимо этнических цивилизаций.

Говоря о природе русской цивилизации, её суть в целом неправильно выражают такие теории, как: 1) евразийство, 2) византизм, 3) гиперборейство, 4) западничество («общеевропеизм»), 5) социалистический советизм, 6) островная теория России как государства-цивилизации. Все они, хотя и ценные в своих деталях, должны быть критически переработаны и интегрированы в теорию восточноевропейской цивилизации на славянской этнической основе.

Современные данные археологии, лингвистики, и популяционной генетики блестяще подтвердили теорию славянской цивилизации Данилевского. Они показывают, что славяне и балты, – это отдельная большая ветвь индоевропейских народов, одна из четырёх ветвей наряду с западной, иранской, индийской, также насчитывающая не менее 6 тыс. лет, по прошествии который сложился самобытный тип человека, особенность которого по отношению к трём названным, — присущий славянам и нашим соседям архаичный вариант индоевропейца, живущего вблизи индоевропейской прародины. Это осевой тип личности, склонный к пребыванию в «оси истории» со всеми вытекающими особенности  исторической судьбы и историософии России.

Так что теория цивилизаций Н.Я. Данилевского как главное достижение славянофильства и панславизма должна быть взята за основу всей русский цивилизационной школы, о которой сегодня говорилось в одном из докладов. Однако она также не лишена недостатков, и представляет собой лишь первичный набросок, который нуждается в развитии с учётом накопившихся научных фактов. Это наша задача на ближайшие годы.

 

Баранов С.Д.
координатор экспертного совета клуба «Российский парламентарий»,
кандидат социологических наук

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.